Глава 3. «Твою ж маковку!»
2 июля 2026 г., 17:28
Среда. Шесть часов утра.
В стекло на втором этаже, где располагалась комната Антона, с глухим стуком врезался плотный снежок. Следом за ним второй. И сразу же третий.
Антон дёрнулся, ошарашенно распахнул глаза и спросонья захлопал ресницами, пытаясь сообразить, где он находится.
Сердце испуганно заколотилось в груди.
Нащупав на прикроватной тумбочке очки, он быстрым, отработанным движением водрузил их на переносицу.
Мир вокруг сразу обрёл чёткость.
Вскочив с кровати, Антон подбежал к окну, торопливо отодвинул плотные шторы и потянул на себя замёрзшие створки.
На заснеженной дорожке внизу стоял... Рома. В руках он сжимал четвёртый снежок, явно нацеленный прямо в стекло.
— Р-рома?.. — сипло вырвалось у Антона от удивления. — Что случилось?!
— Собирайся и дуй сюда живо! — негромко, но властно скомандовал Пятифан, заметив его в проёме.
— Э-э... хорошо, сейчас...
Антон торопливо захлопнул раму и, бросив испуганный взгляд на тикающие часы, принялся лихорадочно натягивать школьную форму.
В общем-то, он до сих пор не совсем понимал, насколько обязательной она была в их глуши.
Из всего класса строго «по форме» ходили разве что он сам, Полина да Катя... Впрочем, забивать этим голову в шесть утра точно не следовало.
Стараясь ступать как можно тише, чтобы не разбудить чутко спящих родителей и младшую сестрёнку, Антон прокрался на первый этаж.
Присев на корточки в тёмной прихожей, он принялся торопливо завязывать шнурки на ботинках.
Руки от волнения слегка подводили.
— Ты там скоро? — раздался из-за двери приглушённый, нетерпеливый голос Ромы. — Я тут уже всё, что мог, себе отморозил!
— Минутку! — шёпотом отозвался Антон, натягивая зимнюю куртку прямо на ходу.
Он резко поднялся, попутно натягивая на голову тёплую шапку и втискивая пальцы, подрагивающие от внезапного прилива адреналина, в шерстяные перчасти.
Щёлкнул замок, и Антон выскочил на крыльцо, погружаясь в колющую свежесть морозного утра.
— Ну наконец-то, блин! Тебя только за смертью посылать, — проворчал Рома, переминаясь с ноги на ногу.
— Куда мы идём?
Антон зябко повёл плечами.
— До уроков ещё уйма времени.
— На заброшку! Куда ещё в такую рань...
— Зачем?..
Антон невольно сглотнул, вспомнив недавние страшилки и тёмный заснеженный лес.
— За шкафом! — фыркнул Рома и недовольно скрестил руки на груди. — Будешь учить меня рисовать. Я это... карандаши взял. Ну и бумагу.
— Боже, Рома...
Антон медленно выдохнул, едва сдерживая смех. Напряжение, сковавшее плечи, моментально спало, сменившись искренним умилением.
— Я уж Бог весть что подумал! Думал, стряслось что-то из ряда вон выходящее. А ты... с тобой точно не соскучишься. Но почему именно в шесть утра-то?
— Во-первых, чем раньше начнём, тем лучше. И вообще... кто рано встаёт, тому Бог подаёт!
Рома упрямо вскинул подбородок.
— А во-вторых, ты сам позавчера хвастался, что в любое время возьмёшь и научишь. Вот я тебя за язык и поймал.
— И ведь не поспоришь, — улыбнулся Антон, застёгивая куртку до самого подбородка. — Ладно, пошли уж, ученик.
нравишься, на. В доску.
И тут же, словно испугавшись собственной смелости, отскочил назад на пару метров.
— Только чур ты меня не знаешь, и я тебе вообще ничего не говорил! Иначе Ромыч мне точно башку с плеч снимет, на!
— Чего?! — выдохнул Антон.
Он резко закашлялся, натурально подавившись морозным воздухом от такой оглушительной новости. Глаза за стёклами очков стали круглыми, как два пятака.
— В каком это смысле... нравлю—
Антон резко осёкся, услышав характерный хруст снега за спиной.
Бяша мгновенно принял независимый вид, засунув руки в карманы и насвистывая какой-то мотивчик, будто они тут обсуждали погоду.
Из-за угла вернулся Ромка, с победным видом вертя в руках свежую пачку сигарет. Выглядел он на редкость довольным.
— Ну чё вы тут притихли? Сплетничаете небось, кости мне перемываете? — ухмыльнулся Рома, переводя взгляд с одного на другого.
— Да нет... вовсе нет...
Антон нервно повёл плечами и потрогал воротник куртки, чувствуя, как к щекам приливает жар, и вовсе не от мороза.
— Пойдёмте лучше в класс? На урок скоро.
— Ага... — недоверчиво протянул Рома, сузив глаза и не сводя с Антона пристального, изучающего взгляда. — Пойдёмте...
