In coffin

И всё таки, алый бархат действительно был прекрасной обивкой для гробов. Мягкая, приятная на ощупь ткань. Дориан словно лежал в самом дорогом любовном ложе, предназначенном лишь для аристократов высшего класса. Нежные подушечки пальцев скользили по обивке, медленно, словно пробуя на вкус самый изысканный деликатес. Дориан шумно вздохнул и прикрыл глаза, позволяя себе расслабиться в гробу, который Валентайн хотел выставить как один из новых образцов. — Дориан? Вы с чего вдруг решили примерить на себя образ покойника? — зашедший в могильник Валентайн явно был удивлён открывшейся картине. Дориан нехотя распахнул глаза и сел. Тело овеяло холодом могильника и он невольно выгнул спину. — Просто захотелось полежать в гробу. — Дориан колко посмотрел на Валентайна — Тем более, это только образец. Валентайн хмыкнул и подошёл ближе. По птичьи склонив голову и улыбаясь, он посмотрел на Дориана, всё ещё сидящего внутри посмертного ложа. — Неужели вам не хватило саркофага? — тихо смеясь спросил он. По телу Дориана прошлась дрожь. Он зажмурил глаза, пытаясь откинуть страшные воспоминания. Валентайн перестал смеяться и неловко поджал губы. Он положил ладонь на щеку Дориана, нежно поглаживая. — Я сказал гробу... Саркофаг совершенно другая вещь... — Дориан улыбнулся, позволяя себе мимолетно потереться щекой о тёплую руку своего компаньона. — Глубочайшее прошу прощения, мой ненаглядный — промурлыкал Валентайн, залезая в гроб и нависая над Дорианом. Дориан тихо фыркнул, прикрывая глаза и упираясь руками в грудь Валентайна. Было немного непривычно и стыдно находится в таком положении с компаньоном. Однако сердце от чего-то стало отбивать бешенные ритмы, стоило дыханию Валентайна обжечь лицо Дориана. — Валентайн! Что вы... — Дориан дернулся, достаточно сильно, чтобы гроб пошатнулся и задел крышку стоящую рядом. Та пошатнулась и с грохотом упала на гроб, не полностью закрывая его и сильно ударяя Валентайна по спине. Тот протяжно зашипел. Резко стало темно, лишь небольшие кусочки света пробивались там, где гроб был не полностью закрыт. — Валентайн простите я... — Дориан испугался. В ушах зазвенело от оглушительного шума. Он потянулся руками, на ощупь находя спину Валентайна и поглаживая его. — Всё в порядке... — Валентайн тяжело дышал. Его рука коснулась губ Дориана и тут же отпрянула словно ошпарилась — Сейчас вылезем... Дориан напрягся, он потянулся рукой, нащупывая крышку гроба и слегка поддался вперёд. Но тут же дернулся, резко вздохнув. Рука Валентайна легла между его ног, заставляя всё тело покрыться мурашками, но вскоре отпрянула, оставляя после себя тягучий горячий след. — Валентайн! — Дориан сжал бёдра, к его лицу уже прилила кровь, и не только к лицу... "Боже, только не это!" — Дориан мог лишь поблагодарить Господа за то, что света в гробу совсем немного, что не дает увидеть его красное лицо и постыдное возбуждение. "Это только из-за того, что меня там потрогали..." — успокаивал он себя. — Ох, простите ради всего святого — похоже, даже Валентайна сложившаяся ситуация заставила смутиться и занервничать. Пусть лица и не было видно, дрогнувший нервный голос всё выдавал. — Тут ни черта не видно... "Я знаю" — подумал про себя Дориан, но вслух, конечно же не сказал. Вместо этого снова попытался потянулся руками к крышке гроба, но как на зло, коленкой он наткнулся на промежность своего компаньона, подозрительно разбухшую. Его прошил раскат грома, он неосознанно ещё подвигал ногой, изучая бугор на штанах своего компаньона. Дориан готов был провалиться сквозь землю. Казалось, что к лицу уже прилило так, что покраснеть сильнее было физически невозможно. — Дориан — с заминкой произнёс Валентайн, обхватывая рукой колено, что по прежнему давило на пах. Только он не отодвигает, но и не притягивает сильнее — Я тут с ума сойду... Дориан мысленно соглашается с Валентайном. В гробу повисла слишком эротическая атмосфера. Тяжёлое дыхание, разные ароматы, смешивающиеся с друг другом. Нос Дориана улавливает запах ливня и прелых яблок, дорогой одеколон, на запах которого он раньше не обращал внимания и еле заметный аромат кожи. Казалось бы, что уже стоит открыть эту чертовы крышку да вылезти! Но что-то держит, не дает уйти друг от друга. Валентайн шумно сглатывает, этот звук набатом отражается у Дориана в голове. Тут он чувствует, что его пах накрыла теплая ладонь. Дориан громко вздыхает, хватая наглеца за запястье. Только он не отталкивает, наоборот, тело льнет к руке. — Валентайн! — кажется, Дориан хочет сказать что-то еще, но Валентайн ловко перебирает пальцами, заставляя Дориана выгнуться и протяжно замычать. — Спокойно, мой милый... — горячий шепот обжигает ухо Дориана, Валентайн почти вжимается в него. Дориан чувствует, как бьется его сердце под слоями одежды и почти полностью уверен, что не будь в гробу так темно, то закончил бы в эту же секунду —  Контора уже закрыта, Элис ушёл, нас никто не потревожит. Слова Валентайна оказывают нужный эффект, Дориан расслабляться и тоже тянет руку к его паху, проводя пальцами по горячему бугорку. Валентайн рвано вздыхает и сжимает свои пальцы, от чего Дориан громко втягивает воздух сквозь сжатые зубы и сжимает бедра. — Не сжимайте ноги пожалуйста... — тихо говорит Валентайн, он смазанно касается губами щеки Дориана, нежно положив другую руку на его щёку. Дориан послушно раздвигает ляшки, позволяя руке Валентайна гулять свободно. Его губы находят рот Валентайна и тот медленно втягивает его в осторожный поцелуй. Неглубокий, томный и долгий. Они аккуратно и нежно изучают рты друг друга, проводя языками по деснам и изредка сталкиваясь зубами. Валентайн не держит контроль на себе, позволяя Дориану, пусть и неумело, но проявить себя. Наконец оторвавшись и бешено восполняя нехватку воздуха, которого в гробу, к слову, не так уж и много, но он всё же есть. Сложно сказать, хотели бы они видеть друг друга или всё же нет, но эта последнее, что их волнует. Дориан неуклюже стягивает с Валентайна штаны, кое как справившись с ремнем. Валентайн следует его примеру, быстро стягивая с него брюки и тут же крепко обхватывая эрекцию. Дориан рвано скулит и кое-как собравшись тоже обхватывает пальцами ствол Валентайна. Эти чувства были такими... Новыми... Одно дело, когда касаешься ты себя сам, другое, когда это делает кто-то другой, или кто-то конкретный. Дориан уже не сдерживаясь стонет и бесстыдно льнет к руке Валентайна, что ласкает его. Настроиться на ритм друг друга не так сложно, и они вскоре двигают руками идентично, только по разному. Дориан неумело и слабо двигает пальцами вверх вниз, иногда задевая головку и размазывая по стволу капли предэякулята. Валентайна же наоборот, двигает рукой умело, с нажимом, ловко сжимая пальцы и задевая самые чувствительные точки. Гроб заполняет запах пота и предсемени, мускусный, с ноткой кожи. Их вздохи и тихие стоны звучат в унисон с каждым движением руки. Дориан позволяет себе запрокинуть голову и просто наслаждаться моментом уединения. По телу проходит дрожь, он прикусывает губу и жмурит глаза, выдавливая из них пару слез удовольствия. Валентайн шумно вздыхает и поддается ближе, вжимаясь своим телом в тело Дориана. От резкой смены положения Дориан отдергивает руку и хватается за плечи Валентайна. Последний скользит рукой между их тел и обхватывает их