Зелье для мудрых

Глава 50: Восстановление — это процесс Краткое содержание: Время. Примечания: (см. примечания в конце главы) --- Текст главы Финн обещал, что не опоздает, но из-за обстоятельств, полностью вышедших из-под контроля, он прибыл в лабораторию с красным лицом и сбитым дыханием, его одежда была слегка растрёпана после бега. Ях'куулх не был впечатлён, и судя по тому, как он задрал нос, как только открыл дверь для Финна, у него не было сомнений, что это существо могло «учуять» причину его опоздания, отчего он почувствовал себя немного застенчивым и смущённым. Быть учеником Ях'куулха было тем, о чём Финн не мог даже мечтать. Это было не похоже ни на что на Земле или в его престижном маленьком университете в Лондоне; это был опыт, и не из этого мира. Буквально. Ему потребовалось слишком много времени, чтобы его восторг утих, и он провёл большую часть вводной фазы, состоящей из того, что доктор излагал важные правила и положения, подпрыгивая на пятках или отвлекаясь, разглядывая оборудование в комнате. Теперь всё было по-другому, когда он не был заперт здесь. Он чувствовал себя маленьким ребёнком, получившим любимый подарок на Рождество. Он знал, что Ях'куулх будет очень строгим наставником. Мужчина был непреклонен, и всякий раз, когда Финн не слушал или ошибался, он обязательно исправлял его. Это было почти похоже на физические тренировки Э'каад, в некотором роде. Доктор прошёлся по основам, обучая Финна анатомии Яутжа. Человек внимательно слушал, впитывая то, что он говорил, не желая упустить ни единой детали. Яутжа, как он думал, были похожи на людей по своей общей анатомии, хотя было довольно много инопланетных замен и дополнительных мер, которые делали их превосходным организмом с точки зрения выживания и развития. Он тратил время на запись заметок, к большому неудовольствию Ях'куулха, на бумаге, аккуратно сохраняя всё для будущего использования. Он записывал множество своих идей и сравнений стенографически, и всякий раз, когда у него возникал вопрос, он сразу же задавал его Ях'куулху. Ему также удалось взять образцы тканей, и это заставило его чуть ли не прыгать от радости. Он проверил их на воздействие множества различных кислот, того, что, по-видимому, было щелочами, и воды, чтобы увидеть эффект, а также начал выращивать чашки Петри с бактериями, чтобы изучать различные микробы, которыми кишит эта планета. Это был опыт, который закончился слишком быстро. Ях'куулх выпроводил его, когда пришло время, и Финн смог взять с собой несколько образцов. Он поспешил обратно домой, войдя внутрь с широкой улыбкой на лице и радостным смехом на губах. Дра'ак появился через мгновение и увидел, как человек бежит в свою медицинскую комнату, и хотя он только что закончил свой день с Ях'куулхом, он уже сидел и снова что-то писал в своей книге, оборудование было разбросано по его столу. Существо раздражённо щёлкнуло, подходя к своей паре, мягко проводя когтями по его волосам и обхватывая его руками, притягивая к своей груди. Человек быстро заморгал, затем уронил ручку на книгу и потянулся вверх, удобно обхватывая его шею руками. — Не хочешь поздороваться? — ворчливо спросил Дра'ак, его мандибулы дёрнулись. Финн виновато улыбнулся, прислоняясь головой к его груди. — Прости, — сдавленно вздохнул он. — Это было потрясающе, Дра'ак. Всё было просто идеально… Существо задумчиво хмыкнуло, просто радуясь воссоединению со своей парой после того, как не видел его весь день. Он расстался с ним после особенно страстного занятия и уже хотел продолжения, оставшись один. — Думаешь, тебе понравится это ученичество? — прошептал он. Человек запрокинул голову и лихорадочно закивал, его глаза засверкали звёздами. — Абсолютно! — взвизгнул он, его ноги возбуждённо застучали по полу. — Я не могу дождаться, Дра'ак. Это всё, о чём я когда-либо мог мечтать. При этих словах существо заурчало, его лицо смягчилось. Его руки, обхватившие его шею, сжались, и он ответил на его восторг, окинув взглядом науку, разложенную на столе. Это не было его специальностью или его интересами, но он был просто счастлив видеть, как его пара улыбается, как раньше. Это было единственное, что имело значение. Он коснулся его головы. — Хорошо, — прошептал он. — Ты знаешь, что Э'каад приходит? — Э'каад здесь? — человек оживился, улыбка исчезла, а глаза расширились, но всё ещё светились от возбуждения. Он не видел её с начала сезона размножения, как и Зу. Он мог навещать О'туи, и