Гидро отношения

Сидя на вытянутых руках статуи Барбатоса, что иногда ещё на имя Венти отзывается, Итер свесил ноги с каменных пальцев и медленно покачивал ими, предаваясь потоку грустных мыслей. Он знал, всегда знал, что в конце каждого путешествия придётся сказать «прощай», расходясь в разные стороны со своими спутниками, и это не печалили его. Лучше хороший и немного грустных конец, чем безвкусное продолжение. Но вот тоску навевало то, что иногда это слово должно быть произнесено не как добровольный конец, а как нужда. Недавний заход по храму времени, столько лет игнорируемый им, хотя есть быть честным, ни одна из дорог не вела его туда, подарил им очень много чувств и эмоций. Новый друзья, интересные места, всё было точно так как он любил, однако был один нюанс. Цена, которую пришлось заплатить, чтобы дойти до конца, была слишком высока. Полная и безвозвратная потеря памяти, приведшая к появлению новой могилы, это не то чего Итер желал. Хоть его новая знакомая осталась жива, та её часть, что прошла увлекательный путь с ним, мертва, снова делая их незнакомцами. Это не то что он любил. Как-то незаметно, мысли Итера соскользнули в другую сторону, глубоко в свою память, откуда появилось воспоминание, где кто-то делал отдалённо похожее на его действия сейчас, хотя оттенок ситуации был теплее. — «Шаналотта!» — вспомнил Путешественник, когда в голове появился насыщенный тёмно-зелёный плащ, укрывающий его владелицу от ветров с моря, позволяя без проблем сидеть практически у самого обрыва. Иногда она любила, когда думала что никто не видит, сидеть около костра и мило болтать ножками, ожидая когда очередной путник будет нуждаться в её помощи. Она очень мило краснела и даже заикалась, хотя последнее очень отрицала, когда он, Люмин и Проклятый вывалились из-за дороги вдоль обрыва и с громким «Ага!» и поймали её за этим занятием. Интересно, удалось ли ей и Проклятому, покорившему её сердце, выбраться из того медленно гниющего мира? Хотелось бы сказать что да, они тогда у каменного трона воплотили очень одиозный план. Жаль только финал был Итеру неизвестен, времени не было, дорога звала дальше. — … ер… — прозвучало что-то рядом. — … тер… — стало ещё громче. — Итер!!! — громко закричала Паймон, заставляя Путешественника вздрогнуть и едва не свалиться вниз. Он конечно не умрёт, но некоторое количество алкоголиков будет ему это долго припоминать. — Я сильно задумался, да? — смотря на Фею, спросил он. — Да. Паймон вот уже целый час тебя зовёт, а ты словно игнорируешь меня. — Прости. — одним движением он схватил подругу и усадил себе на колени, мягко приобнимая её. — Просто последнее приключение выдалось очень разным, нахлынули старые воспоминания. — Если надо, Паймон всегда готова помочь и выслушать. — Да нет, не надо. Это далеко не первое наше путешествие с грустным концом в финале. — Но каждый раз это неприятно, как будто в курочку в медовом соусе высыпали целый мешок соли. Бе! — он этого сейчас не видел, но Паймон точно скривила лицо и высунула язык. — Согласен. Увы, это часть того, что мы называем путешествием. — И всё равно, если надо, можешь поговорить с Паймон, я не против. На несколько секунд Итер замолчал, а затем растрепал волосы на голове Феи, — Спасибо, ты настоящий друг. — А ещё самый лучший компаньон! — гордо выпятила грудь она. — Я знаю, знаю! Знаю как повысить тебе настроение. Нужно спасти друга в беде. — Хм? И где ты мне его найдешь? Говорю сразу, как тогда, когда ты убедила Шилонен забраться на дерево и притвориться что она не может спуститься, чтобы только я поднялся тут и спас её, делать не надо. Мне в Натлане это будут ещё долго припоминать. — Хе-хе, зато весело было. — Да, но Мавуика едва не задохнулась от смеха после пересказа истории. А потом просила не уводить её подругу с привилегиями у неё на совсем. — Подругу с привилегиями? — озадаченно обернулась фея. — Вырастешь и поймёшь, почему они иногда такие довольные ходят. Но не суть. О каком друге ты говорила? — А-а-а-а, да вон, Барбара. — как бы невзначай указала пальцем