Содержанки: Одна на двоих

Вечер. Клуб Ольги Крутовой и Катрин Лоран. Вечер проходил в обычной, спокойной, привычной атмосфере. Перед женщинами открывался уже довольно знакомый вид: танцующие стриптизёрши, страстные ласки клиентов и молодых девушек в эротических костюмах — ничего нового. Алый свет заливал клуб винным цветом, создавая интимную атмосферу этого места. Женщины сидели на кожаных диванчиках, глядя на танец очередной танцовщицы, и попивали из бокалов золотистую, шипящую жидкость. Слева сидела она — Ольга Крутова. Блондинка, бывшая эскорт-работница Филиппа Краснова. Ольга сидела, закинув ногу на ногу; одна рука женщины лениво лежала на кожаном подлокотнике дивана, другая держала бокал с шампанским, который она подносила к красным, как выдержанное вино, губам. Взгляд Ольги то и дело сканировал обстановку, словно хищница, изучающая собственную территорию. Женщина была одета в облегающий топ чёрно-белого цвета с тонкими бретелями, снизу — чёрные классические брюки. Волосы были строго завязаны в пучок с левой стороны. Её образ был, с одной стороны, пикантным, что соответствовало эстетике клуба, а с другой — строгим, не дающим себе ни капли слабости. Справа сидела соавтор клуба — Катрин Лоран. Брюнетка и бывший прокурор Москвы, которую опустили ниже плинтуса — сравняли с землёй. Кэт сидела в точно такой же позе, как и её коллега: нога закинута на ногу, в одной руке шампанское, в другой — телефон: снимала для личного сторис. На ступнях были чёрные туфли-лодочки на высоком каблуке. Катрин внимательно смотрела на танцовщицу, пробегая по ней своим хитрым взглядом. На Катрин было надето не так строго, как на Ольге, наоборот — более открыто: бордовый кружевной облегающий топ, открывающий стройное спортивное телосложение, низ — чёрные брюки-клёш. На мочке уха женщины висели круглые золотые серёжки, подчёркивающие макияж Катрин. Вдруг на телефон Ольги пришло уведомление от Павла Ивановича Чистякова — её «начальника». Моргнув, блондинка потянулась к телефону, глядя на экран. Прочитав сообщение, на лице женщины появляется удовлетворяющая усмешка. — Угадай, кто приедет, — протянула Ольга, отпивая золотистую жидкость из хрусталя. Нажав на «стоп», девушка взглянула на коллегу: — Даже не представляю, — фыркнула она, убирая телефон на подлокотник дивана экраном вниз. — От тебя можно ожидать что угодно. — Тебе понравится, — усмехнулась она шире. Катя знала: если на лице Оли появляется такая реакция, значит, едет поистине важный человек, которого она может вовлечь в свои интриги. Ольга развернула экран к брюнетке. — И кто этот «счастливчик»? — с прищуром спросила Катрин, принимая телефон. Увидев имя того человека, у Кэт слегка округлились глаза. — Да ты что, возвращается на родную родину? Удивляет. Интересно, что же такое у вас происходит, что такой важный человек приезжает в нашу грешную Москву, — хмыкнула Катя, отдавая телефон обратно его владелице. — Поднимают старые убийства Алисы Ольховской и Лисиных. На днях вскрылось, что какой-то актёр умер, — ответила Оля, печатая короткий ответ. — Нервничает. Боится, что будут копать под него. — Разве? Если он знает, что не совершал эти убийства, то чему ему волноваться? — цокнула та. — Подкупить прокуратуру не может? Стареет Чистяков, раз не может разобраться с такой проблемой. — Наоборот. Ему не нравится, как работаю я, раз старые дела вскрывают, — холодно ответила Ольга, откладывая телефон на диван. — Кто копает-то? Женщина повернула голову к Катрин, глядя на неё серыми, как облака, глазами, даже с неким прищуром, будто пытаясь сейчас провести анализ, что можно узнать у неё. Катя, как никак, бывший прокурор, значит, знает ту информацию, которая нужна ей. — Слушай, Катюш, — протянула она медленно, словно сладкий яд, при котором хочется рассказать абсолютно всё. — А ты знаешь такого