После тебя

      После всего случившегося цирк сильно изменился. Теперь каждый был волен делать то, что хотел. Кейн изо всех сил старался превратить это место в уютный дом для каждого из ребят. А после того как Зубл создала бар, они всё чаще проводили вечера вместе — за разговорами, шутками и чашками какао или чего покрепче. За это время они невероятно сблизились. Казалось, теперь они знали друг о друге почти всё. Впрочем, иначе и быть не могло. Им предстояло провести здесь вечность, пока где-то за пределами цирка их настоящие жизни продолжали идти своим чередом. Иногда Помни невольно задумывалась, сумела ли она обрести счастье в реальном мире. Дни сменяли друг друга. Цирк стал по-настоящему чудесным местом. Тем местом, о котором раньше можно было только мечтать. И всё же Помни не чувствовала той радости, которую должна была испытывать. Да, бесконечные приключения остались в прошлом. Исчезло давление. Исчезли постоянные тревоги. Исчез и Джекс.       Она постоянно замечала пустующее место за столом во время обеда. Больше никто не смеялся, когда она спотыкалась на ровном месте, никто не уводил её за собой черт знает куда, чтобы показать очередную скрытую локацию цирка, никто не смешил её до потери сознания абсолютно тупейшими шутками, никто не ловил на себе её взгляд, заставляя потом краснеть. Порой она могла подолгу стоять в коридоре, не отрывая взгляда от его двери. Просто смотреть на портрет, перечёркнутый красным крестом, ощущая странную пустоту, которая с каждым днём становилась только больше. У неё появилась привычка навещать его каждый вечер. Помни приходила в его шатёр и садилась рядом. Рассказывала обо всём, что произошло за день. О новых играх и приключениях, которые придумывал Кейн с ребятами, о переменах в цирке, о забавных историях. А иногда — о вещах, которыми она хотела поделиться лишь с ним. О своей вине. О тоске, которая день за днём разъедала её изнутри. — Я скучаю по тебе, — едва слышно произнесла Помни, не поднимая взгляда. Помни знала, что Джекс её не слышит. А если бы и слышал… теперь он всё равно не смог бы ответить. Она тихо усмехнулась, но в этом смешке не было ни капли радости. — Знаешь, раньше ты бы обязательно начал смеяться надо мной за такое признание. Сказал бы какую-нибудь хрень, а потом лыбился. Как ты всегда улыбался… Она замолчала. — И, честно говоря… сейчас я бы многое отдала, чтобы снова это услышать. В груди неприятно защемило. — Сегодня мы устроили пикник. Королёр долго рассказывал про бабочек. Честно говоря, я не слушала. Всё время думала о тебе. Её голос постепенно становился всё тише. — Я пыталась вспомнить, как звучал твой голос. Как ты закатывал глаза. Как раздражал всех вокруг… Она нервно усмехнулась. — Боюсь однажды забыть. Помни подняла взгляд. Перед ней всё так же мерцала абстракция. Десятки полузакрытых глаз лениво смотрели в пустоту. Когда-то это был Джекс. От этой мысли внутри что-то болезненно сжалось. Она не заметила, как по щекам покатились слёзы. — Почему ты ушёл?.. — её голос сорвался. — Почему позволил этому случиться? Почему ты не попросил о помощи? Почему оставил меня…? Последние слова прозвучали почти шёпотом. Помни резко закрыла лицо руками и зажмурилась, будто бы это могло остановить слёзы. — Чёрт… Плечи дрогнули. — Я ненавижу это. Ненавижу приходить сюда и понимать, что тебя больше нет. Ненавижу разговаривать с тобой и знать, что ты не ответишь. Она судорожно вздохнула. Тишина. — Я просто хочу увидеть тебя ещё хотя бы раз.       