Something special

      Алекс познакомился с Джорджем ещё в те времена, когда их самой большой проблемой было не опоздать на картинг. Уже тогда Рассел выделялся. Всегда аккуратный, собранный, с идеально ровной осанкой и этим спокойным, почти холодным взглядом.       Алекса это одновременно и раздражало, и тянуло. После заездов они часто сидели прямо в боксах, ели дешёвую еду, смеялись над чужими ошибками и обсуждали трассу.       — Ты слишком правильный, Джордж, — говорил он, лениво откидываясь назад и наблюдая за тем, как тот аккуратно вытирает руки салфеткой. — С тобой даже иногда скучно.       Тот в ответ лишь слегка улыбался. Не спорил, не оправдывался, не пытался что-то доказать — и именно это цепляло Албона.       Когда они встретились уже в Формуле 1, всё стало ощущаться иначе, будто между ними появилось расстояние, которое нельзя было объяснить. Алекс успел подружиться с Максом. Ферстаппен всегда говорил прямо, не пытался смягчать углы и не делал вид, что чего-то не замечает.       Однажды вечером, когда они зависли за симулятором, Албон всё-таки сказал то, что долго держал в себе, хотя и понимал, что после этого уже не получится сделать вид, что ничего не произошло.       — Мне кажется, я вляпался, — произнёс он, не отрывая взгляда от экрана— Джордж… он для меня давно уже не просто друг. Макс даже не повернул голову.       — Тогда действуй, — коротко ответил он. — В нашем деле всё просто: если ты тянешь, значит, уже проиграл.

***

19.11.2020       Их знакомство втроём произошло на одной из закрытых вечеринок после гонки. Джордж стоял у бара - он был привлекательным. Многие пытались к нему подкатить, нередко это были даже мужчины. Но Расселл не давал и шанса на надежду. Алекс, чувствуя странное напряжение, всё-таки подвёл к нему Макса, надеясь, что всё пройдёт легко..       — Это Макс, — сказал Алекс. — Я про него рассказывал.       — Да, слышал, — спокойно ответил Джордж и протянул руку.       Ферстаппен пожал её, но не отпустил сразу. Слишком долго. Слишком внимательно.       — Так это ты, — сказал он. — Понятно. Джордж едва заметно напрягся, но руку не выдернул. Алекс этого почти не заметил. Макс много шутил, но в его словах постоянно было что-то колкое. Он как будто проверял Расселла — на реакцию и на слабые места. Он издевался над Джорджем.       — Ну что, Алекс, ты так и будешь стоять? — усмехнулся он. — Или мне за тебя всё делать?       Албон отмахнулся, смеясь, но внутри уже появилось лёгкое раздражение. Что-то было не так, но он не мог понять, что именно. Когда он отошёл за напитками, всё стало хуже. Макс приблизился к Джорджу почти вплотную, сокращая дистанцию так, будто проверял, отступит тот или нет, и сказал что-то тихо, так, что со стороны это выглядело почти нейтрально, но реакция выдала всё.       Джордж резко выпрямился, его взгляд стал холоднее, а линия плеч напряжённее, словно он в одну секунду перестал воспринимать происходящее как обычный разговор. Когда Алекс вернулся, они уже стояли чуть дальше друг от друга. Слишком далеко для случайности. — Ты слишком долго тянешь, — сказал Макс позже. — Такие, как он, не ждут. Албон только пожал плечами. Он был уверен, что знает Джорджа лучше. И именно в этом он ошибался

