Кошмары по ночам, объятия по вечерам

      В тёмных глубинах Могильных Курганов, где воздух пропитан ядом и криками давно мёртвых, Вэй Усянь перестал быть человеком.       Падение было долгим. Кости ломались, плоть рвалась о острые камни, а резкий, ледящий смех тысяч душ вгрызался в разум. Когда последнее дыхание вырвалось из его груди, он не ушёл. Он остался. Разорванная душа, пропитанная яростной ци, превратилась в нечто иное — призрака, полного обиды, ненависти и той самой дерзкой улыбки, которая когда-то сводила с ума весь мир культивации.       Теперь он был тенью. Чёрным дымом, шёпотом в ушах. И первым, кого он решил навестить, стал Вэнь Чао.       Ночь в резиденции Цишань...       Вэнь Чао проснулся от холода. Не обычного — такого, что пробирает до костей и заставляет зубы стучать. Его глаза распахнулись в темноте, и он увидел, как по потолку медленно ползёт чёрный силуэт. Длинные волосы, развевающиеся, словно в воде, и знакомая ухмылка, которую он ненавидел больше всего на свете. — Вэй… Вэй Усянь?! — голос Вэнь Чао сорвался на визг. Он отполз назад, прижимаясь к изголовью кровати, и судорожно схватился за меч, лежавший рядом. — Ты мёртв! Я сам видел, как ты упал!       Призрак рассмеялся. Низко, хрипло, с эхом, которое звучало одновременно из всех углов комнаты. — Видел, да? — прошептал Вэй Ин прямо у него над ухом. Горячее дыхание, хотя какое там дыхание у мертвеца?коснулось шеи Вэнь Чао. — Тогда почему я здесь, а, второй молодой господин Вэнь?       Вэнь Чао взмахнул мечом. Лезвие прошло сквозь пустоту. Чёрный дым развеялся, а потом собрался снова — уже на груди Вэнь Чао, придавив его к постели. Пальцы призрака, холодные, как лёд из Курганов, медленно прошлись по его горлу. — Ты дрожишь, — почти ласково сказал Вэй Ин. — Как мило. Помнишь, как ты смеялся, когда меня сбрасывали вниз? Теперь моя очередь.       Всю ночь Вэнь Чао не сомкнул глаз. То ему мерещились чёрные руки, тянущиеся из под кровати, то в зеркале появлялось отражение улыбающегося Вэй Усяня, стоящего у него за спиной. К утру второй молодой господин Вэнь был бледен, как бумага, а под глазами залегли тёмные круги. Он кричал на слуг, требовал больше талисманов и амулетов, но ничто не помогало. Призрак приходил, когда хотел.       А вот с Вэнь Жоханем всё было иначе.       Владыка Цишаня сидел в своём зале, окружённый алым пламенем и тяжёлым запахом крови. Он уже знал. Конечно, знал. Когда душа такого масштаба, как Вэй Усянь, превращается в одержимого духа, это ощущается даже на расстоянии.       Вэнь Жохань не стал ждать. Он сам позвал. — Покажись, — произнёс он спокойно, отпивая вино из нефритовой чаши. — Не стоит прятаться, как крыса.       Воздух перед троном сгустился. Чёрный дым собрался в фигуру молодого человека в разорванных чёрных одеждах. Вэй Ин выглядел почти так же, как при жизни — только глаза горели красным, а по коже змеились тонкие чёрные вены. — Вэнь Жохань, — голос призрака был насмешливым. — Решил, что можешь меня призвать, как собачку?       Вэнь Жохань улыбнулся медленно, хищно. Он поставил чашу и откинулся на троне, разглядывая духа с откровенным интересом. — Ты стал гораздо интереснее, чем был живым, — сказал он. — Сила в тебе бурлит, как вулкан. Жаль, что ты потратил её на мелкого труса вроде Чао. Он уже третью ночь мочится под себя.       Вэй Ин прищурился. Он ожидал страха, ярости, попытки подчинения. А вместо этого — этот спокойный, почти игривый взгляд. — Хочешь, чтобы я и тебя помучил? — спросил он, делая шаг вперёд. Чёрная энергия заклубилась вокруг его пальцев.       