Let's watch a movie (I can kiss it better)

Уилл уже около месяца пребывал в состоянии непрекращающегося замешательства. После всего что случилось в изнанке, Уилл и Майк вместе переехали в Чикаго, оба бросив студенческую жизнь и с головой окунувшись во взрослую. Полноценная работа, счета, свидания и провалы в этих свиданиях. Это было всё, чего Уилл когда-либо хотел. Или, по крайней мере... бо́льшая часть из того, чего он хотел. По утрам Майк всегда просыпался позже него, и Уилл готовил ему кофе именно так, как тот любил. К тому моменту они жили вместе уже год, и оба были рабами своих привычек. Утро было предназначено для кофе и размышлений — это они переняли у Хоппера. Они прислонялись к своим потрепанным кухонным столешницам и молча потягивали кофе. В тот день Майк сказал ему. – Не думаю, что отношения для меня. Уилл повернулся к нему, делая ещё один глоток своего кофе и думая над ответом. – Нет? – тихо спросил он, слизывая остатки с губ. Майк покачал головой, допивая свою чашку и ополаскивая её в раковине. Что было бы совершенно нормально, если бы он не прижал к ней Уилла. Уилл замер на месте, крепко прижимая чашку к груди, чтобы ничего не пролилось на них обоих, и затаил дыхание. Он чувствует его жар, запах кофе и зубной пасты от его дыхания, рубашка едва касается его костяшек пальцев. Майк слегка отстраняется, смотрит на Уилла сверху вниз с мальчишеской улыбкой и слегка наклоняет голову. К удивлению Уилла, он целует его в лоб, после чего отстраняется и направляется в ванную, чтобы принять утренний душ. Уилл сидел ошеломлённый, молча допивая остатки кофе, ополаскивая чашку и ставя её на стрейнер. Что это было? /// Прошла неделя с того случая, и Майк ничего подобного с тех пор не делал. Уилл же варился в панике, пока они сидели на диване в гостиной, смотря по телевизору «Гремлинов». Они сидели на противоположных концах дивана, оба завернулись в свои одеяла, чтобы защититься от суровой чикагской зимы, которая всегда проникала сквозь их оконные стекла. Между ними миска попкорна, за окном падает снег, их вязаные одеяла согревают их, когда Майк снова подлил масла в огонь. – Какого это – быть геем? Уилл посмотрел на него, нахмурив брови, полное замешательство застыло на его месте на диване. Майк лениво посмотрел на него, склонив голову над спинкой дивана и засовывая в рот кусочек еды. Уилл сглатывает, подтягивает колени к груди и пожимает плечами. – Н-ну... Наверное так же, как и быть натуралом, просто... с парнями. «С парнем» – сказал бы он, если бы был смелее. Лицо Майка исказилось в задумчивости, после чего он кивнул. – Ты бы когда-нибудь поцеловал девушку? – Майк приподнялся, спрятав руки под одеяло, но Уилл понял, что он нервничает. Уилл сглотнул, слегка покачав головой, и снова взглянул на Майка. – Почему нет? Разве ты не хочешь... узнать, понравится ли тебе? Уилл поджимает нижнюю губу, переводит взгляд с телевизора на руки, а затем снова на вечно любопытного Майкла Уилера. – Я... Я не... Я Просто... Я знаю, что мне бы не понравилось, – Уилл прикусывает губу, мучаясь мыслями о том, что заставило Майка подумать об этом. – Я не думаю, что знаю, – Майк покачивает головой, а затем смотрит на телевизор. – Что знаешь? – спрашивает Уилл. – Понравилось бы мне. Разве люди не говорят "сначала попробуй, а потом суди"? – Майк снова смотрит на него, приподняв брови и слегка улыбнувшись. – Э... Да, наверное. С чего ты вдруг об этом заговорил? – спрашивает Уилл, поворачиваясь лицом к Майку. Он пожимает плечами. – Просто думал об этом. – О поцелуях с парнями? – Нет. Уилл наклоняет голову – Ладно, тогда о чем ты думал? – Уилл сухо смеётся, пока Майк закусывает губу. – Ну... О том, чтобы попробовать, но типа не... парни. – Лицо Майка начинает краснеть. – Ладно, тогда что? Какой-то конкретный парень? – смеется Уилл, вытягивая одну ногу на подушки дивана, а другую все еще прижимая к груди. – Можно и так сказать, – шепчет Майк, скользя взглядом по лицу Уилла. – Ну, попробовать не повредит. – Сердце Уилла сжимается, но он скрывает это под маской заботливого друга. – Может быть. А потом они досматривают фильм. /// Прошло два дня с того случая и Майк продолжал вести себя странно. Пока они пили кофе утром, было немного напряжённо. Майк стоял чуть поодаль. На следующий день он вошел в комнату Уилла, выглядя решительным и собранным, пока не посмотрел на него. Уилл увидел, как вспыхнули его щеки, и он ушел. Уилл не стал спрашивать об этом, не зная, понравится ли ему ответ. Но это был не единственный раз. Это случилось снова, когда Уилл сидел в кресле-качалке в гостиной и рисовал заснеженный горизонт города. Тогда вошел Майк с тем же выражением лица, затем тяжело вздохнул и ушел на работу. На следующее утро всё повторилось, и Уилл уже третий день подряд почти не общался с Майком. Той ночью, когда Майк принёс им их обычную миску попкорна с дополнительным маслом и конфетами Milk Duds сверху, Уилл не выдержал. – Ты в порядке? – Майк замер на месте, с удивлением глядя на Уилла. Он расслабил плечи, слегка пожал плечами и подошел к своему месту на диване. – Почему спрашиваешь? – Майк запихнул в рот большую горсть, жуя почти с закрытым ртом. Уилл смотрит на него мгновение, съедает кусочек и отвечает. – Ты выглядишь так, будто тебе больно – говорит ему Уилл, растирая жирное масло между большим и указательным пальцами, затем берет конфету и отправляет ее в рот. – Я в порядке. Обещаю. – Майк улыбнулся ему. Улыбка казалась неуверенной, но Уилл не из тех, кто стал бы задавать ему вопросы. Уилл кивнул головой, и они включили телевизор, найдя рандомное шоу для просмотра. – Бля.. – Уилл слышит, как жидкость выливается на ковёр. Уилл быстро ставит миску с попкорном на стол, зная, что когда Майк устраивает беспорядок, нужно убрать все, что может привести к еще большему беспорядку, – Просто- вытри одеялом, оно итак уже грязное, – Уилл встает и идет на кухню за бумажными полотенцами и чистящим средством. Они тихо убирают беспорядок и бросают одеяло в прачечную, чтобы заняться им на следующее утро. Уилл видит, как Майк, смущенный, свернулся калачиком на противоположном конце дивана. – Можем укрыться моим? – спрашивает Уилл, придерживая край одеяла. Майк неуверенно смотрит на него, а затем отодвигается в сторону, вдоль подушек. Теперь Уилл ожидал, что тот сядет рядом с ним, прижавшись к нему, как они всегда делали. Но Майк в последнее время стал непредсказуемым, и он практически лёг на Уилла, уткнувшись головой ему под подбородок, положив ноги поверх его собственных и обхватив руками его талию. Майк зарылся головой еще глубже, удовлетворенно вздыхая и наблюдая за происходящим, словно они постоянно так обнимались. Он чувствовал, как большие пальцы Майка рисуют круги на его боках, его теплое дыхание на груди, его ноги, тяжело лежащие на его собственных. Они так и лежали, пока не устали настолько, что едва могли держать глаза открытыми. Уилл толкнул Майка, который скорее всего уже заснул. Когда он высунул голову, его лоб ударился