Of Toy Stores and Gag Gifts

Сириус Блэк был известен тем, что постоянно попадал в какие-нибудь безумные истории. Был случай, когда Джеймсу пришлось забирать его, потому что он каким-то образом оказался в Шотландии… Был случай, когда его волосы вдруг стали фиолетовыми… И был тот памятный раз, когда его застали совершенно голым на крыше собственного дома. Конечно, почти все эти истории в итоге заканчивались смехом и поднимали настроение большинству его друзей. Но в моменте Сириус неизменно проклинал себя за то, что снова умудрился вляпаться в очередную идиотскую ситуацию. Как, например, сейчас. Всё началось с невинной шутки. Марлин и Доркас наконец-то решили пожениться после долгих лет, в течение которых вели себя как супружеская пара со стажем. Сириус захотел рассмешить лучшую подругу. А что может развеселить человека, который относится к сексу так легко и открыто, чем целая подарочная коробка игрушек для взрослых? Марлин совершенно не стеснялась рассказывать о своей весьма насыщенной интимной жизни с Доркас, и даже Сириус порой ловил себя на том, что краснеет, пока слушает истории об их приключениях. Так что, возможно, ему просто хотелось взять реванш. Найти способ заставить покраснеть уже её. Не то чтобы Сириус был скованным! Секс ему нравился. Даже очень. Просто, выросший в очень консервативной семье, он лишь недавно окончательно принял собственную сексуальность, поэтому воплощать в жизнь свои более смелые желания было для него чем-то совершенно новым. У него было немало женщин, секс с ними был приятным, увлекательным и вполне его устраивал. Но теперь, когда он признался самому себе, что его влечёт и к мужчинам, он снова почувствовал себя смущённым девственником. — Тебе просто нужно найти подходящего мужика, с которым можно перепихнуться, — с видом мудреца однажды заявила Марлин. Сириус аж поперхнулся от неожиданности. Но правда заключалась в том, что с мужчиной у него уже был секс. Только вот на самом деле ему хотелось оказаться по другую сторону. Так в его жизни появился продавец из секс-шопа. В магазин Сириус вошёл с лёгкой нервозностью. Раньше ему уже доводилось пользоваться некоторыми игрушками (с более раскрепощёнными партнёршами), но опыт был довольно скромным, а сам он никогда ничего не покупал. Обычно всё происходило примерно так: — Эй, Сириус, хочешь попробовать вот это? И он никогда не был настолько привередлив, чтобы отказываться. Сам же он никогда не проявлял инициативы. Поэтому Сириус специально пришёл в магазин поздним утром, рассчитывая, что все будут на работе и никто его там не увидит. Правда, он совершенно забыл об одной маленькой детали: в магазине ведь должен быть продавец. И этот продавец будет уделять всё своё внимание единственному посетителю — ему. Переступив порог, Сириус сразу растерялся. Он намеренно выбрал магазин, дружелюбный к ЛГБТК+-сообществу — всё-таки Марлин была квир-персоной, — но совсем забыл, что это означает, что магазин будет приветлив ко всем представителям квир-сообщества, а не только к таким, как она. Едва он вошёл в магазин «Воющий волк», как взгляд тут же наткнулся на огромные фаллоимитаторы, кожаные маски и всевозможные флаги. В углу возвышался силиконовый член размером едва ли не с его руку, а рядом красовалась табличка с надписью: «Только лучшие из лучших справятся с этим». Манекены были облачены в цепи и кружевное бельё, а возле кассы лежали разноцветные радужные леденцы в форме интимных частей тела. Но, как ни странно, больше всего его внимание привлекла вовсе не откровенная атмосфера магазина. Его взгляд сразу остановился на мужчине за прилавком. Римус — так, судя по бейджику, его звали — был высоким. Волнистые золотисто-каштановые волосы небрежно спадали ему на лоб, прикрывая брови и уши, и выглядели так растрёпанно, что Сириусу отчаянно захотелось запустить в них пальцы. На загорелой коже виднелись светлые шрамы, и Сириус поймал себя на мысли, что хотел бы провести по ним пальцами… или языком. Несмотря на свободные джинсы и мешковатый джемпер, скрывавшие фигуру, было видно, что Римус крепкий. Не мускулистый до показной массивности, но сильный, подтянутый и явно в хорошей форме. Его глаза были цвета шоколада, и, встретившись с ними взглядом, Сириус едва не споткнулся. Профессиональная, приветливая улыбка играла на самых полных и, без преувеличения, самых соблазнительных губах, какие ему только доводилось видеть. Так что да. Он оказался в весьма затруднительном положении. Потому что именно Римус собирался консультировать его в магазине для взрослых. — Могу я вам чем-нибудь помочь? — спросил он голосом, который показался Сириусу почти ангельским: мягким, глубоким и удивительно приятным. — Э-э… нет. То есть… да! — поспешно исправился Сириус, решив, что так будет разумнее. Если честно, он понятия не имел, что именно покупать, и лучше было сразу сказать, что всё это не для него самого, чтобы не сгореть со стыда. — Я… Мне нужно кое-что для друга. — Для друга, значит? — с лёгкой улыбкой повторил Римус, чуть наклонив голову. Уголки его губ лукаво приподнялись. — Хорошо. Я Римус. И что же нужно вашему другу? — Эм… Я Сириус. И в этом-то всё и дело, — ответил Сириус, пытаясь сосредоточиться на своей задаче, а не на том, как улыбка Римуса буквально превращает его внутренности в желе. — Я не знаю. Хочется чего-нибудь… забавного. Римус молча смотрел на него добрых полминуты, а затем спросил: — Что ж, Сириус, у