О том, как Соната стала женщиной

Было уже одинадцать вечера, а Соната Даск всё ещё не возвращалась домой, продолжая свой слепой путь вдоль одноэтажных частных домов и конструкций. Она доедала уже четвёртый тако за вечер, благо успешно закупилась ими ещё до наступления темноты, когда ларьки ещё не закрылись. Было тихо, даже очень. Многих сторонних людей это все бы напугало, или хотя бы насторожило, но юная девушка не чувствовала никакой угрозы. Вдруг перед ней что-то промелькнуло. Силуэт, похожий на человеческий. Заинтересованная тем, кому же не спится в это время, Соната последовала за ним. Фигура шла долго, постоянно озираясь по сторонам. Увидев за собой Сонату, она чуть замедлила шаг, достала телефон, что-то сказала и повернула в сторону Кантерлота, а если конкретнее, большого старого дерева неподалёку от него. «Интересно, что ему там надо?» — подумала Соната, идя вслед за фигурой. Как только она завернула, её тут же схватили несколько пар рук и поставили в центр, обступив со всех сторон. — Э-э-эй! — возмутилась Соната. — Вы что делаете? — Она не выглядела по-настоящему испуганной. Вероятно, думала, что это игра. — Это розыгрыш такой? Её с размаху ударили по лицу. — А-ай! — крикнула Соната. На её глаза тут же навернулись слезы. — Больно! Вы... Руки стали жадно срывать с неё одежду, сняв сперва вверх, а потом добравшись и до нижнего белья. — Что вы делаете?! Нет! — она извивалась в их руках. — Отпустите! Прикосновения стали ещё более жёсткими. — Дажи! Ари! — позвала она сестёр. — Помогите мне! Пожалуйста! Мне страшно! Её поставили на колени и раздвинули ноги. — МАМА! — закричала она после резкого толчка. А потом тишина. *** Не сказать, чтобы Дэззлингс жили в полной нищите. У них была небольшая, но при этом уютная квартира, которую, в последнее время, троице (в частности, старшим ее составляющим) удалось привести в нормальный вид. Адажио с Арией планировали заснуть в одиннадцать вечера, но решили дождаться Сонату. Какова же была их ярость, когда она пришла в два ночи. — Где ты там долго шлялась, а? — негодовала Адажио. — Так ещё и рубашку себе помяла! — возмущалась Ария. — Ты сирена, или кто? — Она хлопнула себя по лбу. — Зачем мы вообще тебя отпустили на улицу? Соната закрыла за собой дверь и, вся дрожащая, боком направилась к ванной, чтобы сестры не видели, что с ней стало. — Минутку! — сказала Адажио. — Соната, повернись. Соната застыла как вкопанная. — Дажи, я... — Нижняя губа младшей сестры задрожала, будто бы она готова была расплакаться в любой момент. — Повернись! — твёрдо приказала Ажажио. Соната, тяжело вздохнув, выполнила прикан и повернулась к Адажио лицом, так что теперь та могла видеть кровавые пятна на её штанах. Старшие сестры замерли и побледнели. Какое-то время они просто молчали, пока Адажио дрогнувшим голосом не выдавила из себя: — Какой ужас... — Кто это сделал? — рявкнула Ария. В её голосе звучали очевидные стальные нотки. Такие, какие обычно предвещают её приступы ярости. — Это... Это не я! Это какие-то парни! Я пыталась вырваться! — зарыдала Соната, больше не пытаясь сдерживать слезы. — Дажи, прости меня! Я... Я могу отмыть одежду! Я сделаю это сама, даже если придётся стереть пальцы до костей! Адажио рванула к Сонате, схватила её за руку, подвела к кровати и резко, но при этом аккуратно, уложила ее. — Ляг и лежи, — приказала она. — Отмыть? Отмыть?! Соната, ты вообще слышишь, что говоришь?! К черту одежду — ее, если надо, можно новую купить! Адажио достала телефон. — Надо позвонить в скорую, чтобы... — Чтобы что? — перебила ее Ария. — Пол города знает про наши преступления! Никто в жизни не захочет помогать Сонате! — Значит, я их заставлю! — голос Адажио исказился от гнева. — Соната, ты как? Ощущаешь, что будешь жить? — Я?... Да... — кивнула Соната, и снова разревелась. — Что же теперь со мной будет?.. Во что я превратилась?.. Я же... Я же теперь... Я грязная! И использованная! — Она пару раз надрывисто всхлипнула. — Вы... Вы, наверное, теперь меня ненавидите... — Тшш. — Адажио приставила палец к губам младшей сестры. — Не говори так! Ты не использованная. И ты не грязная. Ты — наша Соната. Всегда была нашей, и останешься. — Она была как никогда серьезна. — Вы... Вы не злитесь? — изумилась