Она ещё раз посмотрела на него, мирно спящего, и больше не смогла оставаться рядом. Помни резко сорвалась с места, пытаясь убежать от этого невыносимого, разъедающего изнутри чувства тоски и отчаяния. Глаза застилали слёзы. Она лишь надеялась, что никто не заметил, как она почти бегом мчалась по коридору к своей комнате, чтобы, рухнув на кровать, уткнуться лицом в подушку и закричать. Только так она могла выплеснуть наружу всё, что накопилось внутри. Помни торопливо схватилась за дверную ручку, но вдруг замерла. Медленно обернувшись, она сначала решила, что ей почудилось. Наверное, это всего лишь привычка видеть его здесь, в этом коридоре. Её пальцы крепче сжали ручку двери. В проёме стояла высокая фигура. Широкие зрачки смотрели прямо на неё — неподвижно, жутко, так, что по телу мгновенно пробежали мурашки. В горле застрял ком. Она с трудом сглотнула и поспешно отвела взгляд. — Мне просто кажется… Этого не может быть… — едва слышно повторяла она, словно мантру, отчаянно пытаясь убедить в этом саму себя. — Помни… Его голос заставил её вздрогнуть. Слишком похож. Почти неотличим. Помни в ужасе ворвалась в комнату и захлопнула дверь так резко, будто за ней кто-то гнался. Сердце бешено колотилось, а дыхание совсем сбилось. Она прижалась спиной к двери, пытаясь унять дрожь. — Мне просто показалось… — пробормотала она, цепляясь за эту мысль как за спасение. — Джекс рассеялся. Он рассеялся… Помни судорожно вдохнула, наконец позволяя себе произнести то, в чём боялась признаться прежде всего самой себе. — Это… всего лишь галлюцинации…       Помни часами не могла уснуть. Она бесконечно ворочалась в постели, а стоило лишь провалиться в сон, как мысли вновь утаскивали её в тот проклятый день. К той двери в его разуме. К одинокому фонарю, под которым она в последний раз ощутила тепло его крепких объятий. «— Помни… Я не хочу уходить…» — Бл#т@!.. — Она резко перевернулась на другой бок, с силой вцепившись зубами в край подушки. — Хватит… Пожалуйста, хватит… Я… Прости меня… Грудь сдавило от рыданий. Она ненавидела себя за то, что осталась жива. За то, что отпустила его. За то, что не вцепилась в него крепче. Ей казалось, что она недостаточно страдала за это. Интересно… больно ли рассеиваться? Что он чувствовал в последние секунды? Страх? Отчаяние? Гнев? Плакал ли он? Наверное, плакал. Снова и снова она возвращалась к одному и тому же моменту. К тому, как отвернулась. Как ушла. Как даже не попыталась догнать его. Она убеждала себя, что просто устала. И это было правдой. Они все были на пределе. Но могла ли она всё изменить? Послушал бы он её? Нет… Этот упрямый идиот, скорее всего, даже не позволил бы ей договорить. Он бы всё равно ушёл. И… Рассеялся. Помни резко распахнула глаза. Она и сама не заметила, как смогла уснуть. Видимо, усталость всё же взяла свое. Несколько секунд она просто лежала, тяжело дыша. И только потом почувствовала на себе чей-то взгляд. Она медленно повернула голову. Совсем рядом лежал он. Его чёрные глаза неотрывно смотрели на неё, внимательно изучая её лицо. На этот раз на губах не было его привычной улыбки. Лицо оставалось совершенно неподвижным — настолько, что невозможно было понять, о чём он думает и что чувствует. Помни закрыла глаза.       Еда казалась безвкусной. Каждый кусок приходилось буквально проглатывать через силу. Аппетит исчез, словно его никогда и не было. Но она продолжала пихать в себя пищу, чтобы не давать лишнего повода для беспокойства. Им и без того хватало переживаний. В цирке наконец-то все наладилось. — Помни? — Голос Рагаты выдернул её из потока мыслей. — Ты меня слышишь? — Да… Конечно, — тихо ответила она, будто только сейчас осознала, что находится за общим столом. — Передашь, пожалуйста, перец? Помни молча взяла перечницу и протянула её подруге. — Спасибо. Рагата задержала на ней взгляд. В её глазах читалось явное беспокойство. — Помни… У тебя всё хорошо? В последнее время ты… какая-то нелюдимая. Помни на мгновение замерла. Пальцы сильнее сжали вилку, она сомкнула губы в тонкую линию. — Всё нормально, — Помни подняла взгляд и натянула на себя натужную и неестественную улыбку. Она улыбалась в ответ его силуэту, стоящему позади