о открытую челюсть Уилла. – Ой, черт, прости! – Майк отстранился, на этот раз мягче, обхватив рукой челюсть Уилла, а большим пальцем проведя по его нижней губе. Уилл тут же забыл о боли, у него перехватило дыхание. Майк вздохнул, взглянул в глаза Уилла, после чего нахмурил брови. Майк наклонился вперед, нежно поцеловав Уилла в подбородок, и большим пальцем провел по родинке над губой. Это было быстро, неосознанно, в сонном тумане, но от этого у Уилла в животе всё перевернулось. – Прости... Поцеловал, чтоб не болело, – пробормотал Майк, прежде чем встать и вернуться в свою комнату. После этого Уилл ещё некоторое время сидел на диване, на его руках были синяки от того, как сильно он себя щипал. Как бы сильно он ни сжимал пальцы, он всё равно чувствовал тепло губ Майка чуть ниже своих. /// Проходили дни, зима подходила к своему концу, но на улице всё ещё было холодно. Они так и не использовали это одеяло, хотя Уилл был уверен, что постирал его на следующее утро. Оно куда-то пропало. Поэтому теперь они обнимались во время вечернего просмотра телевизора. Так продолжалось уже около недели. Майк устраивался у него на груди, но в тот день это опять изменилось. Майк вошёл с их миской, Уилл даже не обращал внимания на переключающиеся каналы, потому что это и так было его любимой частью дня, но теперь оно стало ещё более приятным. Уилл наслаждался любым вниманием, которое мог получить от него. Он откинул сторону одеяла для Майка, ожидая, что тот прижмется к его боку, но тот откинулся назад, обняв Уилла за талию одной рукой, положил голову ему на колени, а другую руку подложил под подбородок. Уилл на мгновение опустил на него взгляд, застыв в шоке, но затем снова перевел взгляд на телевизор. – Погладь меня, – попросил Майк. Уилл запустил пальцы ему в волосы, еще не испачканные солью или маслом. Майк перевернулся на спину, раскинув руки на груди, затем взял со стола миску с попкорном, зачерпнул из нее несколько кусочков и поднес руку к рту Уилла. Уилл почувствовал, как кончики пальцев Майка прижались к его губам, прежде чем он открыл рот. Уилл продолжал играть с волосами Майка, пока тот продолжал кормить его. Уилл убеждает себя, что Майк не прижимает пальцы к его губам ни по какой другой причине, кроме желания не отрывать взгляд от телевизора. /// Так они и продолжали еще несколько дней. Майк снова изменил сценарий – Я пойду спать, – Уилл постукивает его по плечу, Майк смотрит на него снизу вверх, лёжа на коленях Уилла, своими большими глазами. – Можно я посплю с тобой сегодня? Уилл смотрит на него мгновение, нахмурив брови. Майк поджимает нижнюю губу, нервно теребя руки на груди. Уилл ожидает, что тот возьмет свои слова обратно, скажет, что просто устал, но Майк этого не делает. Уилл перебирает прядь волос между пальцами и слегка кивает. – Конечно, – шепчет Уилл с едва заметной улыбкой. Майк улыбается в ответ, встает, потягивается и направляется прямо в комнату Уилла. Уилл недолго сидит на диване, затем встает и убирает за ними. Две чашки разбавленной газировки, пустая миска из-под попкорна в раковине и аккуратно сложенное одеяло, накинутое на спинку дивана. Он выключает телевизор, кладет пульт на свою сторону дивана, как он теперь догадывается, на их сторону, поскольку Уилл всегда сам выбирает, что смотреть. Уилл заходит в свою комнату и видит Майка, свернувшегося калачиком лицом к нему, спиной к стене, к которой прижата кровать. Уилл раздумывает, стоит ли ему раздеваться, ведь он всегда спал только в трусах, но решает этого не делать. Он не хотел его напугать. Уилл забирается в кровать спиной к Майку и устраивается поудобнее под одеялом. Он слышит шорох позади себя, после чего холодная рука скользит под его руку и ложится на середину груди, теплое тело прижимается к его собственному. Уилл лежит неподвижно, но податливо, Майк просовывает одну ногу между ног Уилла, а другую вытягивает вдоль кровати позади него. Затем холодный нос коснулся его затылка. Уилл затаил дыхание, а затем снова почувствовал, как теплые губы коснулись того же места. – Прости... У меня нос холодный, – Майк ещё больше прижимается, лениво и рассеянно целуя его затылок, прежде чем тепло его довольного вздоха проникает в рубашку Уилла, а место на его спине словно вспыхивает электричеством. Майк мгновенно засыпает, а Уилл держится за сознание, зная, что утром он не захочет забыть, каково это. /// После этого Майк два дня спрашивал может ли он поспать с ним. Уилл не спрашивал, почему, просто отвечал «конечно», и они спали в одной кровати. На третий день Майк не спрашивал и просто следовал за Уиллом после того, как они убирались. На четвертый день Уилл спал без рубашки, а на пятый и Майк тоже. В каждый из этих дней Майк молча целовал его между лопаток, и Уилл от неожиданности напрягался, даже зная, что это произойдет. На шестой день Уилл решает, что хочет что-то изменить самостоятельно. Майк следует за ним в его комнату и падает в постель. На этот раз Уилл лежит лицом к нему. Их руки едва соприкасаются. Неподвижные, тёплые и нерешительные. Они долго смотрят друг на друга, не обмениваясь ни словом, прежде чем Майк наклоняется вперёд, прижимая губы ко лбу Уилла, и переворачивается в постели. Уилл прикусил нижнюю губу, прежде чем подвинуться ближе к Майку. Его плечи были широкими, подтянутыми, словно он родился с таким телосложением, а не добился его упорным трудом. Однако Майк много работал на своей работе в магазине за углом, что давало ему преимущество. Уилл нервно и почти дрожа, обнял Майка за талию. Возможно, у него вспотели ладони, но ему было все равно. Майк поднимает руку, чтобы помочь, хватает Уилла за запястье и притягивает его к своей груди, коротко целует его пальцы, прежде чем глубоко вздохнуть от удовлетворения. Уилл еще не прижался губами к коже Майка. Все это было делом рук Майка. Уилл смотрит на пространство между лопатками, просовывая свою ногу между длинными и худыми ногами Майка. Он смотрит на его веснушки, напоминающие созвездия. Рука, которую держал Майк, так и тянулась к ним. Ему хотелось взять карандаш или ручку, чтобы наметить их, нарисовать по номерам, что угодно. Вместо этого Уилл прижался к нему щекой прощупывая почву. Майк на мгновение напрягся, но быстро расслабился. Уилл почувствовал размеренный прилив и отлив воздуха в легких, тепло и влажность их потных рук, сжатых вместе. Уилл поворачивает лицо, его губы едва касаются его. Майк крепче сжимает его пальцы, притягивая их ближе. Уилл снова смотрит на веснушки, покрывающие его плечи, прежде чем нежно и крепко поцеловать его в это место. Майк прижимается к нему, но не двигается. Уилл решает снова набраться смелости и целует его еще раз. Майк расслабляется и вскоре засыпает, тихонько похрапывая. Уилл снова не спит, прижимая губы к спине и удерживая их там, не желая, чтобы этот момент заканчивался. /// Они никогда об этом не говорили. Объятия перед работой, взъерошивание волос перед душем, объятия при просмотре телевизора. Уилл не понимал, почему