Привяжи меня к себе

Мои руки нежно обнимали хрупкое тело, ласково прижимая к себе. Её чёрные, как смола, волосы спадали на плечи, закрывая лицо, но мне сейчас и не нужно было его видеть. Как и голубые океаны глаз, которые быстро наливались страстью. Я обнимала Юлю. Свою Юлю. Любимую, единственную, неповторимую. Ту, которую я так хотела видеть вновь и вновь. Она медленно превращается в наркотик - ещё немного, и я точно смогу сказать, что наркоманка. А как иначе, если рядом такая женщина? Никак. Ты подседаешь как на кокаин. Или сигареты. Не помню когда в последний раз курила... Сейчас в моей голове лишь эта королева. Сказать правду, я никогда не считала, что могу влюбляться в девушек, но эта перевернула буквально всё моё представление о мире. Узнав её, я сразу осознала, что всё изменится, и, к счастью, к лучшему. Откровенно говоря, я даже до сих пор не верю, что она моя, что сейчас эти бледные руки обвивают мою талию, собственнически прижимая к себе, что эти мягкие и пухлые губы оставляют всё новые и новые отметки и укусы на моей шее, которые скорее всего мне придётся скрывать тоналкой, но она не поможет, эти следы я буду гордо носить по меньшей мере несколько дней, учитывая энтузиазм проделываемой работы. В моменте становиться даже больно, от чего я вскрикиваю. Она это игнорирует, знает, что подобные звуки лишь секундная боль, она уйдет и на её место придет безграничное удовольствие. Ведь всё же она моя. Лишь моя. Никто не посмеет прикоснуться к моей Юлечка. Никто. Я не позволю. Да и она слишком верна мне, что б трахаться с кем-то на стороне. Но нет, я не буду сравнивать её преданность с какой-то собакой или кем-то ещё. Она уникальная, неповторимая. И что самое главное лишь моя. Навсегда именно такой и останется: нетронутой чужими руками, любимой, искренней. Эта чудесная девушка была мим грязным желанием. Каждый праздник я загадывала её, и, видимо, магия всё же есть. Это всё было моей тайной мечтой, самой темной фантазией. Она стала реальностью. На самом деле её не знает никто. А я знаю. Я знаю о ней всё. Этим я лучше всех остальных. Они никто рядом со мной. А Юля это всегда помнит. Мне не нужен никто другой. Лишь моё солнышко. Моё солнце... Единственное солнце, которое освещает мою дорогу и которое ждёт меня дома. Я её люблю. Больше жизни люблю. Пожалуй, я смогу отдать всё на свете, но не её. Юля всегда будет со мной. Она не бросит, не предаст, не оставит. А я не дам ей уйти. Мы созданы друг для друга. Мы должна быть вместе. По-другому никак. Я и без неё? Это оксиморон. Даже сейчас, тем, как она прижимается всё ближе, она доказывает это в сотый. Нет. В тысячный раз. И когда не устояв на ногах я мягко падаю на постель, она нависает надо мной. Губы спускаются ниже, открывая новый калейдоскоп эмоций. С губ срывается: -Да... Пожалуйста... Продолжай... - голос похож на хрип, но на столько ведь полон желания... И она его слышит не останавливаясь ни на секунду. Сейчас остановиться было бы преступление. О Боги, мой котенок всегда знал как убить во мне всю гордость. И сейчас, когда я чувствую как зубы смыкаются на венке пульса, то едва сдерживаю срывающийся с губ стон, неизвестно какую по счёту мольбу о продолжении этой игры. Моя любимая замечает, она довольна собой. Довольна тем, как влияет на меня. А я уже не в состоянии даже привстать. Кажется, будто я дойду до пика и без особого физического контакта. Что не удивительно. Такой результат возможен, и лишь с Саниной. Алые губы опускаются к ключицам, тщательно покрывая их поцелуями, касаясь языком выпирающей косточки от чего мне хочется кричать "Только не останавливайся!". Но в этом нет необходимости, она ведь и так знает что ей делать. Порой кажется, что эта девушка читает мои мысли. Я не против, ей можно. Только ей и никому другому. Прикрыв глаза на секунду, тону в том, насколько нежны и страстны эти прикосновения. В них почти нет пошлости (возможно у меня неправильное понимание слова "пошлость") лишь безудержная любовь. Та, что пьянит больше, чем бутылка крепчайшего вина. И я снова принадлежу лишь ей. Она хозяйка моего тела, или я её... Это не имеет значения. Это моё. И я никогда не позволю кому-то другому целовать её светлую кожу, оставлять свои метки или, что ещё хуже, вести в постель. Это привилегия. Моя привилегия. Ни один не осмелиться сделать то, что могу я. А я могу. Поэтому в который раз ей это продемонстрирую. И это милое чудо оказывается снизу, теперь подвергаясь тем-же пыткам и извиваясь подо мной. Мои губы скользят по мраморной коже, к грудям, по ложбинке, слегка прикасаясь к подтянутым мышцам живота, отмечая, что она опять похудела. Надо будет за это её отчитать, но потом. А сейчас губы ещё ниже и ниже, срывая с её уст сладкий стон, похожий на музыку для моих ушей. Едва различимое: - Тина... От которого и самой хочется стонать. Он зачаровывает, гипнотизирует. Всегда любила слышать своё имя в этой интонации, с таким придыханием, её голосом. И появляется лишь одно желание: продолжать. Что б она кричала стонала, извивалась, умоляла о большем. Ведь Юля делает это для меня. Только для меня. Помимо страсти, это всё приторно сладко. Я сделаю всё, чтобы такой всегда оставалась её жизнь. А это возможно лишь если с ней буду я. Поэтому я не отпущу. Если бы я могла, я бы привязала её к себе. Или наоборот... А что? Заманчивая идея.