Что такое семья?

      Благотворительные мероприятия не были редкостью в Формуле 1. Каждый гонщик и его команда спонсировали различные организации. Да, конечно же, это хорошо сказывалось на имидже и благосклонности среди фанатов, но это также спасало и меняло жизни людей. Большинство пилотов все таки участвовали в благотворительности не для славы и почета, а из желания помочь и привлечь внимание общественности к разным проблемам.       Макс и Чарльз не были исключениями. Они точно также как и все пилоты посещали различные встречи, благотворительные ужины и мероприятия. Иногда они приходили вместе, иногда раздельно. Они не скрывали свои отношения, но и никогда не говорили о них на камеру. Единственное, что они сделали, это опубликовали несколько фотографий со своей свадьбы. И этого было достаточно, чтобы общественность сошла с ума.       Конечно, это было нелегкое решение для них. Первое время репортёры не давали им прохода, постоянно пытаясь выловить и узнать как можно больше деталей и подробностей об их семейной жизни. Но после того, как Макс чуть не ударил одного из журналист за нелестный комментарий, внимание к их персонам снизилось (хоть Макс и получил строгий выговор, он ни о чем не пожалел).       Планы на будущее были простыми. Получить титулы, выйти на пенсию, наслаждаться жизнью. Возможно, завести пару домашних животных. Макс очень любил котов, а Чарльз собак. Разговор о детях у них ещё не было. Хотя иногда Чарльз ловил себя на этой мысли.       Но одно благотворительное мероприятие перевернуло все их планы.

«»

      Чарльз быстро ходил по комнате собирая оставшиеся вещи. Через пять минут он должен уже был выходить, а он все ещё не мог найти все свои вещи. Мысленно проговаривая список, чтобы уж наверняка ничего не забыть, он остановился. Телефон, паспорт, кошелек, водительские права, клю…       - Макс, ты не видел мои ключи? – похлопывая по карманам и оглядывая комнату, казалось в сотый раз, заговорил Чарльз, привлекая внимание мужа.       - Какие именно? – с усмешкой спросил Макс, не отрывая взгляда от телефона. Сейчас он удобно лежал в кровати и наслаждался заслуженным отдыхом. Все таки выходные без гонок не всегда плохи.       На его смешок Чарльз закатил глаза. Макс ведь прекрасно знал от какой именно машины он ищет ключи. Подойдя к комоду, чтобы взять ключи от другой машины, Чарльз заметил знакомый брелок. Выдохнув с облегчением, он схватил нужную пару и направился к выходу. Макс последовал за ним, хотя в кровати было намного комфортнее, не проводить мужа он не мог.       - Не знаю, когда буду, если задержусь…       - Ложись спать и не жди меня, - перебил Макс. Улыбнувшись, он продолжил, - Lieverd, все будет хорошо.       Как бы Чарльз не любил, когда Макс разговаривает на голландском, сейчас он был слишком погружен в свои мысли. Положив руки на талию Чарльза, Макс притянул его к себе, заключая в объятья. Монегакс выдохнул и уткнулся лбом в его плечо, он сам не заметил когда успел задержать дыхание. Вдыхая знакомый одеколон, он начал успокаиваться и обнял Макса в ответ.       Сегодня был не просто благотворительный ужин. Он должен был провести день с детьми из детского дома. Никакой человек не любил такие места, при виде детей, что уже успели пережить намного больше чем некоторые взрослые, сердце начинало болезненно сжиматься, а глаза предательски щипать. Каждого из них хотелось приласкать, подарить весь мир. Но Чарльз прекрасно понимал, что он мог быть лишь спонсором и гостем.       - Ты сильный, ты справишься, - Макс нарушил тишину. Аккуратно отодвинувшись, Чарльз посмотрел в глаза мужа. В них он увидел любовь. Такую нежную, что она заставляла сердце биться быстрее.       Поцеловав его на прощание, Чарльз выскользнул за дверь, направляясь к лифту, что отвезёт его в подземную парковку.       Впереди его ждало самое тяжёлое.