всё это происходит. Возможно, Майку просто стало комфортнее с Уиллом? Может быть вдали от семьи он чувствует себя свободнее, поэтому и стал проявлять свои чувства. Это продолжалось уже месяц, месяц неразберихи. Майк вел себя так, будто они всегда так делали, а Уилл был совершенно уверен, что это не так. Майк сейчас был на работе, и Уилл знал, что он скоро закончит и, вероятно, захочет горячей еды. Они готовили по очереди, находя рецепты в старых кулинарных книгах Карен, которые она им подарила. В день их отъезда из Хокинса она заставила их пообещать, что они не будут питаться доставками. Это был медленный процесс, но в конце концов они научились готовить пару блюд, и бюджет на доставки постепенно оставался нетронутым. Уилл готовил жареный рис из остатков еды с предыдущего вечера. Майк и Уилл пробовали готовить куриные грудки с рисом и горошком, и у них всегда почему-то получалось слишком много. Он нарезал курицу кубиками, съел горошек, разогретый с маслом и солью, потому что Майку он не нравился. Вместо него он выбрал слегка подвявшую зеленую фасоль, так как Майку она нравилась больше, добавив чеснок в растопленное масло на сковороде. Ужин был почти готов, стручковая фасоль тоже. Он как раз ждал основное блюдо, когда услышал характерный звук того, как Майк открывает входную дверь. Уилл слегка улыбнулся, радуясь, что тот вернулся домой. – Привет, как работа? Я тут вчерашний ужин... Фраза Уилла обрывается на полуслове, когда он чувствует, как его сзади обнимают за талию, а подбородок Майка ложится на его плечо. Уилл осторожно постукивает ложкой по краю кастрюли, прежде чем положить ее на столешницу, Майк медленно покачивает их. Уилл чувствует, как его щеки краснеют, а сердце бешено колотится в груди. – Вкусно пахнет, – бормочет Майк, ближе прижимаясь к Уиллу. Тот сглатывает, выключает конфорку плиты и усмехается, пытаясь развеять волнение. – Ага, эм.. Надеюсь хорошо вышло. Этого не было в книге рецептов. – Уилл протягивает руку, но Майк хватает её, притягивает к груди Уилла и нежно целует его в шею. – Я скучал, – пробормотал Майк, перебирая пальцы Уилла. Сердце Уилла заколотилось, лицо залилось глубоким, алым румянцем, после чего он откашлялся. – Я тоже, – тихо ответил он, расслабляясь в объятиях Майка. У него никогда не получится к этому привыкнуть, – Хочешь поужинать в гостиной? – спрашивает Уилл, другой рукой беря руку Майка, обнимающую его за талию. Он кладет ладонь на запястье Майка, нежно поглаживая его, большим пальцем нащупывая выступающую тонкую косточку. Майк тихонько напевает, слегка покачиваясь. – Через минутку... Ты теплый, – говорит он. Уилл прикусывает нижнюю губу, присоединяясь к Майку в покачивании, пытаясь подавить бабочки, порхающие в животе. Он не понимал, что всё это значит, и, честно говоря, ему было всё равно. Майк вот так его обнимал. Этого было достаточно. Эти невинные поцелуи стали для него спасением, чем-то, чего он с нетерпением ждал. Даже если это просто Майку в целом не хватало прикосновений, Уилл будет продолжать их давать, без всяких вопросов. Когда объятия наконец закончились, Уилл поймал себя на мысли, что хотел бы, чтобы они просто постояли там подольше, снова почувствовав его губы на своей шее. Но у Майка заурчал живот. – Я быстро приму душ, – Майк нежно обхватывает Уилла за талию, чтобы повернуть его, целует в лоб, взъерошивает волосы и направляется в ванную. Это было почти все, чего Уилл когда-либо хотел /// Прошел еще месяц, два месяца с тех пор, как Майк начал проявлять эту неожиданную привязанность, и Уилл был вне себя от счастья. Майк начал переносить некоторые свои вещи в комнату Уилла. Дополнительную подушку, дополнительное одеяло. По мере того, как ледяная тундра за пределами их маленького убежища начала таять, Уилл заметил, что делает то же самое. На дворе был конец января, и Майк с Уиллом лежали на диване. Только на этот раз Уилл решил внести разнообразие. Майк развалился на диване, одну ногу закинув на спинку, а другую вытянув, так что она служила стеной между Уиллом и полом. Уилл лежал между его ног, его голова лежала на животе Майка, а Майк проводил пальцами по его волосам. Мягкие и ленивые поглаживания, нежные потягивания пары прядей. Уилл почувствовал, как начинает уставать. Привязанность, тепло, его запах. Все это убаюкивало его и погружало в мирный сон. – Нам нужно подстричься, – пробормотал Уилл, обнимая Майка и ещё глубже зарываясь носом в ткань его футболки. – Стоит принести горшок? – фыркает Майк. Уилл высовывает голову, притворяясь обиженным, а затем тоже смеется – Нет, но может подстрижем друг друга? Сэкономить немного? Не хочу идти к парикмахеру, – Уилл прислонил подбородок к его животу, вопросительно склонив голову. Он чувствовал вибрацию от того, что Майк хмыкнул, снова взъерошивая ему волосы. – Пошли, – Майк постукивает его по плечу, и они оба садятся. Они заходят в ванную, и Уилл решает, что Майк начнет первый. Он накидывает полотенце на плечи, Майк стоит позади него, и начинает отрезать пряди волос, подстраивая ножницы под тупой край. Ему требуется около десяти минут, прежде чем он просит Уилла повернуться. Он оттягивает ухо Уилла вниз, создавая мягкую дугу волос над ушами, и берет лежащую рядом расческу, чтобы поправить челку. Когда Уилл посмотрел в зеркало, он решил, что Майк проделал довольно хорошую работу. Он взял у Майка ножницы, отрезал несколько волосков, которые нуждались в обрезке, а затем стряхнул волосы с полотенца в мусорное ведро, стараясь не испачкать пол. Майк берет свое полотенце, накидывает его на плечи, и Уилл приступает к работе. В итоге стрижка получилась хорошей. Учитывая, что раньше их стригли только матери, оба посчитали это успехом. Майк поворачивается к нему, его руки обхватывают талию Уилла, пока тот поправляет прядь волос, на которую указал Майк, аккуратно и сосредоточенно подстригая ее. – Я когда-нибудь говорил тебе, как мило ты выглядишь, когда сосредоточен? – пробормотал Майк с лёгкой улыбкой на лице. Руки Уилла замерли, когда он посмотрел Майку в глаза. Он сглатывает, пока его сердце трепещет и на губах появляется застенчивая улыбка. – Не думаю, – бормочет Уилл, оттягивая ещё одну прядь, чтобы подстричь. – Так ты тоже выглядишь мило... смущенным, – Майк улыбается на последнем слове, полностью обхватывая руками талию Уилла и прижимая его к себе. Майк целует его в щеку, после чего Уилл смеётся, откладывая ножницы в сторону. – Майкл, я тебе чуть глаз не выколол, – хихикает Уилл, кладя ножницы на тумбочку. Майк в ответ пожимает плечами и снова целует его в щеку. Когда Майк отстраняется, Уилл уверен, что видит румянец на его лице. Рука Майка тянется к его подбородку. – Такой красивый розовый, – пробормотал он, нежно поглаживая большим пальцем покрасневшее лицо Уилла. Майк встает и оборачивается, чтобы посмотреть на работу Уилла. Его мягкая улыбка расплылась ещё шире, когда он подправлял стрижку, взъерошив другие пряди – Сейчас ополоснусь. Сегодня китайская кухня? Точно. Китайская. – Ага, – Уилл