***
Спустя пятнадцать минут Рома уже вовсю сидел на покрытом инеем подоконнике внутри полуразрушенного здания заброшки. Положив на колени слегка помятый альбомный лист, он с небывалым, почти свирепым сосредоточением выводил карандашом острые черты своего любимого ножа-бабочки. Антон устроился рядом на каком-то ящике, неторопливо жуя мятную жвачку: ту самую, которую Рома по-свойски подарил ему ещё вчера, и добросовестно наблюдал за каждым движением товарища, изредка нежно поправляя положение его руки. — Ну вот, видишь, как всё просто? — улыбнулся Антон, когда контур лезвия стал узнаваемым. — А ты ворчал, что самолётом и то легче управлять. — Да понял я, понял всё... — буркнул Пятифан, скрывая за напускным недовольством гордость. Рома хмыкнул, поднял листок повыше и придирчиво оглядел получившийся набросок со всех сторон. — Получилось вроде неплохо... Рома усмехнулся, глянув на Антона. — Но до тебя мне, конечно, ещё как до Китая пешком. У тебя-то рисунки живые выходят. Антон заметно смутился от такой неожиданной похвалы и отвёл взгляд. Он никогда не считал, что рисует как-то выдающеся, и сейчас был искренне польщён словами приятеля, хоть в глубине души и полагал, что Ромка сильно преувеличивает. — Ладно, пойдём? В школу пора... Антон поднялся, отряхивая брюки. — Да и я обещал Бяше рисунок занести до звонка. — Пойдём, конечно, — легко согласился Рома. Он резво вскочил на ноги, аккуратно сложил листок пополам, пряча его в глубокий карман своих неизменных спортивных штанов, и выжидающе посмотрел на Антона. Антон хмыкнул, поправляя лямки рюкзака, и они вместе направились к выходу.***
Они шли по протоптанной тропинке к школе, шутливо толкая друг друга плечами, как вдруг их ленивую перепалку бесцеремонно перебил ласковый, чересчур мелодичный девичий голосок: — Утречко вам доброе, мальчики! Антон узнал этот вкрадчивый тон мгновенно. Кожа покрылась мурашками. Алиса. Чёртова девчонка в лисьей маске, вечно появляющаяся из ниоткуда. Рома тут же насупился. Парни синхронно переглянулись и, словно по невидимой команде, резко обернулись назад. Среди заснеженных кустов действительно стояла Алиса, задорно склонив голову набок. — Куда путь держим, голубчики? — лукаво поинтересовалась она, хитро щурясь сквозь прорези маски. — Это ещё что за сучка крашеная?.. — хмуро процедил Рома, смерив её пренебрежительным взглядом сверху вниз. Антону в ту же секунду захотелось с силой зажать ему рот ладонью, лишь бы Ромка не наговорил лишнего этой опасной твари, но было уже поздно. Слова вылетели. — Антон, а я-то думала, что ты хороший мальчик, — хмыкнула Алиса. Игривые нотки в её голосе моментально растаяли, сменившись опасной прохладой. — Не думала, что ты станешь водиться с такой... невоспитанной шпаной. — Это я-то шпана?! Да я тебе сейчас эту маску на затылок натяну! — взвился Рома. Он резко дёрнулся вперёд, сжав кулаки, и Антон, испугавшись последствий, не нашёл ничего лучше, чем мёртвой хваткой вцепиться в его куртку и руку, пытаясь силой утащить друга прочь. — Антон, твою ж маковку! Пусти! Дай я ей сейчас... — Рома, хорош! Перед тобой девочка! — хмуро воскликнул Антон, налегая всем весом и буквально волоча упирающегося Пятифана в сторону школы. Рома в ответ лишь яростно засопел, но, вовремя осознав, как нелепо выглядит его попытка броситься на девчонку, обмяк и позволил Антону увести себя. Алиса лишь тихо, издевательски хмыкнула им в спину, растворяясь среди зимних деревьев.***
Только подойдя к самым школьным воротам, Антон наконец решился разжать пальцы и отпустил Ромку. Тот сразу же принялся демонстративно разминать кисть, недовольно косясь на друга. В этот момент у крыльца они заметили знакомую фигуру. — О, пацаны, здорова, на! — воскликнул Бяша, весело шагая им навстречу и привычно сплёвывая сквозь зубы. — Я это... к ларьку отойду, за сигаретами, — угрюмо буркнул Рома, всё ещё потирая руку. Антон с Бяшей одновременно кивнули. Как только Ромка скрылся за углом, Антон торопливо расстегнул рюкзак, достал оттуда аккуратно свернутый лист с рисунком огромного, детализированного динозавра и протянул его приятелю. Бяша тут же мёртвой хваткой вцепился пальцами в листок. Его глаза округлились, а на лице отобразился чистейший, почти детский восторг. — Ну ничего себе, на! Ну ты даёшь, Тоха! Спасибо огромное, от души! — Да брось, не за что... — смущённо пробормотал Антон, принимаясь увлечённо разглядывать носы собственных ботинок. — Обещал же. — Ну слушай, за такой подгон я тебе могу один секрет раскрыть, на. Только чур никому, понял меня, на? Антон мгновенно вскинул голову, заинтригованный такой таинственностью. — Какой ещё секрет?.. Бяша нервно огляделся по сторонам, проверяя, не идёт ли Рома, затем резко подался вперёд и горячо зашептал Антону прямо в ухо: — Ты своему Ромке
