Скорость, ревность и тишина

Встреча с Диларой состоялась в той же кофейне, где они сидели когда-то давно — сто лет назад, в другой жизни. Тогда Полина была новенькой, а Дилара — просто дружелюбной девушкой с копной кудрей. Теперь всё было иначе. Дилара выглядела взволнованной. Она теребила салфетку и не смотрела в глаза. Перед ней стоял нетронутый латте. — Спасибо, что пришла, — сказала она. — Я долго думала, стоит ли тебе говорить. Но потом поняла: если промолчу, а с тобой что-то случится, я себе не прощу. — Говори прямо, — попросила Полина, сжимая чашку с чаем. — Ты знаешь, что у Вики есть доступ к отцовским деньгам и связям? — начала Дилара. — Это все знают. Но есть кое-что ещё. Мой дядя работает в администрации города. Он рассказывал, что отец Вики — не просто бизнесмен. У него доля в нескольких охранных фирмах. И одна из них обслуживает школу. — К чему ты клонишь? — К тому, что у него есть доступ к камерам. Не только на треке. В школе тоже. Он знает, кто с кем общается, кто где стоит, кто о чём говорит. И Вика этим пользуется. Она знала о тебе всё с первого дня. Знала, куда ты ходишь после уроков, с кем дружишь, где живёшь. Она знала, что ты будешь на вечеринке у Славы. Она знала, что ты одна пойдёшь домой в тот день, когда напала на тебя. У Полины похолодели пальцы. — Ты хочешь сказать, что она следила за мной? — Я хочу сказать, что она всё спланировала. Заранее. Не только нападение. Слушай дальше. Есть парень, Лёша, он учится в параллельном классе. Он встречается с одной из подружек Вики. И Лёша проболтался моему знакомому, что Вика предлагала ему деньги. Большие деньги. За одну услугу. — Какую услугу? — голос Полины сел до шёпота. — Она хотела, чтобы он подсыпал тебе что-нибудь на вечеринке. В напиток. Чтобы ты опозорилась. Или хуже. Мир покачнулся. Полина вцепилась в край стола. — Почему он не сделал этого? — с трудом выдавила она. — Потому что испугался. Барсов и Лайм были там. Он понял, что его просто убьют, если что-то пойдёт не так. Но Вика не отступилась. После того как её план с вечеринкой провалился, она пошла другим путём. Позвала подружек и того парня с трека. Остальное ты знаешь. — Но авария... — прошептала Полина. — Её же подстроил отец? — Да, — кивнула Дилара. — Но Вика знала. Я уверена. И я думаю, что это была её идея. Она сказала отцу, что Руслан её унизил. И папочка решил отомстить. Полина закрыла лицо руками. Перед глазами стояла картина: белый байк, перевернувшись, замирает на асфальте. Неподвижное тело Руслана. Кровь на асфальте. — Почему ты рассказываешь мне это сейчас? — спросила она глухо. Дилара помолчала. Потом тихо сказала: — Потому что я дура, Полли. Я злилась на тебя из-за Руслана. Я думала, что ты у меня его украла. Но правда в том, что он никогда мне не принадлежал. Он всегда был сам по себе. И он выбрал тебя — не потому что ты какая-то особенная, а потому что ты — это ты. И я не имею права винить тебя в этом. Она перегнулась через стол и взяла Полину за руку: — Ты моя подруга. И я тебя люблю. А эта тварь Морозова чуть не убила хорошего парня и теперь угрожает тебе. Я не буду стоять в стороне. Полина сжала её пальцы в ответ. Ком в горле мешал говорить. — Спасибо, — выдохнула она наконец. — Спасибо тебе. — Подожди благодарить, — Дилара мрачно усмехнулась. — Я ещё не закончила. У меня есть план. --- План Дилары был рискованным, но простым. Им нужны были доказательства, способные уничтожить не только Вику, но и её отца. Запись с трека — это хорошо. Но нужно больше. Свидетельские показания, переписки, возможно, финансовые документы. — У меня есть знакомый журналист, — сказала Дилара. — Из спортивной газеты. Он давно копает под федерацию мотогонок и под теневых спонсоров. Если дать ему наводку, он раскопает всё. — Но отец Вики угрожал мне. Если он узнает, что я что-то делаю... — Поэтому ты будешь сидеть тихо, — перебила Дилара. — Ты будешь ходить в школу, улыбаться и делать вид, что сдалась. А я буду работать. И Слава. И Лёха. И даже Барсов, если понадобится. — Дима? — Полина нахмурилась. — Ты хочешь втянуть его? — А ты думаешь, он откажется? — Дилара усмехнулась. — Барсов ненавидит Вику. И