фея в сторону где собралась толпа, окружившая девушку в милом церковном платье. Казалось её сейчас разорвут на куски, настолько вокруг было шумно, и плевать что это были её члены фан-клуба имени самой девушки. Последнее как раз наоборот, делало всё только ещё хуже. Вмиг подобравшись, он резко перешёл из режима уныния в режим опытного искателя приключений, готовясь отразить любую опасность. Для сохранения хоть какой-нибудь скрытности Итер даже не раскрыл планер когда спрыгнул с ладони, мягко приземлившись брусчатку и сразу же шмыгнув в кусты. Наблюдающая за этим Паймон только покачала головой. Уже наученная горьким опытом, она не стала его преследовать, сейчас, несмотря на яркий образ, Путешественник был практически невидим. Лучше пойти и умять порцию другую курочки, чем искать его. Сам же Итер, находясь в режиме скрытности, которому его учил сам Драконорожденный расхититель гробниц и просто архимаг, предпочитающий дубину побольше вместо магии, быстро приближался к своей цели. — Госпожа Барбара! — Я поражен в самое сердце! — Она посмотрела на меня! Крики были слышны даже на расстоянии, а уж какой гомон стоял прямо там, в толпе, было страшно представить. А ведь монахиня все терпела, оставаясь улыбчивой и радостной. Она не переставала махать толпе, чем вызывала ещё больше криков восхищения. Надо это заканчивать. Выхватив из кармана дымовую бомбу, реквизированную у Линни ещё в Фонтейне, Итер швырнул её в толпу, вызывая переполох. — А-а-а-а, мои глаза! — Я ничего не вижу! — На нас напали! И так далее. Было много криков, но свою цель Путешественник выполнил, он забрал девушку из толпы и побежал на утёк, спасая её от неприятной ситуации. — Похитили! — Госпожи Барбары нет! — Она пропала! О, они заметили, как славно. Стадо идиотов. Итер был героем, рыцарем на белом коне и мечом в руке, он это признавал и даже рад таким быть, но даже его принципы в некоторых ситуациях дают сбой, убеждая что не всем надо помогать. Быть фанатом это одно, но кучкой идиотов, мешающей жить цели своих воздыханий, другое. О, как же сейчас хотелось туда кинуть что-нибудь оглушающее, хоть ту же электро гранату охотников за сокровищами, но нельзя, Барбара не оценит. Ещё несколько секунд спустя она наконец поняла что происходит. Сейчас Итер держал её на руках, как принцессу, быстро убегая от преследующей толпы, привлекая к себе внимание случайных прохожих. Всё, что смогла сделать Барбара, это густо покраснеть, приложив руки к лицу. Ох и начнётся вой среди её фанатов, когда им всё расскажут. А им расскажут, она уверена. Несколько минут прошли в странной тишине. Было слышно только дыхание Итера, звук его бега, гул города, но ни она, ни он, слов не сказали. Ну, если не считать оглушающих ударов сердца в ушах девушки. Хотя возможно он всё как раз перебивал. Уйдя как можно дальше, Итер вдруг остановился и поставил её на ноги, глубоко вздыхая. — Эм, привет, Путешественник. — наконец-то неловко поздоровалась Барбара, махая рукой. — Привет. — кивнул он в ответ, ещё раз осматривая округу. Вроде никого точно нет, можно расслабиться. — Часто они тебя так донимают? — Чаще чем хотелось бы. — Вдруг вслух призналась девушка, вздыхая. Она всегда была добра и энергична, но даже для неё это было слишком. — Они меня караулят, следят за передвижением, калечатся, не соблюдают медицинские нормы. А некоторые даже пытаются найти мой дом. Или комнату в соборе, когда им удаётся проникнуть внутрь закрытых помещений. Она все продолжала и продолжала говорить, неожиданно изливая душу Итеру. Хотя он предполагал что девушке проходится не просто, но такие подробности услышать не ожидал. Особенно его разозлило, что в Мондштате, стране свободы, у одного из его друзей эту самую свободу отнимают, даже если не кандалами. Свободолюбивый дух Путешественника от этого был в ярости. Поэтому, буквально за секунды, он придумал план, который ударил бы по всем направлениям. — Хей, Барбара, не желаешь пойти прогуляться? — с максимально хулиганистой улыбкой спросил Итер. Она, ни капли не сомневаясь, сказала да.