ждет в коридоре, заказывает еду, а когда заканчивает, тоже ополаскивается. /// Прошла неделя с комплимента в ванной и они не остановились. Майк расхваливал Карен кулинарные способности Уилла; говорил, что ему нравится цвет его глаз; говорил, что его стрижка красиво выглядит; говорил, что ему нравится, когда Уилл носит жёлтый, что это такой же солнечный цвет, как и характер Уилла. Это было немного ошеломляюще, но Уилл наслаждался каждой похвалой, сохраняя её в памяти, чтобы она старела, как хорошее вино. Если бы это когда-нибудь закончилось, у Уилла осталось бы множество воспоминаний о единственном случае в его жизни, когда он получал то, чего действительно хотел. Майк был занят чем-то в своей комнате, а Уилл сидел на диване, положив на колени декоративную подушку, и делал набросок, когда Майк вошел в комнату. – Что делаешь? – Майк плюхается рядом с ним, заглядывая в блокнот. Сердце Уилла замирает от ощущения, что его спина так близко к нему. Он прищуривается, глядя на птицу, которую пытался нарисовать, — ту, которая свила гнездо прямо за окном. – Рисую, – пробормотал Уилл, быстро посмотрев на парня рядом с ним. Майк хмыкает, после чего берет Уилла за плечи и подталкивает его, чтобы притянуть поближе. Уилл отодвинулся, после чего Майк проделал это снова. – Что ты делаешь? – Уилл спрашивает, посмеиваясь и поворачивается к нему. – Хочу обниматься, – Майк сник, слегка фыркнув. Уилл смотрит на него мгновение, покусывая губы и обдумывая это. Нет ничего постыдного в том, чтобы немного подразнить. – Я рисую, – посмеивается Уилл. Майк фыркнул, а затем резко повернул Уилла, так что тот оказался между его ног, прижавшись спиной к груди Майка, а их ноги переплелись перед ними. Майк взбил подушку, и Уилл положил её сверху, теперь рисуя, чувствуя нос Майка, уткнувшийся в его волосы. – Вот. Компромисс. – Майк целует его там, быстро и мягко, после чего кладет свою голову Уиллу на плечо, наблюдая за ним. – Хотел бы я рисовать как ты, – Майк проводит носом по шее Уилла и тот вздрагивает. Приятно, но отвлекает. – Щекотно, Майк, – пожимает плечами Уилл, сдерживая улыбку и крепче сжимая карандаш. – Прости, – Майк чмокнул его в плечо, – Вот. Так лучше. Майк прижимается к Уиллу, крепко обнимая его, и Уилл на мгновение отрывается от рисунка, откидывая голову назад. Они остаются в таком положении некоторое время, прежде чем Майк целует Уилла чуть ниже уха, и тот втягивает воздух. – Мне нравится целовать тебя здесь, – Майк снова опускает губы, тихонько хмыкает, тепло его дыхания согревает плечо Уилла. Уилл, очевидно, знал, что Майку это нравится, потому что Уилл никогда его об этом не просил. В любом случае, это было шокирующее открытие. Уилл хотел, чтобы это длилось вечно. – Мне тоже, – Уилл закрывает глаза, позволяя своим рукам найти руки Майка и притянуть их ближе. Майк продолжает, оставляя влажные поцелуи вдоль его плеча пока Уилл не расслабляется и взвинчивается одновременно настолько, что засыпает. Он мог поклясться, что Майк что-то пробормотал, но он этого не услышал. /// Уилл заходит в свою квартиру и видит, что свет выключен, телевизор работает, а Майк спит на диване. Уилл подходит, накрывает его пледом и убирает беспорядок на журнальном столике, прежде чем пройти на кухню и поставить продукты, которые он купил по дороге домой с работы. На дворе был февраль, и привязанность Майка не прекратилась, но и не изменилась. Уилл решил, что они достигли вершины какой-то горы, на которую взбирались, и теперь они просто находятся здесь. Майк всё ещё целовал его плечи и щёки. Всё ещё взъерошивал ему волосы перед душем, всё ещё делал все эти вещи. Обниматься, должно быть, было любимым занятием Уилла, ведь не могло быть чувства лучше чем быть рядом с человеком, которого он любил столько, сколько себя помнил. Он не мог лгать и убеждать себя, что не мечтает о том дне, когда Майк обнаружит, что ему нравится целовать его в губы. Это чувство он старался игнорировать, потому что в данный момент Майк давал ему больше, чем он когда-либо мог бы попросить. Но он не мог не думать о том, что друзья таким не занимаются. – Уилл? – слышит он из гостиной. Уилл поворачивается, видя Майка, встающего с дивана и накидывающего плед на плечи, после чего он подходит к нему. – Привет, – мягко говорит Уилл, Майк сонно улыбается, обнимает Уилла за плечи, целует его в лоб и притягивает к себе. Уилл растворяется в его тепле, вдыхая запах Майка. Запах изменился с тех пор, как они стали жить вместе. Он пах ими. Не Уилерами. Не Байерсами. Он пах Майком и Уиллом. И это вызывало привыкание. – Тебе пришлось задержаться на работе сегодня? – бормочет Майк в волосы Уилла. Тот кивает. – Я скучал по тебе, – ноет Майк, притягивая его ближе. – Я знаю, – отвечает Уилл. Как бы ему ни хотелось, чтобы это заканчивалось, он был уставшим и ему нужно было принять душ. – Я пойду в душ. Пахну как картошка фри. – Неважно. Ещё минутку. – Майк обнимает его крепче. – Майк, – хихикает Уилл. – Ладно. Иди в душ, оставь меня совсе-е-ем одного, – Майк отстраняется, поднимая брови. – Я быстро. И я наверное не буду сегодня смотреть телевизор, очень устал. – бормочет Уилл с гримасой, уже чувствуя себя виноватым за то, что хочет пропустить их вечерние планы. Может быть, после душа ему станет лучше. У Майка драматично отвисает челюсть, он сжимает грудь. – Мой дорогой чародей, вы ранили меня, – Он немного наклоняется, и Уилл толкает его в плечо со смехом. – Ты ведёшь себя так, будто я переезжаю. Я просто устал и противный. Майк выпрямляется, скрестив руки. – Ты никогда не бываешь противным, – Майк тыкает его в лоб с улыбкой. Уилл закатывает глаза и идёт в душ. /// Уилл заболел. Он знал, что неважно себя чувствовал прошлой ночью, но думал, что душ и сон помогут. Не помогло. Когда Уилл проснулся его нос был заложен, в горле першило и его конечности будто были наполнены песком. Майк, видимо, ушел на смену раньше, чем успел это понять. С одной стороны он был благодарен, но с другой он хотел, чтобы о нём позаботились. Уилл оставался в постели весь день, почти не двигаясь, так как вес его конечностей не позволял ему этого делать. Он слишком много спал, плечи болели от отсутствия привычной активности. Ему очень хотелось прогуляться, подышать свежим воздухом или попить воды, но он был слишком уставшим, чтобы делать что-либо, кроме как мучиться в постели. Он пролежал на кровати несколько часов, прежде чем Майк вернулся домой, и когда тот пришел, он услышал панику в его голосе, когда тот позвал его по имени. – Уилл?! – он слышит шаги в коридоре, после чего его дверь распахивается, – Ты в порядке? – Майк подходит к кровати, и Уилл поднимает руку. – Заболел, – хрипит он, и Майк замирает на месте. – Почему ты мне не сказал? Я бы мог остаться дома, я бы позаботился о тебе, – Майк делает ещё один шаг, его голос дрожит от волнения. – Тебе не нужно этого делать, – пробормотал Уилл, ещё глубже зарываясь в одеяло. – Но я хочу, – Майк быстро выходит из комнаты. Майк приготовил ему