вашего друга уже есть опыт с подобными игрушками? Может, вы знаете, что ему нравится? Сириус задумался, вспоминая разговоры с Марлин. — Думаю, опыта у неё хватает. На губах Римуса появилась лёгкая улыбка. — Если хочется чего-нибудь универсального и весёлого, можно начать с классики… Он потянулся к полке за спиной и протянул Сириусу небольшой флакон. На этикетке была изображена клубника. Выглядел он слишком невинно для того, чтобы Сириус не понимал, для чего тот предназначен. — Ароматизированный лубрикант, — спокойно пояснил Римус. — Обычно нравится почти всем, независимо от опыта и того, для чего именно его покупают. Сириус молча кивнул. Только вот возникла проблема. Он смотрел на бутылочку, но видел совсем другое. Пока Римус говорил, Сириус успел заметить кончик его языка — как тот легко скользнул по губам… и теперь воображение полностью вышло из-под контроля. Перед глазами стоял Римус, медленно слизывающий сладкий лубрикант с его тела: с шеи, груди, живота… Сириус почувствовал, как лицо стремительно заливает краска. Нет, купить этот лубрикант для Марлин он теперь точно не сможет. После того, о чём успел подумать, сохранить невозмутимый вид уже было невозможно. — Эм… Наверное, всё-таки нет, — пробормотал он, опуская взгляд. — Хорошо, — с готовностью кивнул Римус, забирая у него бутылочку. — А вашему… э-э… другу… нравится быть сабмиссивом? Сириус тихо вдохнул, пытаясь взять себя в руки и не думать о том, как именно Римус произнёс слово «сабмиссив». — Эм… Думаю, да? — неуверенно ответил он. Марлин как-то рассказывала ему длинную историю, в которой фигурировали стоп-слова и цветовая система сигналов безопасности, так что… — Тогда, может быть, кляп с шариком? — предложил Римус, подходя к стенду и снимая с него один из товаров. Сириус едва не подавился. Это был резиновый шарик с кожаными ремешками по бокам. Он сразу понял, для чего тот нужен. По названию и так всё было очевидно, но Римус всё равно спокойно пояснил: — Сабмиссивный партнёр помещает его в рот. Само по себе это было вполне безобидным объяснением. Проблема заключалась в том, что мысли Сириуса снова понеслись совсем не туда. Он живо представил этот большой, гладкий чёрный шар у себя во рту, привкус резины на губах. Слюна, стекающая по подбородку… и Римуса, который наклоняется к самому уху и тихо шепчет «Прими», прежде чем делать… Да всё, что ему только вздумается. Воображать это оказалось пугающе легко. Длинные пальцы Римуса всё ещё сжимали ремешок кляпа, а услужливое воображение уже дорисовывало, как эти же пальцы обхватывают кожаный ремень, мягко запрокидывают голову Сириуса назад, открывая шею для… Он поспешно кашлянул, пытаясь прогнать этот образ прежде, чем собственное тело выдаст его с головой. — Может… что-нибудь менее… эм… занимающее рот? — с натянутой улыбкой предложил он, пытаясь разрядить обстановку. — Разумеется, — невозмутимо ответил Римус, словно ничего необычного не происходило, и повёл его к другой стене, где были аккуратно развешаны самые разные ошейники. — Ошейники отлично подходят людям, которым нравится БДСМ, а ещё тем, кто любит таким образом немного обозначить, что партнёр принадлежит им, — например, в спальне или за её пределами. Сириус понимал, что вообще-то должен думать о Марлин. На самом деле это и правда был бы забавный подарок. Ошейник подошёл бы идеально: с одной стороны — смешной сувенир, с другой — вполне возможно, Марлин и Доркас действительно стали бы им пользоваться. Они обе были не чужды БДСМ, так что такая покупка вполне могла оправдать свою цену. Но взгляд Сириуса почему-то не задержался на ошейниках, украшенных стразами, которые наверняка пришлись бы Марлин по вкусу. Вместо этого он не мог отвести глаз от простого металлического ошейника-цепочки с сердечками на концах. Он почти ощущал его на собственной шее — холодный металл, скользящий по коже, вдоль мышц и жилок. Представлял, как цепочка натягивается от одного лёгкого движения руки Римуса. Как у него перехватывает дыхание. — Я… — только и смог выдавить Сириус, переводя взгляд с ошейника на Римуса, который теперь, казалось, смотрел на него с неподдельным интересом. — Эта модель пользуется большой популярностью, — мягко сказал Римус, снимая именно тот ошейник, на который Сириус так засмотрелся. — Позвольте. Ловким движением он застегнул цепочку вокруг запястья Сириуса. — Она легко регулируется под владельца и очень просто надевается. Когда её не используют по назначению, выглядит почти как обычное украшение, аксессуар. Но… Он слегка потянул за цепочку. Сириус резко втянул воздух. Ошейник плотнее охватил запястье — ровно настолько, чтобы ощущаться крепко, но без боли. — Им очень легко управлять. А потом… — Римус отпустил цепочку, и кольцо сразу ослабло. — Так же легко снять. Сириуса совершенно не должно было это возбуждать. Ни происходящее. Ни этот мужчина, который всего лишь выполнял свою работу. Ни то, что он едва заметно сжал цепочку у него на запястье. Но, чёрт возьми, он чувствовал, что начинает возбуждаться. — Да… Это определённо… хороший вариант, — почти шёпотом произнёс он. Они несколько секунд молча смотрели друг на друга. Воздух между ними словно стал плотнее, тяжелее. Сириус боялся открыть рот — казалось, любое неосторожное слово окончательно выставит его дураком. Наконец Римус будто очнулся, несколько раз моргнул и сказал самым непринуждённым тоном: — Вашему другу нравится анальная стимуляция? Именно