Система я в няньки не нанимался

      Пять минут в комнате стояла полная, оглушительная тишина, нарушаемая лишь едва слышным шуршанием бамбуковых листьев за запертым окном. Фэн Чжаоинь молча пила чай, ловя каждую секунду этого внезапного покоя, а Дунфан Сяньюнь сидел, подперев кулаком щеку, и напряжённо думал. Перед его глазами в этот момент со свистом прокручивались бесконечные ячейки системного инвентаря. Он лихорадочно подсчитывал ресурсы, артефакты и возможные риски.       Наконец, Сяньюнь с тихим вздохом опустил руку и посмотрел на женщину.

— В общем, Чжаоинь, я подумал, —

      Серьёзно заговорил он, подавшись вперёд.

— У меня есть два предложения, как провернуть твой побег. Слушай внимательно и выбирай, что тебе ближе.

      Госпожа Лань отставила пиалу и вся превратилась в слух.

— Первое предложение, —

      Сяньюнь загнул один палец.

— Я могу дать тебе пилюлю мнимой смерти. Твоё дыхание остановится, пульс пропадет, тело похолодеет — даже самый дотошный лекарь Гусу Лань признает тебя мертвой. Я дождусь похорон и тайно выкраду тебя из погребальной ниши до того, как действие лекарства закончится. Но... —

      Дунфан недовольно поморщился,

— Этот план долго реализовать. Я не могу надолго оставлять своего младшего сына одного в Безночном Городе.

      При упоминании Вэй Ина у Сяньюня внутри всё болезненно сжалось.

— «Проклятая Система!» —

      Мысленно, со злостью выругался он.

— «Выдернула меня посреди ночи, я даже записку оставить не успел! Малыш проснётся в чужом огромном ордене, а мамы рядом нет…Мне нужно вернуться как можно скорее».—

— А какое второе предложение? —

      Тихо спросила Чжаоинь, заметив, как помрачнел её спаситель.

— Второе предложение более быстрое, но рискованное, —

      Сяньюнь загнул второй палец.

— Я могу создать твоего клона. Он займёт твоё место, а ты уйдёшь со мной прямо сейчас. Клон будет выглядеть точь-в-точь как ты, дышать как ты, но… я делаю их далеко не так безупречно, как один мой… знакомый.

      В этот момент перед мысленным взором Сяньюня с пугающей чёткостью восстал образ из прошлой жизни: высокий мужчина с длинными зелёными волосами и пронзительными, яркими золотыми глазами. Сердце Сяньюня сделало болезненный кульбит, по спине пробежали неприятные мурашки. Он резко, судорожно замотал головой из стороны в сторону, словно пытаясь физически вытряхнуть это воспоминание из черепной коробки.

—«Нет-нет-нет, даже думать о нём сейчас не хочу! Забудь, это в прошлом!»—

      Справившись с секундным наваждением, Сяньюнь сглотнул горький ком и поспешно продолжил, возвращаясь к теме:

— В общем, мой клон — штука хрупкая. Он проживёт очень недолго. План сработает только в том случае, если твою «смерть» слуги ордена заметят практически сразу. Нужно, чтобы они подняли тревогу, зафиксировали кончину и быстро тебя… то есть, твоего клона похоронили. Если они затянут с погребением хотя бы на полдня, духовное тело клона просто развеется дымом прямо у них на глазах. И тогда пиши пропало — весь обман раскроется, поднимется такой шум, что нас из-под земли достанут.

      Фэн Чжаоинь нахмурилась, обдумывая его слова. Её пальцы крепко сжали край стола.

— Сразу заметят, говоришь?.. —

      Чжаоинь подняла на него решительный взгляд.

— Каждое утро, на самом рассвете, ко мне приходит служанка. Приносит завтрак и проверяет моё состояние. Старейшины ордена заставляют её делать это, потому что боятся, что я сбегу или наложу на себя руки. До рассвета осталось чуть больше двух часов. Если мы оставим клона прямо сейчас, она обнаружит «тело» немедленно.

— О, это идеальный тайминг! —

      Золотые глаза Сяньюня снова весело блеснули.

— У Гусу Лань ведь культ дисциплины, они всё делают строго по часам? Значит, служанка не опоздает ни на минуту. А хоронят они усопших обычно быстро, без лишней помпезности, их правила не любят долгих стенаний. Клон продержится до погребения в землю.

