Моя леди Ёжик/My Lady Hedgehog

29 июля 1997 года, Нора. Окно на чердаке было открыто, и, хотя оно располагалось на высоте тридцати или сорока футов над землёй, до Фреда доносился аромат свежескошенной травы. Он сделал глубокий вдох и откинулся на груду древних бархатных пуфов, что его мать получила от тёти Мюриэл по меньшей мере десять лет назад. В доме царила непривычная тишина: вся суета осталась снаружи. Пока его мать хлопотала вокруг Джорджа, Гарри и Билла, распоряжаясь всем домом, Фред намеревался хотя бы на ближайшие минут десять отгородиться от мира. После этого он пообещал себе спуститься вниз, как послушный сын, и вновь взяться за тяжёлую физическую работу или применить изматывающие морально заклинания — всё ради матери. Но сейчас он не хотел думать о ней. Совсем. Закрыв глаза, Фред принялся мысленно перебирать каталог своих сексуальных контактов и фантазий в поисках чего‑нибудь подходящего. Не открывая глаз, он провёл руками по животу, расстегнул ширинку и привычно прижал пенис к коже. В предвкушении он замычал, вспоминая старую добрую Кэти и её рискованные трюки на метле, — но тут раздался шёпот: «Петрификус Тоталус». Фред в ужасе распахнул глаза, и в тот же миг его тело полностью застыло. Какая-то его часть, совсем маленькая, почти незаметная, посмеялась над тем, что он весь одеревенел. Надо признать, этой его части всё ещё было тринадцать лет. Гермиона Грейнджер стояла рядом, засунув палочку в рукав, и, казалось, ничуть не удивилась его полуобнаженному виду и тому, чем он занимался. Он мог только моргать, пока она откашливалась и принимала позу, которую Фред за долгие годы научился безошибочно узнавать, — «позу для чтения нотаций». Гермиона явно собиралась прочесть ему лекцию: то ли о том, что он дрочит на чердаке, то ли о том, что не помогает братьям расчищать сад. На задворках сознания мелькнула фантазия об этой возне с её участием, но Фред поспешил отогнать её прочь. — Прости за это, — пробормотала она. — Я надеялась поговорить с тобой наедине, но не учла, что ты… — Гермиона опустила глаза, комично их округлила, затем сглотнула и снова откашлялась, — занят. Впрочем, это как раз по этому поводу, так что ничего страшного. Фред удивился тому, как же ей удалось обойти его запирающее заклинание и открыть дверь на чердак, — но это же Гермиона. Она, без сомнения, обошла бы любую защиту и преодолела любое заклинание даже во сне. Это даже немного возбуждало. Хотя и не так сильно, как от осознания того, что она сейчас говорила с интонацией строгого профессора, а он застыл с членом в руке. Гермиона огляделась и наконец заметила табурет с кожаным сиденьем, который семь лет назад был разорван и кое-как зашит обратно двумя дерзкими мальчишками: они тогда практиковались в маггловской хирургии по одной из книг их отца. Нерешительно опустившись на табурет, она всем видом выдавала желание незамедлительно уйти. Сделав глубокий вдох, Гермиона начала произносить речь, которая, похоже, была подготовлена заранее: — Ты должен знать, что я вовсе не стремлюсь превращать людей в камень ради простого разговора. Прости меня за это. Я боялась, что ты не воспримешь меня всерьёз или посмеёшься надо мной, а я не вынесу, если ты сейчас надо мной посмеёшься. Она хотела было протянуть руку и накрутить прядь волос на палец, но передумала и вместо этого вцепилась в край табурета. Взгляд её был устремлён на Фреда так, словно он был ключом к миру во всём мире или к освобождению всех домовых эльфов на свете: глаза сверлили его и своим пристальным взглядом похищали душу. — Чтобы ты знал, я выбрала тебя вполне осознанно. Билл женится. Чарли живёт в Румынии — что, в общем‑то, идеально, но я не уверена, что ему нравятся девушки. Гарри с Джинни. Рон… сложный и грубоватый. Джордж с Анджелиной. Перси — точно нет. К тому же я хочу хоть раз по‑настоящему повеселиться, и мне кажется, с тобой это было бы очень весело. — Она прикусила губу, опустила взгляд, а затем снова посмотрела ему в глаза. — Хотя, возможно, я не рассчитала, насколько сильно. Боже мой… — Гермиона выдохнула. — Гарри, Рон и я уезжаем. Мы не собираемся возвращаться в школу. Не знаю точно когда, но где‑то между сейчас и сентябрём. Мне нужно ещё немного времени, чтобы подготовиться: почитать, собрать припасы. Я подумала, что было бы неплохо создать сеть убежищ, но на это потребуется время. Фред удивлённо моргнул. — Извини, я отклонилась от темы, — продолжила Гермиона и сделала ещё один глубокий вдох. — Перейду к сути: я бы хотела, чтобы ты занялся со мной сексом. Фред моргнул ещё раз, потом ещё и ещё. — Я знаю, — Гермиона подняла руку. — Все считают меня зубрилкой, которая любить читать и не интересуется подобными вещами. — Она пожала плечами. — Отчасти они правы. Я была слишком занята, пытаясь спасти Гарри, и не могу позволить чему‑либо отвлечь меня от этой цели. Он мой самый лучший друг на свете. На мгновение