в этот момент до Сириуса дошло, что Римус давно уже не верит в историю про «друга». Потому что подобные вещи обычно о друзьях не знают. — Я… что? — только и смог выдавить Сириус, запинаясь. — Вон там у нас есть массажёры простаты, — продолжил Римус, указывая на соседний стенд. Его щёки слегка порозовели. — Если вас это интересует. Сириус понимал, что должен его поправить. Сказать, что подарок предназначен человеку, у которого простаты вообще нет. Но до этого Римус так подробно и спокойно объяснял назначение каждой вещи… И какая-то огромная часть Сириуса отчаянно хотела услышать, как именно Римус расскажет на что способны эти яркие игрушки. Конечно, он уже пробовал исследовать себя пальцами. Но что-то большее — никогда. А мысль о том, что всё это объясняет именно Римус, почему-то казалась невероятно заманчивой. Поэтому Сириус решил, что раз уж он всё равно влип в эту нелепую ситуацию, то нужно идти до конца. — И… как именно они работают? — спросил он, всё ещё машинально сжимая цепочку на своём запястье. Улыбка Римуса стала шире прежнего, а взгляд заметно потемнел. Он подвёл Сириуса к витрине, на которую указывал. И только теперь Сириус окончательно понял, что влип куда сильнее, чем думал: все эти разноцветные приспособления перед ним были для него совершенно незнакомы. — Итак… — начал Римус, беря один из предметов с витрины. — Всё довольно просто. Вот эта часть вводится внутрь. Когда вы нажимаете эту кнопку, — он указал на небольшую панель переключения, — он начинает вибрировать. Римус нажал на кнопку на предмете, который смутно напоминал по форме фаллос с широкой плоской основой. Затем он протянул его Сириусу, и тот почувствовал, как краснеет всё сильнее. Это… должно было оказаться внутри него? Вибрировать внутри? Чёрт, звучало это так, будто будет… — У него также есть пульт. Им можно пользоваться самому или отдать… партнёру, — продолжил Римус, поднимая маленький пульт того же цвета, что и массажёр в руке Сириуса, глядя тому прямо в глаза. Не отрывая взгляда, он нажал кнопку. Вибрация в руке Сириуса изменилась. Чёрт, чёрт, чёрт. Он уже возбуждён. — Эм… его можно передать кому-то ещё? — выдавил он хрипловатым голосом, представляя, как лежит на кровати, пока Римус управляет пультом, и вибрации распространяются уже не по руке, а глубоко внутри, заставляя его стонать. — Да, — более низким тоном ответил Римус, сглатывая. — Если… если хотите. Боже, он хотел. — Звучит… — Сириус запнулся, пытаясь подобрать слова, которые не звучали бы как «пожалуйста, сделай это со мной», — …приятно. Римус коротко рассмеялся. — Это, пожалуй, один из вариантов описания. Хочешь попробовать? — Боже, да, — выдохнул Сириус, и только через секунду с ужасом осознал, что Римус имел в виду покупку игрушки. Они на мгновение замерли. Взгляды искали друг друга. Тела будто застыли. Сириус уже почти был готов сбежать из магазина, сгорая от стыда. Но Римус тихо произнёс, и в его глазах появился блеск: — Ну… не принимай решение прямо сейчас. Я могу показать тебе ещё кое-что. И это прозвучало иначе. Исчезло «вы». Исчезла его вежливая, «клиентская» манера речи. Её сменило что-то более глубокое, более настоящее, насыщенное. Сириус посмотрел на него внимательнее, округлив глаза. — Ох… да? Римус пожал плечами, оглядывая магазин. — Здесь всё равно… никого больше нет. И Сириус задумался, что именно он имеет в виду. Потому что для него самого смысл был совершенно очевиден — и это тут же отозвалось жаром внизу живота. — И что у тебя ещё есть? — спросил он, подыгрывая и чувствуя лёгкое головокружение. — Когда-нибудь пользовался чем-то таким? — поддразнил Римус, легко взяв его за руку, и подвел к другой полке, где были выложены дилдо самых разных форм и размеров. Это было нечестно. Потому что теперь каждый предмет в этом магазине Сириус видел только через Римуса. Глядя на ряд игрушек, он мог думать лишь о том, как Римус использует каждую из них на нём. Как это будет ощущаться. Как он будет стонать. — Нет… но я… я мог бы, — прошептал он, окончательно отбросив осторожность. — Если ты объяснишь как? Реакция Римуса была мгновенной. Он резко развернулся, прижал Сириуса к себе за талию и рывком притянул ещё ближе. — Да? — он выглядел почти отчаянным, словно изо всех сил пытался не надеяться на большее. Сириус слегка ухмыльнулся, стараясь казаться увереннее, чем чувствовал себя на самом деле. — Объясни мне, Римус. Как бы… кто-то… мог использовать одну из этих штуковин… на мне? — Блядь, — пробормотал Римус, пятясь и вжимая Сириуса в стену, в витрину с товарами. — Сначала… сначала тебя нужно подготовить… растянуть пальцами… Сириус резко выдохнул, когда спиной ударился о полки, задев несколько предметов, и часть из них упала на пол. — Правда? — спросил он, и голос у него заметно дрогнул. — Угу, — кивнул Римус, прижимаясь к нему грудью и наклоняясь ближе, чтобы прошептать на ухо. — Держу пари, ты был бы очень… узким, Сириус. Думаю, тебя пришлось бы долго подготавливать. Сириус захлебнулся стоном, вырвавшимся помимо его воли. — Я… блядь, — только и смог он ответить, изо всех сил стараясь, чтобы колени не подогнулись. Но, казалось, он разбудил в Римусе что-то ещё. Сириус снова почувствовал, как тот наклоняется к его уху. — Допустим ты был бы уже готов, — прошептал Римус, — и тогда нужно было бы вводить это медленно… осторожно… чтобы ты точно смог принять. Не спрашивая разрешения у тела, Сириус резко