«»

      Прибыв к детскому дому, Чарльз сразу заметил сотрудников и его пиар менеджера, которые о чем-то беседовали. День обещал быть долгим.       Ему быстро объяснили, какой у них план. Сначала краткая экскурсия, потом знакомство с некоторым персоналом, ну а после встреча с детьми. Там он должен будет побеседовать с ними и поучаствовать в мастер классе. Простой план.       Во время экскурсии и знакомства, он старался запомнить как можно больше. Но его взгляд часто цеплялся за детские игрушки и рисунки, что были везде. Чарльз пытался себя успокоить. У детей была крыша над головой, о них действительно заботились. Их всех ждёт хорошее будущее.       Но когда он зашёл в класс, который ему предоставили, все его прошлые попытки успокоиться пошли крахом. Перед ним сидели 9 детей. Все они были не старше 5 лет. Его внимание сразу же привлек мальчик за последней партой. Почему-то он казался самым маленьким среди детей. Он сидел один, а рядом с ним была плюшевая игрушка коалы, что выглядела потрёпанной, но до ужаса мягкой.       - Всем добрый день! – поприветствовал Чарльз детей.       Когда он поздоровался с детьми на французском и коротко представился, все радостно защебетали, перекрикивая друг друга, чтобы задать ему вопросы. Чарльз старался смотреть на всех детей одновременно, чтобы не обделить никого вниманием. Но мальчик с последней парты смотрел на него с таким разочарованием, что заставил Чарльза замереть и запнуться.       Он никогда не видел такого разочарования в глазах детей.       - Мистер Чарльз, мистер Чарльз!       Из мыслей его вырвал очередной крик ребенка. Гонщик отвел взгляд, который неосознанно сфокусировал на ребенке. Прикусив внутреннюю сторону щеки и придя в себя, Чарльз продолжил отвечать на вопросы детей, мысленно помечая, что перед мастер-классом ему следует уточнить и узнать побольше о мальчике.

«»