она замолчала. — Но перед этим я бы хотела попробовать секс. У меня никогда не было парня — по крайней мере, настоящего. С Виктором мы были просто хорошими друзьями. — Гермиона, не отрывая взгляда, принялась ковырять ноготь. — Так что я хочу попробовать. Посмотреть, что я упускаю. На случай… если что‑то пойдёт не так. Фред закрыл глаза. С поразительной точностью она угадала его сегодняшнее желание: ни о чём не думать и хорошенько вздрочнуть. Потому что в мире и так уже было слишком много всего. — Ты ничего не собираешься сказать? — спросила Гермиона. Фред открыл глаза и пристально посмотрел на неё. — Ах да, извини. Она взмахнула волшебной палочкой и холодное чувство оцепенения растаяло. Некоторое время он молчал, натягивая штаны и рубашку и обдумывая её предложение. — Что я получу от этого? — внезапно спросил он, встретившись с ней взглядом. Гермиона выглядела слегка ошеломлённой. — Ну, ты получишь секс. Чего ещё хотят парни? Фред фыркнул. — Ты путаешь меня с моим придурковатым братом. И, насколько я знаю, ты девственница. Секс с девственницей — удовольствие сомнительное. — Он прислонился спиной к груде пуфов и скрестил руки на груди. — А ещё я привык к спортивным девушкам. Не знаю, задумывалась ли ты когда-нибудь о том, как влияет на сексуальную жизнь привычка сжимать метлу между ног, но если да, то, возможно, тебе бы больше нравился квиддич. — Вообще-то я об этом не задумывалась. — Гермиона заметно сникла. — И как это улучшает сексуальную жизнь? Фред рассмеялся. — Наверняка ты что‑то читала перед тем, как прийти ко мне. Чем крепче хватка — тем больше удовольствия для всех. Гермиона задумалась: её взгляд скользнул вниз и в сторону, пока она мысленно переваривала эту информацию. — Хорошо. Логично. Что ещё? Фред оценивающе посмотрел на неё. Она была настроена серьёзно. Он скользнул взглядом по её ногам и снова поднял глаза. Она была недурна собой, если уж на то пошло. Даже очень миленькая. Фред определённо не возражал оказать ей услугу — но почему бы не проверить, насколько далеко он может зайти? — Полагаю, я мог бы преподать тебе несколько уроков прелюдии. Ты знаешь, как наложить заклинание контрацепции? В Хогвартсе этому не учат, и в Запретной секции его тоже нет. — Не надо, — Гермиона махнула рукой. — Я уже больше года принимаю маггловские противозачаточные. — Ну ладно, но я всё равно научу тебя заклинанию. — Фред кивнул и на мгновение задумался. — А как же твоя непорочность? Будет больно. — Ты что, родился в 1750 году? — Что? Непорочность? А как ещё это можно назвать? Гермиона слегка повернула голову, вздёрнув свой маленький носик: — Это называется девственная плева. Это правильный медицинский термин. И не волнуйся, я обо всём позаботилась. — Ты… — Да. Это не будет проблемой. Фред запрокинул голову и громко расхохотался: — Ты… Вау, женщина! — Он перестал смеяться и заметил, что лицо Гермионы снова вытянулось. — Ты целеустремлённая во всём, не так ли? Она пожала плечами, и на мгновение её маска уверенности дала трещину. Фред покачал головой и рассеянно почесал живот. — Чёрт возьми, кажется, я влюбился. — Он глубоко вздохнул через нос. — А если серьёзно, то у меня больше нет возражений. Мне нужно подписать контракт или что‑то в этом роде? Или ты хочешь сразу приступить к делу? Гермиона кивнула и начала рыться в кармане. Фред застонал — он же шутил! Она встала и уронила свиток ему на колени. Он взглянул на неё, приподняв бровь, затем развернул свиток и прочитал: — Хм, кажется, это список книг, которые нужно купить для школы? — Извини. Пароль: «Гермиона не зубрилка». — А не «Фред Уизли — сексуальный близнец»? — Гермиона нависла над ним и нетерпеливо скрестила руки на груди. — Не снимай пока трусики. Я читаю. Контракт оказался довольно стандартным. Фред не должен был никому рассказывать о том, что между ними был секс — ни прямо, ни косвенно, — пока его не освободят от обязательств в письменном виде. В случае нарушения рот нарушителя запечатывался, и только Гермиона могла снять печать. Фред на мгновение задумался, затем взмахнул палочкой над контрактом и поставил свою подпись. — Я не соглашусь делать всё, что ты скажешь, во время секса! — Гермиона выхватила у него пергамент и пробежалась по нему глазами. Фред снова откинулся на спинку кресла, закинул руки за голову и пожал плечами: — Тогда никакого секса. Она недовольно поджала губы, обдумывая его слова. Было очевидно, что Гермиона из тех, кто любит всё контролировать, а Фред — не из тех, кто позволяет командовать собой в постели. Особенно если у партнёра нет опыта. — Я не заставлю тебя делать то, чего ты на самом деле не хочешь. Это не Империус. И последствия для меня будут такими же, как и для тебя: твой рот запечатается, если я не расторгну договор в письменном виде. Она ещё немного посверлила его взглядом, а затем резко ткнула палочкой в контракт. Тот свернулся, и она засунула его в карман