Наверное, сильно влюблен.

Декабрь девяносто первого года выдался в сибирской глуши таким суровым, словно сама природа пыталась заморозить, поставить на паузу то, что происходило в стране. Из телевизоров с наспех скрученными медной проволокой антеннами лились тревожные, чужие новости: Советский Союз разваливался прямо на глазах, гигантская империя трещала по швам, оставляя миллионы людей один на один с пустеющими полками магазинов и полным непониманием, как жить дальше. Где-то там, в далекой Москве, с флагштоков спускали красные флаги. А здесь, на самом краю обитаемого мира, занесённая по самые крыши деревушка жила по своим, куда более жестоким законам. Здесь правили не политики, а вечный мороз, бесконечный чёрный лес и глухая тайга, которая зимой казалась живым, затаившим дыхание монстром. Тайга — это особое место. Она принюхивается к каждому новичку в поселке. Присматривается к нему, исследует так, что ты всю жизнь будешь чувствовать чужие глаза на себе. Не понравишься тайге – схватит тебя, и пропади ты пропадом. Понравишься – сделает то же самое, только более слаще. Да так, что ты сам захочешь в густом лесу потеряться. Сам захочешь забыть свое настоящее имя и лица своих близких. Диана всегда боялась пропасть. Особенно когда впервые за много лет в поселке пропал мальчик — Вова Матюхин, Диана оказалась под жестким контролем родителей. Казалось, она уже восьмиклассница, а ее по-прежнему папа отводит и забирает со школы за ручку. С одной стороны, это меры предосторожности в связи с пропажами детей, а с другой стороны Диане хотелось такой же свободы, как у школьников, которые после занятий бегут играть в снежки, резвиться и кататься на санках. *** После шестого урока Диана осталась дежурить. Ненавистная классная руководительница по имени Ольга Васильевна оставила девочку одну после уроков, даже не дав кого-то из ребят в пару. Пустой кабинет был настолько тих, что и не скажешь, что во время перемен тут происходит погром: летают пеналы, учебники и изо ртов учеников льется один мат. Оглядев класс с усталым вздохом, она принялась вытирать доску, на которой было написано правило чередующих гласных. Длинноволосую шатенку не покидали мысли о грядущем дополнительном занятии по математике с репетитором, который каждый вторник ходит к Диане домой. Что-что, но учебу родители Дианы обеспечивали ей по полной. Конечно, чтобы иметь пять по математике не хватит собственных знаний. Протирая парты, девочка услышала, как по пустому коридору разносятся шаги. Явно кто-то спешил, или даже бежал. Может, это старшеклассники, у которых каждый день по семь уроков? Затаив дыхание, Диана чувствовала, что шаги подходят к ее кабинету. Уставившись выжидающе на дверь, она наблюдала. Дверь кабинета распахнулась, и в помещение буквально завалился Ромка Пятифанов. Обыкновенный хулиган, попадающий постоянно в милицию и неприятности. Самый главный нелюбимчик учителей, срывающий уроки своим смехом и дерзким поведением. Но по крайней мере, Диана что-то в нем нашла. — Дежуришь? — смело спросил Рома с довольной улыбкой. Он зашел в кабинет и закрыл двери. — Ну не ходи по помытому. — сказала Диана, глядя на то, как Рома ходит по только что помытому полу. Пятифан в свою очередь сел на парту в третьем ряду, покачивая ногами. — Погнали погуляем после дежурства твоего. — предложил шатен. — Не могу, у меня математика. — ответила Диана, тщательно оттирая грязь на последней парте. Но даже оттуда она увидела, как Рома недовольно закатил глаза. — А пропустить нельзя будет? — настырно спрашивал Рома. Он встал с парты и медленно на носочках пошел к Диане. Знал бы он, как сильно Диана хотела хоть раз пропустить дополнительные занятия. — Не отпустят меня гулять, знаешь же сам. — ответила Диана, намекая на жесткий контроль собственных родителей. — Ну…— протянул Рома. — А если я попрошу? — предложил он, улыбнувшись. Оголились его белоснежные клыки, от чего Ромка был похож на какого-то мелкого дикого зверька. — С тобой-то точно никуда не пустят меня. — Диана улыбнулась и слабо засмеялась. Девочка взяла ведро с водой и вручила Роме в руки. — Иди лучше ведро помой, помоги мне. — сказала Диана, и Рома сразу же принялся выполнять ее просьбу. Покинув кабинет, Диана все равно слышала его быстрые шаги в сторону мужского туалета. Девочке оставалось лишь улыбаться в пустом кабинете от того, какой агрессивный и дерзкий Рома нежный и трепетный с ней. После дежурства ребята задерживались в школе. Они стояли в тупичке между женским туалетом и кабинетом завуча. Благо, под конец дня уже не было такой суеты, и ребята могли остаться одни. Диана видела, как в какой-то момент Рома