Точка невозврата

      Хм… С чего же стоит начать? С точки невозврата, когда кровать разделяли уже не два человека, а три. С момента, когда стало совершенно привычным засыпать под одним одеялом, в окружении горячих тел.       До переезда в Торонто они жили в квартире Фреда. Он спал на своей кровати, Рейчел на диване, а Джо на надувном матрасе. Они прекрасно знали друг про друга и про их сексуальный опыт. Было неловко, чувствовать смущённые взгляды на себе, ощущать случайные касания. Они были как школьники, которые боялись признаться в чувствах друг к другу. О сексе и речи быть не могло.       Новая квартира встретила их своим простором. У каждого была своя комната, в которой они могли уединиться, но это невидимое напряжение и стыд прекрасно ощущались. Многолетняя нежность и страсть между Уизли осталась в памяти, как запах любимого парфюма — далёкий и родной, но не досягаемый. А Флидтс старалась прикрываться переживанием из-за переезда и нового места работы в полицейском участке Торонто, куда устроились не только Рейчел и Фред, но и приняли Джорджа как стажёра и их напарника.       Совместный быт — отличный катализатор для многого. Никаких свечей, шёлковых простыней и милых картин на стенах. Только душная кухня, грязные кружки и случайные прикосновения, которые затягивались на секунду дольше положенного.       Всё начиналось как обычно, когда у Рейчел заканчивался кофе, а у близнецов нормальные чистые кружки, а стаканчики из кофеен. Мелочь, но на кухне, где стены помнили каждую бессонную ночь после дежурства, мелочи решают всё.       Фред сидел за столом, лениво помешивая одной рукой овсянку, которая каждый раз у него пригорала ко дну кастрюли, второй рукой он придерживал рацию на столешнице, будто приклеил её к поверхности. Джордж сидел на подоконнике с планшетом, листая сводки новостей, но не читал их, а просто создавал шум на кухне. Рейчел же только вышла из душа в серой футболrе младшего Уизли, которая первая попалась под руку, с выцветшей надписью «Police» и мокрыми волосами, которые завивались на концах. — Где твой халат? — удивлённо спросил старший, но не обернулся. Он заметил на девушке футболку лишь краем глаза. — Он почему-то пахнет тобой, — ответила брюнетка, которая за несколько месяцев успела выучить запах каждого из близнецов, которые её чем-то тянули к себе, но так ещё не поняла чем и чем они отличаются друг от друга, — А этот Джорджем. Хочу понимать разницу.       Джордж усмехнулся, не поднимая взгляд от экрана, а вот второго Уизли заставили поперхнуться паром. Никто не сказал, что это может быть странно. Никто не сказал «Надень что-нибудь другое». Флидтс спокойно прошла и села между ними на подоконник. Физически между, спиной к стеклу, но так, что напарники смотрели на неё с двух сторон. Девушка взяла ложку из рук парня и доела его кашу. Молча, без предупреждения или разрешения. Потом она зачерпнула ещё и протянула ложку младшему Уизли, под шумный вздох Фреда и недовольный взгляд, полный непонимания. Джордж облизал ложку, но лениво, так же как листал ленту новостей.       Границы допустимого с каждым разом становились зыбкими, но они не обсуждали этого. Просто для его не было времени и подходящего случая. Всё, что было в их квартире автоматически становилось общим. Как всегда у братьев было в детстве, это касалось всего — но теперь и её тоже.       Весь день пролетел как один миг, ведь после изматыющего дежурства часы летели с огромной скоростью, но только тогда, когда спишь, пока за окном светит солнце. Был второй час ночи. Спать не хотелось, в квартиру пробивалась летняя духота, окна выходили на шумную магистраль, и вместо ветра был только гул проезжающих машин.       Флидтс лежала посередине дивана, с закинутыми ногами на журнальный столик, и накручивала прядь на палец. Фред сидел у стены, поджав под себя ноги, а в руках сжимая джойстик игровой консоли. Джордж сидел с другого края, сложив ноги по-турецки, и сжимая в руках второй джойстик. Это было их обычное привычное расположение в гостиной, когда они смотрели фильмы или играли в приставку. Бой давно закончился, экран горел синеватым светом, а вместо игры бежали финальные титры, а трое смотрели на потолок с трещинами в штукатурке.       Дыхание девушки было громким и слышалось отчётливо, будто она была чем-то недовольна, хотя братья по очереди предлагали ей сыграть и обещали, если что будут поддаваться. Фред видел, как под тонкой тканью футболки, которую она так и не удосужилась переодеть, поднималась её грудь от каждого вдоха. Джордж косился на неё и покусывал губы, копируя этот заражающий и раздражающий его с близнецом жест подруги. Она делала это не осознанно, рефлекторно. — Я хочу мороженого, — спокойно сказала брюнетка в тишину. — Так в морозилке же есть, — пробубнил старший, клацая по кнопкам. — Я не хочу вставать.       