Путь антимага

      Сейчас уже сложно сказать, в какой момент небо буквально рухнуло на землю. Всегда считалось, что именно звёзды оберегают всё живое от исчезновения. А теперь… Теперь казалось, что они стали причиной того, что всё едва не погибло. Те, к кому обращались с желаниями, на кого молились и кого боготворили стали ходить ногами по земле. Они созвездия, духи-хранители, зодиаки и источник магии, а для многих – источник боли и ненависти. Они защитники баланса и причина хаоса… Кто же они на самом деле?              

ТУМАН ГРЯДУЩЕГО

      Босая Либрет торопилась. Она бесшумно бежала по мраморному холодному полу, и каждый шаг отдавался колким дискомфортом в ступнях.       «Только бы успеть… Я должна увидеть».       Она ускорилась. Далёкое эхо голосов уже отзывалось где-то глубоко в сознании.       Массивные стеклянные двери зала распахнулись. Яркий свет вспышкой брызнул в глаза, скрытые за чёрной повязкой. Либрет резко остановилась у входа, окольцевала взглядом присутствующих. Она видела. Она чувствовала. Закрытые глаза считывали эмоции, чувства – она знала всё.       Стеклянный зал Цитадели был пронизан рассеянным лунным светом, струившимся из окон. Все двенадцать столпов-хранителей занимали свои места за огромным круглым позолоченным столом, инкрустированным хрустальными вставками. Грациозные фигуры практически не шевелились, а в воздухе повисла напряжённая тишина.       — Я полагаю, каждый готов сделать выбор, – звучный мужской голос нарушил тишину.       — Предлагаю голосование. Тех, кто за, прошу поднять руку. – бархатный и одновременно строгий женский голос последовал после мужского.       Один из участников совета прищурил взгляд, осматривая остальных.       — Стойте! – крикнула беловолосая девушка и поднялась со своего места, упёршись ладонями в массивную столешницу. — Так нельзя! Он нам не чужой!       — Он наш враг! – огрызнулся ещё один звонкий мужской голос.       — Но брат! – возмутилась всё та же девушка.       Слова сестры отразились в нём физической болью где-то на уровне груди.       — Прекрати! – возразил он и поднялся, — не всё можно решить состраданием. Порой необходимы жёсткие меры.       Наступила тишина, нарушать которую никто не торопился. Можно было заметить, как один из хранителей сжал руки в кулаки. Где-то со стороны послышался тяжёлый вздох. Стало понятно, что вот-вот будет вынесен приговор, оспорить который будет невозможно.       Одна из мужских фигур поднялась во весь рост, словно собираясь подводить итоги.       — Но я люблю его! – сорвалась беловолосая и поджала губы, беглым взглядом скользнув по ошеломлённым лицам хранителей.       На несколько мгновений воцарилась полная, звенящая, удушающая тишина.       «Только не это… Должно быть, это метафора».       Летящими шагами Либрет смерила часть пространства. Подошла ближе к Гемире, взглянула в лицо. Потянулась к щеке призрачной рукой и резко отпрянула.       «Нельзя. Равновесие не должно быть нарушено. Я обязана досмотреть».       Тревога звучала уже где-то совсем близко, упрямым пульсом билась в горле, заставляла чаще глотать.       Мужчина, вставший, чтобы говорить, изумлённо застыл. Кажется, все перестали дышать.       — Повтори… – безысходно проговорил всё тот же спорящий мужской голос брата.       — Я… люблю его. – уже с меньшим запалом, опустив голову, повторила девушка.       Через мгновения послышался треск, стёкла одновременно разлетелись на кусочки.       Эхом отозвался пронзительный женский крик.       Лунный свет сменился кровавым мраком, клокочущим и поглощающим всё на своём пути.              Либрет открыла глаза и села на кровати, пронзённая мелкой дрожью и пульсирующей тревогой где-то в области солнечного сплетения.       — Сон… Дурной сон… Скверное предзнаменование… – пробормотала девушка, щуря глаза под чёрной повязкой.       Либрет поднялась с кровати и лёгким взмахом руки сменила ночную сорочку на изящные летящие одежды из изумрудной и белой ткани. На ней изысканный белоснежный корсет, расшитый золотом, поверх которого наброшена тяжёлая изумрудная мантия с пышными рукавами, напоминающими морскую пену. На ногах - облегающие чулки из переливчатой бирюзовой чешуи, мерцающие при каждом шаге. Тёмно-лазурные волосы, украшенные венком из белых лилий и жемчуга, контрастируют с черной шёлковой повязкой, плотно закрывающей глаза.       Образ завершают массивные золотые украшения с крупными изумрудами.       Размеренным мягким шагом Либрет направилась в зал совета. Тревога сна не отпускала её, оставаясь туманным, навязчивым видением в голове. Было в этой истории что-то слишком жуткое, что девушка пока не могла различить. Монотонный стук каблуков эхом отражался от стен. Либрет слышала каждый шорох вокруг себя, вплоть до мягкого шелеста своих одежд. Её слух был обострён, а интуиция кричала об опасности.