суп, который оказался немного пересоленным, достал лекарство и кормил его водой и супом в течение получаса. Он оставался у его постели всю ночь, ухаживая за ним. Он даже принес прохладную тряпку, чтобы приложить к его лбу. На следующее утро Уилл проснулся. – Эй, пора принимать следующую дозу, – Майк осторожно будит Уилла, который со стоном садится, принимает таблетки и запивает водой. Уилл на мгновение смотрит на Майка. Его волосы были растрепаны, под глазами мешки, и он все еще был в рабочей униформе. – Майк... Ты вообще спал? – дрожащей рукой протянул ему стакан, голос его уже звучал лучше. Майк виновато улыбнулся. – Нет... – пробормотал он, ставя бутылку с водой Уилла обратно на тумбочку. Уилл тяжело вздохнул, сочувственно склонив голову. – Нельзя чтобы ты тоже заболел. Тебе нужно поспать, Майк. – пытается Уилл. Щеки Майка краснеют, когда он садится на край кровати, касаясь колена Уилла сквозь ткань одеяла. – Я не могу... – шепчет Майк, на что Уилл хмурит брови. – Ты не можешь поспать? Почему? – в лёгком замешательстве спрашивает он. Майк смотрит ему в глаза. – Я не могу спать без тебя. Уилл чувствует, как знакомые бабочки в животе оживают, кружатся и скользят, прежде чем опуститься на землю. На этот раз Уилл не пытается их раздавить. – Тебе нужно попытаться, – говорит Уилл, желая протянуть руку и прикоснуться к нему, но не решается. Его щеки краснеют, руки чешутся, желая коснуться его кожи, но он не может заразить его. Теперь он еще больше ненавидит болеть. – Уже, – говорит Майк, поглаживая колено большим пальцем. Уилл слегка улыбнулся ему. – Как минимум приведи себя в порядок. Ты всё ещё в рабочей одежде, – говорит Уилл. Майк выглядел так, будто хотел возразить, но не стал. – Ладно. Поспи ещё, я скоро вернусь. Уилл хотел его поцеловать. /// Уилл полностью выздоровел через два дня, и Майк, не теряя времени, отпросил их обоих с работы, несмотря на то, что Уилл спорил с ним, утверждая, что они не могут себе этого позволить. Майку было все равно. – Я хочу проводить с тобой время. Меня уволят, если я пойду, я не смогу сосредоточиться. Уилл неохотно согласился. Майк сидел за общим столом у окна, потягивая кофе и выбирая музыку. Уилл готовил завтрак: яйца, тосты и бекон. Как только Уилл начал раскладывать еду по тарелкам, Майк включил «Every Breath You Take» группы The Police. Майк начинает подпевать, медленно подходя к Уиллу и беззвучно произнося слова. Уилл смеется, тарелки с грохотом падают на столешницу, после чего он подходит к нему. Как только начинается припев, Майк запрокидывает голову назад. – Oh, can't you see! You belong to me, how my poor heart aches with every step you take! – Майк кивает головой, затем хватает Уилла за запястья и прижимает его к себе, крепко обхватив руками его бедра. Что-то в животе Уилла делает сальто, когда он вспоминает когда слышал эту песню в последний раз. Снежный бал. Тот раз, когда Майк уговорил его потанцевать с девушкой, хотя на самом деле он хотел танцевать с Майком. Он хотел сказать ему об этом больше всего на свете. Но он не хотел портить настроение. Поэтому он согласился, получив долгожданный танец без посторонних глаз. Так ему больше нравилось. Майк продолжает напевать себе под нос, берёт Уилла за руку и переплетает их пальцы. Он обнимает его свободной рукой, а Уилл кладёт другую руку ему на плечо. Майк покачивает их взад и вперёд, Уилл прижимается лбом к плечу Майка. Его рука медленно скользит по внутренней стороне руки Уилла, прежде чем он обнимает его за талию. Уилл обнимает Майка за шею, позволяя своей голове лежать под подбородком Майка, пока играет музыка, в какой-то момент должна зазвучать другая песня, но Уиллу всё равно, какая это будет. Он танцует с Майком, и это всё, что имеет значение. Небольшая часть того, что сломалось внутри него во время того танца, заживала с каждым покачиванием, каждым поцелуем на макушке и ощущением того, как Майк окутывает его. Уилл почувствовал, как Майк поцеловал его в голову, его губы двигались, словно он что-то говорил, но Уилл не расслышал этого из-за музыки и стука сердца Майка. /// – Как долго тебя не будет? – грустно бормочет Уилл. Майк в это время собирал чемодан, а Уилл стоял у дверного косяка, прислонившись к нему и скрестив руки. Майк повернулся к нему, держа в руках пару носков и футболку, с мрачным выражением лица. – Нана больна. Мама хочет, чтобы я был там... Знаешь... На всякий случай. Я не совсем уверен. – пробормотал Майк. Уилл кивнул, хотя Майк уже отвернулся. Он закончил собирать вещи, застегнул сумку и надел обувь. Уилл стоит у двери, а когда Майк встает, он подходит и крепко обнимает его. – Я буду скучать по тебе, – пробормотал он, уткнувшись лицом в его макушку. Уилл расслабил руки, притянул его к себе, одной рукой держа за спину, а другой перебирая пряди на затылке. – Я знаю... Но ты нужен своей семье, – говорит ему Уилл, целуя его в куртку, зная, что Майк, вероятно, этого не почувствует. Майк глубоко вздыхает, затем немного отстраняется и смотрит на Уилла, склонив голову в дверной косяк. Их лица близко, их дыхание смешивается. – Ты тоже моя семья, знаешь, – Майк убирает выбившуюся прядь волос за ухо Уилла. Тот закрывает глаза, прижимается к ладони, поджимает нижнюю губу и тихо вздыхает. – Знаю, – Он открывает глаза, смотря в глаза Майка. Он наклоняется, нежно целует его в щеку и снова обнимает. Он еще не ушел, но Уилл уже по нему скучал. /// Прошло три дня с тех пор, как Майк уехал, и Уилл плыл по течению, одинокий и грустный. В квартире было холодно без него, в его постели тоже. Уилл понимал, что ему нужно остаться, нужно платить за аренду. Но с каждым днем единственным утешением для него становились вечерние звонки Майка. Он звонил ему, когда тот приехал на следующий день, и Уилл ждал его звонка сегодня. Он пытался убраться, готовил еду, стирал белье и протирал пыль с дверных косяков. Закончив все это, он постирал оба комплекта постельного белья и заправил кровати. Стирать постельное белье Майка было практически бессмысленно, так как они спали в одной кровати уже почти три месяца, но он все равно это делал. Он переставляет специи в шкафу, составляет план питания на неделю и подготавливает овощи, купленные накануне. После этого он пытается делать наброски, пытается слушать музыку, но отсутствие Майка было ощутимо. Утренний кофе был горьким, а завтрак почти остывал, когда он пытался его съесть. Он даже не приготовил их любимую закуску к фильму, потому что знал, что не сможет доесть порцию Майка. Примерно в 8 часов вечера третьего дня, когда Майка не было дома, Уилл услышал телефонный звонок. Он вскакивает с дивана и, бросившись за телефон, отвечает на четвертый звонок. – Алло? – робко спрашивает Уилл в трубку. – Привет, – тихо говорит Майк. – Как Нана? – спрашивает его Уилл. Он слышит всхлипывание на другом конце провода. – Нехорошо, – Голос Майка дрожит, прерывистое дыхание вызывает болезненную боль в его сердце. – Майк... – шепчет Уилл. – Доктор...