брюк. — Ладно. Доволен? — Ага — ухмыльнулся Фред. — Негодяй, — пробормотала она. Он широко улыбнулся и махнул палочкой в сторону двери, затем задержал на Гермионе взгляд: — Стой спокойно, нужно наложить противозачаточное заклинание. Смотри, как я делаю. — Фред покрутил палочку в пальцах, а затем, сложив их в форме перевёрнутой руны Пертро, произнёс: — Contragestere. Гермиона внимательно наблюдала за его движениями: её собственные пальцы подрагивали, а кожу окутывал фиолетовый свет. — Ну вот! Теперь, когда самое сложное позади, иди сюда, — Фред похлопал себя по колену. Гермиона рефлекторно сглотнула и села к нему. Он вытянул ногу и, пока она пыталась удержаться и не упасть, притянул её ближе. Её глаза расширились, и она испуганно вскрикнула. — Тебе нужно немного расслабиться, иначе нам обоим будет тяжело. Гермиона сделала несколько глубоких вдохов-выдохов и кивнула. Фред обхватил её щёку ладонью и притянул к себе, чтобы поцеловать. Но она упёрлась руками ему в грудь и оттолкнула его. — Что ты творишь?! — Целую тебя? — Он нахмурился. — Если это твой уровень знаний, то мне предстоит ещё много работы. — Нет, нет, я имею в виду, зачем ты меня целуешь? Я просто хочу заняться сексом. — Это часть процесса. — Нет, не часть. Поцелуи — это чувства, а я этого не хочу. Я просто хочу заняться сексом. Фред пошевелил ногой и убрал руки. Гермиона вскочила и отошла на несколько шагов, затем вернулась, сжала и разжала кулаки. — Я не думаю, что ты к этому готова, — сказал Фред. — Поцелуи — всего лишь часть этого. Всё может быть основано на дружбе или любви, но обычно всё начинается с поцелуев. Она нахмурилась и покачала головой, засовывая руки в карманы: — Давай не будем, пожалуйста. Это слишком личное. — Ты хочешь, чтобы я засунул свой член в тебя, но поцелуи — это значит очень личное? — рассмеялся Фред. Гермиона отступила на несколько шагов, потом вернулась. — Да. Я не могу это описать, но давай просто... не будем этого делать. Фред устало выдохнул. Они еще даже не начали, а она уже слишком много болтает. Хочет учиться, но не может заткнуться хотя бы на время. — Ладно. Снимай одежду. — Что? — испуганно переспросила она. — Свою одежду. Снимай. «Наверное, сейчас она уйдёт», — подумал он. Но удивился, когда её дрожащие пальцы потянулись к молнии. Она спустила брюки и сердито сбросила их с ног, затем сняла носки. Потом с такой силой стянула с себя футболку через голову, что та, казалось, вот‑вот порвётся. Гермиона швырнула футболку на стену рядом с джинсами и уставилась на Фреда, стоя в простых белых хлопковых трусах и бюстгальтере. Утилитарно. — Продолжай. Гермиона потянулась назад, чтобы расстегнуть бюстгальтер. Тот упал на пол, и она даже не попыталась его поднять. Затем, пока не передумала, зацепила пальцами трусики и спустила их по бёдрам — они остались лежать у её ног. Она снова скорчила гримасу, беспокойно двигая головой из стороны в сторону, а потом плотно сжала губы, чтобы они не дрожали. — Мило, — великодушно произнёс Фред. Под мешковатой рубашкой скрывалось красивое тело: грудь не очень большая, но аккуратная, с розовыми сосками; талия плавно сужалась и переходила в округлые бёдра; мягкий живот и тёмные кудряшки. Он всё ещё был раздражён, но она хотела секса — и её желание точно исполнится. — Очень мило. Иди сюда. Она направилась к нему, но он поднял руку: — На колени. — Это месть? — Неа. Просто подготовка к твоему следующему заданию. Гермиона бросила на него ещё один испепеляющий взгляд и, поджав губы, поползла к нему на четвереньках. Фред с наслаждением наблюдал, как она стоит перед ним на коленях. Да, это было немного мстительно с его стороны — но она хотела учиться, и он её научит. И она хотела повеселиться — и это будет весело. В конце концов Фред встал, и она на мгновение отпрянула, широко раскрыв глаза от удивления, пока он расстёгивал брюки и спускал их вниз. Он отбросил их в сторону, небрежным движением снял рубашку и снова сел на диван — чуть выше девушки у его ног. — Урок первый: как сосать член, — объявил он. Гермиона сморщила нос. — Нет-нет, — Фред погрозил ей пальцем, — ты наложила вето на СОВ, так что теперь мы сразу перейдём к ЖАБА. — Ты пользуешься ситуацией, — надменно сказала она. — Это не секс. — Уверяю тебя, что секс. Мужчинам сначала нужно подготовиться. Женщинам тоже, но это немного другое. Смотри: он лежит и грустит. Ему нужно, чтобы его приласкали. — Он? — Да, Томас П. Вилли. Для друзей — Тодж. Гермиона подавилась смехом, который вырвался из её груди. Она выглядела очень мило, когда вот так расслабившись смеялась. — Что означает буква «П»? — спросила она, не скрывая веселья. — Пабло. Очевидно. — Очевидно, — хихикнула она. — Надень на него красный плащ, и пусть идёт ловить… киску. — Не очень‑то ты хорошо всё продумал, да? — ехидно спросила Гермиона. — Но если ты действительно хочешь поохотиться на быков… — Чёртовски умная, да? — Фред закатил глаза. Гермиона пожала плечами — насколько это было возможно, стоя на коленях на полу, — и, поджав губы, разглядывала Тоджа: — Что мне делать? — Ну, для начала просто подари ему поцелуйчик. Она приподняла бровь: — Ты думаешь, это нормально — целовать его? — Иначе он не выйдет и не сыграет, — Фред поиграл бёдрами и пахом, отчего его пенис задвигался вверх‑вниз. — Мерлин, ладно, ладно, — фыркнула Гермиона. Её рука метнулась вперёд, и она обхватила член левой рукой. Фред подавился от неожиданности: он не думал, что она так быстро среагирует. Гермиона на секунду встретилась с ним взглядом, нащупала палочку и собрала волосы в пучок. Уронила её рядом с собой и глубоко вдохнула, прежде чем заглотнуть.