детёныш был так же рад проводить с ним время, но Ги'джа, казалось, не разделял этих чувств. Финну было любопытно поведение молодого существа. Иногда Зу отмахивался от этого как от шутки и утверждал, что это у него от Дра'ака, но медик не мог не думать, что в подростке было нечто большее, чем он показывал. Отогнав эти мысли, Финн бросил последний взгляд на свою работу, затем вскочил со стула и улыбнулся своей паре. Не было смысла сразу же переутомляться, верно? Он слишком рад был снова увидеть Э'каад. Проскользнув через дом, он побежал вперёд Дра'ака в главную гостиную и увидел её знакомую фигуру, стоящую неподвижно, скрестив руки на груди. Когда она заметила человека, она, казалось, слегка расслабилась, приветствуя его лёгким наклоном головы. Финн скучал по ней. Он хотел обнять её крепко, но он знал, что такая близость предназначена только для Зу. Он с радостью улыбнулся и поприветствовал её устно. — Я слышала, Ях'куулх взял тебя в ученики, — сказала она, в её голосе слышались нотки удивления и гордости. — И после его отставки, без сомнения. Финн с готовностью кивнул, его восторг уже нарастал в груди при одном упоминании об этом. Чем больше людей говорили об этом, тем больше он был склонен верить, что это действительно реально. Э'каад наклонилась вперёд и взъерошила его волосы, заставляя его лицо слегка поморщиться от лёгкого раздражения. — Просто держись подальше от неприятностей, — усмехнулась она, уперев руки в бока. — Ях'куулх может быть строгим и довольно упрямым. Убедись, что ты не переутомляешься, стараясь соответствовать его ожиданиям. Человек кивнул в знак согласия, улыбаясь шире, когда почувствовал, как Дра'ак прижался к нему сзади, его руки удобно легли на его плечи. Он запрокинул голову, опираясь на нижнюю часть его груди. — Э-э, Зу придёт? — с любопытством спросил он, заметив, как её глаза слегка смягчились при упоминании её партнёра. Тем не менее, она покачала головой. — Нет, он пока восстанавливается, — вздохнула она, слегка пожимая плечами. — Лучше дать ему несколько дней. Финн нашёл это довольно зловещим, но всё же согласился, и трое с радостью обменялись новостями о том, что они пропустили за время отсутствия. Они сели и разделили трапезу, которую человек с удовольствием проглотил после долгого рабочего дня. Когда его живот наполнился, он почувствовал, что начинает уставать и отчаянно нуждается в нескольких часах сна. После этого Э'каад ушла, пообещав, что в следующий раз приведёт с собой Зу. Финн с нетерпением ждал этого. Он скучал по личности Зу, которая была полной противоположностью Э'каад, но он предположил, что именно поэтому они так хорошо ладили. Ему хотелось спросить его (поскольку он немного стеснялся спрашивать Э'каад из-за её характера) о том, как они стали парой, но один зевок, который он попытался подавить, и Дра'ак подхватил его на руки и унёс в постель. Он укутал его в меха и свои тёплые объятия, убедившись, что он чувствует себя в безопасности, чтобы его сон не прерывался, но Финн проснулся на следующее утро в пустой постели. Он потянулся, чувствуя приятный хруст в спине, затем опустил руки и быстро протёр глаза. Он чувствовал лёгкую тревогу от того, что проснулся один. Казалось, только присутствие Дра'ака могло удержать его от этих ужасных ночных кошмаров. Когда они задерживались в его мыслях, он чувствовал тревогу и подавленность, желая, чтобы он мог сделать что-то, чтобы забыть о случившемся. Как обычно, он никогда не мог скрыть эти сильные, тошнотворные эмоции от своей пары, потому что существо всегда чувствовало их. Они должны были быть сильнее, чем он предполагал, если Дра'ак чувствовал их так ясно, и ему нужно было (в своё время) тщательно пересказать мысли и чувства, пока он не начинал рыдать от необходимого освобождения и не прятался в объятиях Дра'ака. После этого ему всегда становилось стыдно, и хотя улучшение его психического здоровья было настолько маленьким, что он едва мог его почувствовать, он всё равно чувствовал медленный прогресс. Возможно, это действительно помогало. Финн никогда не любил говорить о том, что его расстраивало. Его отец никогда не хотел этого слышать. Его сестра всегда была слишком занята, и он чувствовал, что у него не было достаточно близких отношений с ней, чтобы говорить на таком личном уровне. Ронан всегда, казалось, говорил правильные вещи, ничего не объясняя. Но всё это было разрушено. Был ли Финн когда-либо по-настоящему счастлив? Когда