выдохнул: — Я смогу, — почти проскулил он, когда язык Римуса едва коснулся его уха. — Сможешь? — Римус отстранился и снова посмотрел ему в глаза своими тёплыми карими глазами. — Ты уверен? Или тебе нужно что-то другое? И, пожалуй, это был самый сложный вопрос в жизни Сириуса. В тот момент он готов был обналичить и отдать весь свой банковский счёт только за то, чтобы Римус взял его прямо здесь и сейчас, с одной из тех игрушек, что упали к их ногам. Но он также слышал, как Римус объяснял применение других интересных игрушек в магазине — и, чёрт возьми, ему хотелось попробовать всё. — Мне нужно… я хочу… всё, — ответил он немного сбивчиво. Усмехнувшись, Римус на мгновение отошёл, перевернул табличку у входа с «Открыто» на «Закрыто», а затем взял Сириуса за руку. — Пойдём, — пробормотал он, уводя его в другую комнату. Если зал магазина и так казался Сириусу перегруженным, то задняя комната была уже откровенно пугающей. Он быстро понял, что здесь хранилось всё то, что было слишком откровенным даже для витрины: секс-куклы, предметы странной формы, напоминающие щупальца, и целые конструкции мебели, предназначенные для фиксации партнёра. Сириус уже почти был готов сказать, что, возможно, он всё-таки ничего не хочет, пока не заметил в углу простую на вид кушетку, рядом со столом с бумагами, микроволновкой и мини-холодильником. — Я владелец этого магазина, — объяснил Римус, толкая Сириуса на подушки. — Поэтому иногда задерживаюсь здесь допоздна. И ещё это значит, что я могу пользоваться товаром. Он слегка наклонился. — Я скоро вернусь. Мне нужно кое-что взять. Хорошо? Его глаза были слегка озорными, даже несмотря на то, что они внушали спокойствие, поэтому Сириус с готовностью кивнул. Римусу понадобилось пять минут, чтобы, гремя и возясь в глубинах магазина, найти то, что он искал. За это время Сириус примерно тридцать секунд думал о том, что ему, вероятно, не стоит этого делать, а остальные четыре с половиной минуты — о том, как звучал голос Римуса, когда он сказал: «Держу пари, ты был бы очень… узким, Сириус». Нет нужды говорить, что, когда Римус вернулся, Сириус был уже очень возбуждён. Несколько вещей в руках Римуса заставили его желудок перевернуться, а вдоль позвоночника словно пробежали электрические разряды. — У меня для тебя подарок, — тихо пробормотал Римус, слегка улыбаясь, пока садился. Он бросил почти всё, что держал, на диван рядом с собой. — Ты меня балуешь, — в шутку ответил Сириус, разглядывая предмет, который всё ещё был в руке Римуса. — И что делает вот эта штука? — спросил он, хоть и знал, что это такое. Гораздо интереснее было заставить Римуса объяснить. Римус взял пробку и вложил её в ладонь Сириуса. Она была тяжёлой — тяжелее, чем он ожидал. — Можно я покажу тебе? — спросил он тихим, низким голосом. Сириус подавил желание тихонько всхлипнуть, когда Римус, теперь уже с пустыми руками, коснулся его подбородка, направляя их лица ближе друг к другу. Внезапно единственным, чего ему хотелось, было поцеловать этого мужчину. Почувствовать его губы на своих. Узнать, какой он на вкус. Но как раз в тот момент, когда их губы почти соприкоснулись, Римус остановился. Их дыхание смешалось, и Сириусу казалось, что его грудь вот-вот разорвётся от предвкушения, когда он снова услышал шёпот Римуса: — Сириус? Можно я покажу тебе? — Чёрт. Да, — ответил он, схватив Римуса за воротник и притянув его к себе, впечатываясь в губы. Он был восхитителен на вкус. Словно мята, шоколад и что-то сладкое, чему Сириус не мог подобрать название. Он поймал себя на том, что тихо стонет прямо в поцелуй, когда Римус быстро провёл языком по его губе, мягко заставляя его приоткрыть рот, чтобы их языки встретились, а затем они начали слегка покусывать губы друг друга. Рука Римуса всё ещё лежала на его подбородке, и Сириус почувствовал, как она скользнула к затылку, зарываясь в его волосы, пока к ней не присоединилась и другая рука. Его собственные ладони тоже взлетели к лицу Римуса, скользнув длинными пальцами по лёгкой щетине. Затем Римус отстранился, опуская руки к его талии и направляя его. Не успев осознать, Сириус уже сидел верхом на высоком мужчине, стоя коленями по обе стороны от его талии, прижимая Римуса к диванным подушкам, пока их губы снова не слились в поцелуе. Теперь руки Римуса лежали на его бёдрах, и Сириус тихо всхлипнул от ощущения сильных ладоней, направлявших его бёдра вниз, так что их возбуждение, скрытое под одеждой, стало почти осязаемым. Искры пробежали по всему его телу. — Позволь мне, — прошептал Римус ему в губы, всё ещё крепко удерживая руками его бёдра. Сначала Сириус не понял, о чём именно он просит. Пока снова не почувствовал, как Римус направляет его движения, уверенно прижимая его бёдра вниз, и только тогда осознал — Римус хочет, чтобы он перестал сопротивляться, позволил ему взять всё под контроль. Он удивился тому, насколько его это полностью устраивало. Расслабив колени и бёдра, он запрокинул голову, позволяя губам Римуса прильнуть к его шее. Римус так ловко изменил положение одной из своих ног, что в следующий миг Сириус уже сидел на его бедре. Его возбуждение приятно упиралось в него, трение заставило Сириуса вскрикнуть, а сладко тянущее ощущение внизу живота заставило пальцы крепче сжаться в волосах Римуса. — Вот так, малыш. Очень хорошо, — хрипло произнёс Римус, снова притягивая Сириуса теснее, удваивая давление для них обоих. Сириус едва не