Соната, все еще всхлипывая. — Я злюсь! Но не на тебя, а на тех, кто это сделал! — сказала Ария. — Руки и ноги им повырываю! Чтобы знали, с чьей сестрой имеют дело! — Послушай. — Адажио положила руки на щеки сестрёнки и заставила её посмотреть на себя. — Мы тебя любим. И мы не считаем тебя использованной или какой-то такой. Ты — наша сестра. Наша родная, глупая сестра. И мы никогда не будем тебя притеснять по-настоящему! — Но... Но вы все время ругаетесь на меня... — прошептала Соната. — Кричите... обзываете... — Мы... Мы не умеем по-другому, — выдохнула Ария. — Ну и ты тоже молодец, могла бы хоть чуть-чуть стараться вникать в наши замыслы! Но эй, это не значит, что мы тебя презираем! — Ария наклонилась над сестрой и неуверенно погладила её по голове — жест крайне редкий для неё. — Ты — одна из нас. Если бы мы тебя не любили, уже давно бы бросили где-нибудь! Соната подняла на Арию взгляд, полный неверия и какого-то странного, тёплого чувства, похожего то ли на радость, то ли на облегчение. Она вытерла слезы, но продолжила плакать, глядя на старшую сестру с каким-то непонятным восторгом. — Ты... Ты никогда не говорила... ничего подобного... — пискнула Соната. — Ты всегда только злилась... — Ой, ну... брось... — отмахнулась Ария, чувствуя, как краснеет. — Я злилась, да. Но не ненавидела тебя. Так что да, я... я тебя... — она вздохнула,— люблю, — эти слова дались Арии с большим трудом. — Я тебя люблю, Соната. Соната буквально просияла, повалила Арию на кровать вместе с собой и крепко-крепко обняла её, забыв про боль между ног. — Ария-а-а-а! Ты самая лучшая! — запищала Даск. — Я тебя очень-очень люблю! Адажио тихо рассмеялась, наблюдая за этой сценой. Напряжение после случившегося с Сонатой слегка спало. — Тьфу! Дура! — выругалась Ария, заливаясь краской, но не отстраняясь, а наоборот — обнимая Сонату в ответ. — В любом случае, Сонь... я рада, что ты жива. И что ты с нами. Без тебя мы бы и дня не протянули. — В точку, — кивнула Адажио. — Только твоя наивность и оптимизм не дают нам с Арией совсем скатиться во зло. И знаешь... я рада, что это так. — Она присела рядом с Сонатой и начала расчесывать её волосы. — Ты всегда была той, кто нас сдерживал. Той, кто не опускалась до откровенного хаоса. Той, кто не давала нам стать абсолютным злом. Соната довольно мурлыкнула и ещё сильнее вжалась в Арию. — Вы... Вы такие добрые сегодня! — сказала она, тихо хихикая. — Я уже даже боли не чувствую! Адажи мягко улыбнулась и поцеловала сестренку в лоб. — Полежи, моя маленькая... С тобой приключилось страшное. И мы поможем тебе с этим справиться. — А я уже справилась, — тихо пискнула Соната. — С вами двумя... Ария усмехнулась и, наконец, встала с дивана. — Где они с тобой это сделали? — серьезно спросила она. — Это было рядом с Кантерлотом, — сказала Соната, слегка напрягаясь. — У большого дерева. — Ясно, — сказала Ария. Она подошла к своему шкафчику, открыла его, достала оттуда несколько ножей и кастет, запихала их в карман своей куртки и, обратившись к Адажио, добавила: — Если вернусь вся в крови, то не переживай, она не моя. — И вышла. Соната вздрогнула и закрыла рот рукой. — Ой-й-й! Ария никогда не была такой серьёзной! Она... Она серьезно собралась их?.. Дажи, это из-за меня? — она подняла взгляд на Адажио. — Это не из-за тебя, — сказала она, целуя сестру в лоб. — Эти ублюдки сами выбрали такую участь. Никто не заставлял их делать это с тобой. Они провинились, и за это ответят! — Она улыбнулась младшей сестре. — Я... Я вызову скорую, ладно? Тебя бы обследовать, чтобы убедиться, что нет ничего серьезного. — Пока она не приедет, будешь со мной? — спросила Соната, хватая одеяло и натягивая его на себя. — Буду, — кивнула Адажио, обнимая сестру. — Спой мне что-нибудь! — сказала Соната. — Только не злое, как когда мы пели на Битве групп, а что-нибудь доброе, как в детстве! Колыбельные там или еще что-нибудь! — Сонь, ты же помнишь, что мы потеряли голоса. — Но ты же ходила на курсы! — хихикнула Соната. — И наверняка уже научилась! Адажио улыбнулась, глядя прямо в сияющее личико сестры. — Хорошо, моя маленькая. — Сказала она. — Я спою тебе. И мы будем в полном порядке. Я, Ария и ты. Мы втроем. Она погасила свет в комнате. — Навсегда.