Клетка

Тилл приходит в себя в белой комнате. Голова раскалывается, тело ужасно ломит…В глазах все еще мутит. Побочные эффекты снотворного, которое прилетело дротиком в его плечо. Он пытается вспомнить, что произошло на сцене. Песня, которую он не допел. Торжествующий Иван. Только вот Тилл так и не может понять, почему тот странный парень так радовался? Он считал его другом. А в итоге этот «друг» так воспользовался моментом… Тилл начинает паниковать, вспомнив про произошедшее. Бьет по стенам, кричит и вопит, но в ответ получает лишь тишину. А потом замечает камеру и замирает. Смотрит прямо в нее, как будто бы в душу тому, кто прямо сейчас наблюдает за бушующим парнем. —Ты здесь? Я знаю что ты смотришь, Иван! Какого чёрта?! Через минуту Тилл услышал звуки металлической двери за своей спиной. Он сразу же поднялся и встал в нелепую боевую позу. На пороге стоял Иван, скрестив руки. Его взгляд спокойный, но губы расплыты в легкой улыбке. Сероволосый не расслабился, а наоборот. Лишь напрягся, а затем начал требовать объяснений. Иван же отвечает ему коротко и холодно: —Тилл, с этого дня ты — моя собственность. Ты проиграл. Я победил. Такие правила. Ты не умрешь, не будешь голодать..Я хорошо о тебе позабочусь. Но не выйдешь без моего разрешения. Понял? Тилл в ярости. Услышав такое требование, которое нарушает его моральные принципы и свободу, он начал бить по стенам и даже разбил камеру. Иван стоит на месте, лишь выдохнув. —Успокойся, Тилл. Всё ведь честно. —Ничего не честно! Это МОЯ жизнь, и ты не можешь управлять ею, как тебе вздумается. Иван улыбнулся сильнее и подошел к другому вплотную, смотря с пугающим выражением сверху вниз. —Нет. Теперь эта "жизнь" не твоя. Она принадлежит мне. А значит ты — тоже мой. Тилл отворачивается и садится на пол, в угол. Его трясет. Затем вспоминает, как Мизи проиграла Луке. Как ее увели, а он ничего не смог сделать…Никак не помог, даже не попытался. Просто смотрел. Иван замечает состояние Тилла и теряет самообладание. Понимает, что парень страдает не из-за того, что стал рабом, а из-за того, что Мизи стала рабыней другого. —Ты думаешь о ней. Даже не смотришь на меня. А ведь она тебя не спасет. —А ты? Разве ты мой спаситель? —Я твой хозяин. Но я не буду делать тебе больно. Пока что. Тем временем у Мизи. Девушка проснулась в аналогичной комнате, но она не одна. Рядом с ней Суа, голова которой лежит на плече Мизи. Она замирает, когда понимает, что любимая жива. Начинает трогать ее лицо, перебирает пальцами волосы…Суа открывает глаза и улыбается. А после они обнимаются, ощущая тепло и любовь друг друга. —Мы свободны? Или… Мизи не успевает договорить, как вдруг Суа накрывает ладонью ее губы. —Не думай об этом. Главное, что мы вместе. Услышав эти слова, она невольно улыбается и сжимает Суа сильнее, лбом утыкаясь в ее плечо. Суа же аккуратными и медленными движениями поглаживает Мизи по голове, стараясь ее успокоить и отвлечь от плохих мыслей. Но девушка все же поднимает голову и задает вопрос: —А если нас разлучат? —Я не позволю. — Раздается голос Луки, который уже давно стоял на пороге двери и подслушивал. —Я не позволю вам разлучиться. — Повторяет он. — Ты, Мизи, моя собственность. И Суа теперь тоже. Я оставлю вас обеих вместе, если будете послушными. Мизи прижимает Суа к себе, защищая. Смотрит на Луку с ненавистью. —Что ты хочешь? —О, ничего особенного. Просто выполняйте мои приказы. Этого вполне хватит. —Ты не получишь нас! Я и Суа не твои игрушки! —Я и не говорил, что вы игрушки. Вы — моя награда. Но если вы будете перечить мне…Я избавлюсь от вас. —Ты не посмеешь. —Посмею, если не будете слушаться. Мизи сжимает зубы, Суа касается ее руки. —Мизи, не надо… —Согласны. Мы согласны. Лука кивает и уходит из комнаты. Суа обнимает Мизи сильнее и пытается ее подбодрить. Тилл же никак не может заснуть. Он все еще думает о том, что может происходить на данный момент с Мизи. Но объект его переживаний в порядке и даже не задумывается о самом Тилле. Он сидит в комнате один, в полнейшей тишине и пытается успокоиться, но не может. Затем он встает и подходит к столу, на котором лежала еда и вода, принесенные Иваном. Парень хватает тарелку и швыряет в стену. Еда разлетается. Он садится на пол, обхватывает колени и тяжело дышит. Тилл заметил записку, которая лежала на столе и взял ее, посмотрев на надпись: «Я приду завтра. Так что готовься петь для меня». Он злится и разрывает листочек на мелкие части. Тилл не ест уже больше дня. Он сидит на полу, в уголке, прижавшись спиной к стене, с недовольством смотря на новые еду и воду на столе. —Ты должен есть. Иначе ты ослабнешь и не сможешь петь. — Раздается голос Ивана, который только что зашел в комнату. —Я не буду петь. —Будешь. Ты всегда поешь, когда тебе больно. Это единственное, что у тебя есть. У тебя нет выбора. —Ты ничего не знаешь обо мне. —Я знаю гораздо больше, чем ты думаешь. Я знаю, что ты плохо спишь, вспоминаешь мать, боишься, хочешь быть нужным…Я знаю все, Тилл. —Тогда ты знаешь, что я ненавижу тебя. —Ненависть — тоже чувство. И я его принимаю. Тилл встает и подходит к Ивану, смотря ему прямо в глаза. —Я хочу увидеть Мизи. Хочу знать, что с ней всё в порядке. —Нет. —Ты не можешь запретить мне. —Могу. Ты увидишь ее, когда я разрешу. А пока…готовься петь. Я скоро вернусь, и ты споешь для меня. Иван отворачивается и идет на выход. Тилл улыбается и замахивается в его голову кулаком, тем самым оглушая. Он смотрит на бессознательное тело парня и улыбается. —Никогда. После этого он сбегает из комнаты и ищет по табличкам комнату Мизи и Суа. Лука сидит в своем кабинете, рассматривая записи выступлений других участников сезона. Он перематывает кадры песни Ивана "Black Sorrow", замечая разные мелкие детали. —Ты влюблен. — Смеется Лука. — В своего же раба. Он переключает запись на песню Тилла из второго раунда. —Хороший материал. Если Иван проиграет…Я заберу и Тилла. Три раба. Замечательно. Лука продолжает смотреть выступления других, удерживая свой взгляд на Мизи. Смотря 5 раунд "Ruler of my heart", он заметил знакомый силуэт среди инопланетных охранников. Мужчина пригляделся и понял, что это Хёна. Та, кого он любил больше себя. Но зачем она вернулась? Он должен узнать это, ни смотря ни на что. Любой ценой.