он всё ещё любит тебя. Он полезет в огонь, только попроси. --- Дилара оказалась права. Когда Полина позвонила Диме и рассказала всё, что узнала, он выругался таким матом, что у неё зазвенело в ухе. А потом сказал: — Я в деле. У меня есть кое-что, что может помочь. — Что? — Мой отец работает в страховой компании. И он говорил, что у отца Вики есть несколько подозрительных страховых случаев. Я подниму старые дела. Полина не верила своим ушам. Барсов — тот самый Барсов, который вечно подкалывал всех и казался легкомысленным бабником, — становился стратегом. — Ты серьёзно? — спросила она. — А ты сомневалась? — в его голосе скользнула привычная усмешка. — Я же говорил тебе, Туманова: я привык побеждать. И в этот раз я выиграю по-крупному. --- Следующие несколько дней прошли в напряжённом ожидании. Полина старалась вести себя естественно. Ходила в школу, сидела на уроках, улыбалась, когда нужно. Вика наблюдала за ней с торжествующей ухмылкой. Она думала, что победила. Что запугала соперницу, что сломала её. И это было на руку. Руслан тем временем пошёл на поправку быстрее, чем ожидали врачи. Его выписали из больницы через полторы недели после того разговора. Он ещё хромал, рёбра давали о себе знать, но он был дома. И это было главным. В первый же вечер после выписки он пришёл к Полине. Не на байке — пешком, опираясь на трость. Она открыла дверь и ахнула. — Ты с ума сошёл? Тебе нельзя ходить! — Мне нельзя не видеть тебя — ответил он и шагнул в квартиру. Они стояли в прихожей, глядя друг на друга. Потом она бросилась ему на шею — осторожно, чтобы не задеть больные места. Он уронил трость и обнял её обеими руками, прижимая к себе так крепко, как только мог. — Я скучала, — прошептала она. — Я тоже. Каждую минуту. Через полчаса они сидели на кухне, и Полина рассказывала ему о плане Дилары. Руслан слушал, мрачнея с каждой минутой. — Это опасно, — сказал он, когда она закончила. — Если Морозов узнает раньше времени... — Поэтому мы действуем тихо. И быстро. — Я хочу помочь. — Ты должен поправляться. — Я уже поправился, — он упрямо сжал челюсти. — И я не буду сидеть сложа руки, пока моя девушка и мои друзья рискуют. Полина хотела возразить, но осеклась. Она видела его глаза — те самые, серо-зелёные, которые сейчас горели решимостью. Спорить было бесполезно. — Хорошо, — сдалась она. — Но ты будешь на подстраховке. Никаких драк, никаких резких движений. — Обещаю, — он улыбнулся и притянул её к себе. — Но если этот ублюдок хоть пальцем тебя тронет, я забуду про все обещания. --- В пятницу всё было готово. Дилара принесла папку с документами: страховые махинации, финансовые нарушения, показания свидетелей. Слава сохранил копии записи с трека на трёх носителях. Лёха нашёл парня, которому Вика предлагала деньги за наркотик, и тот согласился дать показания в обмен на защиту. Барсов притащил распечатки переписок Вики в соцсетях, где она обсуждала с подружками свои планы. — Как ты это достал? — изумилась Полина. — У меня свои методы, — туманно ответил Дима. — Не спрашивай. Они собрались у Славы дома — всей командой. Полина, Руслан, Дилара, Слава, Катя, Лёха и Барсов. Это было странное, почти военное совещание подростков, решивших бросить вызов взрослому миру. — Завтра, — сказала Дилара, раскладывая бумаги на столе. — Журналист готов. Он ждёт только нашего сигнала. Мы передаём ему всё, что собрали, и он публикует материал. Одновременно мы идём к директору с официальным заявлением. И ещё одна копия — в полицию. — Это сработает? — спросила Катя, кусая губы. — Должно, — твёрдо сказала Дилара. — Против таких доказательств даже у Морозова не хватит связей. — А если не сработает? — тихо спросила Полина. Руслан взял её за руку. — Тогда будет план Б. И план В. Мы не сдадимся. Барсов усмехнулся: — Знаете, а мне даже жаль этого козла. Он ещё не понимает, с кем связался. --- Суббота началась не с громких разоблачений, а с тишины. В восемь утра статья журналиста появилась в сети. Он выложил всё: запись с трека, показания свидетелей, финансовые схемы отца Вики, переписки Морозовой с подружками. Заголовок гласил: «Покушение на трассе: как бизнесмен и его дочь пытались