***

Минет оказался не таким ужасным, как Гермиона себе представляла. Фред дёргался и тяжело дышал, пока она двигала рукой и посасывала головку его члена. Она сильно недооценила его размер, когда выбрала его своим первым партнёром. Член был огромным и продолжал расти под её ласками. Он был таким длинным, что она обхватила его обеими руками, но головка всё равно торчала. Гермиона никак не могла засунуть всё это в рот сразу, поэтому надеялась, что Фред не слишком расстроится из-за того, что она в основном орудует ладонями. Вспоминая подслушанные разговоры Лаванды и Парвати, она подумала, что это не совсем нормально. Ну конечно, она выбрала того, с кем было непросто! Гермиона экспериментально пососала головку, и Фред тихо застонал. Кажется, это было приятно. На самом деле это было даже весело. Она усмехнулась, не выпуская член изо рта, и рука парня дёрнулась. Хм. Она слегка застонала, и его рука снова дёрнулась. Интересно. Она сделала ещё несколько движений, стараясь не подавиться. Разговоры Лаванды с Парвати были очень… познавательными. У неё уже сводило челюсть, и она не знала, сколько ещё Фред будет её об этом просить. В данный момент он не особо её инструктировал. Рука парня внезапно оказалась у неё в волосах, он огладил её по голове и спине. Гермиона присосалась чуть сильнее, сжала член чуть крепче, чтобы вызвать новый стон. Фред провёл рукой вниз по её спине к бедру и потянул. — Чуть поверни сюда, — сказал он. — Да-да, продолжай. У тебя отлично получается. Она закрыла глаза и попыталась успокоиться. На языке ощущался слабый привкус соли, но она продолжала втягивать щеки и сосать изо всех сил, сжимая кулаки и двигая ими вверх и вниз. — Не сжимай так сильно руки, — пробормотал Фред. — И следи за зубами. Он опустил свою руку на её ягодицы. Гермиона почувствовала прикосновение ещё чуть ниже и напряглась. — Тссс, тссс, успокойся. Тебе тоже нужно подготовиться. Она пыталась сосредоточиться только на том, что делала сама, и не обращать внимания на то, что делал Фред. Но становилось всё труднее, потому что его ловкие пальцы неизменно находили то, что искали. — У-у-у, ох! — Гермиона на мгновение отстранилась, пока он водил пальцем вверх и вниз по её промежности, пока не проник чуть глубже и не коснулся клитора. — Вот так? — Она кивнула, и Фред опустил её голову обратно на член. — Возвращайся к работе, маленькая ведьма. Ты еще не совсем готова. Он вошёл в неё одним пальцем, и Гермиона едва не взлетела от удовольствия. Он начал двигаться, а свободной рукой крепко сжимал её пучок. Гермиона продолжала слабо посасывать член и водить ладонями по стволу. Она чувствовала, как его палец начал входить в неё всё легче и легче оттого, что она стала увлажняться. Фред добавил второй и ввёл по самое основание. У Гермионы подкосились ноги, и она рефлекторно подалась навстречу, почти полностью забыв о своей задаче. Он усилил свою хватку на пучке, а она в ответ сжала член и насколько могла глубоко вобрала в рот. Фред захрипел и протолкнул пальцы ещё глубже, потом вытащил и снова засунул. Гермиона застонала и втянула щеки. Он добавил третий палец, но она поморщилась от дискомфорта. Фред, похоже, понял, что к чему, потому что снова стал ласкать её двумя пальцами, но ускорил темп и пару раз остановился, чтобы потеребить клитор. Когда его член начал подрагивать у неё во рту, он вытащил из неё пальцы. — Стой, иди сюда. Губы Гермионы почти онемели, челюсть болела, и она была рада, что теперь они займутся чем-то другим, хотя мысль о том, чем именно, вызывала у неё тревогу. Фред развернул её, и она почувствовала, как член упирается ей в спину. Они оба стояли на коленях, и он легонько надавил ей между лопатками. — Встань на руки и колени, но приподними задницу. Гермиона замерла. — Всё в порядке. Ты невысокая, поэтому это лучший способ. Поверь мне. Поверь мне. Вот почему она выбрала Фреда, а не кого-то безопасного, вроде Невилла, или полного придурка, вроде Кормака. Потому что она могла ему доверять и считала, что он знает, что делает. По крайней мере, она надеялась на это. Гермиона глубоко вздохнула и уперлась руками в пол. Закрыла глаза. Наверное, он сейчас пялится на