Рагаты. Рагата незаметно переглянулась с остальными. Затем перевела взгляд на Кейна, словно желая убедиться, что все они пришли к одной и той же мысли. Повисла неловкая тишина. — Может, сегодня устроим какое-нибудь приключение, м? Есть что-то, чего тебе хотелось бы? — снова начала диалог Рагата. — Да, если у тебя есть какие-нибудь пожелания… — решила поддержать Зубл. Помни едва заметно покачала головой. — Нет. Выберите что-нибудь сами… Только, если можно, недолгое. — Она устало опустила глаза в тарелку, — Если честно… я очень хочу спать. — Я слышал, классическая музыка помогает расслабиться, — задумчиво произнёс Королёр, ковыряя ложкой картофельное пюре. — Может, тогда и уснуть получится быстрее. Помни кивнула. — Попробую… Спасибо.       Шли, кажется, недели. Он появлялся все чаще, и в один момент его присутствие перестало пугать. Он стал её постоянным спутником. Помни всё чаще пропускала приключения и общие посиделки. Остальные нередко находили её в его шатре. Она коротала часы, неуклюже разучивая мелодии на пианино или просто засыпая, словно только там могла найти покой… Она не могла отвлечься на приключения, душевные разговоры не приносили успокоения. Помни все больше погружалась глубоко в себя, не в силах выпутаться из тягучего отчаяния. Изредка соглашась на авантюры, она надеялась, что это хоть что-то изменит. Но время лишь шло… — Помни! Дверь, к которой они подбежали, оказалась заперта. Гэнгл судорожно дёргала ручку, с каждой секундой всё сильнее поддаваясь панике. — Нужен ключ! Помни резко обернулась. Преследователи были уже совсем близко. Она невольно сжала руки в кулаки. — Ну же, Помни, — протянул Джекс с привычной насмешкой, склонившись к самому её уху. — Плаксе нужен ключ. Вот я бы уже давно… — Да знаю я! Помни раздражённо оборвала его и сунула руку в карман, лихорадочно что-то пытаясь найти. — Помни?.. Не отвечая, она наконец нащупала ключ. Помни резким движением выхватила его и бросилась к двери. Пальцы дрожали, пока она пыталась попасть ключом в замочную скважину. За её спиной Джекс лишь наблюдал, не скрывая довольной улыбки. Замок щёлкнул. — Быстрее! Помни распахнула дверь, буквально втолкнула Гэнгл внутрь и сама проскользнула следом, захлопнув её в последний миг — как раз перед тем, как преследователи добрались до них. — Помни, с кем ты?.. В ту же секунду в воздухе вспыхнула яркая надпись, поздравляющая с успешным завершением приключения. После возвращения в цирк, Помни отказалась от обсуждения приключения, лишь коротко улыбнулась, отмахнувшись, что ей всё понравилось, и, сославшись на усталость, тихо ушла навестить Джекса. Как и всегда, он неподвижно лежал в своём шатре. Помни молча опустилась рядом. Несколько долгих минут она просто смотрела на него, будто надеясь, что вот-вот услышит очередную глупую шутку. — Помни..? Она не сразу заметила вошедшую Рагату. Та осторожно присела возле неё, бросив взгляд сначала на Джекса, затем на подругу. На лице Помни застыла странная улыбка — слишком натянутая, чтобы быть настоящей. Рагата тихо вздохнула. — Я знала, что найду тебя здесь. Ты в последнее время выглядишь очень уставшей… — начала она неуверенно, — Я волнуюсь за тебя. Если тебя что-то тревожит… если тебе нужно поговорить… Ты ведь знаешь, что можешь обратиться ко мне. Помни ещё несколько секунд молчала, не отрывая взгляда от Джекса. — Как думаешь… — наконец тихо произнесла она. — Был ли у меня шанс спасти его? Рагата опустила глаза. — Я… не думаю. Всё произошло слишком быстро. Мы все тогда были в отчаянии… И даже если бы мы попытались… никто не смог бы вытащить его, если он сам этого не хотел. — Если бы я тогда настояла… Если бы не позволила ему уйти… — Помни горько усмехнулась. Рагата мягко положила ладонь ей на плечо, прервав её. — Не вини себя. Ты так много сделала для него. Мне жаль, что все сложилось