***

21.03.2021 Все началось с сообщения в WhatsApp, которое Алекс отправил в полдень. Албон: Макс, я сегодня это сделаю. Признаюсь Джорджу. Ферстаппен не ответил. Ни через час, ни через три. Это было странно — Макс обычно либо отшучивался, либо присылал короткое ок, но сейчас просто игнор. Вечер застал Алекса в нерешительности. Он крутил телефон в руках, пока наконец не набрал сообщение Джорджу.       Албон: Джордж, привет. Ты свободен сегодня? Может, сходим на ужин? Мне нужно тебе кое-что сказать.       Ответа не было пару минут, а потом экран внезапно вспыхнул — входящий видеозвонок от Расселла. Алекс поспешно принял вызов, ожидая увидеть улыбку друга, но то, что появилось на экране, заставило его сердце пропустить удар. На экране было не лицо Джорджа. Камера была установлена под углом, запечатлев смятую постель.       — Макс… мхм, не показывай это Алексу, — раздался сдавленный, прерывистый голос Джорджа.       Албон не мог оторвать взгляд. Его гордый и всегда безупречный Джордж, сейчас выглядел совершенно иначе. Он рыдал, и камера ловила каждую слезинку, пока Рассел извивался под кем-то.       Причиной этого состояния был человек, которого Алекс считал своим лучшим другом.       Ферстаппен игнорировал просьбы Джорджа. Он молчал. Камера переместилась ниже, показывая, как выгибается спина Рассела, когда Макс входит в него, грубо раздвигая его ягодицы одной рукой, демонстрируя камере, как узкое тело Джорджа с трудом принимает его.       — Вот так. Такой жадный. Такой шумный и влажный, и только для меня. Ты течешь прямо на мой член, блять, — простонал Макс, звонко шлепнув Джорджа по заднице и резко увеличив темп.       — Алексу понравится, — прошептал Макс, и его голос звучал как чистый яд. — Он становится маленьким извращенцем, когда дело касается тебя.       Рассел громко всхлипнул. Его голова была ватной, он что-то бормотал в полном смущении, пытаясь спрятать лицо в подушках, но крепкая хватка Ферстаппена не давала ему скрыться.       Алекс чувствовал, как внутри него закипает ярость. Его челюсть была плотно сжата, кулак впился в ладонь, пока он наблюдал, как Макс «портит» его Джорджа. Это должен был быть он! Это Алекс должен был касаться этой кожи! Но он мог лишь смотреть, как Ферстаппен хватает Рассела за волосы, прижимая его хрупкое тело к своей потной груди.       Джордж закатил глаза и прогнулся в спине, позволяя приглушенным крикам овладеть собой.  Албон ненавидел это зрелище. Но он не выключал звонок. Его рука непроизвольно скользнула в штаны, начиная ритмично сжимать член под вид того, как Макс берет Джорджа. Из груди Алекса вырвался тихий рык, когда он услышал, как Рассел начал умолять Ферстаппена кончить в него.       Макс повернул телефон так, чтобы снять заплаканное лицо Джорджа, одновременно заставляя его смотреть в свое отражение на экране.       — Такая хорошая шлюшка для меня,— прошептал Макс, обращаясь к Расселу, но глядя прямо в камеру. С усмешкой он опустил телефон ниже, чтобы заснять, как непристойно подпрыгивает тело Джорджа при каждом толчке.       — Спорим, Алекс передернет на это, когда увидит, малыш? Интересно, понравятся ли ему твои мольбы кончить внутрь. Как ты думаешь, детка?       Он фальшиво ворковал, касаясь губами уха Джорджа и тяжело дыша. Макс, попавший в кадр лишь частично, мрачно усмехнулся. Дрожь пробежала по позвоночнику Рассела от ощущения зубов Ферстаппена на своей коже.       В ответ Джордж мог только скулить и глупо моргать в камеру. Голова кружилась, но он все равно попытался отвернуться, не желая, чтобы Алекс видел его таким сломленным. Но хватка Макса на его волосах стала только сильнее.       — Я, блять, с тобой разговариваю. Знаешь, ты так хорошо справлялся. Но затем облажался. Это было обязательно, да? — Макс хмыкнул, вдавливая голову Джорджа в кровать и обхватывая рукой его шею.       Его бедра раскачивали Рассела вперед и назад каждый раз, когда он доставал до самого предела. Макс вздохнул, камера снимала его напряженный пресс, блестящий от пота. Его таз ударялся о бедра Джорджа в настолько быстром темпе, что движения руки Алекса на другом конце провода просто не поспевали за ними.       — Твоей маленькой шлюшке нужно преподать урок воспитания, Алекс, — лениво улыбнулся Ферстаппен. — Думаю, кто-то должен научить его верности.       Видео звонок оборвался. Алекс остался в тишине своей комнаты, тяжело дыша и все еще сжимая себя. Он тут же открыл сохраненный фрагмент, который успел записать, и включил его вновь.       Албон простонал, все еще водя ладонью по члену с мыслями о лице Джорджа, перекошенном в удовольствии и боли, пока тот смотрел в камеру. Он действительно был извращенцем, именно таким, каким его назвал Макс. И теперь он знал, что не остановится, пока не получит свою очередь.