      - Извините? – он подошёл к Ребекке – одной из сотрудниц детского дома, что сопровождала его       - Могу я чем-то помочь? – она улыбнулась грустной, но искренней улыбкой. В ее глазах читалась усталость и что-то неуловимое.       - Как зовут мальчика за последней партой? – Чарльз качнул головой в сторону детей, которые все ещё сидели на своих местах и что-то обсуждали в парах. Кроме того самого мальчика.       Он с грустью смотрел на своих одноклассников и крепко сжимал коалу, но все также молчал и не вступал с ними в разговор.       - О, - она выглядела удивленной из-за его вопроса, - Оскар. Его зовут Оскар.       - Оскар… - повторил Чарльз. Почему-то оно звучало слишком правильно, когда он произносил его, - Я заметил, что он молчит. Может стесняется? – спросил Чарльз, продолжая наблюдать за детьми, а если быть конкретнее, то за одним определенным.       Почувствовав взгляд, Оскар оторвался от разглядывания коалы и посмотрел на него в ответ. Недолго думая, Чарльз поднял руку и помахал. Глаза мальчика от удивления расширились. Засмущавшись, он снова сосредоточился на своей игрушке, делая вид, что ничего не произошло, но красные щеки выдавали его.       Эта сцена вызвала лёгкий смешок у Чарльза.       - Он не знает французского, - сказала Ребекка, возвращая Чарльза в их диалог.       - Почему вы мне не сказали? – он в шоке уставился на нее. Как он может проводить мероприятия, особенно у детей, если его не понимают, - Я мог бы все это время говорить на английском.       - Остальные дети ещё плохо знают его, - она покачала головой и вздохнула, - Поэтому, лучше вас поймет большинство, чем один Оскар.       Это звучало ужасно. Этим детям итак было тяжело, а здесь, из-за незнания языка, ребенок фактически изолирован от других. Но один вопрос не давал ему покоя.       - Но как он может не знать французского? – все таки не стоит забывать, что они в Монако и здесь французский являлся государственным языком, хоть и многие учили и знали английский.       - Он австралиец.       Замешательство отразилось на лице Чарльза. Как австралийский ребенок мог оказаться в детском доме Монако? Заметив его растерянность, Ребекка продолжила.       - Мама Оскара, заболела и временно отправила его к своей матери сюда. К сожалению, она не смогла вылечиться и скончалась. Это слишком сильно ударило по его бабушке и ей пришлось направить его временно к нам, - она замолчала, стараясь подобрать правильные слова, - Её сердце не выдержало.       Между ними воцарилась тишина. Чарльз почувствовал как в сердце что-то болезненно заныло. Этот несчастный ребенок лишился всех близких людей, всего за несколько недель. Как бы Чарльзу не хотелось, но в голове всплыл образ Жюля. Воспоминая все ещё были свежи в его памяти, он помнил все в мельчайших подробностях.       Ему действительно хотелось забыть те месяцы, как страшный сон. Спустя столько лет, Чарльзу все ещё снились комары про тот злополучный день. Мысли «а что если» роились в его голове слишком часто. Но все это время Макс был его опорой и поддержкой. Тот самый Макс, что говорил «Я не умею поддерживать», сидел с ним до утра и крепко обнимал в самые тяжёлые ночи, нежно шепча утешения, в надежде хоть чуть-чуть забрать ту боль, которая разрывала сердце его мужа.       Проглотив образовавшийся от воспоминаний ком в горле, Чарльз снова посмотрел на Оскара. Он должен был что-то сделать.       - Вы сможете провести мастер-класс вместо меня? «»       Пока дети что-то бурно обсуждали, готовясь к предстоящему мероприятию, Оскар все также сидел один. Как бы ему не хотелось пообщаться или поиграть с ними, но они просто не желали разговаривать с ним. Он чувствовал себя белой вороной среди них. Воспитателям не было особого дела до него, они лишь помогли освоить базовые фразы, но углубиться в понимании языка ему так никто и не помог. Оскар знал, что у них итак много дел и поэтому старался сам учить по книгам хоть что-то. Получалось это, откровенно говоря, плохо.       