Вэнь Жохань рассмеялся. — Попробуй, Вэй Усянь. — Он развёл руки, словно приглашая. — Я давно не встречал достойного противника. Даже мёртвого.       Призрак бросился вперёд. Тени хлестнули, как плети. Вэнь Жохань не стал уклоняться. Он поймал одну из теней голой рукой, и его золотое ядро вспыхнуло, заставив энергию Вэй Ина задрожать. Вместо боли — странное, почти ласковое давление. — Неплохо, — выдохнул Вэнь Жохань, притягивая призрака ближе. Их лица оказались совсем рядом. — Но ты всё ещё слаб. Хочешь, я научу тебя, как по-настоящему пугать живых?       Вэй Ин замер. В красных глазах мелькнуло удивление, а потом — интерес. — Ты… ненормальный, — прошептал он. — А ты — мой новый интересный призрак, — ответил Вэнь Жохань и усмехнулся ещё шире.       С этого момента всё изменилось.       Вэнь Чао каждую ночь дрожал от ужаса, слыша в темноте смех Вэй Усяня и чувствуя холодные пальцы на своей шее.       А Вэнь Жохань… играл.       Он вызывал духа, спорил с ним, обменивался ударами чистой энергии, учил его новым способам управления мертвецами и сам получал удовольствие от этой странной, извращённой близости. Иногда Вэй Ин пытался задушить его. Иногда Вэнь Жохань ловил призрака и заставлял остаться, просто чтобы поговорить — или помолчать, глядя друг на друга в полутёмном зале.       Вэнь Чао уже не спал четвёртую ночь подряд.       Он заперся в самой защищённой комнате резиденции, окружил себя талисманами, зажёг благовония, призывающие защитных духов, и даже приказал привязать к своей кровати двух сильных культиваторов, чтобы те дежурили рядом. Но ничто не помогало.       Стоило ему лишь прикрыть глаза, как комната наполнялась шёпотом. — Чао-Чао… — тянул сладкий, насмешливый голос Вэй Ина прямо у его уха. — Ты опять обмочился? Какой стыд для второго молодого господина Вэнь.       Вэнь Чао резко открывал глаза и видел его — Вэй Усяня, сидящего верхом на его груди. Призрак был полупрозрачным, но достаточно плотным, чтобы Вэнь Чао чувствовал ледяной вес. Чёрные волосы Вэй Ина падали на лицо Вэнь Чао, холодные, как могильная земля, и пахли гнилью Курганов. — Уйди… уйди! — хрипел Вэнь Чао, пытаясь сбросить с себя тень. Но руки проходили насквозь, а Вэй Ин только смеялся.       Сегодня призрак решил поиграть по-настоящему.       Он начал с простого. Сначала заставил все талисманы на стенах вспыхнуть и сгореть одним чёрным пламенем. Потом зеркало в комнате треснуло, и из него полезли бледные руки мёртвых слуг, которых когда-то убил сам Вэнь Чао. Они хватали молодого господина за лодыжки, тянули под кровать, шепча его имя.       Вэнь Чао кричал так, что голос сорвался. А Вэй Ин просто сидел в воздухе, скрестив ноги, и наблюдал с ленивой улыбкой.       Он наклонился ближе и медленно провёл ледяным пальцем по щеке Вэнь Чао. Там, где прошёл палец, кожа мгновенно покрылась инеем и почернела, словно отмороженная. Боль была адской, но не смертельной. Вэй Ин не хотел убивать его быстро. Это было бы слишком скучно. — Пожалуйста… — всхлипнул Вэнь Чао, по лицу которого текли слёзы и кровь из искусанных губ. — Я сделаю всё, что угодно… — Всё? — Вэй Ин наклонил голову, и его улыбка стала почти нежной. — Тогда кричи громче. Я хочу, чтобы твой отец услышал, какой ты трус.       И Вэнь Чао кричал. До хрипоты. До крови в горле.       Тем временем в главном зале Вэнь Жохань откровенно наслаждался.       Он вызвал Вэй Ина, как только почувствовал всплеск его силы у комнаты сына. Призрак появился раздражённый, с остатками чёрной энергии, клубящейся вокруг пальцев. — Твой сынок опять визжал, — буркнул Вэй Ин, материализуясь перед троном. — Знаю, — Вэнь Жохань усмехнулся, опираясь подбородком на кулак. — Ты сегодня особенно красивый, когда злишься. Глаза горят ярче.       