Девиации: бондаж

      У Ноя было не так уж много сувениров из его парижского отпуска. Не было загара, которым он мог бы похвастаться, или татуировки. Не было полки, полной безделушек, или стопки открыток. Но у него была пара поношенных чапсов, пара очень красивых рубцов на спине от хлыста Господина и несколько замечательных историй. Даже фотографии, те немногие, что он сделал, получились довольно удачными.       На ужин были спагетти. Это была простая еда; после недели ужинов в ресторанах он снова был готов к простоте. Он, конечно, надеялся, что Фан принесет свою обычную бутылку колы. Кроме этого, он не строил никаких планов на вечер, полагая, что Фану, возможно, будет, чем поделиться, если с Бредфордом, временным Домом Фана, дела пойдут неважно. Когда в дверь позвонили, Ной поймал себя на том, что спешит открыть.       Как только он открыл дверь, Фантом ухмыльнулся и бросился к нему, пакет с колой сильно ударил Ноя в спину, когда Фан обнял его.       - Ой, прости! Привет, я скучал по тебе! Боже, как вкусно пахнет, - пробормотал Фан, улыбаясь во весь рот. Он был одет в свободные джинсы, что было для него необычным, и пушистую толстовку, от которой пахло благовониями. - Удачная поездка?       Ради бога, они все еще были в холле.       Фан умел заставить Ноя улыбнуться, несмотря ни на что. Конечно, за всей этой веселой энергетикой могло что-то скрываться, но сейчас было весело, и Ной был в восторге.       - Боже мой, Фан. У меня никогда не было такого отпуска, как этот. Париж прекрасен, и это один из самых странных городов, в которых я когда-либо был. - Он взял сумку Фана и направился на кухню. - Давай, заходи!       - Париж? Правда? Это ты еще не был в Рио. - Фан тяжело ступал по пятам, одной рукой поглаживая Ноя по спине. - Итак? Фотографии? Походы по магазинам? Ты был в Лувре? На Эйфелевой башне? Расскажи мне все! Ну, не все, только самое интересное, но расскажи мне все. И покорми меня.       - Я вообще нигде до сих пор не был. Садись! - Ной рассмеялся и подошел к плите. - Фотографии на столе. Эйфелева башня, думаю, стала моей любимой туристической достопримечательностью; вид и вечерний воздух, это было романтично и красиво, и я чувствовал себя влюбленным подростком. «Мона Лиза», думаю, тоже была классной. Но, Господи, нам пришлось постоять в этой чертовой очереди.       - Эта леди по-прежнему привлекает внимание толпы, - рассеянно заметил Фан, и Ной, оглянувшись, увидел, что он просматривает фотографии. - Боже, как красиво, - сказал Фан, переходя к следующему снимку. - Некоторые из них очень хороши, Ной.       - Спасибо. - Ной положил горку макарон в центр тарелки Фана, а затем и себе. - Ты видел, я попросил других американских туристов снять нас? Это моя единственная фотография, где мы с Тобиасом вместе; получилось неплохо, правда?       - Ага. Вы оба выглядите безумно счастливыми, - сказал Фан с ухмылкой. - И он всегда должен улыбаться. Ну, если только не надирает тебе задницу, тогда это не сработает так хорошо, но ты понимаешь, что я имею в виду. - Фан просмотрел еще пару фотографий и, наконец, отложил их в сторону. - Он хорошо выглядит, - просто сказал он. - Ты тоже.       - Спасибо. - Ной улыбнулся Фану, показавшемуся ему немного похудевшим, но он не был уверен, поэтому решил ничего об этом не говорить. - Это была такая потрясающая неделя. Есть еще пара вещей, которыми я могу похвастаться, но сначала поешь. - Ной протянул Фану кувшинчик с соусом. - Домашний, но на скорую руку. Я не тушил его весь день, как следовало бы. Надеюсь, получился.       - Если в нем есть чеснок, то он будет вкусным. Ты слишком сильно беспокоишься. - Фан снова ухмыльнулся и принялся за еду с аппетитной скоростью. - Итак, чем еще ты хочешь похвастаться? Сэр купил тебе подарки? - Он лукаво подмигнул и съел еще. - Ммм. Вкусно.       - Да, парочку замечательных. - Ной планировал подождать, пока они поедят, но он был слишком горд своими отметками, чтобы не показать их. - Смотри. - Он встал, повернулся спиной к Фану и натянул свитер на плечи. - Кнут. На публике, это в клубе, где царили очень строгие правила, мне вообще не разрешалось говорить.       За его спиной воцарилась мертвая тишина, а затем он услышал, как стул Фана со скрежетом отодвинулся.       - Черт, - выдохнул Фан, и теплые пальцы прошлись по отметине на его правом плече. - Это... вау. Совсем? Боже, ты справился?        - Я не помню, чтобы нарушал это правило, но сэр говорит, что через некоторое время после порки, когда он, наконец, отпустил меня, я умолял. Честно? Все, что я помню, это то, что мне нужно было снять чертово кольцо с члена, а потом я почувствовал себя намного лучше и очнулся от дремоты у него на коленях. Ты можешь в это поверить? - Он не поворачивался, позволяя Фану исследовать отметины. - Было тяжело. Мне не очень понравилось это правило. В смысле, не то, что не разговаривать с другими людьми, но то, что я не могу заговорить даже с ним, или отреагировать на его кнут, мне это совсем не понравилось.       - Да, всегда лучше закричать, - согласился Фан. Он обводил другую метку, его пальцы были нежными и ласковыми. - Господи. - Мгновение спустя он прочистил горло и отступил назад. - Тебя наказали за то, что ты в конце не сдержался? - спросил он, возвращаясь к своей тарелке, немного медленнее, чем двигался раньше.       - О, да. Но не в этот день или следующий; моя задница была не в состоянии работать около двадцати четырех часов. - Ной улыбнулся, вспомнив, как они с Тобиасом купались в горячей ванне, но, как бы ему ни хотелось похвастаться этим, тот момент был настолько интимным, физически и эмоционально, что он не мог заставить себя рассказать об этом. Это было личное, и лучше, чтобы оно осталось только между ним и Тобиасом. Он опустил свитер и снова сел, затем взял бутылку колы и налил себе стакан. - Это была просто... невероятная поездка.       - Похоже на то, - сказал Фан с усмешкой и кивком. - Иногда стыдно возвращаться домой после чего-то подобного. О, вы подписали контракт? Бредфорд ничего мне не сказал. - Он отложил вилку и потянулся за своим бокалом, когда Ной передал ему бутылку.       - Да, у нас новый бессрочный контракт. - Ной слегка наклонился через стол. - Мы покупаем жилье в центре города и собираемся жить вместе.       Глаза Фана расширились, и он выронил бутылку.       - О, черт! - Он схватил ее и снова выругался, прежде чем встать. - Прости. Боже, что за бардак... - Прежде чем Ной успел что-либо сделать, Фан схватил со стойки полотенце и принялся вытирать остатки колы. Его руки дрожали, и он снова извинился. - Прости, я не хотел... Ну, очевидно, что не хотел, но, черт возьми. Прости.       - Все в порядке, Фан. - Ной потянулся за другим полотенцем и намочил его, чтобы убрать с пола липкую газировку. - Все в порядке. Это всего лишь кола. - Он опустился на колени рядом с Фаном и взял его за руку. - Ты дрожишь.       - Правда? - Фан посмотрел на их руки и пожал плечами. - Я пропустил обед. Я буду в порядке через минуту, - сказал он, отстраняясь.       Ной отпустил, но не спускал с него глаз, пока они не закончили убирать разлившуюся жидкость. Возможно, пропуск приема пищи объясняет, почему Фан выглядел похудевшим, но это не могло заставить его настолько потерять самообладание. Не просто внезапно, что, вероятно, означало, что он был более чем ошеломлен заявлением Ноя о том, что они с Тобиасом собираются жить вместе. Поднявшись на ноги, он посмотрел на Фана.       - Что ж, если ты пропустил обед, то не пропустишь ни кусочка ужина. Садись и ешь. Если я оставлю тебя голодным, сэр мне этого никогда не простит. - Он подошел к раковине и бросил в нее полотенца.       - Да, сэр, - ответил Фан, и Ной, оглянувшись, снова увидел его самоуверенную ухмылку. - Я съем все до последнего кусочка. А ты присядь и расскажи мне все о новом месте, где вы собираетесь жить. Он позволит тебе помочь с выбором?       