Девиации: бондаж

      Тобиас вызвал машину, попросил портье впустить Ноя, когда тот приедет, и направился к выходу. Поездка к Бредфорду прошла нормально, на улицах не было машин, но Тобиас все равно несколько раз превысил допустимую скорость. Он без проблем оставил свою машину у клуба, довольный тем, что персонал, казалось, не подозревал о какой-либо драме; по-видимому, единственным волнением было его собственное внезапное появление.       Он подошел к дому Бредфорда по соседству, намеренно не переходя на бег, и нажал кнопку звонка, гадая, звонил ли кто-нибудь доктору Брюэр.       Никки открыл дверь еще до того, как Тобиас убрал палец с кнопки.       - Здравствуйте, Мастер Тобиас. Мастер Бредфорд сказал, чтобы я отправил вас прямо к нему в кабинет, сэр, - сказал мальчик, не очень хорошо скрывая свое беспокойство. Он принял у Тобиаса пальто и указал дорогу, хотя Тобиасу не нужно было ничего объяснять.       - Спасибо, Никки. - Тобиас задержался ровно настолько, чтобы достать из кармана мобильный телефон. - Все будет хорошо, - добавил он, похлопав Никки по плечу, направляясь к двери кабинета. Он постучал один раз и открыл дверь, не заботясь о том, что Бредфорд на него разозлится.       - Привет, мальчик, - сказал он, глядя на Фана, свернувшегося калачиком в углу дивана.       - Здравствуйте, сэр, - тихо сказал Фан, не поднимая глаз.       Тобиас приподнял бровь и повернулся к Бредфорду.       - Рад тебя видеть. Извини, у меня нет с собой твоего подарка, его отправляют из Парижа.       Бредфорд слегка улыбнулся ему.       - Всегда рад тебя видеть. Извини за обстоятельства. Мне не терпится узнать о вашей поездке.       - Было чудесно, спасибо. - Он оглядел кабинет и вздохнул. - Ладно, что, черт возьми, происходит? Фантом?       Фан поднялся с дивана и встал, заложив руки за спину, вероятно, машинально.       - Я пытаюсь исправить... все, - сказал он. - Но, по-видимому, быть сабмиссивом теперь является признаком дефекта мозга. Сэр.        Вторая бровь Тобиаса поползла вверх.       - Понятно. И ты думаешь, что клиника сможет это исправить?       Фан фыркнул.       - Вы меня провоцируете.       - Конечно.       Фан вздохнул.       - Я хочу уйти. Судя по реакции Мастера Бредфорда и вашему приезду, я понимаю, что мне не дано сделать этот выбор. Это... мягко говоря, раздражает.       - Уверен, что так и есть, - сказал Тобиас. - Ты обсуждал это со своим врачом? Я уверен, что решение оставить ее терапию следует планировать заранее.       - Нет, сэр.       Тобиас повернулся к Бредфорду.       - Напомни мне еще раз ваш контракт? Ты отвечаешь за его психическое здоровье, верно?       - В той мере, в какой он сотрудничает, да. - Голос Бредфорда звучал раздраженно. - Я несу ответственность за предоставление ему инструментов, необходимых для прогресса в этом отношении; что он с ними делает - его дело.       - Понятно. Хорошо, Фан. Не расскажешь ли нам, что ты пытаешься исправить и почему, по-твоему, уход поможет этому? - Он подошел к стулу и сел.       Фан остался на месте.       - Я чувствую, что, оставаясь, я зацикливаюсь на зависимости.       Тобиас уставился на него, удивленный как деловитым тоном, так и сентиментальностью. Это было не похоже на Фана.       - Это как? - осторожно спросил он.       Взгляд Фана метнулся в его сторону, хотя он и не поднял его на Тобиаса.       - Мы все знаем, что я стараюсь платить за счастье болью. Сейчас я, кажется, погружаюсь в эмоциональную боль и, что еще хуже, причиняю боль всем остальным. Мастер Бредфорд превзошел все мои ожидания, а Ной... стал для меня источником радости. Я причиняю боль людям, вовлекая их в свой процесс исцеления.       