Кто я для тебя?

Квартира Шарля была пуста. Нет, в ней были его вещи, был сам Леклер, по было ощущение, что что-то исчезло. И не известно, навсегда это, или нет. Макс Ферстаппен проследовал в гостиную. Ничего не изменилось. Хотя прошло не очень то много времени, так что и не должно было, наверное, меняться. Шарль был очень рад решению Макса. Если честно, он в какой-то момент потерял веру в то, что Ферстаппен когда-то вернется. Когда голландец вошёл в квартиру, то Шарль встретил его. Он буквально вырвал чемодан с вещами из рук своего парня и потащил в спальню. Перед тем, как скрыться за дверью, монегаск обернулся и спросил: - Это все реально? - Да. Вскоре, Макс проследовал в спальню, а Шарль в гостиную. На тумбочке, возле кровати, Ферстаппен заметил какие-то бумажки. Он хотел взять один листок, когда услышал голос Шарля. Тот говорил достаточно не громко, Макс не мог его услышать, поэтому он прошел к гостиной: - Да ладно, не может быть! - с кем это он? - нет, Карлос! - Карлос... Карлос Сайнс? Что происходит? Почему Щарль говорит с ним? В гостиной послышался смех, - да ладно тебе! Слушай, Карлос...- Леклер замолчал. Почему Шарль разговаривает с Карлосом? Неужели все это было ложью? Неужели Шарль все также встречается с Карлосом? Неужели он ему не нужен? - Карлос! Послушай же меня! Я думаю, нам надо прекратить общение! - Ферстаппен замер, - Карлос! У меня есть Макс! Я тебе уже несколько раз это говорил! И повторю столько раз, сколько надо! Ферстаппен вернулся тихо в спальню. Он начал разбирать вещи. Телефон оповестил о сообщении: Джордж: "Как ты? Все нормально?" Макс: "Да. Уже раскладываю вещи." Джордж: "Что Шарль?" Макс: "Общается с Карлосом. Предлагает тому прекратить общение, говорит, что у него есть я)" Джордж: "ЭТО ЧТО, МАКС ФЕРСТАППЕН СТАВИТ СКОБКИ В КОНЦЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ?????" Макс: "Ой, отстань" Джордж: " ;) " Макс: " -_- " Джордж: "... " Макс усмехнулся и выключил телефон. Его внимание в очередной раз привлекли листы бумаги на тумбочке. Взяв один из них, он начал читать: "Макс! Как ты? Как твои тренировки? Не замерз? Сегодня было холодно. Как там Джордж? У него вроде парень появился. Я тебя люблю. Всегда любил. Все что я делаю вопреки этим словам - ошибка. Большая ошибка. С твоим появлением моя жизнь очень сильно изменилась и в лучшую сторону. Теперь же, когда наши отношения находятся на паузе, моя жизнь снова изменилась. Мне тяжело. Я физически и морально не могу без тебя. Пожалуйста. Прости. Я скучаю. С любовью, Шарль" Что-то защемило в груди нидерландца. Неужели?.. Одинокая слеза скатилась по его щеке. - Макс? Макс! - голос Леклер раздавался словно сквозь вату. Когда Шарль вошёл в комнату, то он сразу все понял. Он совсем забыл про те письма, что он писал все это время. Леклер тихо подошёл к Максу. - Макс? Ты... Все хорошо? Тот резко обернулся, чем испугал Шарля. Нидерландец крепко обнял его. Леклер сначала не понял, но быстро сориентировался и обнял его в ответ. Теплые губы Макса накрыли губы Шарля. Тот мягко отвечал. - Шарль... - прошептал Ферстаппен, когда смог оторваться от него, - ты так прекрасен. Прости за все... - Ты не должен изменяться! Это я виноват... Прости. Больше никто ничего не говорил. Эта ночь была их ночью. Она была полна поцелуев, любви, нежности. На утро Шарль проснулся от того, что ему очень жарко. Что-то тяжёлое лежало на нём. Пару секунд монегаск пытался осознать, что же происходит, а потом он вспомнил вчерашний вечер. Улыбка растеклась по его лицу. Макс зашевелился, но не проснулся. Леклер попытался выбраться из объятий своего парня. Не сразу, но у него получилось это сделать. Он прошел на кухню. Вскоре по все квартире разнёсся аромат свежесваренного кофе. Послышались шаги. Макс. Сонный, с растрепанными волосами, он подошёл к Шарлю и молча обнял его. Ферстаппен всегда по утрам был неразговорчивый. Спустя 10 минут они сидели, пили кофе. - Как ты думаешь, у нас все будет хорошо? - осторожно спросил Шарль. - Не знаю... Но надеюсь, - задумчиво произнёс Макс, - вчера я услышал, как ты разговариваешь с Карлосом. Кто он для тебя? - Он? Уже никто. - Леклер осторожно поставил чашку на стол. - А я? Кто я для тебя? - спросил вдруг Ферстаппен. - Ты? - на мгновение монегаск задумался, - ты самый близкий человек, который только есть на этой планете. Эти слова звучали надежнее признания в любви.