кончил прямо в джинсы. — Римус, я… — с трудом выдохнул он, перенося одну руку на ладонь, лежавшую на его правом бедре, и крепко сжимая её, давая понять, что им нужно сбавить темп, иначе всё закончится слишком рано. В глазах Римуса сразу же появилось беспокойство. Он немедленно остановился и посмотрел на него. — Всё в порядке? Что случилось? — Сейчас кончу, — заставил себя произнести Сириус, заливаясь румянцем от собственного признания. — Не хочу… Хочу, чтобы ты… Но Римус лишь улыбнулся и быстро перевернул их так, что теперь Сириус лежал на диване, а Римус был сверху. — Ты говоришь так, будто сегодня кончишь всего один раз. Боже, что это блядь за человек? Римус быстро стянул через голову свой джемпер, а затем переключил внимание на Сириуса, который всё ещё был одет в старую футболку с логотипом музыкальной группы и джинсы. — Можно? — спросил он, приподняв бровь. — Конечно, — кивнул Сириус, всё ещё раскрасневшийся после своего недавнего признания. Осторожно Римус снял с него футболку и джинсы, а затем на минуту замер, возвышаясь над ним и глядя сверху вниз с выражением в глазах, которого Сириус раньше у него не видел. — Что? — спросил Сириус с напускной резкостью, внезапно почувствовав себя неловко — вероятно, впервые в своей жизни. — Охуенный. Ты просто охуенный, — благоговейно произнес Римус, после чего опустил голову и прижался губами к одному из сосков Сириуса. Двадцать три. Именно столько половых партнеров было у Сириуса. И ни один из них никогда не уделял его груди столько внимания, сколько уделял Римус. Возможно, дело было в том, что он был мужчиной. Может быть, его прежние партнёры просто были недостаточно внимательны. Но до этого момента он и не подозревал, насколько, чёрт возьми, чувствительными могут быть его соски. Спина Сириуса выгнулась дугой, когда он вскрикнул, и он почувствовал руки Римуса — одна лежала на его бедре, другая поддерживала его за спину, крепко прижимая их тела друг к другу. — Чёрт, Римус… Зубы, слегка прикусившие его кожу, заставили Сириуса невольно податься вверх, прижимаясь к возбужденному члену Римуса, и они оба застонали, пока Сириус отчаянно царапал чужую спину. — Надо было захватить зажимы для сосков, — пробормотал Римус ему в грудь, продолжая лизать и посасывать соски, снова и снова заставляя Сириуса стонать. Наверное, этого уже хватило бы, чтобы он кончил. От ощущения рук Римуса, теперь широко раскинувшихся по его рёбрам и сжимавших его так сильно, что, вероятно, останутся синяки. От губ и языка Римуса, дразнивших его грудь. От того, как их стояки тёрлись друг о друга. От собственных рук, теперь запутавшихся в прекрасных волосах Римуса. Но тот остановился и медленно сместился ниже, всё время продолжая говорить. — Сейчас я подготовлю тебя, малыш. Помогу тебе расслабиться. Хорошо? Его глаза были такими красивыми, когда он спрашивал, такими искренними. Он действительно хотел знать, всё ли с Сириусом в порядке. Но Сириус был уже слишком далеко, чтобы беспокоиться о том, как всё это будет происходить. Он лишь тихо застонал, пытаясь понять, почему его руки и ноги уже ощущались словно желе. Руки на его бёдрах подсказали ему, что Римус переместился ниже. Он опустил взгляд и увидел Римуса — его глаза буквально пылали, когда он смотрел на Сириуса в ответ, стягивая с него бельё и выводя пальцами узоры на V-образной линии у его бёдер и по их внутренней стороне. Римус потянулся назад, взял знакомый флакончик с изображением клубники, выдавил немного его содержимого себе на руки, и вскоре Сириус почувствовал пальцы у входа. Ощущение было необычным. Он занимался сексом с мужчиной и сам ласкал себя пальцами, но раньше никто другой никогда не прикасался к нему там. На мгновение его охватила нервозность. Это ведь странно, правда? Позволить кому-то сделать такое? Но Римус встретился с ним взглядом, Сириус кивнул, и тогда первый палец медленно вошёл в него. Это не было неприятно. На самом деле, даже было довольно хорошо. Почти так же, как когда он делал это сам. По-настоящему он что-то почувствовал лишь тогда, когда Римус ввёл второй палец. Сириус тихо зашипел от этого вторжения, боль и удовольствие смешались воедино. Римус двигался так медленно, что Сириус почти взвыл, что тот не ускорился. Сначала его глаза широко распахнулись, и он подумал, что это вообще-то больно. Почему люди вообще этим занимаются. Но спустя несколько странных секунд боль стала слабее. И он почувствовал себя… наполненным. — Всё в порядке, дорогой? — снова спросил Римус, внимательно оглядывая его. Он кивнул, расслабляясь, привыкая к ощущению пальцев внутри себя, даже слегка подаваясь им навстречу и тихо постанывая. — Хорошо… — простонал он, прикусывая собственную губу. И тут Римус задел что-то, слегка изменив положение пальца. Это было так, словно в него ударила молния: ощущение пронзило позвоночник, заставило его непроизвольно вскрикнуть и слегка задрожать. — Ха, — тихо произнёс Римус с лёгкой усмешкой. — Вот оно. «Оно», понял Сириус, тяжело дыша и всё ещё запрокинув голову, означало его простату. Боги, сколько же он упускал, если именно так ощущается близость с мужчиной. — Сейчас я помещу это внутрь тебя, — тихо сказал Римус, показывая ту самую пробку, которую принёс раньше. Пальцы другой его руки всё ещё медленно двигались внутри Сириуса, заставляя того слегка ёрзать. — А позже, если ты будешь умницей… и если сам этого захочешь, — добавил он, нахмурившись и ободряюще