***

Курорт Натлана был лучшим местом чтобы из всегда наготове приключенца стать аморфной массой, лежащей на шезлонге и потягивающей холодный напиток из необычного стакана с длиной трубочкой. Тёплое море, горячий белый песок, множество граффити, светящихся от силы флогистона. Максимально непередаваемый опыт, который можно понять только ощутив его на себе. Даже и не скажешь что это страна войны. — Эй, Ты! Чё сказал? Лишние зубы есть? — На меня нарываешься? Жить надоело? А ну пошли выйдем! — Ну пошли, я как раз уже несколько дней не бил людей. А, нет, все без изменений. С угрозой бездны, или нет, но горячие головы племён всегда найдут повод сойтись в схватке. Через несколько минут в отданной части пляжа послышались звуки драки. — Путешественник, с ними все будет в порядке? — спросила лежащая на шезлонге рядом Барбара, до этого нежась под лучами солнца. — Да. — кивнуло он головой, немного сонным взглядом смотря на место, куда ушли спорщики. — Здесь это в порядке вещей. Паймон также первое время беспокоилась об этом, но ничего страшного не происходит. — Паймон летала рядом, жуя что-то купленное в баре. — Нам точно не надо ничего делать? Просто это выглядит немного… — на несколько секунд Барбара замешкалась, не зная что сказать. — Непривычно? — подсказал Итер, поворачиваясь к ней. — Да, непривычно. И странно. Им же будет больно. — Хе-хе, Барбара, добрая душа. Это Натлан, здесь такое в порядке вещей. Они знают когда остановиться и как оказать помощь. — уверенность Паймон передавалась и айдолу, пока фея тихо не добавила. — Кроме тех случаев, когда они перебарщивают. Уверенность в том что все хорошо тут же рухнула, заставляя монахиню снова занервничать. Её высокая эмпатичность и сочувствие не позволяли просто так оставить все как есть. — Барбара, все и вправду в порядке. — отвлёк её Итер от гнетущих мыслей. — Я вытащил тебя сюда чтобы ты отдохнула. А об бойцах не беспокойся, они крепкие. Уже когда сразу оба друга стали её переубеждать, она и вправду расслабилась, постепенно растекаясь по шезлонгу. А пробегающий рядом Маниту оказался мягко схвачен и сжат в объятиях как мягкая игрушка. Струна, натянутая внутри неё, начала расслабляться, медленно умиротворяя уставшее сердце. Барбара даже не подозревала, насколько ей нужен отдых. — Пацаны, наших бьют!!! — раздался рядом крик, заставляющий всех вздрогнуть, после чего целая толпа из десяти человек побежала в сторону дерущихся, чтобы поддержать своего друга. Кого, непонятно. — Бей их!!! — прозвучал ещё один крик, и уже вторая группа побежала вслед за второй. Что-то заставило Барбару посмотреть в сторону Итера, что было сделано во время. Его взгляд был пустым, правый глаз дергался, а тело, тренированное сотнями боёв, и укрытое только плавками, напрягалось, очерчивая мышцы ещё сильнее. Незаметно для себя, девушка покраснела, что не укрылось от взгляда Паймон. — Одну минутку. — ровным, ничего не выражающим голосом, сказал Итер и быстрым шагом пошёл в сторону уже дерущейся толпы. Меч он не доставал, незачем, но вот демонстративно размять кулаки себе не отказал. Кто-то в пылу боя выкрикнул «Тумайни», несколько человек призвали его присоединиться к ним, из обеих групп, но следом сразу же начали раздаваться крики, Итер не принимал никакую сторону, он просто начал бить всех кто под руку попадется, швыряясь всеми элементами. Кому-то камнем по ноге, другому струей воды в лицо. В общем около двадцати человек были избиты в течение десяти минут, после чего, отряхивая руки, Путешественник вернулся обратно к своим спутницам. — Дипломатия, во!!! — подняла большой палец Паймон, наблюдая за тем как к лежащим телам бегут оказывать первую помощь. — Угу. — кивнул Итер, смотря на Барбару. Ещё влажный купальник прилипал