Чужая искра

Дженсен был в тихом восторге. Они всю дорогу в автобусе болтали и смеялись с Джаредом. Тот лишь один раз написал Кэти. И заболтался с Дженсеном. С тропы они удрали. Сидели до темноты у секретного камня Джареда, где тот много лет назад сделал ямку-тайник со всякими мелочами. Играли в покер картами с неприличными картинками, жевали сэндвичи, болтали о школьных делах, толкались в шутку. Они слышали, как их искали и звали. Джаред хотел пойти, но Дженсен схватил его за руку и попросил: - Давай останемся тут, пожалуйста. Смотрел на высокого Джареда, задрав голову, дрожжа всем телом, вцепившись в руку. Джаред долго не отвечал, а потом согласился на эту ужасную авантюру. Дженсен знал, что если просить очень ласково, то почти всегда срабатывает. Он погладил Джареда по руке чуть более длинно, чем нужно. Заглянул ему в глаза, запрокинул голову, открывая шею. Джаред вздохнул глубоко, отошёл, уставился в свои ботинки. - Кастиэль тебя потеряет и запрёт на год, - сказал он. - Ну и пусть, - ответил Дженсен и легонько погладил Джареда по спине от затылка до ремня джинсов. - Всё равно ты в школе всё время с Кэти. Так что мне без разницы, сколько сидеть дома. И снова прошёлся руками на широкой спине Джареда. Тот замер, напрягся. - Что ты делаешь? - Показываю моему другу, что он мне нравится, - осмелел Дженсен и обхватил Джареда со спины за талию, прижался щекой к его лопатке. Джаред дёрнулся и развернулся: - Прекрати! Дженсен отошёл, опустил голову и ждал. Джаред сжал кулаки и тяжело дышал. Дженсен попросил, также не поднимая глаз: - Не бей меня, пожалуйста. Джаред ощутил такую жалость к своему другу, что обнял его: - Ты полный придурок. Дженсен не обнял в ответ, только слёзы текли. И тут их нашёл полицейский: - Так, парни, вам придётся многое объяснить. Кастиэль был в ярости. Когда ему несколько часов назад позвонил учитель и спросил, не вернулся ли случайно Дженсен домой, Кастиэль уже знал, что он совершил ошибку, отпуская Дженсена на целый день с этим ужасным Джаредом. Когда он услышал, что и Джаред потерялся вместе с Дженсеном, он готов был напалмом сжечь всё, что видел. Он так и знал, что этот кошмарый Джаред собьёт с толку его мальчика. Полицейский настоял, чтобы Кастиэль не ехал в Ок-Хилл, а оставался дома на случай возвращения детей. Он послушался и теперь сходил с ума. Метался по дому, бил кулаком в стены. Он сразу сказал полицейским, что на телефоне Дженсена включён gps, передал координаты. Но они были не точными, надо было проверить радиус около киломера. И сейчас Кастиэль не находил себе места. Дженсена привезла полицейская патрульная машина около 9 вечера. - Иди наверх, - рыкнул Кастиэль с порога. - Кастиэль, я..., - начал Дженсен, но тот его остановил его жестом и молча указал наверх. Дженсен поднялся по лестнице. Интересно, куда, в детскую или в их спальню? - Подростки, - устало сказал пожилой полицейский, пока они улаживали формальности. Когда полицейские уехали, Кастиэль опустился на диван и попытался успокиться. Он хотел свернуть шею Джареду, не сомневался, что идея убежать была именно его. Дженсен не такой смелый, он ведомый и слишком зависим от этого долговязого парня. Запереть Дженсена дома до совершеннолетия! Или дольше! Навсегда! Вытрахать из него любую мысль о побеге. Кастиэль не услышал шагов на лестнице. Поднял голову, когда Дженсен уже стоял перед им. В одних спортивных штанах. - Ты злишься на меня, - сказал Дженсен. Кастиэль вскочил и заорал впервые в жизни: - Да! Да, я очень злюсь на тебя! Я не знал, где ты и что с тобой! Дженсен подошёл к нему, расстегнул ремень. Кастиэль представил, как Дженсен опустится на колени и возьмёт в рот его член, чтобы вымолить прощение. Он позволит, но не простит. Одного минета точно мало за всю эту нервотрёпку! Кастиэль почти сошёл с ума от беспокойства, одним минетом Дженсену тут точно не отделаться. Даже такими пухлым, блядским, невероятным губам не отделаться одним минетом. Но Дженсен вытянул ремень из шлёвок, сложил пополам и отдал в руки Кастиэлю. Потом отошёл, спустил штаны до колен, оголяя белую в веснушках попу и нагнулся, уперевшись макушкой в стену. Руками он развёл свои ягодицы, полностью открываясь перед изумлённым Кастиэлем. - Я очень виноват, - сказал он глухо. - Накажи меня. Кастиэль ощутил ремень в своих руках и такую злобу за пережитое, что в один шаг приблизился и сильно ударил ремнём по разведённым ягодицам. Дженсен дёрнулся, но промолчал. Кастиэль наносил удары снова и снова, попадая по бёдрам мальчика, по ягодицам, по анусу, пальцам. Дженсен начал мычать и вскрикивать, упираясь головой в стену. После очередного удара он упал на колени и на руки. - Держи попу открытой, - закричал Кастиэль. Дженсен всхлипнул. Уткнулся лбом в пол, выставив задницу кверху и снова развёл ягодицы. Он уже плакал. Задница горела. Он вздрагивал от каждого удара и скулил. Кастиэль будто сошёл с ума. Бил и не мог остановиться. Но вдруг рывком поднял уже рыдающего Дженсена на ноги, сдёрнул с себя брюки вместе с бельём и одним толчком вошёл в мальчишку, впечатывая его в стену. Дженсен закричал от боли, задёргался, пытаясь слезть с огромного члена неподготовленной задницей, засучил ногами. Но Кастиэль держал крепко, трахал его, ошалев от своей силы. Дженсен сначала бился и кричал, потом обмяк, расслабился и начал стонать. Дженсен кончил первым, ослаб и затих, почти повиснув в руках Кастиэля. Тот двинулся ещё пару раз, и бешеный оргазм сотряс его. - Мне очень больно, - сказал Дженсен и всхлипнул. - Зачем так сильно и так долго? Кастиэлю стало дурно от этого. Он покрылся испариной ужаса: он причинил своему солнышку физическую боль. Тем не менее строго сказал: - Ты знаешь причину, Дженсен. Ты слишком плохо себя вёл. Дженсен снова всхлипнул и кивнул. Посмотрел на Кастиэля испуганно и с надеждой: - Можно я сегодня посплю один в детской? - Нет! - зарычал Кастиэль. Дженсен отшатнулся и покорно лёг в его объятия после душа. Но Кастиэль знал, что Дженсен будет просить снова и снова, будет сосать и подставляться, разрешит снова грубо себя взять, будет умолять. И добьётся переезда в отдельную комнату.