Пёстрая

Литариэль никогда не понимала, для чего царственным особам косметика. Сколько бы Марвен ни пыталась ее заинтересовать правильным набором той или иной тени или помады, всегда предпочитала сбегать и бороться с мальчишками, проявляя силу. Сейчас, находясь далеко в море, Марвен спокойно воспринимает потребность приемной дочери в поединках, но бывает так, что соперники устают от ее натиска и просят королеву об одном — утихомирить, как получится. Марвен не отказывает, зная, что Литариэль можно увлечь легендой или раскрытием научного факта, как это водится среди тех одиночек, что ищут скрытые смыслы. — Хочешь бой? — улыбается Марвен уголком губ. — Как насчет того, чтобы побороться со мной? — Ваше величество, сочту за честь, — усмехается лихо Литариэль, но не понимает, почему на матери нет ни сбруи, ни оружия. Только кисть для нанесения румян. — Тогда нападай, дитя мое, — просит Марвен и раскидывает руки в стороны. Литариэль мешкает, Марвен же делает несколько шагов навстречу и слегка проводит кистью по ее лицу, словно дразня. Литариэль чихает, а потом пытается сделать захват, чтобы поймать ловкие руки, но правительница высказывает и делает подножку, после чего проводит по ее губам уже более тонкой кистью с краской, будто бы насмехаясь. Литариэль, растянутая на полу, вдруг понимает, что у приемной матери в руках кистей несколько и каждая с косметикой. Она беспомощно рычит, пытаясь вырваться, но Марвен быстро хватает табурет, который стоял все это время рядом с ней и придавливает руку с тренировочным мечом, после чего сильно хватает вторую руку приемной дочери и фиксирует ногами ее ноги, а потом медленно целует в губы. — Не шевелись… — шепчет Марвен отвлеченной противнице и водит кистями в свободной руке по ее лицу. — Так не честно… — вздыхает Литариэль, пытаясь пошевелиться, но королева припадает губами к ее шее, затыкая окончательно, вызывая судорожный вдох. Марвен довольно быстро заканчивает манипуляции с кистями, чтобы потом с восторгом и смущением посмотреть в ее лицо и медленно поцеловать лоб. Литариэль уже улыбается, расслабившись и забыв о драке потому, что касание кистей ей напоминали беспорядочные поцелуи. — Всегда мечтала увидеть твое преображение… — мягко произносит Марвен. — А без косметики я вам не нравлюсь, ваше величество? — хмыкает Литариэль, пытаясь поймать ее губы своими и находясь в неудобном, распластанном положении на полу. Марвен уступает поцелую, зарываясь обеими руками в рой бесконечных косичек на голове, а также чувствуя, как ее обнимают одной, непридавленной перегородкой рукой. Марвен и Литариэль утопают в той нежности, которую дают друг другу в короткий миг, словно он вырван из времени. — Иногда под слоем косметики скрывается красавица, — произносит Марвен и пытается подняться, но Литариэль, освободившись, притягивает ее к себе на колени в объятия, утыкаясь носом в грудь. — Могу то же самое сказать о тебе. Я увидела тебя впервые без косметики и уже тогда решила, что ничего прекрасней не может существовать мире. — Моя милая… — вздыхает королева и гладит Литариэль по лицу, размазывая только что нанесенные тени с искренним смехом. — Прекрати изводить бойцов. От морских чудовищ нам нужны люди, не изматывай их попусту. — Простите, ваше величество, — серьезно произносит Литариэль и целует руку королевы.