Бобр-курва

Чонгук сидел на диване в бигудях и плакал как брошенка. Сердце его надрывалось от горечи — его муж настоящий кобель, который соблазняет все, что движется, а то, что не движется, двигает и соблазняет. Чонгук уже рыдал и не мог сочинять песни. Егор же зашел в комнату и удивился. Он поднырнул к своему парню под бок и обвил его руками, которые тот сразу же сбросил. — Ну, малыш, — начал он елейным голоском, — что случилось? Кто обидел мою огромноглазую вкусняшку? Чонгук вскочил на ноги, взмахнув полами халата, подшел к столику с увесистым конвертом, а потом швырнул в него рой фотографий. — Ты просто мудень, Егор! Поверить не могу, чтобы ты перетрахал их всех у меня за спиной! — взорвался Чон. Егор мельком посмотрел картотеку: вот слоистые телеса Джаббы Хатта, у которого он выступал на разогреве в прошлый вторник, вот дементор, смущенно машущий ладошкой более года назад, вот Танос, игриво бьющий его по заднице перчаткой бесконечности, вот Карлсон со спящим Малышом, вот Тэтхен, а вот его последний любовник — электрический чайник. На фотографии были так же женщины, но их перечислять не будем, потому что переваливало за миллиард, а девушек хороших много, в том числе ласковых имен. Егор усмехнулся, поднялся на ноги как альфа, властно подошел к Чонгуку и насильно забрал его в объятия. — Да, мой милый, сплю я со всеми, но люблю-то я тебя… Я не могу обещать, что прекращу, но я… — Кобелина! — бил его кулаками в грудь Чонгук. — Ты даже с моими товарищами по группе умудрился! Ненавижу тебя, тварь! Егор же начал его целовать, зная, что лучше мириться прямо сейчас, а еще у них концерт в Тэддоку, нужно устранить все недоразумения сейчас. Чонгук сопротивлялся, но в итоге сдался, потому что парень его целовался как Боженька. Они прочистили друг другу дымоходы и успокоились. Егор задремал, а Чонгук, все еще обиженный, потянулся к его загранпаспорту, набирая один номер. На следующий день в аэропорту Егора не пропустили на борт самолета потому, что он значился в паспорте как домашнее животное и посадили в грузовой отсек. Егор долго хлопал глазами, но понял, что его парень заменил его паспорт на хорошую подделку со словами «Бобр курва, я пердоле», что не относило его к людям. Еще и усадили так, что он из грузового отсека слышал, как Чонгук флиртовал с Джигурдой или кем-то на него похожем. Егор насупился. Подумал, что, может, заслужил, но не до конца…