именно так… Но, знаешь… каким бы придурком он ни был, мне кажется, он бы хотел, чтобы ты продолжала улыбаться и жить дальше. — Если бы он действительно этого хотел… — почти неслышно прошептала она. — Он бы не оставил меня… — Что? — Рагата слегка наклонилась к ней. — Прости, я не расслышала, что ты сказала. Помни быстро моргнула, возвращаясь из собственных мыслей, а затем тепло улыбнулась — на этот раз улыбка была искренней. — Да ничего, — Она осторожно сжала ладонь Рагаты. — Спасибо… За то, что всегда рядом. Рагата ответила ей такой же улыбкой. Помни поднялась на ноги, ещё раз посмотрела на неподвижную фигуру Джекса и тихо выдохнула. — Думаю, мне стоит немного отдохнуть. Это приключение оказалось… тяжелее, чем я ожидала. — Конечно. — Рагата тоже поднялась. — Увидимся вечером? — Думаю, да, — Она помахала подруге рукой и вышла из шатра. Улыбка исчезла с её лица сразу же, как только за её спиной опустился полог.       Помни остановилась перед зеркалом в холле цирка. Несколько секунд она молча всматривалась в собственное отражение. Под глазами залегли тёмные круги, лицо осунулось, а взгляд казался каким-то потухшим и уставшим. — Похоже… я и правда схожу с ума… Позади неё молча стоял Джекс. Его ладони легли ей на плечи, а затем медленно скользнули вверх. Кончики пальцев коснулись её лица и осторожно потянули уголки губ вверх, заставляя натянуть улыбку. В отражении зеркала его силуэт выглядел пугающе настоящим. — Так то лучше, — с привычной усмешкой произнёс он, а затем его пальцы ласково скользнули по её щеке. В этот момент у Помни нервно дёрнулся глаз. Она тихо хихикнула, а через мгновение смешок превратился в громкий, почти истерический смех. Она вся согнулась, жадно хватая ртом воздух, задыхаясь от смеха. — Почему ты смеёшься? Она подняла на него влажные от смеха глаза. — Боже… — выдохнула она, пытаясь отдышаться. — Я ведь действительно схожу с ума… — В её голосе не осталось ни страха, ни отрицания. Она наконец призналась сама себе, — Тебя нет, Джекс. Ты умер ещё месяц назад… Или больше? Я уже, кажется, теряю счет времени… Она сделала глубокий вдох, а затем ненадолго замолчала, продолжив уже тише. — А я… просто продолжаю разговаривать с тобой. Продолжаю видеть тебя… Я и правда… Схожу… с… ума… — Последние слова прозвучали почти шёпотом. Улыбка медленно исчезла с её лица. Она отвернулась от зеркала и неторопливо направилась к своей спальне. Рука дрогнула, когда пальцы коснулись дверной ручки. Помни снова невольно остановилась. Её взгляд скользнул к двери Джекса. — Ты смотришь на неё каждое утро и каждый вечер, — негромко произнёс он, прислонившись к стене рядом. — Почему ты умер, Джекс? — её голос дрогнул. — Почему тогда… они вытащили именно меня? На мгновение воцарилась тишина. Он больше не улыбался. Лишь молча отвернулся, будто проигнорировав её вопрос. Помни молча вошла в комнату и заперла дверь. Свет она включать не стала. Спальню освещал лишь одинокий ночник у кровати. Волоча ноги, Помни медленно направилась к кровати. По пути носок её ботинка зацепился за какой-то кубик. Она споткнулась, едва удержавшись на ногах, и раздражённо опустила взгляд. Она на мгновение застыла. Помни почти до срежета стиснула зубы, а пальцы сами собой сжались в кулаки. Какое-то время она просто смотрела на игрушку. Резко наклонилась, Помни схватила её и со всей силы швырнула в стену. Кубик с глухим ударом разлетелся на части. Дыхание сбилось. Сердце колотилось в груди как бешеное. Словно издеваясь над ней, в голове вновь звучал его голос. «— Хочешь психануть? Хочешь наконец выплеснуть всё, что накопилось в тебе за эти недели?» — Хватит… — сорвалось с её губ едва слышно. Помни схватила первую попавшуюся вещь и с криком бросила её в стену. Затем ещё одну. И ещё. Комнату наполнил оглушительный грохот. Вещи разлетались на куски, отскакивали от