доктор говорит, что... это лишь вопрос времени, – Сдавленные рыдания Майка вызывают слезы на глазах Уилла. – Мне так жаль... – говорит Уилл, и слезы текут по его лицу. – Хотелось бы... чтобы ты был здесь, – выдавил из себя Майк в телефон. Уилл закрыл глаза, в горле образовался ком. – Я знаю... Мне тоже, – говорит Уилл, стараясь сдержать эмоции. Уилл слышит шорох на другом конце провода, а затем еще один шмыганье носом. Когда Майк снова заговорил, его голос был приглушен из-за заложенности носа. – Можешь... Можешь поговорить со мной? Мне просто... Нужно услышать твой голос сейчас, – просит Майк. – Конечно, – Он хватает весь телефонный аппарат, раскладывает его на спинке дивана и устраивается поудобнее. – Помнишь того клиента, о котором я тебе рассказывал? Того, кто просит целую банку майонеза к своим двойным бургерам? – Ага, ты называешь его хеллманом, – тихо говорит Майк. – Да, он обычно жалуется, что его слишком мало, и ты не поверишь, Майк. Вчера он пришел и сказал, что его слишком много. – Майк тихонько посмеивается на другом конце провода, а Уилл улыбается. – Я не мог поверить, – мягко добавляет он. – Я тоже, – бормочет Майк. Он может услышать улыбку в его голосе. – Расскажи ещё что-то. Чем ты занимался? – Ну, теперь всё блестит от чистоты. Я убрался сверху донизу, ужасно скучно без тебя, – шутит Уилл. – Как бы мне хотелось быть там с тобой, — шепчет Майк. Уилл молча прикусывает губу. Он понимал, что Майк хочет сказать что-то ещё. – Я не... Не хочу, типа... тратить впустую оставшееся с ней время, не будучи рядом. Но я также... Я не хочу видеть, как она чахнет. Я не... Я не хочу запоминать её такой... Но если я уеду и она умрет я... Я знаю, что пожалею, что не остался, – Майк шмыгает носом, его голос всё ещё тихий, надломленный и противоречивый. – Потому что... Это больше не "если", – Майк делает глубокий, дрожащий вдох, прежде чем прошептать в телефон, – Это "когда"... – Его голос дрожал, почти писклявый, доносился в трубку. Он услышал грохот, предположив, что Майк уронил телефон, поскольку всхлипы, доносившиеся издалека, звучали как жестяная банка. Уилл почувствовал, как дрожит его губа, желая лишь одного — прийти к нему, быть рядом и поддержать его в этот трудный момент. Но счетам было все равно на смерть в семье. Ну, на неизбежную. – Майк? – Уилл приходит в себя, прочищает горло. Он снова слышит шарканье, а затем снова шмыгание носом и неровное дыхание. К черту счета. Уилл собирался к нему. Он не мог сидеть здесь и слушать, как тот грустит, как умоляет о его присутствии, и ждать… чего? Это была глупая идея. Майк отговорит его. Он также знал, что Майк скажет, что с ним все в порядке, и сделает вид, что ничего страшного не произошло. – Да? – шепчет Майк. – Я думаю тебе нужно отдохнуть... Можно я позвоню завтра? – Да... Хорошо. /// Перелет Уилла был коротким, и ему почти казалось, что деньги потрачены впустую, но быстрый перелет был лучше, чем ехать в одиночку целых 10 часов из Чикаго в Хоукинс. Ее перевели в хоспис в Хоукинсе, так что им не пришлось платить за гостиницы и можно было просто заехать в дом Уиллеров между визитами в разные дома. Когда Уилл приехал, он достал свой рюкзак из багажника, оплатил проезд и подошел к входной двери. Он тихо постучал, прямо как в детстве. Карен Уилер открывает дверь, глаза у нее опухшие, макияжа нет, а волосы небрежно собраны в крабик. – Здравствуйте, миссис Уилер, – мягко говорит он. Она слегка улыбается ему, обнимая. – Рада тебя видеть, милый, – шепчет она, поглаживая его по спине. – Простите, что так врываюсь, – Уилл отстраняется, чтобы сказать ей это, но она лишь закрывает глаза и качает головой. – Ты уже как семья, дорогой. Спасибо, что пришел... что будешь рядом с ним, – Она кивает, и из ее глаз снова текут слезы. Уилл снова обнимает ее. Уилл был немного шокирован, но, конечно, она знала, что он был здесь ради Майка. Уилл не появлялся в доме Уиллеров ни по какой-либо другой причине. – Конечно. Мне так жаль, – Он чувствует, как она слегка дрожит, крепче обнимая его, затем отстраняется, вытирает глаза и руки о джинсы. Он не думал, что когда-нибудь видел её в джинсах. – Он в своей комнате, – говорит она, отступая в сторону, чтобы пропустить его. Уилл прошел по знакомому маршруту через гостиную, Тед откинулся в кресле и мельком увидел, как Карен снимает домашние тапочки и плюхается ему на колени. Он поцеловал ее в висок, погладил по спине и прижался щекой к ее голове. Он никогда не видел их такими. Уилл оказывается перед дверью Майка, стучась из вежливости, хотя раньше он никогда так не делал. – Входите, – изнутри раздался хриплый голос. Уилл заходит в комнату, свет в комнате Майка выключен, он свернулся калачиком посреди кровати. Уилл стоит там немного, затем бросает сумку на пол, подходит к кровати и садится. Майк лежал к нему спиной, и Уилл не знал, что сказать в этот момент. – Привет, – решает сказать он. Майк резко вскакивает и поворачивается так быстро, как никогда раньше. Дыхание у него учащенное, губы слегка приоткрыты, брови нахмурены. Он придвигается ближе, его рука тянется и касается лица Уилла. На его лице расплывается улыбка, он поглаживает его щёку. – Ты здесь, – шепчет Майк. Уилл берет его за запястье, отодвигая его руку от лица и сжимая её в своей. – Я здесь, – подтверждает Уилл, сжимая его руку и кивая. Майк придвигается, Уилл медленно ложится на подушки, а Майк сворачивается у него под боком. Уилл запускает пальцы в его волосы, и Майк прижимается лицом к его груди, беззвучно плача. – Я с тобой, хорошо? Я с тобой, – говорит Уилл. /// Уиллу пришлось вернуться до похорон. Майк настаивал, что с ним все в порядке, хотя, когда Уилл уходил, он обнимал его особенно крепко. Он оставался там два дня и вернулся этой ночью. Она умерла в ту ночь, когда Уилл приехал. Он обнимал Майка, плакал вместе с ним, и Уилл доверил его семье, когда ему пришлось возвращаться в Чикаго. Майк не звонил, а Уилл уже два дня был дома. Он не волновался. Он знал, что тот занят, знал, что он опустошен, и знал, что Майку, вероятно, нужно немного личного пространства. На третий день Майк позвонил Уиллу и сказал, что вернется домой сегодня вечером. Звонок был коротким, и Уилл не возражал. Майк извинился, сказал, что скучает по его голосу, но сосредоточен на матери и сестрах. Уилл понял. Он бы поступил так же. На третий день Уилл вернулся домой, держа в руках любимую еду Майка, и принялся за дело. Он взял дополнительные подушки и одеяла, сложил их все в гостиной, приготовил напитки и закуски и поставил их на журнальный столик. Он все расставил, подготовил «Звездные войны», прежде чем начал сомневаться в правильности своего решения. А вдруг всё это слишком? А вдруг он просто хочет спать? Ему не пришлось долго раздумывать, как он услышал, что Майк входит внутрь. Уилл сложил руки за спиной, глядя на дверь. Ему больше всего на свете хотелось броситься ему в объятия и провести этот запланированный вечер. Но Уилл был слишком взволнован. Он надеялся, что не зашел слишком далеко. Майк