человека, как Фёдор Квитко? Катрин замерла. Фёдор Квитко — бывший коллега девушки, который как раз и слил её ради верхушки в прокуратуре. После случая пять лет назад она больше не хотела ни слышать, ни видеть человека, который разрушил её цели одним лишь видео. Прикрыв глаза, Катрин ответила: — Знаю. Фёдор Квитко — местный прокурор Москвы, который, по словам, верный, не берёт взятки, решает всё по справедливости. Изучает каждое дело детально, выискивая из этого свою выгоду и аргументы, чтобы оказать лёгкое давление на подозреваемого. Действует спокойно, без эмоций, по-своему нагло, чтобы вызвать эмоции подозреваемого — так он понимает, врёт человек или нет. Больше не скажу. Этого было достаточно, — твёрдо ответила она, открывая глаза. — Спасибо, милая. Ты мне очень помогла, — промурчала Оля, улыбаясь своей фирменной улыбкой, на что Катя только фыркнула. — Что ж, завтра, я так понимаю, тебе надо встретить его? Блондинка кивнула. — Ты поедешь со мной, — ответила она, ставя Кэт перед фактом. — Хорошо. Спорить не буду. Сил нет, — проговорила Катрин, отпивая алкоголь. — Вот и умница. Люблю таких. Из-за угла показалась девушка лет двадцати пяти, если не больше. Она быстро подошла к Катрин. — Екатерина Евгеньевна, клиент №28 заказал одну девочку на вечер. Оплата — тройной тариф, — официальным тоном сказала девушка. — Какие предпочтения? — Чтобы могла и умела всё, — ответила девушка. — Пришли ему два варианта. Лера и Лиза могут выполнить всё. Пускай выберет себе девочку, — проговорила Катя. — Если известен адрес, присылай. Отчёт жду у себя на почте. Всё по классике: сначала аванс, остальное после работы. — Хорошо, Екатерина Евгеньевна, — девушка развернулась и ушла. — Класс. Хоть кого-то порадуют, — с предвкушающей усмешкой проговорила коллега. — И не говори, — ответила Кэт, вставая с дивана. — До завтра. — Уже уходишь? — поинтересовалась она. — Да. Дома дел уйма, плюс надо обзвонить пару людей. До завтра, — вполголоса сказала она, уходя. — До завтра, милая, — мягко улыбнулась она.

***

Заехав на такси в большие ворота своего частного дома, Катрин мягко отпустила водителя около входа. Выйдя из машины, звук каблуков отстукивал по твёрдому тротуару, создавая чёткий ритм. Открыв входную дверь, Катя сразу же скинула туфли у порога, наступая ступнями на прохладный линолеум, ощущая приятный холод, который холодил ступни. — Наконец-то дома, — выдохнула она, проходя в сторону кухни. Дом был выполнен в минималистичном стиле: кухня и гостиная были соединены, ровные геометрические линии, строгие пропорции, структуры выполнены строго в чёрном цвете. Большая барная столешница, в которую была встроена посудомоечная машина, рядом — барные стулья, напротив — основная столешница с кухонным атрибутом: электрическая плита, раздвижные дверцы полок, слева от столешницы — конструкция с техникой, справа — конструкция встроенного холодильника. Со стороны гостиной — большой телевизор, кожаный диван, перед ним — стеклянный круглый столик. Рядом была дверь в гостевую комнату. Всё это выглядело очень дорого и роскошно; при своём доходе Катя могла себе это позволить — жить в роскоши и комфорте. У столешницы женщина набрала стакан воды из кувшина, делая пару глотков, чтобы настроиться на работу. Из дома Лоран часто работала. В клубе ей было шумно, громкая музыка мешала сконцентрироваться на цифрах и подсчётах. Дома же, наоборот, тихо и спокойно, можно не волноваться, что кто-то из пары любопытных глаз решит заглянуть в документы. Спустя десять минут Катрин сидела на высоком барном стуле, поджав под себя ногу. Перед ней, на столе, лежали ноутбук, некоторые документы, блокнот и ручка — стандартный вечерний набор для работы. Холодный синий экран осветил лицо женщины, вовлекая в работу. На экране мелькали строки документов по своему клубу. Катрин имела два