кивнув, — я тебя трахну. Хорошо? Что-то бессвязно пробормотав, Сириус кивнул, крепко зажмурившись, когда Римус снова коснулся того самого места, отчего он выгнулся и вскрикнул. Пальцы медленно покинули его, заставив Сириуса тихо захныкать. Ему почти сразу стало не хватать этого ощущения — того, как его тело растягивалось вокруг пальцев Римуса. Но почти сразу же он снова почувствовал себя наполненным, на этот раз ещё сильнее: прохладная гладкая поверхность пробки вошла в него, а скользкое ощущение смазки только усиливало это чувство. Он моргнул и слегка поёрзал, пока Римус отстранился, давая ему время привыкнуть к новым ощущениям. Затем Сириус увидел, что Римус протягивает ему какой-то предмет. — Это пульт, — мягко сказал Римус, переводя взгляд с глаз Сириуса на то место, вероятно, из которого выглядывала пробка. — Попробуй. Нерешительно Сириус нажал маленькую кнопку. Примерно через секунду он почувствовал движение глубоко внутри себя — вибрацию, заставившую его выругаться, выгнуться и невольно застонать. Это было невероятно: казалось, всё его тело ожило от этих ощущений. Его член заметно дрогнул, пока он слегка приподнимал бёдра в поисках трения, которого не было. — Боже… чёрт, Римус… Пульт осторожно забрали у него из рук, и ощущение сразу исчезло, оставив после себя странную дрожь во всём теле, словно его только что ударило электрическим током. Затем Римус вернул пульт ему в руки. Его глаза были широко раскрыты, и сам он выглядел заметно взволнованным. — Он твой, — выдохнул Римус. — Ты можешь сам им управлять. Если только… не хочешь, чтобы это делал я. Сириус понял, о чём тот спрашивает. Римус предоставлял выбор ему. Чтобы передать управление, Сириусу нужно было самому отдать пульт другому мужчине. Римус не собирался забирать его без разрешения. Дрожащей рукой Сириус протянул маленький пульт, встречаясь взглядом с Римусом. — Покажи мне, — тихо произнёс он, и по его лицу скользнула лёгкая улыбка. Римус с довольным вздохом взял пульт, впервые за всё это время коснувшись рукой самого себя. — Правда? — Да. Это было самым близким и интимным переживанием в его жизни, понял Сириус, когда Римус снова нажал кнопку, и ощущение словно воспламенило каждую его жилку. Он больше ничего не контролировал. Всё, что ему оставалось, — лежать на диванных подушках и смотреть на Римуса, пока его тело извивалось, а с губ срывались стоны. Каждый раз, когда он был уже совсем близко, Римус снова нажимал кнопку, оставляя Сириуса задыхающимся, прижимающимся бёдрами к дивану в отчаянном желании получить ещё. — Вот так, малыш. Кричи для меня. Римус был либо ангелом, либо дьяволом, решил Сириус, когда вибрация началась снова и он вскрикнул, протягивая руку. Пальцы Римуса тут же переплелись с его пальцами, а большой мягко поглаживал тыльную сторону его ладони. — Римус, я не… я не могу… — с трудом выдавил он, сжимая его руку так сильно, что удивился, как не сломал её. Из его глаз потекли слёзы, пока он стонал, а вибрация почему-то становилась ещё сильнее. — Ты так хорошо справляешься, Сириус. Хочешь кончить для меня? — тихо спросил Римус, не выключая пробку и продолжая смотреть ему прямо в глаза. — Боже… да. Никогда прежде он не хотел ничего сильнее. Он понял, что сейчас произойдёт, примерно за секунду до того, как это случилось. Римус наклонился, принимая его в рот, и Сириус вскрикнул. Тёплое влажное ощущение вокруг него вместе с вибрацией внутри оказалось достаточным, чтобы буквально за пару секунд довести его до предела. Он знал, что следовало предупредить человека, если тот находится так близко, когда ты вот-вот кончишь, но было уже слишком поздно. Он метался, выкрикивал ругательства, перед глазами вспыхивали звёзды, пока разрядка длилась гораздо дольше, чем он мог себе представить. Он вцепился в волосы Римуса, вероятно, причиняя бедняге боль. Но когда он успокоился, тело перестало дрожать, а с губ срывались лишь ленивые тихие стоны, и он понял, что вибрация прекратилась, Сириус опустил взгляд, собираясь извиниться. Однако Римус был ярко-красным. Его глаза были широко распахнуты, зрачки расширены, язык медленно скользнул по губам, а волосы были растрёпаны. Он выглядел настолько возбуждённым, что извинение так и замерло у Сириуса в горле, а его возбуждение сразу же снова дало о себе знать. — Чёрт… это было блядски горячо, — тихо пробормотал Римус, прикусив губу. Сириус тихо рассмеялся и с лукавой улыбкой спросил: — И что дальше? Римус тихо фыркнул, явно удивлённый, и сел на пятки. — Уже готов ещё? — Ты же сказал, что сегодня я кончу больше одного раза, разве нет? — парировал Сириус с ухмылкой, наслаждаясь тем, как Римусу пришлось на мгновение закрыть глаза, чтобы взять себя в руки после этого вопроса. — Боже, ты идеален, — ответил тот, потянувшись рукой назад. Купаясь в этой похвале, Сириус не сразу обратил внимание на предмет, который теперь держал Римус. — Эрекционное кольцо? — спросил он с лёгкой настороженностью. — Значит, ты о них слышал, — мягко заметил Римус, явно довольный. — Да, — кивнул Сириус, снова разглядывая кольцо. — Я слышал историю про парня, который лишился своего достоинства, потому что кольцо застряло… Римус рассмеялся, и его глаза весело заблестели. Сириус невольно задержался взглядом на том, какой красивой была его улыбка. — Этого не случится, не волнуйся. Но я пойму, если ты не захочешь. Решать тебе, Сириус. Никакого давления. Сириус мысленно взвесил