входит в дом с мрачным выражением лица. Когда его взгляд останавливается на Уилле, он на мгновение оглядывает комнату, а затем снова смотрит на Уилла. – Добро пожаловать домой, – говорит Уилл с застенчивой улыбкой. Майк бросает сумку и делает ещё один шаг. Он оглядывает комнату, его выражение лица пустое, лишённое эмоций. Уилл чувствует, как на глаза наворачиваются слезы. Это было уже слишком. Так и должно было быть. Если бы Майк этого хотел, он бы не смотрел на него так. Это была глупая идея. Блять. – П-прости... Не нужно было... Мне стоило тебя спросить, – Уилл сжимает руки, чувствуя, как сердце начинает сжиматься от боли, слезы подступают к глазам, потому что это было бесчувственно. Конечно, это было не то, чего он хотел. Но он не мог плакать. Это было глупо. Всё было в порядке, – Эм... Я просто... Сейчас всё уберу, – Уилл отворачивается, сдерживая слёзы потому что это было нелепо, всё это было нелепо. Его бабушка умерла, конечно он не захочет обниматься и смотреть тупые фильмы. – Ты сам всё это сделал? – шепчет Майк. Уилл замирает, его рука тянулась к одному из одеял. Он поднимает взгляд на Майка, после чего отворачивается. – Это.. это глупо. Ты наверное не в настроении, – Уилл прикусывает нижнюю губу. – Уилл... – Нет, нет... Всё нормально. Ты скорее всего устал, – Уилл отмахнулся, но его сердце немного сжалось от стыда. Он чувствует руку Майка на своей руке и встает, немного отводя взгляд в сторону, избегая его глаз. – Эй, – шепчет Майк. Уилл повернул голову, удивлённо посмотрев на него. – Это идеально, – он улыбается, по щеке скатывается слеза. Брови Майка хмурятся, еще одна слеза скатывается по его лицу, прежде чем он прижимается лбом к лбу Уилла. – Не знаю, что бы я без тебя делал. Так... Получается ему понравилось? – облегчение нахлынуло на него, словно приливная волна, и он поднес руку к затылку Майка, просунув пальцы между прядями волос. – Я тоже не знаю, – говорит Уилл. Майк со слезами на глазах целует Уилла в лоб; они оба раздеваются до трусов и, прижавшись друг к другу, устраиваются на полу. /// – Блять! – слышит Уилл из кухни. Он встает с кровати и идет на кухню, где видит, как Майк безуспешно пытается использовать новый френч-пресс, который они купили. – Что ты делаешь? – пробормотал Уилл, подходя и садясь на столешницу рядом с плитой. Майк посмотрел на него, включил холодную воду и подставил руку под кран. – Эта штука – кусок дерьма, – пробормотал Майк, неопределенно указывая на нее. Уилл наклонил голову и закатил глаза. – Нет, это просто немного сложнее, чем обычная кофеварка, – Майк выключает кран, затем мокрой рукой проводит ею по волосам Уилла. – Тогда разберись с ней сам, – Майк отдергивает руку и опирается на столешницу. Майк был без рубашки, только в спортивных штанах. Сначала было странно видеть его без них, и от этого у Уилла горели щеки, но прошло уже почти 5 месяцев с тех пор, как Майк начал проявлять привязанность, и Уилл не жаловался. Ему нравился новый ритм, который они обрели. – Эх, – дразнит Уилл. Майк запрокидывает голову, демонстративно закатывая глаза. – Ну пожалуйста? – он поджимает губу и хлопает ресницами. – Мм... Не знаю, какой у меня приз? Майк на мгновение задумывается, слегка наклоняет голову сначала влево, затем вправо, прежде чем снова посмотреть на Уилла. – Поцелуй, – говорит он. Уилл сохраняет невозмутимое выражение лица, понимая, что тот шутит. Закатив глаза, Уилл заваривает кофе, наливая себе и Майку по чашке. Уилл снова садится на столешницу, опираясь на шкафчик, а Майк устраивается между его ног спиной к нему. Они молча пьют кофе, глядя в окно на бескрайний горизонт Чикаго. Уилл допивает, вскоре и Майк тоже. Он отставляет чашку в сторону, откидывая голову на плечо Уилла, а Уилл обнимает его за талию и целует в висок. Майк вздыхает, обнимая его за руки. – Готов к призу? – Майк наклоняет голову, чтобы посмотреть на него, а Уилл закатывает глаза. – Ага, да, я знаю, что ты просто шутил, – Майк медленно разворачивается, наклоняя голову и ухмыляясь. – Хочешь поспорить? Уилл прищуривается, глядя на него. – Так какой настоящий приз? – Уилл скрещивает руки. Руки Майка обхватывают ноги Уилла с обеих сторон, фактически заключая его в клетку. Майк долго смотрит на него. – Тебе не нравится этот? Уилл сглатывает, глядя Майку в глаза, чтобы уловить юмор. Он ждет, что тот отстранится, скажет, что пошутил. Майк не двигается. – Нет, – говорит Уилл, не успев подумать. Брови Майка слегка дергаются, прежде чем он переводит взгляд с глаз Уилла на его губы. Уилл облизывает их, остатки кофе оставляют горьковатый привкус во рту. Майк снова смотрит Уиллу в глаза, затем нежно гладит его по щеке и наклоняется, оставляя мягкий поцелуй на его губах. Это длится всего несколько секунд, и Уилл сдерживает желание поцеловать его дольше. Майк отстраняется, наклоняется еще раз для одного поцелуя, после чего треплет Уилла по волосам и идет принимать утренний душ. Уилл никогда в жизни не думал, что сможет сказать, что Майк Уилер его поцеловал. /// – Эй, – Уилл резко проснулся. Майк, уже одетый в рабочую одежду, склонился над кроватью. Было следующее утро, и Уилл недоумевал, почему его разбудили в этот проклятый час. – Эй, соня... Мне нужно уйти пораньше, но я скоро вернусь, – Уилл прижимается к руке Майка в его волосах, сонно кивая.– Увидимся позже, хорошо? Уилл знал, что он устал, он мог себе это придумат, но ему показалось, что он почувствовал нежное прикосновение губ Майка к своим. Уилл весь день сидел с осознанием того, что Майк поцеловал его на прощание. Ну, он думал, что Майк поцеловал его на прощание. /// За час до начала смены Уилла домой вернулся Майк и подошел к Уиллу, который стоял на кухне и быстро готовил им обед. – Привет, – говорит Уилл, как раз в тот момент, когда Майк подходит сзади и, как обычно, обнимает его, целует в шею и крепко прижимает к себе. – Я приготовил индейку с сыром. А у тебя салат. Тебе нужно есть больше зелени. – Фу, – говорит Майк, склонив голову. – Давай поедим до того, как мне нужно будет собираться, – Уилл отталкивает его, и Майк отпускает его. Когда Уилл поворачивается, Майк снова обнимает его, целует в губы целых две секунды и берет его тарелку. – Спасибо, милый. Уилл на мгновение замирает на кухне, наблюдая, как Майк возвращается к дивану. Так что, поцелуи стали для них обычным делом? Что-то, что они просто делали? Называть его... Называть его милым? Ему, должно быть, послышалось. Ему показалось. Не могло такого быть. Уилл съел свой сэндвич как можно спокойнее, прежде чем начать готовиться к работе. – Ладно, я пошел, – Уилл направляется к двери, прежде чем Майк зовет его. – Эй! – Он встаёт со своего места на диване. Уилл останавливается, с любопытством глядя на него, после чего Майк подходит к нему и обнимает за талию. – Ты кое-что забыл, – он постукивает указательным пальцем по губам и приподнимает бровь. Уилл смотрит на него озадаченно, и прежде чем он успевает что-либо сообразить, он наклоняется вперед, прижимая их губы друг