Плакса

Не смотря на весь свой медийный образ крутого мальчика-скейтера, на самом деле, у Арвида тонкая натура и душа. Как Лиам бы сказал, Линдблад был плаксой! Когда они были рядом только вдвоём, без камер, или без присутствия назойливого админа, Арвид позволял себе плакать с Лиамом постоянно. Увидев трогательное видео — Линдблад мог заплакать вне зависимости от контекста. Ему попался милый котенок? Слезы уже текут сами по себе от умиления. В "Мадагаскар" Лев Алекс помогает цирковым обрести вдохновение в одной из сцен? Ну, слёзы были уже тут как тут, и Арвид смахивал их, будто ни в чем не бывало. Для Лоусона это было "слишком", но, кажется, напарник не мог по другому в такие моменты. — Ты плакса, Арвид, – сморщенный нос Лиама указал на его недовольство тем, что он снова должен успокаивать Линдблада от такой, казалось бы, мелочи, как видео с собачкой, которую забрали из приюта. – Ну не кисни, ты ж такой бед бой, а? Щас бы вместо нытья лучше бы, хз, с девочками красивыми зависал и траву курил. Бля буду, тебе бы каждая дала! Как маслом в огонь плеснули, и огонь этот вспыхнул, превратившись в красочный фейерверк в щелчок пальцев. Слёзы уже переходят в рыдания, резко и без предупреждения. От чего Арвид рыдает? Задели лм его слова Лоусона? Безусловно, обидно было слышать такое, когда ты открываешься человеку с той стороны, с которой предпочитал бы не каждому открыться. — Да какие там девчонки, Лиам? Нет, это выходит натянуто и сдавленно. Линдблад бы лучше в красках описал то, что он чувствует на самом деле, вместо того, чтобы так безразлично отмахиваться! Правда была и всё так же есть такова: каждый человек разный, но прекрасный по своему. У кого-то твердая оболочка, но такая мягкая середина, у кого-то наоборот, а кто-то крепкий орешек и снаружи, и в сердцевине, но Арвид был первым типажом. Он отличается от Лиама Лоусона, он — не такой, он другой. Он игривый на камеру, и мягкий только с теми, кому доверяет, и, наверное, пока-что Лиам этого не понял. Нет, Арвид не будет его в этом винить, конечно. Это просто глупо будет. — Я просто доверяюсь тебе настолько сильно, что плакать мне с тобой рядом не стыдно и не страшно, даже по самой маленькой мелочи. И это пока не признание в любви, не большой шаг вперед их отношений. Но вязкое тепло, как мёд, растекается по венам, доходя вместе с кровью до самого зачерствелого к таким нежностям сердца Лиама Лоусона, заставив чахлый к романтике и эмоциям, кроме злости на админа с его глупыми шуточками, орган затрепетать и чувствам расцвести заново с приятным ощущением спокойствия внутри от понимания, что ему на самом деле доверяют. Если Арвид Линдблад был плаксой, то после этих слов о доверии, таких внезапно важных и нужных для того, чтобы Лиам понял, насколько важен и близок сокоманднику на эмоциональном уровне, Лиам Лоусон позволит ему, Арвиду, быть плаксой рядом с собой; Доверять ему беспрекословно и наивно, ребячески немного, не нуждаясь в надежде на то, что над слезами его посмеются. Руки обвивают плечи Линдблада с небольшой силой, поглаживают спину в успокаивающем движении туда-сюда вдоль позвоночника. А в ответ он получил тепло чужих рук на себе, и плач по новой. — ..плачь сколько тебе влезет, Арвид. Плаксой быть не плохо.