стен, застревали в текстурах цирка. Она кричала, захлёбываясь слезами. Слёзы бесконтрольно текли по щекам. Голос окончательно сорвался, превратившись в хриплые, отчаянные крики, которые то и дело прерывались судорожными всхлипами. Она опрокинула шкаф, а тот с грохотом рухнул на пол. Почти сразу её руки нашли ночник. Помни подняла его над головой, готовая с силой разбить и его, но замерла. Джекс молча наблюдал за ней в углу комнаты. Его лицо ничего не выражало. Силы окончательно покинули её. Из груди вырвался пронзительный, полный боли крик. Пальцы невольно разжались, а затем она бессильно рухнула на колени, прижимая ночник к груди. Кажется, это была последняя уцелевшая вещь в этом хаосе. Вдохнуть было почти физически тяжело. Рыдания разрывали грудь, плечи судорожно вздрагивали, а губы дрожали так сильно, что она не могла произнести ни слова. Джекс сдвинулся с места, осторожно переступая через разбросанные обломки, опустился рядом. Помни подняла на него покрасневшие глаза, полные слёз. Он молча коснулся её лица. Большим пальцем он бережно стёр дорожку из слёз с её щеки и печалью улыбнулся, а затем просто притянул её к себе. В тот же миг Помни ощутила знакомое покалывание. Руки начали едва заметно глючить. Она сделала глубокий вдох, а затем отчаянно вцепилась в него, прижимаясь к нему так близко, как только могла. Она больше не была готова отпускать его. Никогда.

***

— Рагата?.. — тихо позвала Зубл. Девушка не сразу поняла, что обращаются именно к ней. Она стояла, неотрывно глядя в одну точку, словно совсем перестала замечать все вокруг. Лишь осторожное прикосновение к плечу заставило её вздрогнуть и поднять взгляд. Гэнгл уже закончила. Теперь была её очередь. Рагата молча кивнула и медленно вышла вперёд. Каждый шаг давался с трудом. Она остановилась возле алтаря, на котором стояла фотография. — Я… — голос Рагаты дрогнул, и ей пришлось сделать глубокий вдох. — Каждый раз перед выходом думаю, что справлюсь. Но когда я смотрю на фото… Она замолчала, не сумев закончить. Кейн медленно снял свою шляпу и опустил голову. — Помни была, наверное, самым отзывчивым человеком из всех, кого я когда-либо знала. Она всегда была готова прийти на помощь. Даже когда она сама нуждалась в поддержке… она всё равно улыбалась ради нас. Рагата судорожно перебирала складки своего платья. — Она была такой искренней… такой заботливой. Я ещё никогда не встречала человека с таким большим сердцем, как у неё. И когда её не стало. Я будто потеряла часть себя. Даже перед тем как уйти, она улыбалась и не хотела расстраивать… Слёзы потекли с глаз и одна за другой стали падали на её переплетённые пальцы. Перед глазами так и осталась её фигура, поглощённая абстракцией. Когда она позвала Кейна, чтобы открыть дверь не отвечающей подруги, было слишком поздно, чтобы что-то исправить. Рагата зажмурилась, чтобы хоть как-то сдержать слезы. — Мне так жаль… — едва слышно прошептала она. — Мне жаль, что я не смогла ей помочь. Повисла тяжёлая тишина. Даже Королёр украдкой смахнул слезу, не сводя с Рагаты сочувствующего взгляда. Спустя несколько долгих секунд Рагата вновь посмотрела на фотографию. На её лице появилась слабая, дрожащая улыбка, полная боли. — Я очень надеюсь… что теперь она обрела покой. Вместе с ним, — Она перевела взгляд в сторону шатра, — А для меня… ты навсегда останешься моей лучшей подругой. Голос окончательно сорвался. Рагата опустила голову, и в тот же миг её окружили крепкие объятия остальных. Никто не произнёс ни слова. Они просто стояли рядом, разделяя одну и ту же потерю. Каждый из них лишился человека, который стал частью их маленькой семьи. Только сейчас девушка наконец смогла дать волю всем чувствам и заплакать. В шатре рядом теперь лежали две абстрактные фигуры, прижавшись друг к другу. И лишь ненавязчивая классическая музыка помогала им мирно спать.