Вэй Ин фыркнул, но не смог сдержать лёгкой дрожи в углах губ. Этот человек был невозможен.       Вэнь Жохань встал и медленно подошёл. Он был выше, шире в плечах, и от него исходила тяжёлая, давящая аура. Но вместо того чтобы напасть, он протянул руку и почти нежно коснулся подбородка призрака, приподнимая его лицо. — Сколько тебе было, когда ты упал в Курганы? — спросил он вдруг низким, бархатным голосом. — Семнадцать? Восемнадцать?       Вэй Ин замер. По его призрачной форме словно прошёл электрический разряд — холодный, колющий, от которого по "коже" пробежали мурашки. Он резко отстранился, глаза расширились. — …Ты знаешь, сколько мне лет? — голос прозвучал тише, чем он хотел.       Вэнь Жохань рассмеялся — мягко, почти ласково. — Конечно знаю. — Его палец скользнул по призрачной шее Вэй Ина, оставляя след золотистого ци, который странно согревал. — Это делает нашу игру ещё интереснее, не правда ли?       Вэй Ин почувствовал, как что-то внутри него скрутилось. Извращение. Чистое, откровенное извращение. Этот человек, старше его на десятки лет, отец его врага, сейчас смотрел на него не как на врага или даже как на опасного духа. Он смотрел, как на… интересную игрушку, запретную.       И самое ужасное — Вэй Ину это странно нравилось.       Он сам не понимал почему. Может, потому что за всю жизнь его почти никто не видел просто как «молодого парня». Все видели либо гения, либо угрозу, либо сына слуги. А Вэнь Жохань видел именно возраст. И ему это явно доставляло удовольствие. — Ты больной, — выдохнул Вэй Ин, но вместо того чтобы исчезнуть, он сам шагнул ближе, почти касаясь груди Вэнь Жоханя. — Настоящий извращенец. — Возможно, — легко согласился Вэнь Жохань. Он наклонился так близко, что их губы почти соприкоснулись. — Но тебе нравится. Я чувствую, как твоя энергия дрожит. Хочешь, я покажу тебе, какие игры бывают между старшим и… совсем не старшим?       Вэй Ин резко схватил его за ворот и притянул к себе. Чёрная энергия смешалась с золотой, и по залу пронёсся гул. — Попробуй, — прошипел он, хотя щёки его призрачной формы странно потеплели. — Только потом не жалуйся, когда я тебя самого начну кошмарить по-своему.       Вэнь Жохань улыбнулся шире, чем когда-либо. — О, Вэй Усянь… я очень на это рассчитываю.       В ту ночь Вэнь Чао кричал особенно громко.       А в главном зале двое — живой тиран и мёртвый гений — продолжали свою опасную, извращённую игру, в которой границы между ненавистью, любопытством и чем-то гораздо более тёмным стирались всё сильнее.       На следующую ночь Вэнь Жохань был в особенно игривом настроении.       Он снова вызвал Вэй Ина в главный зал. Призрак появился, уже привычно скрестив руки на груди и глядя с лёгким раздражением, которое плохо скрывал интерес. — Опять? — фыркнул Вэй Ин. — У тебя что, других развлечений нет, кроме как дразнить призрака? — Есть, — спокойно ответил Вэнь Жохань, вставая с трона. — Но они все скучнее тебя.       Он подошёл ближе, чем обычно. Золотое ци мягко обвило чёрную энергию призрака, не атакуя, а словно поглаживая. Вэй Ин ощутил тот самый странный разряд — смесь отвращения и запретного удовольствия.       Вэнь Жохань наклонился, почти касаясь губами уха призрака. — Если бы ты был живым… — начал он низким голосом.       В этот момент двери зала распахнулись.       