начал копаться в карманах своего паленного костюма «Адидас». Наверное, он считал себя настоящим пацаном, нося эту фирму. Спустя секунды три в его ладошке появилась жвачка «Turbo». Хоть она быстро теряла сладковатый вкус и становилась твердой, Диана любила эти жвачки. — Для тебя в ларьке стащил. — с гордостью сказал Рома, приподняв голову. Если бы какой-то другой мальчишка пошел хоть и на небольшое, но воровство ради нее, Диана бы пришла в ужас и не приняла подарок. Но это же Ромочка. Диана медленно подняла карие глаза на него, ее длинные ресницы вспыхнули. Улыбка моментально появилась на ее лице. Она аккуратными пальцами взяла жвачку. — Только, если можно, вкладыш мне дашь. — сказал Рома. Было непривычно видеть его таким робким. — Собираешь? — спросила Диана, медленно открывая жвачку. — Ага, с Бяшей. — кратко ответил Рома, сам не отрывая взгляда от грядущего вкладыша. Развернув вкладыш, на фотографии была изображена белоснежная Ferrari F40. Машина стояла на фоне пальм и какого-то синего, заграничного неба, а её безупречные кузовные линии сверкали на солнце. Диана закинула жвачку в рот, сразу почувствовав сладковатый вкус, а вкладыш с машинкой передала Роме, от чего он охотно принял ее. Честно говоря, Диане не сдались эти вкладыши от слова совсем. Пока Диана распробовала незнакомый вкус жвачки, Ромка пытался завести разговор. — Тебя, это…— он замялся, почесав затылок. — Никто не обижает? — наконец спросил он. Диана уставилась на него карими глазами. — Никто меня не обижает. — с улыбкой ответила девочка. — Говори, если объявится кто. Ты же знаешь, я впрягусь. — на уверенных тонах сказал Рома. Диане осталось лишь смущенно улыбнуться. — Ага, обязательно. — ответила девочка, когда жвачка уже растеряла сладкий вкус. Спустя секунд десять молчания, Рома спросил. — А на дискач сегодня тебя отпустят? — спросил он, словно не понимал значение прошлых слов Дианы о строгом режиме. *** Этим вечером, примерно, в семь часов, когда репетитор уже покинул дом Дианы, за окном было неспокойно. Сильная снежная буря чуть ли не сносила высокие ели, захваченные намертво снегом. Снег падал на окна хлопьями, заставляя их запотевать мгновенно. Диана просиживала этот вечер в своей комнате, окно которой выходило на страшный лес вдалеке. Страшнее всего, конечно, жилось Антону Петрову. Мальчик жил прямо у окраины, каждый вечер, вероятно, видя ужасы дремучей тайги. Родители тихо сидели в зале за просмотром телевизора, который каждый раз терял соединение и показывал серый экран. На удивление Дианы, родители даже не сердились на перебои со связью. Сейчас ровесники Дианы, наверняка, пляшут на дискотеке в местном Доме Культуры. Даже в этой деревушке он был. Девочка никогда не посещала это место. Диана сначала не обратила внимания на стук в окно, списав его на ветер и ветки, бьющиеся об окно. Вспомнив, что никаких деревьев даже вблизи дома нет, Диана встала с кровати и подошла к окну. Дернув за ручку, она открыла старое окно, и ветер подул ей в лицо, казалось, от которого она бы простыла за секунду. Но все переживания о здоровье растворились при виде знакомой черной шапки и натоптанных следов на белоснежном снеге. — Не спишь еще? — с улыбкой спросил Рома, оперевшись локтями об окно. Диана приставила указательный палец к губам, глядя на то, как он щурился от холода. — Ты зачем пришел? У меня родители дома. — тихо сказала девочка, то и дело оглядываясь назад. — Давай обувайся, погнали в ДК.— кратко сказал Рома, подгоняя девочку. Диана, конечно, знала, что сбегать из дома в нынешней ситуации нельзя, но что поделать? Это же Ромочка. Быстро сообразив, Диана принялась натягивать на себя сапоги, которые сушились на батарее в ее комнате. Застегнув их, она принялась перелазить через окно, замерзнув от холода моментально. — Подожди, а пальто? — опомнилась девочка, когда уже оказалась на земле. — Я тебе куртку свою дам. — сказал Рома, быстро сняв с себя свою кожаную куртку. Он бережно накинул куртку на плечи девочки, а сам остался в кофте от костюма «Адидас». Он взял ее руку – теплую, нежную и аккуратную. Для было честью буквально красть ее из дома, зная, что он обязан вернуть ее домой целой и невредимой. Руки Дианы оставались такими же теплыми даже при лютом холоде и вьюге, которая заметала их все больше с каждым шагом. Рома крепко держал ее, не позволяя провалиться ей под снег. Забота парня по типу Ромы — штука редкая. Не каждый будет впрягаться за девочку при любой ее проблеме, не каждый пойдет на кражу ради нее, не каждый осмелиться украсть ее из собственного дома ради того, чтобы провести один час вместе. Рома никогда не был из этой категории.