эрекции, начиная ласкать их обоих. С губ Дориана срывает короткий громкий стон. Он обхватывает спину Валентайна руками и притягивает того ближе к себе, находя его губы своими. Этот поцелуй смазанный, не такой долгий и очень прерывестый, но именно в него Дориан вкладывает все свои чувства и порочное наслаждение. Валентайн тем временем продолжает двигать рукой вверх-вниз в заученом жесте. Дориан прижимается головой между его шеей и плечом, вдыхая аромат пота, смешавшийся с одеколоном. Мысли сливаются в густую кашу, из них не получается вытянуть ничего более—менее связного или, хотя бы, нравственного. Честно говоря, не очень то и хочется. Дориан толкается в его руку, это было чем-то настолько новым и необычным. Он чувствует каждую вену и сдвиг кожи на его плоти, насколько она горячая, примерная длинна и толщина. Дориан дрожит, рвано вздыхая и сильнее утыкаясь лицом в плечо Валентайна. Одежда становилась мокрой, особенно внизу, предсемени было так много, что она уже залила собой края рубашек и пояс брюк. Ох и трудно же будет Дориана объяснить миссис Раджани такого рода грязь, хотя она женщина умная, скорее всего и так обо всем догадается. Дориан чувствует скорую разрядку, это заставляет его толкаться в руку Валентайна сильнее, тот кажется, тоже уже близко.  Тело дрожит словно при лихорадке, на коже пляшут мурашки, Дориан сильно смыкает пальцы на руке Валентайна, даже не беспокоясь о возможности оставить синяки. — Валентайн, Валентайн... — словно в бреду шепчет Дориан, поскуливая и жмуря глаза. Оргазм накрывает их с головой почти одновременно. Горячие струи спермы летят на мокрую от пота одежду, впитываясь в неё от трения с друг другом. Валентайн делает ещё пару движений рукой и обессилено ложится на Дориана, губами касаясь его мокрой шеи. Даже так от Дориана веет запахом осени, таким родным и горячим сейчас. Они оба тяжело дышат, пока волны прошедшего оргазма продолжают отзываться внутри живота колкой теплотой. Когда они уже достаточно пришли в себя,  Валентайн приподнимается и спиной упирается в крышку гроба, почти сбрасывая её. — Постойте! — окликает его Дориан. Как только Валентайн замер, Дориан облегченно выдыхает. Будет действительно неловко увидеть друг друга такими, даже после произошедшего. Дориан наспех натягивает на себя штаны, как и Валентайн, уже понявший желания своего друга. Когда шуршание одежды стихает, Валентайн наконец-то сбрасывает крышку гроба. Их озаряет яркий свет, заставляя зажмуриться и блаженно вдыхать чистый воздух, которого в прикрытом гробу было не много. Дориан поднимается следом за Валентайном, разлепляя мокрые глаза. Он осматривается, в глазах ребит и ему остается лишь найти в своём теле силы дабы вылезти из под Валентайна и не спеша направиться с двери могильника. — Дориан... — Валентайн как на зло оказывается рядом, кладя руку на плечо Дориана и поворачивая его на себя. Смотреть ему в глаза было стыдно. Особенно будет стыдно говорить потом об этой ситуации, хотя, скорее всего они не будут об этом говорить. Валентайн достаточно чуткий к эмоциям Дориана, чтобы понимать когда ему стыдно и некомфортно о чем-то говорить. — Мы же всё уже закончили¿  — Дориан нервно рассмеялся и отшатнулся к двери могильника, стукаясь о неё спиной — я, пожалуй, домой пойду! Он схватился за ручку двери и распахнул её. Валентайн поймал Дориана за плечо, заставляя оставаться на месте, после чего наклонился к уху и коротко прошептал: — Предлагаю завтра вечером сходить на свидание, просто поговорить... Дориан застыл на месте, сглотнув, он кивнул и сказал быстрое "Да!", после чего мимолётной молнией выпрыгнул из могильника и метнулся к выходу из конторы.