— Тогда давай выберем второй вариант, Сяньюнь, —

      Чжаоинь поднялась с колен, расправляя свои помятые одежды. Её голос больше не дрожал, в нём появилась твёрдость свободной женщины.

— Я не хочу заставлять твоего маленького сына оставаться в одиночестве. И я не хочу оставаться в этом доме больше ни одной минуты. Если клон может забрать мою клетку вместо меня — пусть забирает.

      Сяньюнь понимающе кивнул, его лицо стало предельно сосредоточенным. Шутки кончились — на кону стояла жизнь человека и покой его собственного ребёнка.       Он прикрыл глаза, изо всех сил пытаясь раскопать в памяти те крупицы знаний, которые, казалось, остались в прошлой, безвозвратно утерянном. Сяньюнь постарался вспомнить старые, пожелтевшие от времени свитки по созданию клонов, которые когда-то, в далёкие и светлые времена, с лёгкой улыбкой показывал ему один зеленоволосый знакомый. Тогда Сяньюнь не обращал на это особого внимания, но сейчас каждая деталь, каждое движение рук, описанное в тех свитках, всплывало в его голове как спасительный круг.

—«Так, главное — не ошибиться в пропорциях духовной энергии и материальной основы», —

      Мысленно приказал себе Сяньюнь.       Он снова открыл перед собой полупрозрачное меню системного инвентаря, быстро пробегаясь глазами по ячейкам с редкими ресурсами. Проверив наличие всех необходимых материалов, Сяньюнь начал бережно и методично доставать их один за другим. На чайный столик и пол легли редкие духовные нити, особая глина, запечатанный воск и пара чистых талисманов для удержания остаточной ауры.       Сяньюнь глубоко вздохнул, маскируя всплеск собственной мощной энергии золотого ядра, и зашевелил пальцами. Он начал кропотливо, сантиметр за сантиметром, соединять материалы между собой, старательно вылепливая и сотворяя из них точную копию человека. Под его чуткими пальцами бездушные заготовки постепенно начали обретать очертания хрупкого женского тела, в точности повторяя рост, силуэт и даже черты лица замершей от благоговения Фэн Чжаоинь. На лбу Дунфана выступили капли пота — создание клона, требовало колоссальной концентрации.       Спустя полчаса напряжённой, ювелирной работы Сяньюнь наконец опустил руки и тяжело, устало выдохнул, утирая пот со лба широким белым рукавом. Духовные нити погасли, воск застыл, и на полу, бережно уложенная на подушки, осталась лежать точная копия Фэн Чжаоинь. Клон выглядел пугающе живым — бледная кожа, растрёпанные чёрные волосы, даже капли крови у рта, которые Сяньюнь заботливо воспроизвёл для достоверности картины. Его грудь не двигалась, создавая полную иллюзию того, что женщина только что испустила дух от истощения.

— Фух... Ну, кажется, получилось, —

      Негромко, позвал Сяньюнь, делая приглашающий жест рукой.

— Чжаоинь, подойди, взгляни. Ну как? Похожа?

      Фэн Чжаоинь, которая до этого стояла в дальнем углу комнаты, едва смея дышать, медленно подошла ближе. Стоило ей опустить взгляд на пол, как она испуганно отшатнулась, прижав ладонь к губам. Её светлые глаза округлились от шока.

— Небеса... —

      Прошептала она, и её голос задрожал.

— Это... это невероятно. Сяньюнь, это пугает. Я словно смотрю на собственное мёртвое тело со стороны. Каждая черточка, каждый волосок... Как тебе удалось сотворить такое без тёмного колдовства?

— О, никакого демонического колдовства, только чистая ловкость рук, пара древних свитков и редкие материалы, —

      Сяньюнь слабо улыбнулся, стараясь говорить непринуждённо, хотя внутри у него всё ещё сидел неприятный осадок от воспоминаний об этой техники.

— Я же говорил, что я талантливый торговец. У меня в запасе много уникальных штучек. Главное — служанка на рассвете точно ничего не заподозрит. Она увидит то, что старейшины Лань и так ожидали увидеть: несчастная узница не выдержала тоски и болезни.

      Чжаоинь медленно опустилась на корточки перед своей копией, несмело протянула руку и коснулась её плеча. Клон был холодным, как настоящий труп.