Джордж хмыкнул, и собирался уже подняться с дивана, но тогда девушка сделала то, что изменило всё. Она взяла ладонь Фреда и положила её на себе живот под футболку. Его холодные пальцы инстинктивно сжались, будто раньше он никогда не касался её тела. Её кожа горячая и влажная от духоты. Флидтс взяла руку младшего Уизли и положила её на бедро, немного выше колена. — Так прохладно… — произнесла Рейчел с улыбкой, и её зрачки расширились.       Фред видел, как пальцы брата дрогнули на её ноге. Джордж посмотрел на близнеца. Без ревности, с каплей волнения во взгляде. Вопросительно. Мол, это мы? Мы делаем это? Старший не убрал руку, а медленно провёл большим пальцем по коже её живота, рисуя круг. Младший же словно почувствовал его импульс и повторил движение по бедру, на его внутренней стороне.       Флидтс выдохнула. Не слова, просто воздух, который казался тяжелее. Близнецы смотрели друг на друга — впервые за многие годы не как коллеги, любовники или братья, а как сообщники в чём-то, что не укладывается в их привычную жизнь.       Фред встал первым. Просто сел на диван, положил на подлокотник джойстик и свесил ноги, от чего близнец подумал, что он уходит, возможно за сигаретами на балкон или же на кухню за мороженым. Но парень стянул футболку. Не эротично, а устало, как делал каждую ночь, и бросил её на пол. — Рейчел, — он говорил голосом, который не был просьбой, а как констатация, когда он говорил «подозреваемый на два часа», — Если ты сейчас не скажешь «стоп», потом я не остановлюсь.       И она не сказала. Девушка привстала, опёрлась на локти и посмотрела на братьев. Один взгляд упал на Фреда, второй на Джорджа. Уизли медленно встал с другого края и встал за диваном, за спиной брюнетки. Его руки легли на плечи Флидтс. Массажные, успокаивающие движения, как те, когда он вправлял плечо Фреду после неудачного задержания. Фред наклонился к губам Рейчел, но не поцеловал, а замер в сантиметре. — Я хочу, чтобы он тоже целовал, — тихо сказала Рейчел, — Но сначала вы друг друга.       Это не звучало как ультиматум. Это было как ключ, который открывает их общий сейф с вещдоками. Фред подляг глаза на брата. Вспомнился каждый их поцелуй в юности, каждое сладкое касание, а сейчас он видел в глазах то же желание, которое сам испытывал не раз рядом Флидтс и каждый раз давал ему волю, заставляя кровать в старой квартире ходить ходуном. Вспомнилась и первая пуля от близнеца, общие ножевые после одного из рейдов. И сейчас этот взгляд и общее влечение.       Джордж наклонился вперёд, через невысокую спинку дивана, встречаясь с губами близнеца, как в первый раз. Поцелуй оказался сухим, неловким, не таким, каким они помнили свои поцелуи в 16 лет. Он оказался с привкусом остывшего кофе и длился ровно три секунды. Когда они отстранились, все трое дышали одинаково — как в тот раз, когда они брали штурмом квартиру на окраине.       Рейчел притянула Фреда на край домашних шортов, а Джордж укусил её плечо. Не сильно, нежно, чтобы услышать, как она ахнет, и чтобы этот сладкий звук остался между ними. Первый раз втроём не про страсть, а про синхронность. Как тогда на кухне, когда ложка переходила из рук в руки. Только теперь вместо ложки были их губы, ладони и голоса, которые перемешивались в темноте, под аккомпанемент сигналов машин за окном.       Свет погас резко, кто-то задел выключатель, но город за окном подсвечивал комнату светом фар, неоновых вывесок и далёких проблесков патрульных машин. Тени плясали по потолку.       Фред не стал ждать, а наклонился к девушке и поцеловал её. На это раз по-настоящему. Глубоко, с привкусом липкого арбузного блеска и всеми словами, которые остались невысказанными на долгое время с момента переезда. Флидтс ответила, притянув его за шею к себе, он почувствовал, как её пальчики вцепились в рыжие волосы. Требовательно, почти больно.       За её спиной Джордж тоже приблизился, но не к губам. Он провёл носом по её шее, вдоль позвонков, к месту где бился пульс. Его дыхание было горячее, чем воздух в комнате. Брюнетка выгнулась между ними. Это случилось механически, её тело делало без какой-либо команды из головы. — Разденьте меня, — прозвучал голос Рейчел, не как просьба, а как приказ. Был слышен тот самый тон, каким она командовала.       