Дра'ак вернулся в комнату, радостный, что он проснулся, Финн мгновенно разрыдался, слишком подавленный тяжестью своих мыслей. Он рассказал ему всё. Всё о своей семье, всё о том, через что ему пришлось пройти в детстве, даже о том, что Ронан сделал с ним. О том, как он чувствовал себя глупым, что не осознавал этого. О том, насколько одинокой была его жизнь, и даже о времени, проведённом с морпехами, зная, что это был его отец, который хотел, чтобы он отказался от военной стороны, о которой он говорил, что не хочет её продолжать. Финн рассказал ему всё, и это было освобождением. Всё, что он глубоко запрятал в себе, так глубоко, что даже не осознавал, что оно там есть, вырвалось из его груди, он болтал, даже не думая связно. И как же хорошо было иметь кого-то рядом, кто действительно хотел слушать, кто действительно любил его, слушать и обнимать, шепча сладкие нежности на ухо с прикосновением, которое не было грубым или оскорбительным, а заботливым и нежным. Дра'ак даже отвечал историями из своей жизни. Рассказами о том, когда он был Юным Кровью, о том, как его доверие было манипулировано и разрушено тем, кого он любил. От этого на душе Финна становилось тепло, когда он слушал, как Дра'ак говорит на такие темы. Он знал, что тот не любил этого и чувствовал себя неловко, говоря о своём брате и прошлом, но часть его надеялась, что это было связано с признанием Финна. Если он был достаточно силён, чтобы сделать это, то и Дра'ак мог. Когда они оба закончили, они не могли не смотреть друг на друга, прежде чем разразиться тихим смехом. Он пообещал принимать всё шаг за шагом, что он и делал. Проходили дни, зима закончилась, и человек наконец нашёл тот распорядок, который так полюбил в этом сообществе. Его ученичество у Ях'куулха прогрессировало с каждой встречей в лаборатории, он открывал новые вещи и документировал каждый факт, который мог получить. Когда он возвращался домой, Дра'ак ждал его, встречая поцелуями и объятиями и столом с едой, если у него было время. Иногда, когда существо возвращалось поздно со своих дел, они готовили вместе, и хотя Финн много раз всё портил, это всё равно получалось вкусно. Он привык к жизни, которую создал для себя здесь. Визиты к Э'каад и Зу стали частыми, даже если Дра'ак не приходил, и он наслаждался их обществом и оставался у них, если хотел. Э'каад и Зу, казалось, никогда не возражали, и Финн, несмотря на свою неловкость при первой встрече с приставучим О'туи, полюбил играть с детёнышем и проводить с ним время. Ги'джа всё ещё был безразличен, хотя в те разы, когда Финн пытался заговорить с ним, молодое существо уже не отмахивалось от него, как раньше. Человек просто думал, что языковой барьер мешает им общаться так, как ему хотелось. Э'каад любила брать Финна на рынки, когда могла, и Финн любил приходить с ней не меньше. Ему нравилось проводить время с самкой, и, осмелюсь сказать, качественно проводить время. Он был благодарен, что дни здесь длиннее, иначе он был уверен, что у него не хватит часов, чтобы сделать всё, что он хотел. Иногда Зу тоже присоединялся, но Финн в основном предавался с ним некоторым проделкам, которые включали в себя поддразнивание Э'каад, пока она не уставала от их игр. Их отношения были довольно уникальными; Финн слишком нервничал, чтобы присоединяться к хитрым проделкам Зу, так как это была Э'каад, и хотя они оба вляпывались в неприятности, когда самка Яутжа становилась раздражённой и злой, он понял, что всё это было в духе веселья и любви. Зу знал свою пару, и на следующий день он находил их такими же влюблёнными, как и прежде. Однажды он рискнул и спросил Э'каад, как они встретились. К сожалению, она не ответила так, как ему хотелось. — За мной ухаживало много самцов, когда я была моложе, — вспоминала она, скрестив руки на груди, а её мандибулы изогнулись от воспоминаний. — Их усилия были довольно забавными. Финн с нетерпением смотрел на неё, настаивая. — И Зу был лучшим из них, да? Э'каад, казалось, запрокинула голову и расхохоталась. — Нет. Его ухаживания были, пожалуй, самыми неудачными из всех самцов и совсем не привлекли моего внимания, но… — Она замолчала, её выражение лица слегка смягчилось, и она взъерошила волосы Финна, проходя мимо него. — Ну, это история для другого раза. Человек широко раскрыл рот, поспешив за ней. — Нет, не для другого раза. Можешь рассказать мне сейчас? — Нет. — Пожалуйста? Я спрошу у Зу. — У меня есть способы заставить его делать