Тобиас подавил вздох и откинулся назад.       - Они решили помочь тебе, Фан, - тихо сказал он. - Разве они не могут высказаться по этому поводу? И что именно ты имеешь в виду, говоря о том, чего, по твоим словам, ты никогда бы не сделал? Позвонил своим родителям? Они тебе не помогут - они попытаются изменить то, кем ты являешься.       - Кстати, он сделал это без моего разрешения, - добавил Бредфорд. В данный момент от этого человека, похоже, было мало толку; скорее, он был так же поглощен разочарованием, как и сам Фантом. - Я не выходил за рамки, Фан, у нас контракт, и я просто выполнил свою часть.        - Время, что вы проводите со мной - это время, проведенное вдали от Никки, - резко ответил Фан. - Работа по дому, которую я выполняю, должна принадлежать ему - я делаю то, что хочет делать он, то, на что он имеет право. Каждый раз, когда вам приходится откладывать сцену с ним, чтобы позаботиться обо мне - его немного ранит. Я навязываюсь и наношу вред вашим с ним отношениям.       - Как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне? Мои отношения с Никки тебя не касаются, мальчик, - огрызнулся Бредфорд. - Благополучие, счастье и самореализация Никки - не твоя забота. За такое высказывание ты заслуживаешь кучу ударов.       - Да, сэр, - прошептал Фан, кровь отхлынула от его лица.       Тобиас посмотрел на него и снова на Бредфорда. Вздохнув, он произнес:       - Очевидно, что здесь все... неспокойно. Фан, что произошло, когда ты позвонил своим родителям?       Фан слегка вздрогнул и прошептал.       - Они сказали, что утром приедут за мной, что потребуется несколько часов, чтобы подготовить для меня клинику. Они были... рады меня слышать.       Тобиас кивнул. Конечно, рады, это был шанс, которого они ждали с тех пор, как узнали, что их сын извращенец.       - Где находится клиника?       Фан пожал плечами.       - Я не уверен.       Тобиас решил, что ему, скорее всего, было все равно. Фан убегал, и ему было все равно куда.       - Ты же знаешь, они лишат тебя всего, чем ты являешься. Они попытаются заставить тебя соответствовать их представлению о нормальности.       - Да, сэр, - прошептал Фан, и его дрожь усилилась.       - И ты этого хочешь, - заявил Тобиас, давая понять, что не верит своим ушам.       Фан застонал и быстро заморгал.       - Мне нужно уйти, - тихо сказал он. - Я не могу... оставаться в таком состоянии.       Бредфорд вздохнул.       - Сядь, мальчик, пока не упал. Пожалуйста. Просто... сядь. - Он провел пальцами по волосам с таким видом, словно готов был вырвать их. - Тобиас. - Голос Бредфорда звучал хрипло. - Этот контракт между нами, не подходит для Фана. Как бы я ни хотел помочь ему, я не тот, кто ему нужен. Мой стиль его раздражает, мои правила его расстраивают. Он старается быть хорошим мальчиком, он делает то, что ему говорят, но внутри он просто выполняет свои обязанности. Он абсолютно ничего от этого не получает. Ни уверенности, ни чувства собственного достоинства, ни радости, ничего. Единственное, что растет в нем день ото дня - чувство навязанности и вины за это. Это становится тревожным и контрпродуктивным. - Бредфорд сел за стол и откинулся на спинку стула. - Это то, что я собирался сказать тебе завтра вечером, но с таким же успехом можно сказать и сейчас, учитывая, в каком положении мы оказались.       Тобиас кивнул, наблюдая, как Фан снова забился в угол дивана.       - Да, думаю, это достаточно ясно. У тебя есть какие-нибудь предложения?       - Есть только одно, имеющее хоть какой-то смысл, и оно не понравится ни одному из вас. - Бредфорд достал сигареты.       - Мне наверняка не понравится тоже, верно? - Спросил Тобиас.       Бредфорд достал пачку и предложил Тобиасу свою зажигалку.       - Единственное предложение, что у меня есть, и единственное продуктивное, это чтобы ты снова взял Фана.       Тобиас взял пачку и медленно закурил, намеренно не глядя на Фана.       - У меня есть саб, - спокойно сказал он. - Очень волнующийся, что именно это и произойдет.       - Ты просил мой совет, и я даю его тебе, Тобиас. Ты не обязан его принимать, но это все, что я могу предложить. В итоге, ситуация только ухудшится для нас обоих. Я ничего из этого не обсуждал с доктором Брюер, возможно, у нее будет... более приемлемое предложение.       Но он сомневался. Тобиас чертовски хорошо знал, что оставит это мнение при себе.       - Дело не приемлемости предложения, - сказал Тобиас. - Дело в его реализации. Давным-давно я пообещал Ною, что не приведу домой еще одного саба. Он более чем счастлив играть с Фаном, я бы сказал, горит желанием, но это не значит, что он готов согласиться, чтобы я заключил контракт с кем-то другим. Одна из причин, по которой мы переезжаем и отдаем квартиру Фану, заключается в том, что Ною будет не очень комфортно жить в доме, принадлежащем Фану.       Тобиас услышал тихий звук, доносившийся с дивана, и автоматически, инстинктивно перевел взгляд туда. Фан смотрел на него снизу вверх, широко раскрыв глаза и встретившись с Тобиасом взглядом впервые, как ему показалось, за несколько месяцев.       - Ты отдаешь мне квартиру? - Спросил Фан.       - Конечно, - ответил Тобиас, надеясь, что это что-то изменит, но будучи вполне уверенным, что этого не произойдет. - Я всегда хотел, чтобы у тебя было безопасное место, Фан. Она твоя.       Но Фан покачал головой.       - Квартира никогда не была моим безопасным местом, - сказал он, опуская глаза и снова сворачиваясь калачиком.       Бредфорд посмотрел на Тобиаса и жестом указал на Фана, как бы говоря: «Я же тебе говорил», но ничего не сказал.       Тобиас вздохнул.       - Чего ты хочешь Фан? - спросил он. - Ты бы не сказал Ною, что здесь ты не говоришь ничего, кроме того, чего не хочешь. Так скажи нам. Чего ты, в конечном счете, хочешь?       Фан покачал головой.       - Неважно. Не сработает.       - Уж точно не сработает, если ты нам не скажешь.       Фан снова покачал головой, и Тобиас вдруг понял, что мальчик беззвучно плачет, слезы текут по его лицу. Он беспомощно посмотрел на Бредфорда.       Бредфорд встал, подошел к Фану и на мгновение опустился рядом с ним на колени.       - Я хочу, чтобы ты поднялся наверх, в мою постель, мальчик, и попытался немного отдохнуть. Я отправлю с тобой Никки, хорошо?       Фан покачал головой, но встал и, не оглядываясь, направился к двери. Тобиас увидел Никки в коридоре, увидел, как Фан бросился в объятия другого мальчика, а затем дверь за ними захлопнулась.       - Черт, - тихо произнес Тобиас, делая еще одну затяжку. - Он вообще спал? Похоже, он похудел.       - В моей постели ему спится лучше, чем в своей, но спит он неважно. И, да, у него также пропал аппетит, хотя он сказал мне, что Ной заставил его плотно поужинать сегодня вечером.- Бредфорд покачал головой и взял сигареты. - Выпьешь?       - Боже, да, - с благодарностью сказал Тобиас. - И не прячь никотин. Господи, Бредфорд. Что мне делать?       - Я задаюсь этим вопросом каждый день в течение последнего месяца. Я знаю, что вмешательство было правильным поступком, знаю, что он был бы обречен на гибель, если бы продолжал идти по этому пути, но лучше ли ему сейчас? Ненавижу сомневаться в себе. - Бредфорд поставил бутылку на стол и наполнил два бокала. - Ты нужен ему. Я обещал тебе, что скажу, если мне покажется, что он действительно нуждается в тебе, и думаю, он нуждается. Он ассоциирует тебя со своей самооценкой, своим благополучием, своим счастьем; того Фана, которому нужна была порка, чтобы почувствовать себя счастливым, больше нет, как и того мальчика, что тебя бросил. Тот, кто хотел остаться, просто вышел за дверь.       Тобиас взял один из стаканов, внимательно изучил его содержимое, а затем выпил весь напиток целиком, не разбавляя.       - Он умрет, если уедет со своими родителями. Терапия либо снова заставит его пить, либо он покончит с собой, когда не сможет соответствовать их желаниям.       - Значит, мы договорились, что не позволим ему уйти, - прямо сказал Бредфорд.        - Да. Черт, да. Несмотря на его протесты, я не собираюсь смотреть, как он уходит отсюда вместе с ними. - Тобиас огляделся в поисках пепельницы и затушил сигарету, прежде чем налить себе еще выпить. - Но после этого… Боже. Ною это не понравится. Я не хочу потерять и его тоже. - Он не мог.       - Фан прав насчет Никки. Я не хотел подтверждать это при нем, но Никки определенно переживает. - Бредфорд отхлебнул виски и снова сел. - Никки понимает, почему я это делаю, и ему нравится Фан, поэтому он пошел на жертву ради меня. Если бы я мог, я бы так и продолжал, но он не может... у нас с Фаном нет никакой связи. У него нет причин угождать мне.       Кивнув, Тобиас повертел свой бокал в руке.       - Служения недостаточно, - тихо сказал он. - Без связи динамика нарушается, и все сводится к механическому выполнению обязанностей. - Он посмотрел на Бредфорда и скривился. - Когда это стало так сложно? Когда мы были моложе, достаточно было знать, как правильно их бить. А теперь все сводится к любви, связи и удовлетворению потребностей… Боже.       - Когда мы перестали играть и начали искать контракты? Или, в моем случае, когда контракт был расторгнут, и мне пришлось учиться на множестве ошибок. Господи, чувствую себя старым. - Бредфорд допил остатки виски. - Так что ты собираешься делать? Может, если отдашь Фану квартиру и... только он не должен жить один, верно? Черт.       Тобиас пожал плечами и снова потянулся за сигаретами.       - Квартира принадлежит ему, или будет принадлежать, как только я позвоню своему юристу. Ты, правда, считаешь, что ему не стоит жить одному? Полагаю, игры время от времени не помогут, верно?       - Игры с тобой и Ноем?       - Да, конечно.       - Это могло бы ненадолго его успокоить.       Бредфорд многозначительно посмотрел на него.       - Это даст Фану шанс встать на ноги, Ною - почувствовать себя в большей безопасности, а мне - еще один шанс... Боже, два саба? Это безумие.       - Так ты говоришь о заключении с ним контракта?       - Что? Нет. Боже, нет. Я пока даже думать об этом не могу. Ной мне яйца оторвет. Он носит с собой пистолет, понимаешь. Коп.       Бредфорд рассмеялся.       - Ты - та еще штучка.       Тобиас улыбнулся и покачал головой. Закурив сигарету, он откинулся на спинку стула и вздохнул.       - Ты уверен, что я ему нужен?        - Прямо сейчас, да. Я для него бесполезен, и не могу представить, что попытаюсь найти ему еще одного Дома. Он все равно не хочет. - Бредфорд, наконец, зажег сигарету, с которой играл, и глубоко затянулся. - Дай мне знать, если тебе понадобится помощь с Ноем, может, я смогу помочь это уладить. Я все еще пользуюсь его доверием.       - Просто держи руки подальше от него, - рассеянно сказал Тобиас. - О, кстати, ты получишь подарок из Парижа. Кое-что интересное, что могло бы заинтересовать твоего Никки.       Бредфорд улыбнулся.       - Звучит восхитительно. Как только мы устроим Фана, я должен немного побаловать Никки.       - Уверен. - Тобиас молча курил несколько минут, пытаясь решить, что он думает о том, что Фан нуждается в нем. Это... лестно, отметила какая-то его часть, и в то же время немного триумфально, успокаивая ту часть, которая сильно пострадала, когда Фан использовал свое стоп-слово и положил конец их отношениям. Для него было ударом узнать, что Фан хотел, чтобы он перестал делать то, от чего он не мог отказаться: быть самим собой. И теперь потребности Фана изменились настолько, что он снова захотел Тобиаса... - Думаю, сейчас я себя ненавижу, - сказал он Бредфорду, снова потянувшись за бутылкой и стаканом.       - Не надо. Ты знал, на что идешь, спасая уличного мальчишку. - Бредфорд подмигнул.       Тобиас фыркнул.       - Знал? Как насчет того, что ты сказал: «Эй, Тобиас, с днем рождения, вот тебе коп. Он хороший мальчик»? Я тогда не знал, что получу. Да, кстати, спасибо.       - Не умничай, ты превратился в отшельника. Кто-то должен был вытащить тебя. Ной был... я приложил все усилия.       - Он для меня - лучший во всем, - сказал Тобиас с такой искренностью, что сам поразился. Он посмотрел на свой пустой стакан и поморщился. - Ой.       - Не волнуйся, я сохраню твой секрет. - Бредфорд внезапно оказался рядом и забрал пустой стакан из рук Тобиаса. - Почему бы тебе не поехать домой, к нему, пока ты еще можешь ходить?       - Потому что, хотя я и могу ходить, водить машину не могу. - Тобиас потянулся, с сомнением глядя на диван. - Надеюсь, у тебя есть комната для гостей.       - О, конечно, в такое время водителей нет. Очень хорошо, моя комната для гостей в твоем распоряжении. - Произнес Бредфорд, помогая Тобиасу подняться на ноги. - Хочешь Фана?       - Не думаю, что ты должен спрашивать об этом, когда я пьян, - сказал Тобиас, переводя недоверчивый взгляд на Бредфорда.        Бредфорд рассмеялся.       - Нет, пожалуй, нет. Как конфетка для ребенка, да? Ну, пойдем. - Он проводил Тобиаса к лестнице.       - Смотри, чтобы он этого не услышал, - посоветовал Тобиас. - Он помешан на том, чтобы его называли сладким. Ладно, молчу. - Тобиас позволил отвести себя вверх по лестнице, изо всех сил стараясь не болтать. - Не позволяй мне больше пить с тобой. Кажется, я потерял всякую выдержку.       - Угу. - Они завернули за угол на верхней площадке лестницы, и Бредфорд включил свет в комнате для гостей. - Ванная - дальняя дверь, не путать со шкафом, ладно? В ванной есть халат, а в комоде - пижама. Я тебя разбужу.       - Ладно, - легко согласился Тобиас. - А потом я позвоню Ною. Который может меня пристрелить за то, что я его беспокою.       - Спокойной ночи, Тобиас. - Голос Бредфорда звучал снисходительно. - Спасибо, что зашел.       - Спокойной ночи, Бредфорд. Спасибо за алкоголь, никотин и нервы. - Тобиас закрыл дверь, прежде чем Бредфорд успел проявить снисходительность.       Ему удалось раздеться, не причинив себе вреда, что доставило ему невероятное удовольствие, а затем он заснул на очень мягкой гостевой кровати Бредфорда и не шевелился до самого утра, пока услышал стук в дверь.