неё. Фред поправлил её позу, надавливая на верхнюю часть тела и раздвинул её колени. Он прижался к её промежности, и Гермиона ещё сильнее зажмурилась, разрываясь между смущением и нарастающим возбуждением. Когда он вошёл в неё, она сильно напряглась. Фред провёл рукой по спине девушки и легонько похлопал по бедру. — Всё в порядке. Я с тобой. Просто расслабься, иначе ничего не получится. Ощущения были непривычными. Он заполнял собой то место, о котором Гермиона раньше и не подозревала. Когда Фред проникал всё глубже, ей было немного некомфортно, и она чувствовала жжение. Но это жжение приносило удовольствие, чего она никак не ожидала. Она думала, что после разрыва девственной плевы боли быть не должно, но большой размер члена всё равно ощущался. Гермиона ахнула, когда Фред вошёл ещё глубже и одновременно сжал её бёдра, притягивая к себе. — Ах, — простонала она. — Хороший «ах» или плохой «ах»? — спросил Фред. Она сглотнула и задумалась. — Хороший? — М-м-м. Что-то не похоже. Давай я попробую ещё раз. Фред полностью вышел из Гермионы, затем снова вошёл и вдалбливался, вдалбливался, вдалбливался, пока она не взвыла. — Хороший «ах»? — Да, — сдавленным голосом ответила она. Он сильно шлёпнул её по бедру, и Гермиона приподнялась, сжав ягодицы. — О-о-о, действительно хороший «ах». — Продолжай в том же духе. — Фред ударил больнее. — Только не напрягай мышцы спины и сожмись вокруг меня как можно сильнее. Гермиона изо всех сил напрягала мышцы, но её усилия явно не приносили желаемого результата. Фред склонился над ней, почти обнимая. — Тебе предстоит ещё очень много зубрёжки, мисс Грейнджер, — промурлыкал он ей на ухо. — Ты не собираешься больше двигаться? Он потёрся щекой о её спину, и его щетина задела кожу. — Я сделаю это через минуту, но тебе нужно потренироваться. — Его рука скользнула вниз по её боку и ущипнула за бедро. — Снова. Гермиона изогнулась, и он хмыкнул: — Уже лучше. Фред вернулся в прежнее положение и немного отодвинулся, а затем толкнулся внутрь. Гермиона ахнула, когда он прижался к ней по самые яички. Затем он увеличил темп, и она стала хныкать от такого жёсткого ритма. Она чувствовала какое-то странное и едва уловимое ощущение. Гермиона крепко зажмурилась, пытаясь расслабиться и насладиться моментом, но это «что-то» продолжало ускользать. — Ты кончаешь? — спросил Фред хриплым от напряжения голосом. — Я… я не знаю, — промычала Гермиона. Он подался тазом вперёд и толкнулся глубже и резче. Она застонала. Он полностью вышел, и Гермиона, вздрогнув, оглянулась на Фреда. — Иди сюда, — он присел на корточки, поманил девушку, устроился на табурете у стены и похлопал себя по ноге. Гермиона с трудом встала и повернулась к нему. — Перекинь через меня ногу, теперь другую. — Он притянул её ближе к себе. — Выше. Держи меня за плечи. Вот так. Гермиона открыла рот, чтобы спросить, что же они будут делать дальше, но Фред обхватил губами её правый сосок. Она тихо заскулила, и он приподнял её левую ногу, помогая насадиться на член. Если раньше его размер был некой проблемкой, то теперь он казался просто огромным. Гермиона оперлась на плечи Фреда и попыталась лучше контролировать свой спуск. Она вспомнила о бабочках на булавках, которые хранились в витрине местной библиотеки в её детстве, и задалась вопросом, заставляли ли их прикалывать себя, как это делает он сейчас. Какая странная и иррациональная мысль… Фред приобнял Гермиону за талию, и она положила руку на его бицепс, чувствуя, как мышцы напрягаются и пульсируют под её пальцами, словно живой камень. Он действительно был огромным во всех смыслах. Почему она не замечала этого раньше? Он убрал её ногу со своего бедра и прижал к себе ещё ближе. Её киска стала ощутимо сжиматься, чтобы полностью принять его. Между тем Фред сильнее втянул сосок, и теперь его рот охватывал уже половину груди волшебницы. Он поймал её взгляд и похотливо обвёл сосок. Гермиона закрыла глаза и почувствовала, как из неё медленно вытекает смазка в ответ на эту ласку. Фред одобрительно хмыкнул и принялся дразнить клитор свободной рукой. Она не знала, что делать со своими руками, кроме как вцепиться в его плечи, чтобы удержаться, пока он снова и снова входил в неё. — М-м-м, чёрт, — пробормотал Фред, не отрываясь от груди. Он снова слегка прикусил её, затем пососал. Ощущения, вдобавок ко всему остальному, были ужасно невыносимыми. Он с пошлым хлопком отпустил грудь изо рта и обхватил Гермиону за талию обеими руками. — Позволь себе почувствовать это, Гермиона, — прошептал он ей на ухо. Она вздрогнула, когда он прикусил мочку. — Почувствуй, как я тебя трахаю в самый первый раз. Почувствуй мой член — самый первый — внутри себя. Тебе приятно? Гермиона застонала и прильнула к парню вплотную. Его слова слегка смутили её, и она покраснела. Фред снова просунул руку между ними, чтобы подразнить клитор. Его таз подпрыгивал и врезался в неё