к другу. Майк слегка шевелит губами, затем полностью отстраняется и, покачиваясь на пятках, улыбается. – Пока, – улыбается Майк. – Пока... – Уилл затихает и выходит из дома. /// Смена Уилла была просто ужасной. У них был огромный наплыв посетителей, он обжегся об гриль, как минимум три человека на него накричали, и он размазал соус по всему полу. У него все болело, он устал и больше всего на свете хотел просто свернуться калачиком в постели и выспаться. Когда Уилл вошёл домой, он был чистым, пах ванильными свечами, тускло освещён. Майк сидел на диване, укрывшись одеялом. – Привет, – улыбается Майк. Уилл слегка машет ему и проходит мимо него. – Эй! – Майк резко встает с дивана, подходит к нему и нежно кладет руку ему на плечо. Уилл смотрит на него. – Плохой день? – Майк обхватывает его подбородок, и Уилл позволяет его лицу прижаться к его рукам. – Да, – бормочет Уилл. – Хорошо, прими душ. Я принесу тебе одежду и мы можем выпить и посмотреть фильм, хорошо? Уилл поднимает лицо, чтобы посмотреть на него и хмурит брови. – Выпить и посмотреть фильм? – он еле выдавливает из себя. Майк мычит, целуя его в губы. Уилл моргает, его щеки загораются от контакта. Он даже не мог это придумать. Это было... Реально. – Душ. Я позабочусь о остальном, – щеки Уилла краснеют, но он кивает, проходя мимо Майка в ванную. Приняв душ, Уилл видит, что его грязная одежда убрана с пола в ванной, а чистая разложена, дезодорант и любимые духи лежат на столешнице. Уилл одевается и сушит свои волосы. Он заходит в гостиную и видит, что Майк поставил новый фильм, на журнальном столике стоят два бокала вина, а на подносе – разные сыры и мясные деликатесы. – Майк? – спрашивает Уилл, тихо хихикая. – Иди сюда, – жестом показывает Майк. Уилл подходит к дивану, Майк вытягивает руки, закинув ноги на него. Играет тихая музыка, и Уилл устраивается на диване, прижимаясь спиной к его груди. Майк берет его бокал, протягивает ему, а затем берет свой. Они чокаются, и Уилл делает небольшой глоток. Напиток был фруктовым, на грани сухости и легкой кислинки; он был восхитительным и именно тем, что ему было нужно. – Спасибо, – Уилл откидывает голову на плечо Майка. Тот тихонько напевает, делает глоток и целует Уилла в висок. – Что угодно для тебя, милый, – Он снова делает глоток. Уилл немного приподнимается, поворачивается на коленях у Майка и кладёт ногу ему на колени. – Ты... Продолжаешь меня так называть, – говорит Уилл, обхватывая бокал ладонями, покусывая губы и нежно постукивая большими пальцами по стеклу. – Да, – говорит Майк, откладывая бокал и кладя руку на колено Уилла. – И ты меня поцеловал. И мы... мы спим вместе каждую ночь и... – Уилл набирается мужества, чтобы посмотреть на Майка. Он смотрит на него нейтральным выражением, его большой палец проводит по его ноге. – Да, – шепчет Майк, Уилл сглатывает, делая ещё один глоток и кивает. – Хочешь об этом поговорить? – спрашивает Майк. Уилл снова поднимает на него взгляд его губы слегка приоткрылись, после чего он кивнул. – Я уже говорил. Я не хочу встречаться. – говорит Майк, помешивая свой напиток. Сердце Уилла сжимается, но он кивает. – Да, конечно. – Уилл выдавливает из себя самую лучшую улыбку, на какую только способен. С разбитым сердцем он разберется позже. Может быть, после того, как допьет бутылку. – Это начинало... Надоедать, – Майк вздыхает, делает ещё один глоток и смотрит на заставку на телевизоре. – В смысле, каждый раз когда я ходил на свидание с девушками... Мне было просто скучно, наверное, я не хотел быть с ними. Я не хотел целовать или обнимать их и я... Не знаю. Потребовалось некоторое время, прежде чем я начал спрашивать себя почему. – Уилл прислоняется спиной к другой ноге Майка, вытянутой за ним, и кивает. Теперь он пристально смотрит на Майка, – И когда я начал себя спрашивать, это начало иметь смысл. Если бы я... хотел бы встречаться с девушкой, мне, вероятно, пришлось бы переехать. Сначала я говорил себе, что это неудобно... таскать всё это барахло отсюда? Нет уж, спасибо, – Майк слегка посмеивается, а Уилл мягко улыбается ему. – Но потом я подумал: нет. Потому что если ты захочешь уехать отсюда и найти новое жилье, я перееду с тобой, – Майк смотрит на него, слегка наклонив голову. – Я начал думать о нашем утреннем кофе, о том, как сильно мне это нужно. И я подумал: вау. Я не хочу делать этого не с этой девушкой, не с той девушкой или не с той потенциальной девушкой, которую я думал, что искал. Майк прикусывает губу, его взгляд падает на напиток в его руке. – И я подумал... Может быть, я искал не девушку. Уилл чувствует, как замирает, и начинает потягивать свой напиток, пытаясь сохранить спокойствие. – Я начал смотреть на парней и... Ничего. Я ничего не чувствовал. – Майк вздыхает, – Вместо того чтобы спрашивать себя, получу ли я удовольствие от общения с теми людьми, с которыми я вижусь, я начал спрашивать себя, что именно делает это приятным. Майк смотрит на него с мягким и серьезным выражением лица. – И всё до единого вело к тебе Уилл крепко сжимает ножку бокала, сердце бешено колотится в груди. – Мне нравится пить утренний кофе с тобой. Мне нравится возвращаться домой к тебе. Тогда я тоже спрашивал себя, почему. Почему мне так хочется быть рядом с тобой, и я очень долго говорил себе, что это потому, что ты мой лучший друг, но… – Майк ставит бокалы, свой и Уилла, наклоняется вперед и берет руки Уилла в свои. – Я не хочу этого с Макс. Или Лукасом. Или Дастином. Я хочу этого с тобой. Всё это. – Майк прислоняется лбом к плечу Уилла. – Я не хочу... Делать это ни с кем другим. Это... Глупо искать кого-то другого, если я не хочу. – И что ты понял? – шепчет Уилл, Майк поднимает голову и поворачивается к нему. – Почему ты хочешь этого со мной? – тихо спрашивает он, надеясь услышать тот самый ответ, который он так отчаянно хотел услышать. – Я думаю я влюблен в тебя, – шепчет Майк, и слезы наворачиваются ему на глаза. Уилл чувствует, как у него самого наворачиваются слезы. Майк хватает его за руки, и Уилл следует его примеру, пока не оказывается верхом на Майке. – Я люблю тебя. За всё это время я понял, что неважно, что я делаю, если это с тобой, – у Майка из глаз стекает несколько слезинок и Уилл вытирает их. Уилл прижимается лбом к лбу Майка, прежде чем он снова заговорит. – Я не врал, когда говорил, что знакомство с тобой это лучшая вещь, которую я делал. – Я верю тебе... – шепчет Уилл сквозь собственные слёзы. Уилл наклоняется, и их губы встречаются, один крепко держится за другого, слишком напуганно, чтобы отпустить. Уилл отстраняется, и Майк издает дрожащий вздох. – Я хочу быть с тобой, Уилл. – Да? – Да Они снова целуются. Майк берёт его за запястье и Уилл шипит. – Что такое? – спрашивает Майк, когда Уилл вытягивает руку, чтобы тот осмотрел. – Обжёгся о фритюрницу. – ворчит Уилл. Майк прижимает губы к тому месту. – Вот, чтоб не болело. – Уилл улыбается, целуя Майка в губы. – Хочешь посмотреть фильм? – спрашивает Уилл. – Только с тобой, – отвечает Майк