Фред замешкался, опуская руки на пуговицу её шорт, которые легко можно было спутать с нижним бельём. Пальцы дрожали не от волнения. От предвкушения. А Джордж был нетерпеливее и хитрее. Он просто подцепил пальцами футболку и сорвал её вверх вместе с топом. Одним движением, заставив брюнетку ахнуть от неожиданности. — Джордж! — шумно выдохнула она. — Что? — рыжеволосый усмехнулся ей в плечо, откидывая вещицу на пол, — Мне показалось, что хотела, чтобы мы сделали это быстро.       Старший замер на секунду, глядя на брата. Раньше они не обсуждали это и даже не думали, что способны на такое. Но когда близнец поднял на него глаза, в них было то же, что и у Фреда: «Мы делаем это вместе. Как и всегда»! Фред стянул её шорты, а в след за ними полетели и его собственные. Было неловко, словно он впервые раздевался перед ней или перед братом. Джордж последовал его примеру, избавляясь он одежды. Флидтс рассмеялась. Нервно, с нотами счастья, когда оба парня оказались рядом и их оба колена стукнулись о её бёдра. — Да вы прям как щенки, — прошептала девушка. — Твои щенки, — одновременно ответили близнецы. И это слово «Твои» разбило последний барьер между ними.       Фред был первым. Без прелюдии и предупреждений, он повалил её на диван и медленно вошёл в горячее влажное нутро. Он входил медленно, чтобы девушка почувствовала каждое движение, чтобы её пальцы вцепились в его спину и оставили красные следы. Но Флидтс лишь схватились за его бёдра и запрокинула голову назад, прямо на колени Джорджа, который был рядом. Парень в туже секунду накрыл губами её шею, её ключицу и медленно спускался к груди, которая так манила. Он целовал так, будто изучал карту местности перед предстоящей операцией. Внимательно, точно, методично, с нежностью, которая граничила с одержимостью. Той самой, которую он чувствовал, находясь в одной постели с Фредом.       Старший Уизли двигался в девушке, как в их самый первый раз, но сейчас каждый толчок отдавался в младшем. Он чувствовал это через её тело, её прерывистое дыхание, её мурашки по бархатистой коже. В моменте близнецы синхронизировались без лишних слов, только взгляды. Когда Фред ускорялся, Джордж сжимал её грудь и покусывал соски. Когда Фред замедлялся, Джордж целовал нежное тело, переходя на губы, и целовал их медленно и глубоко, заглушая каждый сладкий стон.       Рейчел между ними не как предмет, не как трофей, она — центр их сложной системы. Её рука лежала на затылке младшего, другая — на плече старшего, который не мог удержаться и наклонился, чтобы оставить засос на плече близнеца. Она сжимала горячий член Уизли внутри, чувствовала, как напряжены мышцы каждого из братьев, как стучат их сердца. В унисон с её собственным. — Не останавливайтесь, — прошептала брюнетка, кипя от переполняющего её наслаждения, — Никто из вас…       Но этого было не избежать. Джордж переместил её. Поставил на колени и устроился за ней, притягивая к себе, так, чтобы она почти сидела на нём, а перед ней был Фред. Флидтс оказалась зажатой между братьями — спиной к груди младшего, лицом к лицу старшего. — Смотри на меня, — потребовал Уизли, беря брюнетку за подбородок, — Только на меня. — Нет… — громко выдохнула девушка, — На вас обоих…       Джордж вошёл сзади. Медленно, глубоко, заставив Рейчел вскрикнуть и прикусить губу. Фред видел каждую её эмоцию: как она расширяются зрачки, как дрожит нижняя губа, как она пытается дышать ровно, но не может. — Тихо, — прошептал Джордж ей на ухо, — Мы ведь здесь. Оба.       И вот тогда Фред сделал шаг вперёд. Не физически, потому что места было и без этого мало, а психологически. Он наклонился к губам Рейчел и поцеловал, а она в свою очередь разомкнула губы, и рыжеволосый, как её горячий язык встречает его, в то время, как близнец двигался в ней сзади, постанывая от удовольствия и задавая ритм.       Это было странно. Это было неправильно по всем правилам, нормам и учебникам полицейской этики. Но это был ИХ неправильно. Фред чувствовал, как напрягается её тело, видел во взгляде брата видел, как сильно она сжимается вокруг него. И это ощущение передавалось ему через вибрацию её губ, через пот на коже. Джордж прекрасно это чувствовал и тонул в удовольствии через то, как Флидтс подаётся назад, встречая его толчки, и как её пальцы сжимают волосы близнеца.       Они выглядели, как шестерёнки одного механизма, которые не скрипели, потому что давно притёрлись друг к другу. Рейчел кончила первой. Тихо, почти беззвучно. Только шумный выдох и судорога, которая пронзила её тело от подушечек пальцев до кончиков волос. Фред почувствовал это по тому, как она сжала его руку, а Джордж по тому, как её тело обмякло в его руках. — Я… — она начала, но не смогла закончить.       