сильнее, сильнее, и сильнее. Она вскрикнула. Это было уже чересчур. — Кончи для меня, Гермиона. Ты обещала сделать то, что я сказал, так что кончи. Я приказываю тебе. Её разум раскалился, когда тепло окутало её, словно одеяло, дрожащее по краям и подавляющее все её чувства разом. Гермиона тяжело задышала, прижавшись к Фреду. Его лицо было каким-то свирепым, а глаза — так близко к её. Она притянула его к себе и страстно поцеловала, позволив поглотить все рвущиеся наружу крики. Его член внутри стал невероятно большим, Фред ещё раз усадил её на себя и помог достичь финала пальцами. Их соки смешались и липкой струйкой потекли по бедрам Гермионы. Один толчок, два, три. Затем член обмяк и выскользнул наружу. Фред устало выдохнул ей в рот и обхватил ладонями её щёки, увлекая девушку в более медленный поцелуй. — М‑м‑м, блять, женщина… Это было чертовски лучше, чем дрочить в одиночестве. Но ты, конечно, заставила меня потрудиться ради такой награды. Гермиона смутилась и не знала, куда деть взгляд, поэтому уткнулась лицом ему в плечо. Фред несколько минут поглаживал её спину своими большими руками — мозоли приятно покалывали кожу, и постепенно она расслабилась в его объятиях. — Целоваться тоже весело, не так ли? Разве я тебе этого не говорил? В поцелуях нет ничего плохого, — он неожиданно шлёпнул её по ягодицам. Гермиона вздрогнула и в ответ больно укусила его за плечо. — Ай! Осторожнее! Она игриво укусила чуть сильнее. — Это за то, что шлёпнул меня по заду, — ответила Гермиона, болтая ногами и задевая ими стену. — О‑о‑о, дерзкая ведьма, — протянул Фред и крепко сжал её ягодицы, отчего она не сдержала вскрика. Гермиона тут же прикусила его за другое плечо, и он резко втянул воздух. — Продолжай в том же духе — и я снова буду готов к бою. — Наверное, нам стоит одеться, — тихо сказала она, кокетливо взглянув на него из‑под ресниц. Обычно этот жест её раздражал, когда так делали другие девушки, но сейчас он казался совершенно естественным. — И к чему такая спешка? — спросил Фред. — Нечего делать, кроме как готовиться к свадьбе Билла и Флегмы? — Как бы нам ни было весело, мне нужно кое-что сделать и принять душ. — Мне тоже. Можешь потереть мне спинку, а я тебе… — Фред вдруг провёл рукой по её бедру и погрузил палец в её влажную киску. — Я правда думаю… ох… — Гермиона закрыла глаза, слегка пошатнулась и ухватилась за его плечо, чтобы не рухнуть. На этот раз Фред быстро довёл её до оргазма. Он впился губами в её сосок, пока она, захлёстнутая волной блаженства, изливалась на его пальцы, запутывая руки в его густых рыжих волосах и прижимая его лицо ближе к своей груди. Когда новая волна накрыла её, внутренний голос подсказал, что она слишком громко стонет. К тому же ей было больно — но эта боль странным образом была восхитительной. Фред поудобнее устроил её в объятиях и убрал руку, заменив её своим членом, который уже снова был готов к продолжению. Когда он соединил их, Гермиона не была уверена, хочет ли она так скоро повторить всё снова, — и всё же в тот же миг ощутила, как её охватывает жажда почувствовать его глубоко внутри. Возможно, это и правда была не самая удачная идея. Она никак не рассчитывала на такой уровень… зависимости? Желания? — К‑к‑как ты так быстро снова готов… — прошептала она, крепче сжимая его волосы. — В книгах, которые я читала… Единственным ответом было движение его бровей. Он наклонился и прикусил кожу на шее Гермионы. Она выгнулась, предоставляя ему больше доступа, и решила, что о возможных отметинах будет беспокоиться позже. — Я тоже люблю хорошие книги, — пробормотал Фред, — но в них, вероятно, не учитывали выносливость девятнадцатилетнего волшебника с огромным запасом нерастраченной сексуальной энергии. Он снова обхватил её за талию, задавая ритм — поднимая и опуская, всё сильнее возбуждаясь, когда она двигалась ему навстречу. Её веки затрепетали, и сквозь пелену удовольствия она смутно вспомнила, что нужно сжаться вокруг члена. — Хорошая новость, — одобрительно зашептал ей на ухо Фред и оставил укус на ключице. Гермиона вздрогнула от удовольствия. — Я теперь смогу продержаться намного дольше и проделать парочку забавных вещей. — А я вот не уверена, что смогу. Мне становится больно. — М‑м‑м… Напомни мне потом дать тебе нашу мазь от синяков. Я помогу её втереть. Он несколько раз провёл по клитору кончиком ногтя и Гермиона едва не задохнулась. Снова и снова она сжимала бёдра и внутренние мышцы. Усталость уже давала о себе знать, но было неимоверно приятно, чтобы остановиться прямо сейчас. — Доведи меня до оргазма, пожалуйста… У тебя отлично получается. Фред распустил её пучок — волосы рассыпались по спине и груди. Затем прислонился затылком к стене. — Уже устал? Фред приоткрыл один глаз и лениво улыбнулся: — Просто наслаждаюсь видом. У тебя красивые сиськи. Гермиона прикусила губу, сдерживая желание снова его поцеловать. Вместо этого она