Когда страх становится любовью

Снова утро над Бухтой Приключений. Наша парочка сладко спала в кровати. Первым проснулся овчар и посмотрел на часы, которые показывали 11:00. Повернув голову в сторону своего спящего возлюбленного, он увидел, что тот сладко спал, уткнувшись лицом в подушку. Овчар улыбнулся этой картине и стал осторожно целовать лицо своего любимого. — Эй, соня, пора вставать, уже утро! — шептал овчар с улыбкой. — М-м, доброе утро, Чейзи! — проговорил далматинец, с блаженством потягиваясь и зевнув. — Доброе, милый! — сказал овчар с улыбкой. — Пора вставать, идти в душ и заниматься делами! — Хорошо, пойдем! — согласился Маршалл, вставая. Он совершенно забыл, что спал в одних красных боксерах, и поэтому овчару было всё хорошо видно. Чейз смотрел на аппетитную задницу своего парня и не мог отвести взгляд от этого произведения искусства. Он облизнул пересохшие от волнения губы и, сглотнув, потянул руку. Он почти дотянулся до задницы своего парня, но тот повернулся. — Чейзи, ты идешь? — спросил Маршалл. — Эй, ты здесь? — А, да, ты что-то спросил? — поинтересовался овчар, убрав руку. — Да, я спросил: идем мы в душ или нет? — сказал пожарный, смотря на овчара. — Да, пошли, сейчас я только полотенце возьму! — сказал полицейский и, порывшись в шкафу, вытащил полотенце синего цвета. — Всё, можем идти! Благополучно добравшись до душевых, Маршалл снял с себя эластичный бинт и положил его на полочку. Парни зашли в две кабинки, которые стояли рядом, и начали мыться. — Слушай, Марши, прости, конечно, что задаю такой вопрос, но, может, тебе помочь помыться? — спросил овчар, краснея, но, к счастью, за стенкой этого не было видно. — Я был бы не против! — ответил далматинец. Чейз быстро перебрался в кабину к своему парню. Хорошо, что в душе никого, кроме них, не было, а то вопросов было бы куча, пусть и все давно знают, что они встречаются. Взяв мочалку из рук своего любимого, Чейз для начала стал мыть его спину аккуратными массажными движениями; Маршалл прикрыл глаза от удовольствия. Овчар очень нежно мыл спину своего любимого, постепенно переходя на его грудь. Начав мыть грудь, он старался делать всё аккуратно, помня о том, что у его любимого сломано ребро. Маршалл в свою очередь расслабился под нежными руками любимого. Но когда овчар задел его сосок, далматинец несдержанно простонал. — Ах! — вырвалось у него, и он тут же прикрыл свой рот рукой, при этом густо покраснев. Услышав стон своего возлюбленного, овчар решил ещё раз провести мочалкой по его соскам и опять же услышал стон. — Мх! — простонал в очередной раз далматинец, понимая, что овчар просто играет с ним. — Слушай, милый, а давай пошалим? — спросил полицейский, начав спускать одну руку к паху любимого. — Ох, Чейз, давай не здесь, нас же услышат! — проговорил Маршалл, стараясь взять контроль над своим телом. — Хорошо, продолжим у меня в комнате! — сказал овчар и продолжил мыть далматинца. Закончив мыть любимого, овчар сам помылся. Накинув полотенца на бедра, оба парня пошли в комнату овчара, предвкушая веселое времяпровождение.