Старший прижался своим лбом к её лбу. Младший упёрся носом в её затылок. Они замерли. Все трое. Слышали собственное дыхание и далёкие сирены с улицы. — Ещё… — прошептала Флидтс, не открывая глаза, — Хочу, чтобы вы оба… Я хочу чувствовать вас одновременно…       Братья переглянулись между собой поверх её головы. Они кивнули друг другу. Один короткий кивок, который означал «Да». Если они упустят этот шанс сейчас, то потом такой возможности может и не быть. И дальше становилось только быстрее, жарче, жёстче. Потому что первый раз они подарили ей, а второй — она им.       Джордж лёг на спину, Рейчел на него, прижимаясь спиной к его горячей влажной груди, ноги широко разведены. Фред встал перед ней на колени, между её бёдер, и вошёл в тот момент, когда близнец уже был внутри.       Рейчел вскрикнула, громче, чем планировала. Это было слишком… Слишком горячо. Слишком тесно. Слишком много тел, тепла, много пульса, который бился в трёх точках одновременно. — Смотри, — прошептал Джордж ей на ухо, обжигая кожу горячим дыханием, пока брат медленно двигался в ней, — Смотри, как он смотрит на тебя. Он любит тебя. Он хочет тебя… — И ты… — выдохнула Флидтс, поворачивая голову, чтобы коснуться его щеки губами, — Ты ведь тоже… — Мы хотим тебя всю, — прорычал Фред, чувствуя твёрдый член брата через тонкую стенку внутри девушки.       Джордж не ответил, а просто прикусил кожу на её плече, оставляя след, который завтра будет виден под формой. Фред ускорялся и чувствовал близнеца, каждый его толчок, каждое движение, и это кружило голову. Они никогда не были так близки. Даже в утробе матери, даже в одной кровати в детстве. Сейчас они были внутри одного человека одновременно. Было теснее, чем любые объятья в их жизни. — Джорджи… Я сейчас… — шумно выдохнул Фред, ощущая, как плавно подступает волна удовольствия. — Вместе, — отозвался Джордж, чувствуя, как напрягается член брата, и как на него накатывает оргазм.       Они кончили почти синхронно. Фред глубоко внутри Рейчел, Джордж в ней же, но с другой стороны, и она по чувствовала эту двойную волну. Волну, которая прокатилась по её телу от груди и до кончиков пальцев. Её собственная волна оргазма накрыла её в тот же миг, заставляя вскрикнуть. Она прикусила ладонь Фреда, которую он успел подставить к её губам и заглушить громкие крики удовольствия.       Джордж обхватил девушку сзади, прижимая к себе и ощущая под пальцами дрожь её тела. Фред рухнул сверху, утыкаясь носом в грудь. Мокрые. Липкие. Дыхание сбито. Это была их точка невозврата.       Они лежали так несколько минут, пока Фред не поднял голову. Флидтс смеялась, беззвучно, трясясь всем телом. — Что? — спросил хриплым голосом рыжеволосый. — Ничего, — Рейчел провела пальцами по его щеке, стирая капельки пота, — Просто я только что поняла, что мы натворили. Это немного ненормально и неправильно. Незаконно, если так можно сказать. — Мы всегда были незаконными. Просто теперь у нас есть доказательства, — Джордж хмыкнул ей в затылок. — Какие? — брюнетка повернула голову, чтобы видеть обоих. — Мы, — одновременно ответили братья, — Мы твои доказательства.       Они не торопились вставать, не торопились в душ. Фред дотянулся до пола, куда за всё это время уже успел сползти плед, тот самый, который повидал не одно дежурство, с дыркой от сигареты. А сейчас укрывал три обнажённых расслабленных тела. Рейчел лежала между ними, головой на плече Фреда, ногами переплетаясь с ногами Джорджа. — Завтра на планёрке, — прошептала Флидтс, уже постепенно проваливаясь в сон, — Ты, Уизли, не смотри на меня так, будто я твой кофе. И ты Уизли, не трогай мою коленку под столом. — Обещаем, — сказал Фред. — Не обещаем, — поправил Джордж, а реакция брата не заставила себя долго ждать. Фред усмехнулся и щёлкнул брата по лбу через тёмную макушку, — Ладно. Обещаем, что будем делать это только тогда, когда ты попросишь об этом. — А если я постоянно буду просить? — девушка приоткрыла один глаз.       Близнецы переглянулись, улыбнулись и, не сговариваясь, поцеловали её — один в висок, второй в щёку. — Тогда, детектив, — сказал Джордж, — Ты только что получила двух напарников на пожизненно. — Второго напарника и двух любовников, — подправил Фред, закрывая глаза и расплываясь в довольной улыбке.       Сирены за окном стихли, будто город сделал паузу, чтобы они могли насладиться друг другом. — А помните, с чего всё началось у нас?..