Ему всегда мама говорила, что он быстро учиться. Так почему же сейчас у него ничего не получается? Неужели, она врала?       Услышав приближающиеся шаги, Оскар крепче сжал коалу. Он не хотел, чтобы их гость был разочарован тем, что он молчит, Чарльз показался ему очень добрым и хорошим, а ещё у него была очень добрая улыбка, хоть Оскар и почти ничего не понял из его слов. Единственное, что он точно смог определить, что Чарльз был гонщиком, а гонки ему нравились, он очень любил смотреть мультики про машинки, когда ещё был в Австралии.       Оскар нервно закусил губу, делая вид, что не замечает Чарльза, который подошёл к нему. Если с ним сейчас заговорят, он точно будет выглядеть как дурак, а это последнее, чего он хотел сегодня.       Отодвинув стульчик, Чарльз сел рядом. Конечно, это выглядело очень смешно и нелепо, с учётом его роста и что мебель явно была не предназначена для взрослых. Он старался выглядеть расслабленным, чтобы не нервировать итак испуганного мальчика. Было видно, как плечи ребенка напряжены. Наклонившись чуть вперед, чтобы видеть лицо мальчика, Чарльз заговорил тихим голосом.       - Привет, ты же ведь Оскар?       Услышав английскую речь, мальчик встрепенулся. Сам того не ожидая, он резко повернул голову в сторону Чарльза. Неужели, ему не послышалось? Он так давно не слышал английскую речь.       - Вы говорите по английски? – с трепетом спросил Оскар. Обычно, воспитатели говорили с ним короткими фразами, давая ему лишь указания.       - Да. Не против, если я посижу с тобой на мастер-классе? – не ожидавший такой радости Чарльз, старался сдержать смех. Оскар смотрел на него совсем по другому, не так, как во время его выступления.       Сейчас, сидя рядом, он смог получше разглядеть ребенка. Карие глаза, что смотрели на него с долей восторга и радости, милый носик пуговка, веснушки украшавшие по детски пухлые щёчки, растрёпанные волосы, которые хотелось пригладить. На секунду Чарльзу показалось, что Оскар похож чем-то и на него, и на Макса. Именно так, он мог представить себе их ребенка.       Оскар замялся и потупил взгляд. С ним почти что впервые за последние недели говорили на его родном языке. И сейчас это был какой-то важный мужчина, про которого им объясняли. Нервно сжимая игрушку, Оскар постарался сдержать подступившие слезы.       - Но я не знаю французского. Я хуже всех справлюсь с мастер-классом, - опустив голову вниз, Оскар тихо продолжил. На последней фразе его голос дрогнул, - Вам лучше сесть с кем-то с первых парт.       Увидев такого Оскара, сердце Чарльза сжалось с новой силой, а ком в горле стал давить только сильнее. Аккуратно положив свою руку поверх руки мальчика, Чарльз легко сжал ее, стараясь успокоить и привлечь внимание ребенка.       - Мы выполним задание вместе. Я буду переводить мастер-класс и помогать тебе, - он постарался ободряюще улыбнуться. Было больно смотреть, как мальчик переживает из-за своей «особенности».       Оскар молчал какое-то время. И к своему ужасу Чарльз услышал тихий всхлип и почувствовал под своей рукой мелкую дрожь.       - Почему? – это единственное слово было сказано настолько тихо, что Чарльз засомневался в услышанном.       Подняв голову, Оскар все таки посмотрел на Чарльза заплаканными глазами. По его щекам быстро текли слезы, оставляя за собой мокрые дорожки. Они капали на мех коалы и моментально впитывались.       Не выдержав такого зрелища, Чарльз протянул руку к лицу Оскара. Большим пальцем он аккуратно стирал слезы, что пока не хотели заканчиваться. Почувствовав тепло на своем лице, мальчик сильнее вжался в ладонь. Раньше, когда ему было страшно, мама всегда гладила его, успокаивая и напевая тихим голосом. Он скучал по маме.       Чарльз сам почувствовал, как собрались слезы в уголках глаз. Ему нельзя было плакать. Не при Оскаре.