клуба. Один — тот, что в соавторстве с Крутовой, а второй — уже личный клуб, где имеются отдельные комнаты для утех клиентов. Во втором клубе Катя бывала редко, больше предпочитала сидеть в офисе при клубе. Пальцы ловко скользили по клавиатуре, печатая предложения, пока в голове брюнетки не всплыло одно имя — имя человека, которого завтра надо будет встретить. Имя того, кто именно вовлёк её в бизнес борделей. Имя того, кто первый протянул ей руку помощи после потери репутации прокурора. Илья Лагутин. Человек, который выбрал свободу среди обманчивых ролей в Москве. Москва — город живых мертвецов. Он давно был за пределами России, развиваясь в Европе, однако у Чистякова, видимо, те проблемы, которые без «специалиста» не решить. Прикрыв глаза, женщина встала и подошла к окну, приоткрывая веки, наблюдая за ночной атмосферой за домом. Для Кэт возвращение «спасителя» было чем-то вроде неожиданности. Она не любила поднимать тему собственных изменений. Не любила поднимать тему того, как именно она пришла к тому, чтобы продавать тела девочек за большие деньги. Для всех она была той, кто удачно построил бизнес и занимается своим делом, не озвучивая конкретную специальность; для единиц — занимается сутенёрством, тем самым продавая чужие тела. Говорят, работа сутенёра подходит больше для мужчин, так как мужчины обеспечивают безопасность от назойливых, навязчивых клиентов, способны к жёсткой дисциплине, только вот никто не говорит об их возможных рисках. О том, что они находятся в зоне повышенного внимания со стороны правоохранительных органов из-за связи с криминалом. А вот для девочек — чувство психологического комфорта работать под руководством женщины, так как они лучше понимают специфику. Плюс женщины-организаторы способны выстраивать более мягкие и доверительные рабочие отношения, выступая скорее в роли наставницы. И ещё — эмоциональная нагрузка, где требуется высокая эмпатия, чтобы разрешать конфликты внутри коллектива. Женщине нравится своя работа, ведь она приносит большие деньги, а также не даёт своих подчинённых в обиду. Тем не менее после замужества двоюродной сестры Карины Катя начала вести себя немного поскромнее. Павел Иванович — человек, который имеет компромат на каждую марионетку в своей коллекции: на коллег, подчинённых, чиновников, собственную жену, несмотря на это, даже на свою свояченицу. Катрин тоже была не святой, как и все они. Имела свои промахи, нюансы, связанные с криминалом, что могут потянуть её на дно сильнее, чем прошлая профессия, вплоть до тюрьмы. В доме стояла гробовая тишина, словно натянутая струна напряжения, которая резала слух своей тишиной. Спокойствие нарушил звук уведомления, прошедшего на её телефон. Слегка повернув голову, девушка взяла в руки телефон, разглядывая сообщение. «На счёт успешно переведено 100 000 ₽». — Значит, кто-то из девочек выполнил работу на «идеально», — выдохнула она, уже набирая номер секретаря. Гудки шли один за другим, пока не послышался звонкий женский голос: — Да, Екатерина Евгеньевна? — Настя, запиши в отчёт переведённую сумму. Нужна полная картина сегодняшнего снятия. И кто был: Лера или Лиза? — сухо вымолвила Кэт. — Хорошо. Клиент выбрал Леру, — ответила Настя профессиональным тоном, затем добавила: — Отчёт придёт на почту через пятнадцать минут. — Отлично. До завтра, — мягко попрощалась она, кладя трубку. После разговора Катрин смотрела вдаль ещё пять минут, а затем села доделывать пару документов. Ближе к одиннадцати женщина отправилась в свою комнату, предварительно сложив всё на место. Простынь была прохладной и свежей, что прибавляло больше уюта. Телефон лежал на тумбе рядом, голова покоилась на мягкой подушке, а глаза наконец-то начали закрываться. Прикрыв веки, девушка провалилась в сон, выравнивая дыхание. Ведь завтра предстоял поистине насыщенный день.