Ной внимательно посмотрел на Фана, прежде чем ответить.       - Сэр сказал, что выберет, но я не могу представить, чтобы он что-то купил, не показав мне. Он настаивал, чтобы я дал ему указания, что хотел бы видеть в доме.       - Круто, - Фан выглядел впечатленным. - Зная его, могу сказать, он хочет что-то большое и воздушное, чтобы было много места для игр. - Он намотал спагетти на вилку и ухмыльнулся. - Не забудьте обзавестись камином, он просто потрясающий, и было бы ужасно без него.       - О, хорошая мысль, я передам ему. Я сказал ему, что хочу гараж, чтобы купить байк. - Ной хихикнул и подмигнул Фану. - Не уверен, но, думаю, ему понравилась эта идея.       - Кожа, - сказал Фан, кивнув, и Ной предположил, что это должен был быть мудрый взгляд. - Итак, что еще? Бессрочно? Это круто. Вы теперь типа женаты и все такое. А я даже еще не купил тебе подарок.       - Знаешь, я пошутил, что приведу его на работу в свой участок в качестве супруга, и он серьезно сказал, что пойдет. Думаю, мы очень преданы друг другу, да, но, по какой-то причине, мне совсем не страшно. Просто приятно. Очень приятно. - Действительно приятно. Так же приятно, как кожаные чапсы на заказ - удобные, правильные и надежные. - Твоя поддержка - лучший подарок, Фан.       Фан покачал головой.       - Вы идеально подходите друг другу. Я никогда не видел его таким счастливым, таким... уравновешенным. Я очень рад за вас обоих, и это чистая правда. - Он выглядел искренним, его взгляд был серьезным, когда встретился с взглядом Ноя. - Вы оба очень много сделали для меня, но еще больше друг для друга. Вы работаете.       Ной почувствовал, что немного тает внутри. Фан был милым, и он, правда, казался искренним в своем счастье за них. Он не был уверен, почему все еще не мог избавиться от ворчливого голоса, зудящего, что Фан может угрожать отношениям между ним и Тобиасом. На самом деле, это казалось невозможным, и он всерьез собирался постараться избавиться от этого чувства.       - Спасибо, Фан. Это много значит для меня. - Он откусил кусочек от своего ужина. Соус, и правда, был неплох.       - Я серьезно, - настаивал Фан, накладывая себе еще спагетти. - И это очень, очень вкусно. - Кажется, он хорошо ел - лучше, чем Ной видел раньше. - Ну что, позже посмотрим в кино и пообнимаемся? Я пропустил неделю, знаешь ли, я скучал.       - Звучит потрясающе. - Он хотел узнать, как обстоят дела с Бредфордом, но не хотел портить аппетит Фану, так хорошо евшему. Он спрашивал более непринужденно, когда они обнимались, и Фан чувствовал себя в большей безопасности. - Мы оба скучали по тебе. Вспоминали несколько раз.       Вилка Фана на секунду замерла, но он продолжил наматывать на нее остатки спагетти и спросил:       - Правда?       Ной не думал, что когда-либо слышал такой подчеркнуто небрежный тон, кроме как на допросе в полиции.       - Конечно, - сказал Ной, все еще изучая его. - Мы говорили о том, как сильно тебе понравились бы клубы и отель... Не знаю, просто мы часто думали о тебе. Мы скучали по тебе. - Он внимательно наблюдал за Фаном, пока говорил.       - О, - Фан улыбнулся ему, совсем чуть-чуть, и сказал: - Ну, там, где что-то не так, всплывает мое имя. Это были хорошие клубы? В смысле, помимо того, где нельзя говорить с сэром.       - Хорошие. - Ной попытался разобраться, но Фан был хорош в том, как что-то скрывать. - Был один по-настоящему странный ресторан, а потом было одно супер-стильное высококлассное заведение, очень похожее на заведение Бредфорда, только с черными галстуками. Очень милое, и я мог там с ним говорить.       - О, костюмы! Готов поспорить, вы оба выглядели сногсшибательно. Вам снова удалось поиграть перед публикой? - Фан отодвинул свою пустую тарелку и указал на нее. - Я хороший мальчик, похвали меня.       - Ты хороший мальчик, - усмехнулся Ной. - Я обязательно передам это сэру. Хочешь еще?       Фан покачал головой.       - Спасибо, но нет. Мне нужно следить за своей фигурой, знаешь ли. Просто хочу обнять тебя. Ешь!        - Я наелся. Кажется, я растолстел за время отпуска. Пошли. - Ной встал, улыбаясь. - Я тоже хочу тебя обнять. - Он взял Фана за руку и потянул его в гостиную.       - Ты не толстый, - заверил его Фан. - Поверь мне, с тобой все в порядке. - Они подошли к дивану, и Фан посмотрел на него, а потом на Ноя. - Хм. Как хочешь. На этот раз я не хочу спать.       - Круто. - Ной сел, забился в угол и протянул руки. - Бери пульт и устраивайся поудобнее.       Фан прижался к Ною, положив голову ему на грудь и вытянув ноги на диване.       - Ах, как хорошо, - вздохнул он, передавая пульт, даже не включая телевизор. - Ты теплый.       Теперь пришло время. Как бы невзначай, словно не планировал этого весь вечер, он спросил:       - Так чем ты занимался, пока нас не было? Как у вас с Бредфордом идут дела?       Было невозможно не заметить напряжение, охватившее Фана.       - О, знаешь, хорошо. Я делаю то, что должен, он делает то, что должен... Ванные комнаты, блин, сияют.       Ладно, деликатничать было не с руки. Он попробовал говорить прямо.       - Тогда из-за чего у тебя ссутулились плечи?       Фантом пожал плечами и немного подвинулся.       - Просто... Я не знаю. Это не... Я служу, понимаешь? Я делаю то, что мне говорят, у меня есть структура. Вознаграждение в значительной степени сводится к отсутствию наказания. Мы не занимаемся сексом, да и не хотим. Он не может меня выпороть, может только навалить на меня еще больше работы или отшлепать... это тяжело, вот и все.       Ной был вынужден признать, что это и звучало тяжело. Психотерапевт Фана запретил причинять боль в качестве меры предосторожности, в основном для того, чтобы Фан мог научиться жить, не испытывая сильной боли, но, похоже, ему нужно было что-то совсем другое.       - Может, тебе стоит начать искать нового Дома? Того, кто мог бы подойти лучше? Или ты не чувствуешь себя готовым к этому?       Фан снова пожал плечами.       - Не хочу нового Дома, - тихо сказал он. Он покачал головой. - Давай еще раз поговорим об этих клубах.       Ной почувствовал, что на этот раз плечи напряглись у него самого.       - Почему бы тебе не найти нам какой-нибудь фильм? - Ему больше не хотелось разговаривать.       Ему не следовало спрашивать. Это была его собственная вина. Если он не хотел знать ответ, то не должен был задавать Фану этот вопрос. Но он все-таки спросил, и теперь пришлось смириться с честностью Фана, верно? Фан хотел, чтобы Тобиас вернулся. Ной подозревал, что он всегда хотел, чтобы Тобиас вернулся, и в связи с этим возникал вопрос: был ли Фан действительно искренним, когда говорил, что рад за них? Мог ли теперь Ной доверять всему, что Фан ему говорил?       Знал ли Тобиас?       - Ладно, - тихо сказал Фан. Он встал и подошел к полке у телевизора, водя пальцем по корешкам фильмов. - Знаешь, мне пора, - сказал он, и Ной пожалел, что был недостаточно сдержан в своей реакции на слова Фана. - Говорить обо мне - всегда плохая идея. - Он повернулся к Ною и печально улыбнулся. - Прости. Передай сэру привет и поздравления, ладно? Я безумно рад, что у него есть ты. - Его глаза снова были серьезными, ясными и уверенными, и Ной не мог найти в них ничего, кроме правды.       Неужели это так.       - Фан... - Ной не был уверен, что хочет сказать, но понимал, что позволить Фану уйти прямо сейчас - не выход. Честно говоря, он чувствовал себя еще более сбитым с толку, чем когда-либо, из-за всей этой чертовой ситуации, и снова задумался, насколько мудро было с самого начала предложить свою поддержку, когда возник такой явный конфликт интересов. - Послушай... не уходи пока, ладно? - Ной встал и подошел к нему. - Тебе, наверное, следует знать, что Бредфорд пригласил Тобиаса на ужин завтра вечером. Он сказал, что хочет поговорить о тебе. Так что, что бы ни происходило, это скоро выплывет наружу.       