к её телу, очерчивая не такую пышную, как у Лизы и не такую подтянутую как Джин, но по своему привлекательную фигуру. Аккуратная маленькая грудь, плоский животик. Все это закрыто в купальник, поверх которого сделан ещё один слой ткани, дополняющий образ. Ленты и бантики выглядели так, будто для этого и были созданы. В какой-то момент Итеру пришлось себя одернуть. Слишком внимательно осматривать её будет крайне вызывающе, да и в теле начали происходить некоторые реакции, что могут вызвать вопросы, сильно искажая ситуацию. А ему дорога дружба с Барбарой. И опять же, Паймон это заметила. — Ну что, ещё один заплыв? — вдруг спросил он, смотря на спутниц. — Тогда я впереди! — Закричала Паймон, моментально доедая свою еду. — Конечно! — в задором в голосе, который может воспроизвести только она, крикнула Барбара и аккуратно поставив Маниту на землю, побежала к воде. Покачав головой, Итер тоже направился к воде. Для него, много месяцев проведшего в Натлане, это было просто интересно и приятно, но для девочек, особенно Барбары, поездка на его спине, когда он в форме Колохозавра, была крайне занимательной и захватывающей. Визги от капель воды, бьющих в тело, от скорости, от прыжков по волнам, им было весело. У самый воды Итер перетек в форму завра и начал скользить по жидкости как будто делал это с рождения, а после, сделав круг, вернулся у берегу. — Вперед! — закричала Паймон, усаживаясь на коленях монахини и хватаясь за плавник. Ей было обидно что ни разу до этого она не предлагала такого варианта поездки Путешественнику, надо компенсировать пока можно. Барбара же просто счастливо смеялась. Это было весело, даже полёт на планере во время бури не ощущался так. На фоне бегали доктора племён, познавшие гнев Тумайни тела медленно плелись к жилым зонам, где им окажут надлежащую помощь. Лето! Жара? Пляж! Хорошее настроение было обеспеченно всем. Несколько часов спустя. Музыка, достаточно громкая, чтобы её слышали, но недостаточно чтобы она доставляла боль ушам, раздавалась из колонок и создавала приятную атмосферу, а лампы, наполненные флогистоном, мягко освещали помещение. Толпа народу разных цветов, полов, размеров и трезвости веселилась, создавая контролируемый хаос. Иногда наблюдая за окружением, Итер и Барбара ужинали. Переодеваться смысла не было, поэтому Путешественник только накинул рубашку, соблюдая некоторое приличие и стараясь не смущать всех вокруг. Пегг же просто сидела своем купальнике, он был пышный и издалека напоминал обычную одежду, что сыграло немаловажную роль в том что он остался на ней. — Хееей, голубки! — прокричала Паймон, летя к ним с двумя стаканами в руках. Несколько минут назад она сама вызвалась принести попить, даже не прося моры на покупку, чем удивила всех, но отказываться Итер не стал. — Так, сок для тебя. — Поставила Паймон емкость перед Барбарой, — и для тебя. — своему напарнику тоже дала. — Вай, как красиво, даже жалко это пить. — глаза монахини буквально сияли. Раньше она не видела настолько сложно сделанных коктейлей. Многослойный, с плавающими кусочками фруктов внутри и густой пеной на самом верху, украшенной кусочками цедры. — А Бармен постарался. Передай ему от меня личное спасибо. — уже попробовав напиток, произнес Итер, отмечая что-то знакомое на языке, но понять это было сложно, очень уж замысловато смешаны пропорции. — Хорошо, передам. Ну ладно, хорошего вам свидания, и до завтра. — помахала рукой фея, не обращая внимания на то как оба блондина вспыхнули алым. — Это не свидание! — Боевой хомячок в милой шляпке, иначе Барбару сейчас не называть. Шеки надулись, спина немного ссутулилась, а в глазах нечто, расшифровывать которое Итер не хотел. Жаль что фея её не слышала. Она уже была у стойки и уничтожала