Кто я для тебя?

Наверное, это должно быть неправильно. Наверное, ему должно быть стыдно. Но сейчас, когда он был в одном из известнейших клубов их города, ему было все равно. И то, что буквально полчаса назад он закинулся порцией травки ему все равно. Важно было то, что сейчас перед ним отжигал его друг. Но Карлос Сайнс явно надеялся на что-то большее. А Шарль был не против. Вокруг было много народу. Кто-то танцевал, кто-то просто стоял болтал. Кто-то ещё только начал пить, а кто-то уже был изрядно выпивший. Шаг, ещё шаг, и Карлос уже рядом с Шарлем. Леклер лишь ему улыбнулся. Руки Карлоса скользили по его бокам, гладя это изящное тело. Сайнса кто-то окликнул и он, подмигнув Шарлю, ушел. Леклер же остался на танцполе. Он двигался в такт музыке. Чёрная рубашка, заправленная в такие же чёрные джинсы, была полурасстегнута, волосы, ранее старательно уложенные, сейчас были взлохмачены, но это лишь придавало ему шарм.

Меня полностью нет, абсолютно всерьёз

Ситуация help, ситуация SOS

Я себя не пойму, ты откуда взялась

Почему-почему на тебя повелась?

Но зрачки его были расширены, а разум затуманен. Поэтому когда сквозь толпу он увидел Макса Ферстаппена, то не узнал его, но что-то неуловимо знакомое притягивало внимание Шарля.

Выключается свет, я куда-то лечу

Без тебя меня нет, ничего не хочу

Это медленный яд, это сводит с ума

А они говорят: «Виновата сама»

Они смотрели друг на друга сквозь толпу, но вскоре к Шарлю вернулся Карлос. Он встал сзади него и обнял за талию. Взгляд Ферстаппена изменился. Если раньше это был взгляд, полный недоумения, непонимания, сомнения, то сейчас это был взгляд полный злости, отчаяния, боли, разочарования.

Я сошла с ума, я сошла с ума

Мне нужна она, мне нужна она, мне нужна она

Я сошла с ума, я сошла с ума

Мне нужна она, мне нужна она, мне нужна она!

Руки Карлоса уже залезли под рубашку, его губы скользили по виску Шарля. На мгновение Сайнс оторвался и спросил, на кого это он там смотрит. - Ни... Ни на кого, - тут же отреагировал Леклер, но соображать с каждой минутой становилось все тяжелее. - Раз ни на кого, то может нам стоит уединиться? - Карлос потерял пахом о задницу Шарля. - Дааа... - Леклер изогнулся. - Тогда поехали ко мне. - Сайнс схватил Шарля между ног. - Даа... - Шарлю же было уже все равно, он был готов отдаться хоть здесь, прям сейчас. Наркота затуманила ему совсем разум.

Без тебя я — не я, без тебя меня нет

А они говорят, говорят: «Это бред»

Это солнечный яд, золотые лучи

А они говорят: «Надо срочно лечить»

Вскоре любовники уже выходили из клуба, а Макс стоял все на том же месте. Рядом с ним стоял Рассел. Он внимательно наблюдал за всей этой ситуацией и реакцией Макса. - Что ты будешь делать? - осторожно спросил Джордж. - Сначала выслушаю Шарля... - Макс выглядел потерянным. - Он видел тебя. И он ничего не предпринял, чтобы даже сделать вид, что это было случайно, - Рассел действительно беспокоился за друга. Он знал, как сильно тот любил Леклера, - Макс, да они были уже чуть ли не здесь заняться любовными утехами. - Я его очень люблю... - тихо ответил Ферстаппен. - Я знаю... - Рассел взял его за плечо - пойдем. Тебе нужно домой. - Да.

Я хотела забыть, до упора и вниз

Я считала столбы и растерянных птиц

Без тебя меня нет, отпусти-отпусти

До угла по стене, мама, папа, прости

В скором времени Макс приехал домой. Весь сегодняшний день он прокручивал в голове. Вот он проснулся в кровать с Шарлем, вот они вместе завтракают. Макс едет в зал, Леклер пишет ему. Они встречаются в ресторане, Ферстаппен дарит своему парню букет цветов. Они едут домой. Шарль говорит, что его друг пригласил на день рождение в клуб. Макс лишь усмехается. Конечно он отпустит его одного. Сам же Макс решит встретиться со своим старым приятелем. То, что они все оказались в одном клубе - совпадение. Образ Шарля, который извивался в руках другого парня, видимо, того самого друга, и смотрел прямо в глаза Максу, до сих пор стоял перед глазами. Неужели, вот так просто он взял и изменил? Ещё сегодня утром он говорил, что любит, а вечером... Встав с кровать, Макс решил собрать все самое необходимое на случай, если придется съезжать. *** Утро Шарля встретило сильной головной болью. Открыв глаза, он понял, что находится в квартире... Карлоса? Да, именно там. Также медленно приходило осознание, что он абсолютно голый лежит на парне. А точнее, на Карлосе. Аккуратно встав, Шарль направился в ванную. Сайнс даже не шевельнулся. Голова раскалывалась. Да, видимо не стоит употреблять запрещённые вещества. То, что он увидел в зеркале, ужаснулся его. Вся шея, грудь была в засосах. Руки и бедра были усыпальнице синяками. Воспоминания прошлой ночи медленно появлялись в его голове. Сначала был клуб. Карлос решил позволить себе лишнего а он... Он не был против. Это убивало его сильнее всего. В голове всплывает сцены прошедшей ночи. Это было хорошо. Но с Максом... Холодок пробежал по спине Шарля. А Макс? Нет, он же не знает?.. Но тут он вспомнил. Вспомнил взгляд Макса на него. Вспомнил, как изменился взгляд того, когда Карлос пришёл. Он все видел. Он все знает. - Доброе утро, - в дверях появился Карлос, - ты как? - Отвратительно... - Шарль прижался лбом к стеклу, - Макс... Он все видел... Карлос подошёл сзади к Шарлю и приобнял. - Может, останешься со мной? - рука Карлоса хотела опуститься ниже, но Шарль его остановил. - Нет. Я люблю Макса. То, что было сегодня ночью - ошибка, - Леклер посмотрел через зеркало в глаза Сайнса. - Что ж... - Карлос погрустнел, - тогда я, наверное, сделаю нам завтрак. А потом ты поедешь к себе... Но знай, что двери моего дома всегда открыты. *** Он боялся открыть дверь. Знал, что там его встретит взгляд этих голубых глаз, и взгляд этот будет полон разочарования. Боли. Вдох-выдох. Шарль открыл дверь. В квартире тишина. Проследовав на кухню, он наконец увидел его. Макса Ферстаппена. Он сидел на стуле. Его лицо ничего не выражало. - Макс? - голос Шарля заметно дрожал. - Я все знаю - слова тяжёлым грузом осели на сердце Леклера. Но ещё тяжелее было вынести взгляд. Холодный, как будто внутри Ферстаппена что-то замерзло. Навсегда. Безвозвратно. - Макс... Прости... Слова лились и лились из Шарля. Оправдания, извинения. Он умолял Макса остаться, не уходить. Не бросать его. Клялся, что произошедшее лишь ошибка. - Хорошо, - тихо сказал Ферстаппен, - я останусь. Груз спал с плеч Шарля. Но он чувствовал, что что-то изменилось и, казалось, что навсегда.