Яблоки с корицей (Сборник)

В обеденном зале, как обычно, стоял гул. Ученики оживлённо обсуждали прошедший день, первокурсники эмоционально делились друг с другом впечатлениями о занятиях, которые проходили у них сегодня, ведь в Хогвартсе ежедневно происходило что-то необычное, чего половина до этого никогда раньше не видела, хоть они и находились в школе уже почти три месяца. Старшекурсники, несмотря на последствия войны, которые отражались в их поведении, проявлении эмоций и реакции на обыденные ранее вещи, тоже старались не молчать и заводить разговоры. Гарри небрежно ковырялся вилкой в своей тарелке, размазывая по ней всю еду. Аппетита не было от слова совсем. Он поднял взгляд на двух лучших друзей, сидящих напротив: Рон что-то экспансивно рассказывал Гермионе, активно жестикулируя, но в моменте получил от девушки легкий подзатыльник, после чего оба захихикали. Гарри опустил глаза обратно в тарелку, но через пару секунд невольно посмотрел на Джинни, сидящую поодаль со своими подругами. Она, почувствовав на себе пристальный взор, тоже посмотрела в его сторону и мягко улыбнулась. Поттер тоже хотел улыбнуться в ответ, но у него не получилось поднять уголки губ. Появилось ощущение, будто он больше не может управлять своим собственным телом – оно его попросту не слушается. Парень помассировал свободной рукой висок, который пронзила ноющая, но сильная боль. – Я отойду. Буду в гостинной. – кинул он на прощание друзьям и скрылся за огромными дверями. Заворачивая, он не сразу заметил бледную фигуру, прижавшуюся к стене. – Эй, Поттер, тебе с твоим зрением даже очки уже не помогают? - этот язвительный тон он узнает из миллионов других таких же. – Драко, вот ты где! Почему тебя опять не было на ужине? – Я... Не голоден. – коротко и по факту ответил Малфой. – Ты никогда не голоден! На завтраке просто сидишь с краю и смотришь куда угодно, кроме тарелки, на других приемах пищи ты вообще не появляешься. Что с тобой случилось? - волнующимся тоном поинтересовался Гарри. – Я правда не голоден. – Драко подумал секунду. – Я ем тогда, когда ты не видишь. И вообще, ты сам-то не лучше. – У меня нет настроения сегодня. Как и всегда. Война из меня последние соки выжала, хоть и прошло уже немало времени с момента её окончания. Я просто не могу собраться, не могу, понимаешь? – с каждым словом громкость его голоса увеличивалась, но резко тон стал более нежным. – Ты тоже устал, я это вижу. Вижу, как ты отстранился от друзей, как всегда стоишь в стороне. Даже со мной общаться не хочешь при других. Я скучаю по старым временам, милый. По старым нам. – Гарри пристально смотрел в такое же печальное как и у него самого лицо. – Знаю, Гарри. – блондин положил ладонь на щеку "друга". – Но прежних времён не вернуть. Остаётся только жить дальше. – Повисла звенящая тишина. – Слушай, Драко... Есть кое-что, что я хотел бы тебе рассказать. После того, как Волан-де-Морт убил меня на небольшой промежуток времени, я начал видеть призраков родных и близких мне людей. Мама, папа, Сириус, Дамблдор, после войны и Римуса с Тонкс, Фреда... Что ещё страшнее – они разговаривают со мной. Все до единого. Что ты думаешь об этом? Драко понимающе смотрел на собеседника выразительным взглядом. – Всë наладится, дорогой. Просто не забывай принимать лекарства, которые тебе прописала мадам Помфри, хорошо? Ответа не последовало, но он и не нужен был ни одному из них. Они просто стояли в полной тишине, в которой у Гарри наконец накопилось достаточно силы, чтобы улыбнуться. Драко улыбнулся ему в ответ, той самой улыбкой, в которую он влюбился ещё когда-то давно, когда единственными проблемами были приближающийся матч по квиддичу и сложные домашние задания по зельеварению. Когда никто не думал, что когда-нибудь Волан-де-Морт вернётся, и вернётся не один. С тех пор Гарри любил язвительного и резкого Драко, а Драко любил неусидчивого и вечно лезущего в неприятности Гарри. Даже когда оказалось, что один из них пожиратель смерти, второй всë также любил, не переставая. – Что ж, ужин скоро закончится, не хочешь немного посидеть со мной в гриффиндорской гостиной? Ну пожалуйста... – слёзно попросил Гарри. – Хорошо-хорошо, только пока мы одни, как обычно. – в зелёных глазах появилась яркая искра. – Да, я помню. Пойдём быстрее! - парни побежали по широким коридорам, от стен которых отскакивало эхо быстрых шагов.