заранее заказанный стейк. — Хм, а ведь похоже. — тихо произнёс Итер, чувствуя как тепло разливается по телу. Было так хорошо, так спокойно. Вот уже почти пять лет он не ощущал себя так. — Не обращай внимания, её язык иногда приносит больше проблем, чем моя тяга к сундукам. А уж за последнее могу ручаться, ещё до прихода на Тейват несколько сундуков откусывали мне разные части тела. — Нет, все хорошо, это дела далекого прошлого. — попытался успокоить Барбару Итер, видя её беспокойство в глазах, — Вот смотри. Это даже не шрамы, а так, напоминание от них. И о том что сундуки иногда дышат. Он вытянул руки, которые сразу же схватила Пегг. Её внимательный взор прошёлся по кистям Путешественника, как сканер, замечая едва заменые белые линии. Если не знать о них, то и увидеть невозможно. — Было больно? — сжав его руки своими спросила Барбара, смотря печальным взглядом. — Да. Нет. Не помню. — помотал головой Итер, — настолько давно все случилось, что из памяти стерлись такие подробности. Меня тут недавно били в разы сильнее, и ничего, живой, стою перед тобой, хвастаюсь этим. — И иногда бьешь людей ни за что. — И иногда бью… Эй, это за дело было! — воскликнул Итер, улыбаясь. — Знаю. — улыбнулась девушка, после чего потянула его в зал. Из колонок начала играть бодрая музыка, призывая к действию. — пошли, потанцевать сейчас как раз самая пора. Вырвавшись из окружения, где нет сестёр, вечно бдящих за порядком, фанатов, ищущих её внимания, обязанностей, давящих порой как ярмо, в месте где её не знают, где не нужно сохранять лицо каждую секунду времени, Барбара почувствовала ту самую свободу, о которой так часто говорят в барах и на улицах. Ей хотелось веселиться. А сейчас ей охота танцевать. Итер не сопротивлялся, позволяя себя увести.

***

Кто начал это первым было трудно сказать. Он прикоснулся к ней немного сильнее чем обычно, они прижалась спиной к его груди прямо посреди танцпола. Его горячее дыхание опалило ее ухо, она вильнула бердами. Взгляд, искра, разворот. Она целовала медленно и невинно, отдавая первый поцелуй. Он делал это более напористо, показывая как можно еще сделать. Руки начали гулять по телам друг друга, разжигая внутри огонь. Он мягко провёл кистью по левому боку, она кончиками пальцев провела по ноге. Они были разгорячённые, с каждой секундой все больше чувствуя жар внутри тела, снизу живота. Для Барбары это было в новинку, но Итер знал, они возбуждены не только эмоционально, но и физически. Это поняла и Пегг, но вместо отрицания и паники, она только развернулась и обхватив его шею, тихо произнесла «Я не против». Ну понеслась. Они одновременно, никак не сговариваясь, пошли в номер Барбары, по пути буквально не отцепляясь друг от друга. Конечно, приходилось соблюдать кое какие нормы приличия, чтобы не вызвать больше подозрений чем уже есть, и это было трудно, но они справились. Итер, чувствуя как зверь внутри, спавший вот уже много лет, проснулся, был удивлен. Ему была не чужда похоть, но вот вызвать её мог мало кто, как это делала сейчас Барбара. Если раньше при встрече с женским полом было достаточно просто проявлять самоконтроль, то сейчас, в обществе монахини Барбатоса, он утекал как песок сквозь пальцы. Ну то что Паймон их немного споила тоже сыграло роль, накладываясь друг на друга. Крепкий алкоголь срывает Итеру все тормоза, проверено не раз. Надо потом будет спросить у бармена, как он его замаскировал так, что вкус был совершенно скрыт. В дверь они буквально ввалились, хлопнув на последок настолько сильно, что удар наверное слышали все вокруг. Почувствовав что за ними никто больше не наблюдает, первой ход сделала Барбара. Обхватив лицо Итера руками, она резко притянула его к себе и поцеловала, более смело чем раньше, но все