все «за» и «против», но быстро понял, что лишь обманывает самого себя. После того оргазма с этим мужчиной? Он был готов почти на что угодно. — Если я всё-таки лишусь своего достоинства, медицинские счета оплачиваешь ты, — проворчал он, смеясь. — Договорились, — усмехнулся Римус, подползая ближе и мягко целуя его. — Кажется, я обещал тебе ещё как минимум один оргазм? — Вообще-то, кажется, ты обещал заняться со мной сексом, — парировал Сириус, слегка прикусив красивые губы Римуса и ухмыльнувшись, когда тот шумно втянул воздух. — Терпение, мой хороший, — прошептал в ответ Римус, снова овладев собой, после чего уверенно обхватил рукой всё ещё не до конца восстановившееся возбуждение Сириуса. Тихо застонав и всё ещё оставаясь слишком чувствительным после недавней разрядки, Сириус запрокинул голову, слегка подался бёдрами навстречу и полностью отдался ощущениям от того, как рука Римуса медленно двигалась по стволу, а большой палец мягко скользил по чувствительной головке, описывая вокруг неё лёгкие круговые движения. Но прежде чем он успел по-настоящему насладиться ощущениями, он почувствовал, как силиконовое кольцо скользнуло по нему и оказалось у основания, плотно облегая, но не причиняя боли. — Всё в порядке? — спросил Римус, нависая над ним и слегка приподнимая его подбородок, чтобы их взгляды встретились. Сириус кивнул, чуть двинув бёдрами, привыкая к новым ощущениям. — Тогда я продолжу? — Я… я хотя бы могу… — тихо пробормотал Сириус, потянувшись к заметной выпуклости в брюках Римуса. Она выглядела внушительно, и, если честно, Сириусу ужасно хотелось хотя бы взглянуть. — Пока нет, дорогой, — мягко пожурил его Римус, осторожно отводя его руку и снова опускаясь ниже вдоль его тела. — Можно я продолжу? Спорить Сириус не собирался. — М-м-м, — только и промурлыкал он, когда язык Римуса скользнул по впадинке у его бедра. — Я когда-нибудь говорил тебе, что люблю клубнику? — непринуждённо спросил Римус, медленно покрывая поцелуями внутреннюю сторону бедра Сириуса. — Это моя любимая ягода. Клубника. Вот что было тем самым сладким вкусом, который Сириус ощущал в поцелуе Римуса. Он настолько отвлёкся на это открытие, что оказался совершенно не готов к тому, что пробка покинет его, а её место займут губы и язык Римуса. — Блядь! — вскрикнул он, а затем издал самый бесстыдно откровенный стон, который когда-либо слышал от самого себя. — Римус! Я… — М-м? — смог лишь промычать Римус, продолжая ласкать его, словно хотел собрать с его кожи каждую каплю клубничной смазки. Каждый раз, когда язык Римуса проникал глубже, Сириусу казалось, будто по всему его телу проносится огонь — от самого низа вверх по позвоночнику, через грудную клетку и дальше, к рукам и ногам. Он окончательно потерял контроль над своими бёдрами. Только рука Римуса, крепко удерживавшая его на месте, не позволяла ему буквально отрываться от дивана при каждом движении чужого языка. — Римус, — прошипел он, вцепившись в мягкие красивые волосы, чувствуя, как возбуждение снова нарастает, а абсолютно непристойные звуки языка Римуса заполняют комнату. — Ты такой вкусный, малыш, — пробормотал Римус, проводя языком меж ягодиц и слегка прикусывая там кожу. И смысл этого чёртова кольца стал ясен Сириусу, когда он сорвался на громкий протяжный стон — длинные пальцы Римуса теперь присоединились к его языку. — Это так… так много… — он почти всхлипнул, извиваясь, пока пальцы касались пучка нервов внутри него, а мышцы подрагивали, пока Римус с полной отдачей ласкал его, словно человек, вкушающий свою последнюю трапезу. — Я могу остановиться, дорогой, — усмехнулся Римус, глядя на него снизу вверх, с блестящим от смазки подбородком. — Просто уже трахни меня! — выкрикнул Сириус, сильнее подаваясь навстречу пальцам Римуса, чувствуя, как внутри всё горит. — Боже, пожалуйста, пока я не… — Ладно, малыш. Раз ты был таким хорошим, — тихо рассмеялся Римус, хотя дрожь в его руке и глубокое, сдержанное дыхание выдавали собственное желание. Он вытащил пальцы и быстро стянул с себя штаны, освобождая каменный от возбуждения член. Сириус поймал себя на том, что благодарен силиконовому кольцу вокруг своего члена, потому что вид обнажённого Римуса делал с ним что-то невообразимое. Член Римуса был крупным, с розовой головкой, выделяющей смазку. Сириусу хотелось попробовать его на вкус, узнать, какой он, поклоняться ему. Но ещё больше он хотел, чтобы он оказался внутри него, о чем он и сказал Римусу. Тот тихо застонал и быстро потянулся за презервативом и смазкой, после чего выровнялся и устроил ноги Сириуса у себя на бёдрах. — Готов? — спросил он, искренне глядя ему в глаза. — Да, — прошипел Сириус, дыхание перехватило, когда он наконец почувствовал Римуса внутри себя. Римус был осторожен. Он медленно входил, понемногу двигая бёдрами, пока полностью не оказался внутри Сириуса, бёдра соприкоснулись, а Сириус застонал и задышал чаще. Их руки нашли друг друга и переплелись. — Чёрт, — пробормотал Римус хрипло. — Ты… господи. Это был первый раз, когда Римус потерял дар речи, и от этого Сириус непроизвольно подался бёдрами навстречу, заставив их обоих застонать. Ощущение Римуса внутри него, как тот растягивал его и касался самых чувствительных мест, вызывая волны огня по всему телу, было лучше, чем он мог когда-либо себе представить. И тогда, всё ещё глядя друг другу в глаза, Римус начал двигаться. Удовольствие разлилось по всему телу Сириуса, искры