Вошёл один из старших офицеров Вэнь — бледный, взволнованный, с докладом в руках о ситуации на границе с Лань. Он поклонился, не поднимая глаз, и начал быстро говорить: — Господин, разведка сообщает, что…       Вэнь Жохань резко повернулся. В порыве раздражения от того, что его прервали в самый интересный момент, он взмахнул рукой, посылая мощный импульс ци в сторону «незваного гостя». Но рука прошла слишком близко к Вэй Ину.       Чёрный дым взметнулся. Вэй Ин даже не успел отреагировать — его просто швырнуло через весь зал. Он пролетел сквозь тяжёлые шторы и вылетел в открытое окно, словно обычный клочок тьмы.       Стекло и деревянные рамы остались целы. Призрак ведь не нуждался в них.       Вэнь Жохань замер на полсекунды, потом раздражённо щёлкнул пальцами, прерывая докладчика: — Оставь бумаги и убирайся.       Когда двери закрылись, он подошёл к окну и выглянул вниз. Ночь была безлунной, сад далеко внизу тонул в тумане.       Вэй Ин уже материализовался на ветке высокого дерева, сидя в расслабленной позе и глядя вверх с крайне оскорблённым выражением лица. — Ты серьёзно? — голос призрака разнёсся по ветру. — Выкинул меня в окно, как надоевшую кошку?       Вэнь Жохань опёрся на подоконник и рассмеялся — искренне, громко, с нотками удивления. — Случайно. Ты стоял слишком близко. — Я вообще могу полностью подавить своё присутствие! — Вэй Ин спрыгнул с ветки и взлетел обратно, просачиваясь сквозь стену обратно в зал. — Меня и так почти никто не видит, если я сам не захочу. Можно было просто сказать «замолчи» или отослать меня мысленно. Но нет, великий Вэнь Жохань решил устроить мне полёт!       Он материализовался прямо перед Вэнь Жоханем, уперев руки в бока. Чёрные волосы растрепались, глаза горели ярче обычного — смесь злости и того самого странного возбуждения.       Вэнь Жохань смотрел на него сверху вниз с ленивой, очень довольной улыбкой. — Выглядело эффектно, — признал он. Протянул руку и поправил прядь волос у призрака, хотя пальцы прошли немного насквозь. — К тому же… ты быстро вернулся. Значит, тебе тоже не хочется уходить далеко.       Вэй Ин открыл рот, чтобы возмутиться, но слова застряли. Потому что да. Он действительно вернулся сразу, вместо того чтобы пойти пугать Вэнь Чао или исчезнуть на всю ночь. — Ты… — он ткнул пальцем в грудь Вэнь Жоханя, — реально извращенец. Знаешь мой возраст, выкидываешь в окно, а потом говоришь такие вещи. — И тебе это нравится, — закончил за него Вэнь Жохань, ловя призрачный палец своей ладонью. Золотое ци мягко обожгло, заставив Вэй Ина вздрогнуть. — Маленький дерзкий призрак, который злится, но всё равно возвращается по первому зову.       Вэй Ин почувствовал, как по его форме снова прошёл тот самый "ток". Понимание, что этот взрослый, опасный, жестокий мужчина видит в нём именно молодого парня вызывало странный стыд и одновременно прилив тёмной энергии. — Если ты ещё раз меня выкинешь, — процедил Вэй Ин, приближаясь вплотную, — я устрою тебе такие кошмары, что Вэнь Чао покажется тебе счастливчиком.       Вэнь Жохань наклонился ещё ниже, почти касаясь лбом лба призрака. — Обещаешь?       Внизу, в своих покоях, Вэнь Чао в очередной раз проснулся от ледяного смеха, который теперь звучал как-то… рассеянно. Словно Вэй Усянь был занят чем-то другим. Но даже этого короткого смеха хватило, чтобы второй молодой господин завыл и забился в угол, обхватив голову руками.       Призрак вернулся к нему позже. Намного злее.       Вэнь Жохань не мог долго оставаться в стороне после того, как увидел, как Вэй Ин реагирует на его прикосновения. Тот короткий момент, когда золотое ци обволакивало чёрную энергию и призрак становился почти… плотным, не выходил у него из головы.       На следующую ночь он подготовился.       