также неумело. Её мягкие губы были для Путешественника как порция удовольствия, хотелось ещё и ещё. Не желая прерываться, он прижал её за талию ещё сильнее, идя в атаку. Язык резко проскользнул в её рот, начав исследовать доступное пространство. От такого действия девушка немного осела, но Итер её держал. Как с его плеч упала рубашка, он не заметил. Но он уверен, в этом замешана Барбара и её шаловливые ручки, ведь только она была рядом. — Постой. — тихо произнесла она, делая шаг назад. Обида, боль, разочарование, все это вмиг отобразилось на лице Итера, когда его оттолкнули. Видя это, как именно реагирует на неё Итер, внутри что-то пело. Пегг испытывала новое, до этого момента неизвестное чувство, заставляющее улыбаться и сжаться, прикрывая своё тело в смущении. Медленно, убеждаясь что Итер за ней наблюдает, Барбара начала развязывать некоторые ленты и шнуры, держащие верхний слой купальника на теле, инстинктов выгибая спину, чтобы выпятить бедра. Даже если он этого не видел, одно только знание об этом было достаточно, чтобы раззадорить его еще сильнее. Не замечать как плавки Путешественник натягиваются было тоже приятно. Первый слой одежды упал, открывая обтягивающий тело комбинезон, совершенно не скрывавший фигуру девушки. Не будь второго слоя одежды, Он бы сказал что это смело. Её руки, тонкие и изящные, потянулись за спину к застежке, держащей купальник на ней, но немного поразмыслив, Барбара повернулась спиной к Итеру и тряхнув головой, чтобы хвостики не мешали, немного вкрадчивым голосом произнесла. — Поможешь? Ответом были руки, прикоснувшиеся к спине и начавшие тянуть пуговицы, медленно расслабляя ткать. Когда пала последняя пуговица, когда все ленты были ослаблены, купальник держался только на руке Барбары, лежавшей на груди. Сделав шаг вперед и обернувшись, она дождалась когда Итер будет смотреть не неё, внимательно и ни на что не отвлекаясь, то просто убрала руку, позволяя ткани упасть. Видя очень бурную реакцию на её действия, Барбара внутри себя даже немного усмехнулась. Как и многие в городе, она собирала информацию о его подвигах в путешествии, что дало понять, он очень стойкий. А сейчас, стоило ей перед ним обнажиться, как он сразу стал… она не могла подобрать слово, но внутренняя гордость ликовала. А затем он её толкнул. Упав спиной на кровать, она слегка пискнула от неожиданности действий, но ощущение его губ на шее заставило замолчать, сжимая простыни. Следы, он точно оставит следы, из-за которых придётся многое объяснять. Впрочем неважно. Медленно, вызывая множество волн мурашек, Итер продвигался вниз, пока не остановился на груди. Что он хочет сделать она поняла сразу, быстро поднося ладонь ко рту и немного прикусывая её. А уже затем Путешественник схватил губами её сосок. Язык, губы, зубы, он использовал все, иногда переключаясь с одной на другую груди, активно лаская их. Свободная рука настолько крепко сжала простыню, что та едва не порвалась, а из горла, в первый но не последний раз, вырвался громким стон. — Ах! — когда одновременно с губами, Итер начал работать и пальцами, схватив другой сосок и немного потянув, она практически закричала. Чувства, такие новые и захватывающие, это было невероятно приятно. Но как быстро он начал, также быстро и закончил. Барбара даже захотела возмутиться, но чувство языка, медленно скользящего по животу, говорило что это далеко не финал. Некоторое время он уделил её животу, что был слегка солоноват из-за моря и капли пота, но медленно и верно, голова Путешественника смещалась в них. И чем ниже он был, тем сильнее внутри горело у неё. Когда язык медленно, стараясь как можно глубже проникнуть внутрь, прошёлся по её промежности, Барбара кончила. Громко, бурно, сильно. Из тела будто