положила руки ему на грудь и ущипнула за сосок. Фред вздрогнул и подался вперёд, а она с трудом удержалась на месте. — Ого, вот это нечестный поворот! Гермиона ухмыльнулась и хотела снова ущипнуть его, но он перехватил её запястья и завёл их ей за спину. Она на мгновение окаменела, не до конца понимая, нравится ли ей эта беспомощность, и попыталась вырваться. — Пожалуй, я подержу тебя так минутку, — пробормотал Фред. — Не щипай меня за соски. — Ты ущипнул меня за грудь, — Гермиона пожала плечами и опустилась ниже, насаживаясь на член. — Да, но мне самому это не нравится. Он обхватил её левую грудь и ущипнул за сосок. — А вот дразнить тебя — нравится, — Фред наклонился вперёд и поймал сосок ртом. — Очень нравится. Гермиона откинула голову назад. Сцепленные вместе и сведённые за спиной запястья придавали её позе странное, но волнующее ощущение— словно она одновременно и уязвима, и свободна. Фред зарычал и начал неистово и жёстко вдалбливаться. Она почувствовала, как эти необъяснимые волны вновь начинают затапливать сознание. Он посасывал её сосок, кружа по нему языком, потом слегка прикусил, со стоном прижал её к себе — и выпустил грудь изо рта. В какой-то момент Гермиона забыла, как дышать, и теперь судорожно ловила воздух. Она была так близко, так невыносимо близко к разрядке. Его член внутри неё снова набух, задвигался быстрее, а потом замер. Фред со стоном кончил, сделал ещё несколько плавных движений, расслабился и вышел из девушки. Гермиона закусила губу и изогнулась, отчаянно пытаясь поймать ускользающую волну оргазма. Она заскулила, вырвалась из его хватки и притянула к себе его лицо. Лёгкая щетина Фреда царапала её губы и щёки. Его пальцы не сбавляли жёсткий темп — слишком быстро, просто невыносимо быстро. Она не могла этого вынести, но он продолжал: теребил, потягивал, поглаживал. Молния пронзила все её конечности, и она прикусила его губу. Он укусил в ответ, втянул воздух и надавил сильнее, быстрее дразня большим пальцем. Гермиона потеряла счёт времени, растворилась в ощущениях, будто пространство вокруг перестало существовать. Через несколько мгновений он убрал руку, в последний раз огладив клитор большим пальцем, — и мир внезапно вернулся. Она судорожно выдохнула, а потом опустила подбородок ему на макушку, чтобы перевести дыхание. Их тела были мокрыми и скользкими от пота; его волосы прилипли к её подбородку. Она ощутила, как он что‑то пробормотал ей в грудь. — Что? — Гермиона чуть отодвинулась от него, чтобы лучше слышать. — Я спросил, было ли это весело? — Очень. — Готова повторить? — Фред скривил губы в лёгкой ухмылке. — Не думаю, что даже ты на такое способен, — она закатила глаза и легонько толкнула его в грудь. — Я уж точно пас. И, по-моему, ты только что установил недостижимый стандарт для моих будущих любовников. Теперь он ухмыльнулся во весь рот. — Возможно, тебе стоит как-нибудь зайти во «Вредилки», чтобы я тебя обслужил. Я отполирую твою... обувь, а потом ты сможешь отсосать мне. Справедливый обмен. Она рассмеялась и пошевелила ногами, еще немного отодвигаясь, чтобы разглядеть его получше. Ей действительно не хотелось, чтобы это заканчивалось. Ей нравилось быть рядом с ним, а чердак казался уютным коконом, отдельным миром, отрезанным от всего остального. Когда она откроет дверь, придётся снова бороться с надвигающейся тьмой. А здесь солнце лилось в окно, играло в его волосах и танцевало на веснушках, рассыпанных по его носу. Она хотела запомнить этот миг. Запомнить его. Облизнув губы, Гермиона вдруг опустила взгляд и провела пальцем по дорожке волосков на его животе — вплоть до самого пупка. Она станет единственной, кто сохранит это в памяти. Иначе рисковать было нельзя: одна оплошность — и они оба станут уязвимыми. — Что такое? — Ничего, — Гермиона тряхнула головой, отгоняя мрачные мысли. — У тебя в аптечке есть мазь от синяков? — Неа. Мама свято верит, что мазь от Локонса лучше нашей, вот и покупает только её. Ни хрена не работает, что неудивительно. Придётся потом поискать для тебя что‑нибудь подходящее. Мы с Джорджем пока будем жить в комнате с Ронни и Гарри до свадьбы, а потом вернёмся к тёте Мюриэль, пока не откроем свой магазин вновь. — Тогда попрошу тебя об этом позже. Не думаю, что без мази смогу нормально ходить. Гермиона хлопнула его по груди, когда он расхохотался. — Не смейся! — она погрозила ему указательным пальцем. — Позже я покажу тебе, что с ним делать, — он поймал её палец своей рукой. Она озадаченно посмотрела на свой палец, потом снова на парня. — Когда будешь думать обо мне поздно ночью, — пояснил он. — Ты слишком высокого мнения о себе, — Гермиона закатила глаза. Но, возможно, он был прав. Фред широко ухмыльнулся, а она усмехнулась в ответ: — Хотя, наверное, и правда так и будет. — Ну что, хорошо провели время? — поинтересовался Фред. — Определённо. Спасибо. — Всегда пожалуйста. Она поймала его