Фан снова одарил его своей полуулыбкой.       - Это будет весело. Бредфорд скажет ему, что я делаю то, что должен, но я недоволен. Тобиас будет беспокоиться и поговорит со мной, и мы на этом остановимся. На самом деле, Ной, ничего нельзя поделать, я просто втягиваю всех в свои проблемы. Это нужно прекратить.       - Прекратить? - Ною не понравилось, как это прозвучало.       - Ну, да. - Фан отошел на несколько шагов и повернулся, начиная расхаживать по комнате. - В смысле, я не могу продолжать высасывать жизнь из каждого, верно? Ты, Тобиас... Бредфорд сделал так много, что я даже не могу по-настоящему думать об этом. Никто не доволен, поэтому, кроме встречи с доктором Брюер, я должен найти другой способ, не так ли? Я просто не могу и дальше отнимать у всех. - Он снова повернулся и прошел еще несколько шагов, проводя рукой по волосам.       Возможно, мысль о том, что ему нужно встать на ноги, была хорошей. Независимо от того, был ли он реально готов к этому, желание сделать это не могло быть плохим.       - Вы обсуждали это с доктором Брюер?       Фан скорчил гримасу.       - В данный момент мы рассматриваем некоторые из наиболее ярких аспектов личности, склонной к зависимости. Хорошо, что она в теме - она понимает многое из того, что было бы сущим адом объяснять. Мы все еще сталкиваемся с моей потребностью в наказании за счастье.       Ной крепко взял Фана за руку и потянул его обратно к дивану.       - Ну, это же хорошо, правда? Решать реальные проблемы. Может, именно это и заставляет тебя так себя чувствовать? Это чертовски важно звучащее различие.       Фан позволил увести себя, хотя и не стал сразу же обнимать Ноя, как обычно.       - Я не хочу причинять всем боль, - тихо сказал Фан. - А я знаю, что сделаю это, если так пойдет и дальше. Боже, ты хоть представляешь, сколько боли я уже причинил Тобиасу? А тебе... Я иногда вижу боль в твоих глазах. Ты разрываешься на части, я знаю это, и не хочу, чтобы так было. Все очень просто, если принять некоторые вещи как факт.       Ной кивнул. Он был в смятении, лгать не было смысла.       - Какие вещи, Фан?       - Самые важные, конечно. Ты сабмиссив сэра. Ты любовник и партнер сэра, и это все, что имеет значение. Он счастлив, ты счастлив, и так и должно быть. - Фан встретился с ним взглядом и улыбнулся. - Я не могу передать, какие вы оба милые... это потрясающе - видеть вас обоих такими счастливыми.       - Кажется, это только усложняет твою жизнь, а не упрощает. - Мягко сказал Ной.       - Не совсем, - настаивал Фан. - Я хочу, чтобы он был счастлив. Он. Ной, нам было плохо вместе - у нас не было равновесия, понимаешь? Это не значит, что я не любил его, просто не мог быть тем, в чем он нуждался, так же как и он не мог быть тем, в чем нуждался я. Для меня все сводится к тому, что у него есть ты. Я могу... двигайся дальше, верно? Перестать со всеми так поступать.       Ной покачал головой. Тобиас никогда бы не позволил Фану просто «двигаться дальше» без своего руководства - Фан был слишком склонен к саморазрушению, когда не мог ясно мыслить. Тобиас был по натуре защитником, и Ной знал, что Фана, как очень близкого друга, будут допрашивать, пока он не прояснит свои мотивы и планы.       - Это легко сказать, но как ты собираешься жить дальше, Фан? Ты вообще готов это сделать?       - У меня ведь нет особого выбора, не так ли? - Сказал Фан, пожимая плечами. - Я не могу больше оставаться с Бредфордом, у него Никки. Я съехал со своей квартиры в те выходные, когда Бредфорд решил, что с меня хватит и меня заперли. Мне некуда идти, так что я мог бы просто двигаться дальше, может, поехать в Нью-Йорк или еще куда-нибудь. - Он невесело улыбнулся. - Полагаю, я всегда могу воспользоваться отцовскими деньгами. Доставлю им удовольствие.        Боже, только не деньгами его родителей. Ной теперь чувствовал себя не в своей тарелке.       - Вы с Бредфордом обсуждали переезд?       - Нет. - Фан откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. - Ты начнешь звонить, как только за мной закроется дверь, да?       «Или, возможно, раньше», сказал себе Ной, испытывая неприятное чувство дежавю. Вместо этого он просто кивнул.       - Сэр хочет, чтобы я ему позвонил, да. Но это не игра, Фан, мы не собираемся дружить против тебя. Он беспокоится о тебе и хочет быть готовым ко всему, что Бредфорд скажет ему завтра.       Фан фыркнул, его глаза все еще были закрыты.       - Тебе никогда не казалось, что это немного пугает, что человеку нужно знать все до того, как это случится? Контрол-фрик.       - Я бы так не сказал. Если бы он действительно был помешан на контроле, то у него был бы не сабмиссив, а раб. Ему нравится быть готовым. Ты же знаешь, он не любит сюрпризов. Он очень расстраивается, когда чего-то не ожидает.       Ной вспомнил разговор о деньгах, состоявшийся у них с Тобиасом в Париже, когда они обсуждали свой контракт. Тобиас был совершенно сбит с толку этим разговором, как будто ему даже в голову не приходило, что Ной может почувствовать необходимость внести свой вклад в домашнее хозяйство. Тобиас был склонен упрямиться, когда его точку зрения меняли без предупреждения.       - Да, что ж, иногда полезно растрясти его болото, - сказал Фан. Он открыл глаза и посмотрел на Ноя, его лицо было таким бесстрастным, что, должно быть, это было нарочно. - Ты меня ненавидишь? - спокойно спросил он.       - Нет. - Так же спокойно ответил Ной, но если Фан хочет получить больше информации, ему придется задавать правильные вопросы.       - Думаю, я бы ненавидел. - Фан на мгновение задумался. - Однако ты насторожен. Так, как не был раньше, или, по крайней мере, более очевидно. Хочешь, чтобы я ушел?       Чего Ной действительно опасался, Фана или непоколебимого чувства долга Тобиаса? Потому что Ной искренне верил, что если когда-нибудь встанет вопрос о том, кто из них больше нуждается в заботе, ответ был настолько очевиден, что у Ноя скрутило живот.       Ной не сомневался, что Тобиас поставит обязательства выше желания.       - Если я кажусь более встревоженным, то только потому, что ты, по сути, сегодня вечером сказал мне, что на самом деле хочешь, чтобы Тобиас вернулся. Я не думаю, что ты предпримешь какие-то шаги, чтобы добиться этого, но если он не будет счастлив со мной... ну, это просто сложно переварить, Фан.       Фан покачал головой и встал.       - Я не хочу, чтобы он возвращался. Это не сработает. Не говоря уже о том, что ты мне, правда, нравишься, не думаю, что я смогу с этим жить. Я не стану портить то, что у вас есть. То, чего я хочу, настолько велико, что мне страшно об этом думать, поэтому я этого не делаю. - Фан потянулся и засунул руки в карманы. - Правда. Позаботься о нем, ладно? Увидимся позже. - Он повернулся и направился к двери, и от его обычной крадущейся походки не осталось и следа.       Ной поборол желание броситься за ним. Он распустил свой длинный язык и все испортил, когда должен был помогать. Неудивительно, что Фан хотел уйти. Он был так недоволен собой, что даже не ответил. На этот раз он отпустил Фана.       Как только дверь за Фаном закрылась, Ной схватил пульт от телевизора и швырнул его в стену. Он зарычал, когда крышка батарейного отсека отвалилась и повсюду раскатились идиотские маленькие пальчиковые батарейки, и с еще большим чувством вины осознал, что, вполне возможно, это был последний раз, когда Фан переступал порог его дома.       - Блядь, - выплюнул он, направляясь в душ. Ему следовало позвонить Тобиасу, но что сказать? Кроме «Я мудак, и я облажался»?       Душ у него был горячий. Действительно горячий. Он так тщательно пропарил крошечную ванную, что, когда вышел, пришлось открыть дверь, чтобы проветрить. Может быть, ему следовало заставить Фана остаться, подтолкнуть его еще больше и спросить, чего он такого хочет, но к тому моменту Ной почувствовал, что это уже не его чертово дело.