высосали все силы, а сознание едва не уплыло за край темноты, но все быстро вернулось, оставляя после себя лишь блаженство. Кое как Барбара сфокусировала взгляд на лице Итера, желая увидеть его реакцию, но как только она это сделала, то ей предстала крайне довольная улыбка. Он был невероятно доволен своими действиями. Что-то внутри девушку воспылало. Ей захотелось стереть эту улыбку, а лучше всего забрать себе. И ровно также, как это сделал он. С ловкостью, совершенно несвойственной для неё, Барбара опрокинула Итера на кровать, усаживаясь на низ его живота, попкой чувствуя как его член был напряжён. А стоило ей только ещё немного не него надавить, как тот начал дёргаться, ещё немного увеличиваясь в размере, натягивая и без того находящиеся на грани плавки. Зная что сейчас произойдет, и понимая что они мешают, Итер сделал пас рукой, заставляя последнюю часть одежды на себе исчезнуть, освобождая член, жаждущий действий. — «И это должно влезть в меня» — смотря минимум на двадцати сантиметров плоти, мысленно удивилась Пегг, ощущая смесь страха, азарта и предвкушения. Половое воспитание она как врач получила уже давно, но вот практики ещё не было, если не считать пальцев, в значит придется импровизировать. Собрав в руке не немного энергии гидро, она обхватила ладонью член и не глядя, смотря в глаза Итера, начала водить её вдоль него, нанося влагу как смазку. Приятный холодок и стимуляция заставила уже Итера крепко схватить простыни, издавая низкий гортанный рык. Ощущение ладони, крепко сжимающей его достоинство, было невероятно приятным, почти неестественно, но думать об этом не хотелось. Пришла пора самого главного действия. Барбара, немного привстав, направила член в киску, несколько раз проведя головкой по складкам. Внутри что-то дрогнуло, но она не показала это, немного опустившись вниз, начиная принимать в себя член. Стоило только кончику немного войти, как она резко, села, полностью поглощая член Итера. От боли у неё не лицо выступило несколько слёз. Она знала что будет неприятно, но даже так, все равно было плохо. Однако мягкое прикосновение Путешественника отвлекло его, а поток энергии, вырвавшийся из его руки, начал быстро убирать боль. — Спасибо. — Улыбаясь, произнесла Барбара. А затем она сделала пробный скачок. Её бедра ударились о его ноги, издавая мягкий «Шлеп», немного забавляя обоих. Но с каждым ударом на первое место выходило лишь удовольствие. Вверх-вниз. Снова и снова. Барбара начала скакать на члене Итера, отбросив стеснение. Сам же Путешественник, желая девушку немного поддержать, взял её руки в свои, давая опору. Сколько прошло времени, они сказать не могли. Но в какой-то момент оба на секунду замерли, а затем Барбара выгнула спину, получив оргазм. Итер же, чувствуя как она сжимает его член, будто хочет выдоить из него все что есть, тоже не смог себя сдерживать и кончил в неё. Когда все закончилось, Барбара рухнула рядом с Итером, тяжело дыша. Её рука медленно легла на живот, поглаживая его. — Тепло. — тихо сказала она, немного смущаясь контекста, но все понятно и так. Несколько минут они провели в молчании, просто наслаждаясь ощущениями от произошедшего. Но как только Пегг захотел по удобнее улечься, Итер рывком встал притянул её у себе. — Ииип! — Пискнула она, от резкого движения, снова чувствуя как член Итера упирается в неё. — Ещё? Разве мы не закончили? — немного испуганно спросила она. — Конец? Это только начало. — в ответ мягко улыбнулся он, медленно входя внутрь. — Итер. Нет! Я ещё не готова! Итеееаааах! — застонала Барбара, когда Путешественник снова оказался полностью внутри. Видимо она не учла одной важной детали, выносливость у неё гораздо ниже чем у него. Но деваться некуда, осталось только наслаждаться.