Когда Вэй Ин вновь появился в зале на этот раз материализовавшись подальше от окон, Вэнь Жохань уже сидел не на троне, а за низким столом. Перед ним лежали несколько древних свитков, чаша с вином и странный артефакт — маленький нефритовый диск, покрытый рунами, которые пульсировали слабым золотым светом. — Что это? — подозрительно спросил Вэй Ин, подплывая ближе. — Способ сделать нашу игру интереснее, — спокойно ответил Вэнь Жохань. Он поднял диск и показал его призраку. — Я немного доработал технику запечатывания и слияния ци. На короткое время она позволяет духу обрести более… материальную форму. Не полную, но достаточную, чтобы можно было нормально коснуться.       Вэй Ин замер. Его красные глаза сузились. — Ты серьёзно хочешь сделать меня… почти живым? Только чтобы потрогать?       Вэнь Жохань улыбнулся той самой хищной улыбкой. — Именно. Хотя странно, правда? — Он встал и медленно подошёл. — Я и так иногда могу касаться тебя, как живого. Твоя энергия отвечает на мою. Но это… нестабильно, а мне хочется большего.       Он активировал диск. Золотое сияние вспыхнуло ярче, обволакивая фигуру Вэй Ина. Призрак вздрогнул — по его форме прошла волна, словно электрический ток, только тёплый. Чёрный дым сгустился, стал плотнее. Ноги Вэй Ина коснулись пола, и он впервые за долгое время почувствовал под собой твёрдую поверхность.       Вэнь Жохань протянул руку и коснулся его щеки.       На этот раз пальцы не прошли насквозь. Кожа была холодной, но ощутимой — как кожа человека, долго пробывшего на морозе. Вэй Ин резко вдохнул, хотя дышать ему было не нужно. — Это… странно, — прошептал он, поднимая руку и глядя на свои пальцы. Они выглядели почти как при жизни. — Странно? — Вэнь Жохань провёл большим пальцем по его нижней губе, надавливая чуть сильнее. — Или приятно?       Вэй Ин поймал его запястье. Холодные пальцы сомкнулись на тёплой коже — по-настоящему сомкнулись. — Ты извращенец, — тихо сказал он, но голос дрогнул.       Вэнь Жохань рассмеялся низко, грудно. Он притянул Вэй Ина ближе, обхватывая его за талию. Теперь это было настоящее объятие — твёрдое, тяжёлое, властное. — Именно, — признался он без тени стыда. — Ты был таким дерзким при жизни, но теперь я могу тебя держать.       Вэй Ин почувствовал, как внутри него снова что-то скрутилось — смесь стыда, злости и странного, тёмного удовольствия. Это было неправильно. Извращённо. Вэнь Жохань был старше, опаснее, врагом. А он сам — мёртвым духом, который должен был мстить, а не позволять себя обнимать.       И всё равно он не отстранился.       Вместо этого Вэй Ин сам прижался ближе, впиваясь пальцами в плечо Вэнь Жоханя. — Это ненадолго, — предупредил он хрипло. — Знаю, — ответил Вэнь Жохань и наклонился, касаясь холодных губ призрака своими. Поцелуй получился жёстким, требовательным — словно он хотел оставить след даже на мёртвой душе.       Когда артефакт начал тускнеть и тело Вэй Ина снова стало полупрозрачным, Вэнь Жохань всё ещё не отпускал его, удерживая силой своего ци. — В следующий раз сделаю эффект дольше, — пообещал он, целуя уже почти воздух у виска призрака.       Вэй Ин исчез с тихим, дрожащим смешком.       А в своих покоях Вэнь Чао в эту ночь испытал новый уровень ужаса.       Вэй Ин вернулся к нему злой, возбуждённый и полный энергии. Он не просто пугал — он играл по-настоящему жестоко. Заставлял Вэнь Чао видеть, как его собственные руки медленно отрывают плоть от костей, иллюзия, но боль была настоящей. Шептал ему на ухо подробности того, что сейчас происходит с его отцом. Смеялся, когда Вэнь Чао умолял о пощаде. — Твой отец сейчас занят, — прошептал Вэй Ин, сидя на груди рыдающего молодого господина. — А ты… ты всегда будешь моей игрушкой для развлечения.       