Мой ход

Лязг серебряных кинжалов расколол тишину храма, и искры от столкновения высветили на мгновение лица — зеркальные маски ярости. Миги почувствовал, как дрожь отдачи пробежала по руке до самого плеча, но он не отступил ни на дюйм. Глаза Дали горели алым изнутри, будто раскалённые угли. — Ты даже не представляешь, что творит тьма с теми, кто носит её слишком долго, — прошептал старший близнец, и его голос звучал одновременно изо рта и из стен храма. Миги отпрыгнул назад, перекатился по каменному полу и вскочил на ноги. Кинжал в его руке пульсировал тусклым светом — целительская магия пыталась найти брешь в ауре брата. Но тьма Дали была плотной, как смола, и вязкой, как патока. — Ты сам выбрал эту дорогу, — выдохнул Миги, чувствуя, как пот стекает по виску. — Я предлагал тебе вернуться. — Вернуться? — Дали рассмеялся, и смех эхом заметался по храму, дробясь на сотни осколков. — К кому? К нашему сладкому папочке, который продал нас обоих в рабство? К матери, которая смотрела, как мы умираем голодными? Он сделал шаг вперёд, и под его ногами каменные плиты покрылись инеем. Дыхание вырывалось изо рта облачками пара. — Ты не знаешь всей правды, — процедил Миги сквозь зубы. — Ты сбежал до того, как я вытянул из него признание. Алый огонь в глазах Дали дрогнул. Всего на миг, но Миги заметил. Использовал этот момент — рванул вперёд, вложив в удар всю силу демонической крови, что текла в жилах. Кинжал вошёл в плечо брата по самую рукоять. Дали зашипел, отшатнулся, и из раны хлынула чёрная, как нефть, кровь. Но вместо крика — улыбка. Медленная, болезненная, почти счастливая. — Хороший удар, братик. — Он схватил руку Миги за запястье, и пальцы сжались стальным капканом. — Но целительская магия не работает на проклятых. Разве ты не знал? Стены храма вспыхнули рунами — тысячи знаков, вырезанных в камне, засветились багровым. Миги понял, что попал в ловушку. Дали не собирался сражаться. Он собирался поглотить его. — Ты станешь частью меня, — прошептал старший близнец, притягивая Миги ближе. — И тогда я буду цельным. Идеальным. Как и должно было быть с самого рождения. Где-то снаружи, за стенами замка, Эйджи добивал последнего стражника. Он чувствовал, как жизнь покидает врага под его пальцами, но в груди вдруг заныло — холодом, которого не должно было быть у демона его уровня Продолжение следует...