***

Сколько все длилось сказать было трудно. В момент Барбара просто провалилась в сон, полностью лишённая сил. Итер изводил её, будто пытался найти, где та грань, которую она может выдержать, и даже немного перестарался. А утром, стоило только девушке открыть глаза, она почувствовала последствия ночных игр. Самое банальное, ниже пояса все болело и не могло двигаться, заставляя её просто остаться в кровати. Ещё можно упомянуть все еще влажные простыни, но это не столь важно. Зато воспоминания, каждая поза, которую она придумывала на ходу, всплыли в голове, заставляя густо покраснеть и натянуть покрывало, лежащее до этого на ногах, прямо до лица. Было одновременно стыдно и приятно, но вот как теперь об этом рассказать Джин. — Спишь? — прервал поток мыслей голос Итера. — Да. — натягивая ткань ещё выше, ответила Барбара, краснея ещё сильнее. Но немного подумав убрала ткань с лица и повернув голову в сторону Итера, спросила, — Что теперь? Итер лишь улыбнулся, смотря на девушку. Все еще боевой хомячок. — Тут должен быть разговор о том что все это было ошибка, случайность и вообще, я валенок и ты сама виновата, но его будет. — в голосе прорезалась сталь. — А что тогда? — Все просто, я тебя не отпущу. Теперь. Ты. Моя. — по слогам произнёс он, как хищник, нашедший свою добычу. В некотором роде так и было. Слова Путешественника вызвали бурю в голове монахини, что в защитном жесте полностью скрылась под покрывалом. Она хотела сказать хоть что-нибудь, кричать от радости, ругаться, расплакаться, но ничего из этого не получалось. Все было только настолько резко и неожиданно, что даже приблизительного сценария на это у неё просто не было. И смех Итера не был помощником здесь. Необычное начало отношений. Комната Путешественника. Паймон. Перебирать снимки, сделанные на новый фотоаппарат с возможностью печати этих снимков прямо на месте, было забавно. Прошедшая ночь позволила сделать очень много интересных фото. Вот например Барбара прыгает на Итере в позе наездника. Или ещё одно, где он активно работает языком между её ног. Все что было даже отдаленно похоже на данные фото отправлялось в кучу, что совсем скоро сгорит. Но некоторые, проходящие по самой грани, фея оставила себе, для дальнейшего использования. Частть пойдет Яэ за определённое вознаграждение. Другие пойдут в личную коллекцию. А вот третья группа, Паймон собиралась их использовать с максимально коварным планом. Итер очень часто воспринимал за ребенка, возможно иногда и вправду вела себя так, но о многих взрослых темах она знала не понаслышке. А еще она знала, что алкоголь в компании человека, что тебе нравится, приводит о весёлым историям. Вот как сейчас. Так что раз она ребенок Итера, то пусть он обеспечит ей маму, а то и не одну. Вот для последнего она как раз и подготовила снимки, что только и ждали момента оказаться в определенных руках. — Хе-хе, кажется Паймон слишком много общалась с некоторыми коварными женщинами. — вслух проговорила фея, закончив сортировку. Конечно ей хотелось посмотреть как Итер будет улаживать дела с Барбарой после бурной ночи (местами было очень даже громко!!!), но дела не ждут. Она как раз видела как на курорт прибыла Муалани. И лично Паймон эта жизнерадостная любительница серфинга понравилась, так фото в анонимном конверте идет прямо к ней. Конечно, вручит его лично Паймон, но это уже другая история, смеяться с которой она будет на свадьбе Итера.