пробежали по коже, по рёбрам, по шее и до самых кончиков пальцев ног. Он понял, что ему нужно больше, и, сцепив лодыжки, притянул Римуса ближе, заставляя того задевать самые чувствительные точки внутри него, от чего он задыхался и тихо стонал. — Сильнее, — прошептал он. — Сильнее. Римус с радостью подчинился, крепче сжав бёдра Сириуса. Он отстранился, прежде чем снова резко войти в него так сильно, что Сириус закричал, закатив глаза. — Римус… пожалуйста… — Кончишь для меня, малыш? Кончишь на меня? — тихо спросил Римус, грубо двигаясь и снова заставляя Сириуса всхлипывать. На его глазах проступили слезы. — Боже, да, — пробормотал Сириус, весь покрытый потом. — Да, просто… — он слабо указал вниз, на кольцо, всё ещё находящееся на его члене. — Ах, вот оно что. Может быть ты умеешь умолять, детка? Скажешь, как сильно ты этого хочешь? — мягко спросил Римус, продолжая снова и снова втрахивать его в диван, заставляя Сириуса отъезжать назад по поверхности, пока тот стонал, вскрикивал и скулил. Он бы никогда не сделал этого ни для кого другого. Сама мысль об этом смущала его. Но по какой-то причине с Римусом это было легко. — Пожалуйста, Римус, — простонал Сириус, зажмурившись, слова сами срывались с его губ так естественно, будто это было самое обычное в мире. — Пожалуйста. Хочу кончить для тебя. Хочу кончить на тебя. Хочу кончить на твой член, — продолжал он, и теперь по его лицу натурально текли слёзы. — Пожалуйста, дай мне кончить для тебя, малыш… пожалуйста. Последнее слово вырвалось криком, его голос стал пронзительным и умоляющим. Он не был уверен, что именно довело Римуса до предела — мольбы, ласковое обращение или вся ситуация в целом, но внезапно Римус хрипло застонал, рука метнулась к красному, распухшему, влажному члену Сириуса и сняла с него кольцо. И Сириус никогда в жизни не испытывал такого оргазма. Римус сделал ещё одно движение, и Сириус издал звук, который едва ли можно было назвать человеческим. Он вцепился ногтями в руки Римуса, выгнулся дугой, пока его тело содрогалось от накатившей волны оргазма. Римус почувствовал, как Сириус сжимается вокруг него, и сам не сдержал хриплого вскрика. Он резко подался вперёд, ещё раз двинув бёдрами, и, словно молитву, прошептал несколько раз имя Сириуса. Его тело ощущалось так, будто каждая нервная клетка была охвачена огнём, перед глазами была пелена, и он напрягся… …а потом расслабился. Его тело словно парило. Он осознал, что Римус лежит на нём, также тяжело дыша, но он не мог двигаться. Не мог говорить. Не мог даже осмыслить, что только что произошло. Тёплые руки скользили по нему, а голос шептал ему на ухо: — Ты был прекрасен, Сириус. Такой прекрасный. Такой хороший, детка. Такой охуенный. Через мгновение он почувствовал прохладную ткань, вытирающую его живот, и, будь он в полном сознании, возможно, возразил бы — ему не хотелось, чтобы кто-то другой убирал за ним. Но он всё ещё был таким лёгким, будто парил. Таким расслабленным. И затем Римус снова оказался рядом, прижавшись к нему в тесном пространстве, снова шепча ему на ухо слова вроде «красивый», «милый», «идеальный», и новое любимое Сириусом — «малыш». Он открыл глаза спустя долгое время, встретившись с карими глазами, которые, казалось, навсегда отпечатаются в его памяти. — Ты был без сознания какое-то время. Ты в порядке? — спросил Римус, выглядя слегка обеспокоенным. — М-м, — пробормотал Сириус, всё ещё затуманенный и обессиленный, оглядываясь. — Я… эм… извини, — сказал он, сам не понимая, за что извиняется. — За что? — усмехнулся Римус. — За то, что ты чертовски привлекательный? За то, что позволил мне тебя трахнуть? За то, что тебе понадобилась минутка, чтобы прийти в себя? Ничего из этого не выглядит преступлением. Сириус тихо рассмеялся, но внутри у него появилось нервное чувство. — Я… я обычно так не делаю, — признался он, сдерживая желание придвинуться ближе к Римусу. — Я… не совсем уверен, как это обычно… как это должно происходить дальше. Римус сел, подтянув Сириуса за собой и усадив его к себе на колени, после чего серьёзно посмотрел на него. — На удивление, я тоже не часто краду вещи из своего магазина, чтобы заниматься сексом с людьми в подсобке. Ты, честно говоря, исключение, — признался он, слегка смущённо улыбнувшись. — Правда? — с облегчением и удовольствием спросил Сириус, тревога немного отпустила. Римус кивнул, улыбаясь. — Ты бы… не хотел как-нибудь сходить куда-нибудь? Как-нибудь? — спросил Сириус, пытаясь напомнить себе, что они уже переспали, так что отказа быть не может… правда? — С удовольствием, — ответил Римус с улыбкой. — Но предупреждаю… я люблю всё делать медленно. Через секунду они оба рассмеялись, и Сириус положил голову на плечо Римуса, наслаждаясь безопасностью и теплом этого момента.

***

Час спустя он собирал свои вещи. В телефоне у него уже был номер Римуса, а на губах играла довольная улыбка. — Наслаждайся своими новыми штуками, ладно? Только… не слишком активно, — сказал Римус, кивнув на пакет в руке Сириуса. — Только с тобой, — подмигнул Сириус, за что получил сияющую улыбку. — Ой! Подожди! — вскрикнул он, развернувшись уже на пороге магазина. — Мне всё ещё нужно кое-что для подруги! Римус посмотрел на него с недоверием. — Ты… так ты реально зашел сюда купить что-то для подруги? Сириус усмехнулся. — Да, вообще-то. Можешь рассказать мне про игрушки для лесбиянок? Выражение лица Римуса было бесценным.