«»

      Через некоторое время Оскар успокоился. Убедившись, что с мальчиком все хорошо, Чарльз повторил свое предложение. На этот раз ребенок согласился не раздумывая.       К удивлению Чарльза мастер-класс прошел прекрасно. Хоть они и работали чуть медленнее, но поделка вышла действительно хорошей. На листке картона красовалась, хоть и вырезанная заранее, но украшенная ими гоночная ливрея. Смотря на ее синие и красные элементы, Чарльзу на ум сразу же пришло из соперничество с Максом. Цвета в некоторых местах было яркими броскими, будто боролись друг с другом, а где-то смешивались, образуя чистый оттенок фиолетового.       Когда всех вызвали для общей фотографии, Чарльз все также стоял рядом с Оскаром, который уже счастливо улыбался. Сразу же, как прозвучал затвор камеры, дети снова окружили его. Чтобы Оскара не оттеснили от него, Чарльз аккуратно придержал мальчика за плечи. Почувствовав, как маленькая рука сжимает его штанину, улыбка сама появилась на его лице.       Каждый ребенок хотел задать ещё вопросы, услышать ещё историй с гоночных трасс. И лишь Оскар стоял рядом молча, наблюдая за всем происходящим с любопытством. Хоть он и не понимал, о чем говорит Чарльз, его было приятно слушать. Возможно, так ненавистный ему французский, может звучать прекрасно.       Ответив на все вопросы детей и попрощавшись с ними, Чарльз присел перед Оскаром, который держал в одной руке коалу, а во второй их сегодняшнюю поделку.       - Спасибо за работу, напарник, - он улыбнулся и потрепал мальчика по волосам, вызывая тихий смешок. Кажется, Чарльз впервые за день слышал его смех.       Немного постояв и посмотрев на свою поделку, Оскар поднял взгляд на Чарльза и смущённо протянул ее вперёд.       - Возьмите её на память. Я ещё много таких сделаю.       Удивившись такому поступку, Чарльз дрожащими, то ли от эмоций, то ли от усталости руками, аккуратно взял ее в руки. Почему-то сейчас, она казалась дороже всего золота в мире.       - Я… - слова не давались, а голос предательски дрожал, - Я сохраню ее. Обещаю.       Вдруг, Оскар резко рванул вперёд обнимая Чарльза за шею, который чуть не упал из-за неожиданности. Придя в себя, он тоже крепко обнял мальчика, стараясь не помять поделку. На своей спине он чувствовал вес плюшевой игрушки.       - Спасибо.       Это было последнее, что сказал Оскар. Отстранившись, он направился в ту сторону, куда убежали остальные дети. Обернувшись у Чарльзу, что все ещё стоял на коленях, ребенок улыбнулся, помахал рукой на прощание и скрылся в проходе.       Поднявшись на дрожащие ноги, Чарльз ещё какое-то время смотрел на дверной проход, в который ушел мальчик, ожидая, что он сейчас вернётся. Но этого не произошло.       - Могу я с вами поговорить?       Вздрогнула от неожиданности, Чарльз повернулся. Это была Ребекка. Он совсем забыл про нее.       - Что-то случилось?       - Я… Спасибо вам, - улыбка расцвела на ее лице, - Мы впервые за несколько недель увидели счастливого Оскара.       Смешные чувства возникли у Чарльза. Они ведь и не пытались помочь мальчику. Они знали, что он не знает французского, но продолжали разговаривать с ним именно на нем. С другой стороны, мальчику в любом случае пришлось бы учить французский, но ему все равно нужна была помощь и чуть больше внимания.       Но сейчас его волновало совсем другое.       - Могу я иногда навещать Оскара? – с надеждой спросил Чарльз. Он действительно переживал за судьбу Оскара. Хотелось убедиться, что мальчик адаптируется и сможет общаться со своими сверстниками.       - Боюсь, что это невозможно, - Ребекка покачала головой, - Если через две недели его никто не захочет усыновить, представители из австралийского посольства отвезут его на родину, - тихим голосом полным печали, после недолгой тишины, она добавила, - Мне жаль.       Опустив взгляд на поделку, Чарльза снова поглотили мысли. Две недели… У него почти не было времени.

«»

      По пути домой мысли об Оскаре не покидали Чарльза. На глаза то и дело попадалась поделка, которая лежала на консоли автомобиля. Чарльз побоялся убирать ее в сумку. Мальчик всего за несколько часов, смог поселиться в его сердце. А слова о том, что его могут вернуть обратно в Австралию и там снова поместить в детский дом, заставили Чарльза переживать ещё больше.       А что если…       Нет. Нет, они не могут. Это слишком большая ответственность.       Слишком увлеченный своими мыслями, Чарльз не заметил, как сигнал с красного сменился на зелёный. Только услышав гудок за своей машиной, он встрепенулся и продолжил движение.       Нервно постукивая по рулю, он пытался отогнать эту затею. Они не могли усыновить мальчика. Их графики были слишком плотным и тяжёлым, им просто не хватило бы времени на Оскара. Но с другой стороны… У многих гонщиков были дети и они справлялись. Так почему же они не справятся?       Глубоко выдохнув, Чарльз постарался сосредоточиться на дороге, но как бы он не старался, мысли об Оскаре не покидали его, он все время возвращался к ним. Как там мальчик, что с ним будет… Чарльз смог осознать лишь одно. Ему была небезразлична судьба Оскара. Сам того не осознавая, он привязался к нему.       Снова смотря на поделку, Чарльз принял окончательное решение.       Ему нужно поговорить об этом с Максом.