то, что я говорю. — Э'каад… — Ответ — нет. Он встретил множество других братьев и сестёр. Так много, что ему казалось, он едва мог сосчитать. Большинство были на охоте, и когда они возвращались, им не терпелось встретиться с ним. Было очень странно открывать дверь и каждый раз видеть нового Яутжа, и Финн всё ещё немного нервничал перед новыми людьми, вернее, новыми инопланетянами. Часто упоминалась фраза «церемония спаривания», и когда Финн спрашивал о ней, Дра'ак становился молчаливым и утверждал, что ему не о чем беспокоиться. Он часто слышал, как его братья и сёстры дразнят его после этого. Даже когда он спросил Ях'куулха, лицо существа просто скривилось от отвращения, и он бормотал что-то об их отношениях себе под нос. Он очень ценил доктора. У него было много старших существ, к которым он мог обратиться, таких как Э'каад и Зу, но у Ях'куулха были другие чувства, когда он был рядом с ним, и, скорее всего, это было потому, что существо было намного старше сотен существ, обитающих на планете. Он видел в нём наставника, но не совсем друга. Это было сложно и запутанно, но человек процветал благодаря своей работе и его похвале. Как-то ночью его разбудило бормотание Дра'ака, он прищурился в темноте и тихо застонал. Его голова лежала на его обнажённой груди, они не хотели надевать одежду после особенно жаркой ночи перед сном, он шевелил ногами под мехами. Яутжа, казалось, замер, его рука, обхватившая его талию, мягко сжалась. — Мои извинения, — тихо пробормотал он, касаясь его волос. — Я не хотел тебя будить. Человеку потребовалось мгновение, чтобы заставить язык работать. — Ты видел сон? Яутжа выглядел озадаченным. — Эти маленькие видения? Нет. Я не видел. Финн сонно улыбнулся. Ему всегда нравилось, как Дра'ак иногда с трудом понимал идею снов. Он не думал, что Яутжа не способны на это, но иногда не мешало спросить. — Я глубоко задумался, — промурлыкал он, его голос был мягким. — Я не хотел говорить вслух. — Всё в порядке, — вздохнул человек, прижимаясь ближе к его груди, лениво перекинув через него руку. — О чём ты думал? Дра'ак, казалось, замолчал, и тишина почти заставила Финна снова провалиться в сон. — О Церемонии Спаривания, — честно ответил он, его грудь медленно дышала. Он смутно слышал, как его сердце бешено колотится, и человек моргнул, прогоняя сон с глаз, готовый слушать. — Я много думал об этом в последнее время, так как мои братья и сёстры постоянно упоминают об этом. Я доволен тем, как всё есть, но… — Его глаза слегка потемнели. — …я не знал, как попросить, так как не знал, заинтересует ли тебя такая культура, как человека. Финн приподнял голову с его груди, перевернувшись на живот. Он вгляделся в глаза Дра'ака, блестевшие в темноте. — Расскажи мне об этом. Дра'ак поднял коготь к его волосам, играя с короткими прядями. — Традиционно, если самка предпочитает переносить течку в одиночестве, она может быть более заинтересована в выборе партнёра во время Церемонии. Она становится свидетелем перед Богами того, что ты посвящаешь себя тому, кого выбираешь или кем выбран. Это может иметь религиозный вес, но многие люди, которые не обращаются к Богам, всё равно празднуют Церемонию. Это… особенное время для тех, кто ищет жизнь с другим, а не беременность. По словам Старейшин, это также время, когда связь между парами становится самой сильной, как будто Боги ведут нас к человеку, с которым нам суждено спариться. Глаза человека загорелись от этих слов. Это звучало странно мило для такой хищной расы, которую он считал предпочитающей спариваться для размножения, а не для любви. Он не мог сдержать улыбки, и в его животе вспорхнули непроизвольные бабочки. — Звучит хорошо, — тихо хмыкнул он, положив подбородок на его грудь. Дра'ак нежно погладил его по голове. — Да, — согласился он. — Есть много праздников. Это должно быть наградой от Богов для тех, кто пережил течку. Щёки человека застенчиво покраснели. — Ну, я знаю, что ни у кого из нас нет течки, но… мы вроде как провалили эту часть, да? Яутжа коснулся мандибулами его щеки, заставляя Финна хихикать от щекотки. — Я думаю, что обстоятельства могут немного отличаться в нашем случае. Он отстранился, слегка наклонив голову. — Ты хочешь пойти? Я пойму, если ты предпочтёшь не ходить. — Ты шутишь? — рассмеялся Финн, завозившись в мехах. — Я бы с удовольствием. Звуки урчания разнеслись по комнате, позже прерванные приглушёнными стонами Финна и быстрым ритмом хлопающей кожи о кожу.