Вэнь Цин никогда не любила совать нос в дела своего дяди. Но когда в главной резиденции начали происходить странные вещи, даже она не могла закрывать на это глаза.       Сначала она заметила, как Вэнь Чао превратился в тень человека. Второй молодой господин почти не выходил из своих покоев, кричал по ночам, а на его лице и шее появлялись странные чёрные следы обморожения. Она лечила их, но они возвращались снова и снова. Вэнь Цин подозревала, чья это работа. Только один призрак мог так точно мстить.       А потом она увидела главное.       В тот вечер она принесла Вэнь Жоханю свежие отчёты о состоянии войск и новых лекарственных пилюлях. Двери в главный зал были слегка приоткрыты — редкая небрежность для её дяди. Вэнь Цин остановилась в тени коридора и невольно замерла.       Внутри Вэнь Жохань стоял очень близко к чёрному силуэту. Не просто стоял — обнимал. Его руки лежали на талии призрака, который на короткое время обрёл почти плотную форму. Вэй Усянь — она сразу узнала эти растрёпанные волосы и дерзкую линию плеч — выглядел… живым. Холодным, но живым. А Вэнь Жохань наклонялся к нему и что-то тихо говорил, касаясь губами его виска.       Вэй Ин отвечал, не исчезал, не атаковал. Он даже слегка прижимался в ответ, хотя в его глазах мелькало то ли раздражение, то ли смущение.       Вэнь Цин стояла неподвижно. Она видела, как нефритовый диск на столе пульсирует золотым светом, поддерживая заклинание. Видела, как дядя касается призрака так, словно это была не мстительная душа, а нечто гораздо более личное.       Она тяжело, очень тяжело вздохнула.       «Серьёзно, дядя?» — подумала Вэнь Цин.       Она знала Вэнь Жоханя достаточно хорошо. Он всегда брал то, что хотел. Но чтобы вот так… с Вэй Усянем? С тем самым Вэй Усянем, который должен был быть их врагом, а теперь стал игрушкой в руках главы клана? И этот возрастной оттенок… Вэнь Цин почувствовала лёгкую тошноту.       Она не стала входить. Просто стояла и наблюдала, как Вэнь Жохань активирует артефакт чуть сильнее, продлевая эффект материальности. Как Вэй Ин вздрагивает от нового ощущения твёрдости собственного тела и бормочет что-то про «извращенца», но не отстраняется. Как дядя смеётся и проводит рукой по его спине — собственнически, почти нежно.       Когда эффект начал ослабевать, Вэнь Цин тихо отступила назад по коридору. Она не собиралась вмешиваться. Это было слишком опасно даже для неё.       Позже, уже в своих покоях, она села за стол и устало потёрла виски. — Глупец, — тихо пробормотала она себе под нос. — Ты играешь с огнём, который уже мёртв. И этот огонь… кажется, тоже начал получать удовольствие от игры.       Она знала, что Вэй Ин скоро вернётся к Вэнь Чао. И действительно — через час из дальнего крыла донёсся новый, особенно отчаянный крик второго молодого господина. Вэй Ин вымещал на нём всё то напряжение, смущение и странное возбуждение, которое оставил после себя Вэнь Жохань.       Вэнь Цин только покачала головой и тяжело вздохнула ещё раз. — Бедный Чао… Хотя он это заслужил.       Она не стала никому рассказывать. Просто продолжила наблюдать. Потому что знала: когда такие игры заходят слишком далеко, обязательно кто-то пострадает. И очень может быть, что в итоге пострадают все.       В главном зале Вэнь Жохань, уже один, провёл пальцами по нефритовому диску и улыбнулся. — Интересно, как долго ты сможешь притворяться, что тебе это не нравится, Вэй Усянь…       А где-то в тенях резиденции чёрный призрак тихо рассмеялся, растворяясь в темноте, но уже зная, что вернётся. Обязательно вернётся.