***

С окончания школы чародейства и волшебства прошло ровно пять лет. Гарри жил вполне обычную жизнь среднестатистического счастливого человека: женился, завёл ребёнка, занимается любимым делом. Вот только он вовсе не счастлив. Спустя пару месяцев приëма тех самых лекарств все галлюцинации пропали. Как и Драко. Он ничего не сказал ему, будто в воздухе испарился. Подходя к его друзьям-слизеринцам Блейзу, Тео и Панси с вопросами о Драко, Гарри не давали четкого ответа, лишь говоря: "Ты что, окончательно с ума сошёл?" и попутно смеясь, отпуская едкие шутки, хоть эти вопросы и приносили им немало боли. Гарри не опускал руки и даже спустя столько времени продолжал посылать письма в дом Малфоев совой. Но тщетно. Ответа никогда не следовало, что не могло не огорчать. Перед сном, сидя на краю кровати, он гладил маленького плюшевого дракона, так напоминавшего ему о любви всей его жизни. Сколько бы времени не прошло, кто бы не был в его окружении, Гарри всегда будет любить только его. Драко. – Почему ты повсюду таскаешься с этим драконом? – мысли оборвала входящая в комнату Джинни. Гарри, не нарушая ежевечерний ритуал, сидел на кровати. – Не пойми меня неправильно, но он много для меня значит. – не поворачиваясь к жене, сказал парень. – Он напоминает его, да? – Кого "его"? – Малфоя. Брюнет замер и медленно повернул голову в сторону рыжеволосой девушки. – Ты тоже не пойми меня неправильно, но ты страдаешь по нему с середины седьмого курса. Седьмого. Мы недавно получили высшее магическое образование, поженились, родили сына, а ты всё ещё вспоминаешь его? – Джиневра медленно срывалась на крик шёпотом, насколько это было возможно. – Не с седьмого, а... – Не обманывай самого себя. Ты стал замкнутым, как только он погиб. Парень замер. Он не мог поверить в услышанное. – Погиб?.. – На войне. А потом ты начал разговаривать сам с собой, отдаляться от всех. Ты утверждал, что он всегда рядом и разговаривает с тобой. – Но... – Джинни не дала ему договорить. – Ты не находишь странным, что он пропал одновременно вместе с остальными? Именно тогда Гарри и задумался. Действительно, это странно. Пазл в его голове сложился. Именно поэтому ему не приходили ответные письма, он не мог дозвониться до Драко, и именно поэтому тот ничего ему не сказал, перед тем как пропасть. Парень знает, что его любимый и поверхностно хоть и грубый, но внутри такой нежный и мягкий блондин никогда бы так не поступил с ним. И поэтому он тогда не общался с однокурсниками, перестал посещать матчи и мероприятия, пропускал приёмы пищи... Единственный ответ на все вопросы, копившиеся годами, оказался таким логичным и ужасно больным одновременно. Нужно смириться и ждать. С того света ещё никого не удавалось вернуть. Дожидаться своего часа – самое логичное, что можно было бы предпринять в данной ситуации. Они еще обязательно встретятся. Пускай не сейчас, не здесь и не скоро, но встретятся. И встреча эта будет тёплой и долгожданной.