уничтожить талантливого гонщика». К десяти утра статья разлетелась по всему городу. В общем чате класса стоял такой гул, что телефон Полины завибрировал и разрядился за полчаса. В понедельник директор вызвал к себе Полину, Руслана и их друзей. — Семья Морозовых покинула город, — сообщил он сухо. — Они уехали в ночь на воскресенье. Я получил заявление от отца Виктории: она переводится в другую школу. В какую именно — он не уточнил. — Сбежали, — тихо сказал Руслан. — Именно так, — кивнул директор. — Полиция, насколько мне известно, начала проверку. Но без фигурантов дело может затянуться. Или лечь под сукно. Я бы на вашем месте не расслаблялся. Слово «не расслаблялся» повисло в воздухе, и никто не нашёлся что ответить. Полина стояла и чувствовала странную смесь облегчения и тревоги. Вика исчезла. Но исчезла ли она навсегда? Или просто затаилась где-то там, за горизонтом, выжидая момент? --- Прошёл месяц. Школа постепенно забыла Морозову. Её место в иерархии заняли другие, но уже без прежнего страха. Полина и Дилара окончательно помирились и снова сидели вместе на переменах. Лёха и Дилара стали парой — неожиданно для всех, кроме них самих. Слава и Катя тоже наконец признались друг другу в чувствах и теперь строили совместные планы. Руслан полностью восстановился. Его первый заезд после травмы состоялся в конце апреля. Полина стояла у самого края трассы, и когда он пересёк финишную черту — не первым, но живым и счастливым, — она бросилась к нему и повисла на шее. — Ты вернулся, — выдохнула она. — Я и не уходил, — ответил он, целуя её в висок. Барсов взял первое место. Он стоял на пьедестале, но когда увидел Полину в объятиях Руслана, не нахмурился и не отвернулся. Только улыбнулся — спокойно и открыто. Война за сердце закончилась, и в этой войне не было проигравших. После гонки вся компания собралась у Славы — отметить возвращение Лайма на трассу. --- Было уже поздно, когда гости начали расходиться. Полина и Руслан остались на кухне вдвоём. За окном шумел майский ветер, в открытую форточку залетал запах сирени. — Ты чего задумалась? — спросил Руслан, заметив её взгляд. — О них, — честно ответила она. — О Морозовых. Прошёл месяц, а я до сих пор вздрагиваю, когда вижу чёрную машину у школы. Или когда получаю сообщение с незнакомого номера. Он взял её за руку. — Это нормально. Я тоже вздрагиваю. — Как думаешь... они могут вернуться? Руслан долго молчал, глядя в тёмное окно. Потом сказал: — Не знаю. Никто не знает. У Морозова остались деньги, остались связи. Может, они уже в другой стране. А может — в соседнем городе. Ждут. Думают. Копят злость. — Это пугает, — прошептала Полина. — Да, — согласился он. — Но знаешь, что я понял за эти месяцы? Страх — это нормально. Главное, чтобы он не управлял тобой. Мы не можем сидеть и ждать неизвестно чего. Мы можем только жить. И быть готовыми. — К чему? — Ко всему, — он повернулся к ней. — К тому, что они вернутся. К тому, что не вернутся. К тому, что появятся новые враги. Или не появятся. Мы не знаем будущего, Полли. Никто не знает. Но пока мы вместе, нам ничего не страшно. Она прижалась к нему, чувствуя, как его тепло разгоняет холод внутри. — Ты прав, — сказала она. — Мы будем жить. И будем смотреть в оба. — Вот именно, — он улыбнулся и поцеловал её в макушку. — А если они вернутся... что ж, мы их уже один раз победили. Победим и во второй. На диване в гостиной Слава, Катя, Лёха, Дилара и Барсов играли в карты и спорили о чём-то весёлом. Их смех долетал до кухни, и от него становилось легче. Полина смотрела на Руслана, на его лицо в мягком свете лампы, на шрам над бровью — память о той аварии, — и думала о том, что будущее неизвестно. Оно всегда неизвестно. Морозовы могут вернуться. А могут и не вернуться. Но какая разница, если здесь и сейчас она счастлива? Впереди было лето, выпускной, взрослая жизнь и целое небо возможностей. А ещё — всегдашняя, неисчезающая тень где-то на периферии. Тень, которая, возможно, однажды снова обретёт лицо и имя. Но это будет завтра. Или послезавтра. Или никогда. А сегодня — они вместе. И это главное. --- Продолжение следует..? (А может, и нет. Кто знает?)