взгляд и на мгновение замерла, не в силах отвести глаза. Его глаза были голубовато‑зелёными, но тёмными как океан. Не ледяными и не холодными, а тёплыми. Гермиона прикусила губу и поспешно отвернулась. Окситоцин творил своё дело, но она твёрдо решила не поддаваться этому чувству. Слезть с него оказалось не так просто: некоторые части её тела, не привыкшие к столь энергичным нагрузкам, протестовали. Но она упрямо, хоть и с трудом, преодолела эти три фута до своей одежды и начала одеваться. Ох, как же ей хотелось помыться… Но впереди ещё столько дел. Натянув рубашку, она обернулась и увидела, что Фред по‑прежнему пялиться на неё. Он ещё не сделал ни шага, чтобы одеться, и она невольно позволила себе полюбоваться его фигурой. Гермиона никогда не была из тех, кто разглядывает мужчин, как Лаванда и Парвати, но его чистая, истинная мужская красота завораживала. Когда он был одет, она не замечала как он был хорош. Его кожа была тронута веснушками, светлая — за исключением плеч и предплечий. Он был крепко сложен, мускулист, но не выглядел как перекаченная модель с обложки журнала. Его бёдра были мощными, сильными, руки — такими же. Раскинувшись на табурете, он напоминал какого‑то греческого бога. Странно, что все эти годы она не разглядывала его так пристально. Её взгляд скользнул вниз, к его длинным пальцам на ногах, а затем снова поднялся вверх. — Нравится то, что видишь? — спросил Фред, слегка потрясывая ногой. Гермиона кивнула: — Да, очень. На тебя приятно смотреть. — Спасибо. На тебя тоже. Она неловко пожала плечами и подняла с пола палочку — та лежала рядом с носками. Торопливо натянула их, балансируя сначала на одной ноге, потом на другой. Снова прикусила губу, о чём‑то задумавшись. — Можешь ещё раз показать мне то заклинание? Хочу убедиться, что всё запомнила правильно. — Она взглянула на него из‑под чёлки и в очередной раз поправила носок. Фред склонил голову набок, внимательно её разглядывая. — Да, — медленно согласился он. Фред наконец встал и принялся искать свои вещи. Он шарил в поисках палочки, а Гермиона виновато сглотнула. Он поднял взгляд и всё ещё обнажённый шагнул ближе. Она невольно отступила на полшага, но тут же взяла себя в руки. Пальцы её крепко сжимали палочку, опущенную вдоль тела. Фред не сводил с неё глаз, пока она изо всех сил старалась не ёрзать под этим взглядом. Он тяжело вздохнул и, подойдя, взял её за руку, мягко вынимая древко из её хватки. Губа у неё задрожала, и предательская слезинка скользнула по щеке. — Разве контракта недостаточно? — спросил он. Гермиона едва заметно покачала головой, с трудом сглатывая — во рту вдруг стало сухо. — Пожалуйста, позволь мне сделать это. Так будет безопаснее для Гарри, безопаснее для тебя. Если тебя когда‑нибудь поймают… Фред шагнул ещё ближе, и она вздрогнула, судорожно втягивая воздух, но постаралась стоять ровно. — Я могу за себя постоять. К тому же вряд ли Пожирателям смерти есть дело до того, с кем ты спишь. Ты что, мне не доверяешь? Гермиона крепко зажмурилась и на этот раз яростно замотала головой: — Этого недостаточно. Ты не понимаешь… Этого недостаточно. Фред крепко, но не грубо обхватил её за плечи, и она распахнула глаза, подняв взгляд. Его лицо было совсем близко, взгляд — строгим. — Ты не можешь просто кидаться Обливиэйтом направо и налево, чтобы защищать людей. Это так не работает. Но она сделала это. Родители. Соседи‑маглы. Пожилая пара, что жила через дорогу и которые присматривали за ней, когда родители задерживались на работе. Почти каждый день она сидела у них на диване и листала старые книги. А теперь они её не помнят. Уехали на Мальдивы. Соседи отправились на Майорку, а её родители… Гермиона прижала ладонь ко рту, заглушая всхлип, и до боли прикусила пальцы. Повернувшись спиной к Фреду, она пыталась подавить рыдания. — П‑просто позволь мне сделать это. Пожалуйста. Так будет намного безопаснее для всех. Фред развернул её обратно к себе. Его лицо оставалось непривычно строгим, но в глазах плескалось глубокое сочувствие. — Нет. Всего одно слово. Он сказал «нет», и она… смирилась. Это была плохая идея. Эгоистичная. Глупая. — Ты… — Фред запнулся, явно пытаясь собраться с мыслями. — На кого ты наложила Обливиэйт? Она покачала головой и попыталась выхватить палочку. Попытка вышла жалкой, и он легко её пресёк. — На кого? Гермиона всхлипнула — теперь она уже не сдерживала слёз. — Соседи. Родители. Я отправила их очень далеко. Они не знают, кто я. У них никогда не было дочери по имени Гермиона Грейнджер. Она ждала, что Фред осудит её, отшатнётся в ужасе, назовёт всеми теми словами, которыми она сама себя клеймила. Но вместо этого он притянул её к себе, крепко прижав к груди, и провёл ладонью по спине. Рыдания, душившие её, вырвались наружу. Она обхватила себя руками, не отвечая на объятия и чувствуя себя бесконечно маленькой, но впервые за долгое время не совсем одинокой.