— Значит, для всего мира Фэн Чжаоинь, Госпожа Лань, умрёт сегодня ночью... —

      Тихо, словно пробуя свободу на вкус, произнесла она. А затем подняла взгляд на Сяньюня, и в её глазах промелькнула внезапная тревога.

— Но Сяньюнь, ты уверен, что тело не исчезнет слишком рано? Ты ведь говорил, что твои клоны неидеальны. Что, если они не успеют похоронить его до того, как клон рассеется?

— Не переживай, я заложил в этот каркас достаточно стабильной духовной энергии, —

      Уверенно ответил Сяньюнь, подбоченившись.

— День у нас точно есть. Твоя служанка придёт на рассвете, поднимет панику. Пока придут лекари, пока сообщат Цинхэн-цзюню или Лань Цижэню... Орден Лань не станет устраивать пышное прощание для «преступницы», которая убила их старейшину. Они постараются предать тело земле как можно тише и быстрее, чтобы замять этот старый позор. Так что клон успеет оказаться в могиле до того, как разрушится.

— Лань Цижэнь... —

      Чжаоинь горько вздохнула, поднимаясь на ноги.

— Он хороший младший брат, но слишком правильный. Он будет строго следовать ритуалам. Ты прав, задержек не будет. Они похоронят меня до полудня.

— Вот и отлично! Меньше свидетелей — меньше проблем, —

      Сяньюнь весело подмигнул ей, хотя в голове у него уже вовсю тикал внутренний таймер.

—«Так, Система, контракт выполнен, барышня спасена, »—

      Мысленно обратился он к синему экрану.

— «Давай, возвращай меня обратно, пока Вэй Ин не проснулся».—

【 Пип! Квестовое задание выполнено успешно. Режим обратной телепортации активирован. Обратный отсчёт: 5... 4... 】

— О, ну хоть тут ты сработала быстро, консервная банка! —

      Вслух воскликнул Сяньюнь, хватая удивлённую Чжаоинь за руку.

— Что? Что происходит? —

      Успела испуганно спросить она.

— Не бойся, крепче держись за меня, Чжаоинь! Мы возвращаемся к моему сыну! —

      Улыбнулся Сяньюнь.       Пространство вокруг них снова закрутилось, комната с зарослями горечавок за окном растаяла в синей вспышке, унося их прочь из Облачных Глубин.       Синяя вспышка погасла, оставив их посреди огромной, богато убранной гостевой комнаты Безночного Города. Тишину нарушало лишь мерное, спокойное сопение.       Первым делом Дунфан Сяньюнь, наплевав на всё остальное, бросился к широкой кровати под шёлковым балдахином. Он облегчённо выдохнул: маленький Вэй Ин всё так же мирно спал, уткнувшись носом в подушку и крепко обнимая свой новый деревянный меч. Малыш даже не пошевелился.

—«Слава богам, не проснулся», —

      Мысленно перекрестился Сяньюнь, чувствуя, как колоссальное напряжение отступает.       Он развернулся и перевёл взгляд на Фэн Чжаоинь. Женщина стояла посреди роскошных комнат ордена Вэнь, растерянно озираясь по сторонам и всё ещё не до конца понимая, как за долю секунды преодолела тысячи ли. Сяньюнь прикусил губу, лихорадочно размышляя, что теперь с ней делать: Безночный Город — место опасное, кругом стражники Жоханя, а у него на руках неопознанная беглянка из Гусу.       В этот момент прямо перед его носом настойчиво замигал синий экран.

【 Пип! Напоминание Хосту: Текущий уровень приличия снижен на 40%. Долго ли Хост планирует расхаживать перед спасённой благородной дамой в одних нижних одеждах и с растрёпанными волосами? Пожалуйста, соблюдайте базовый этикет. 】

      Сяньюнь опустил взгляд на себя и его лицо мгновенно вспыхнуло пунцовым цветом. Белоснежное тонкое исподнее ханьфу, ни единого наплечника, ни пояса — он выглядел так, будто только что вылез из постели (в общем-то, так оно и было).

— Ой! —

      Сяньюнь испуганно отшатнулся, смешно замахав руками, и виновато посмотрел на Чжаоинь.

— Госпожа Фэн, тысяча извинений! Простите великодушно за мой неподобающий вид! Эта проклятая... кхм, обстоятельства были такими внезапными, что даже одеться толком не успел!

      Чжаоинь от неожиданности мягко округлила глаза, а затем тихо, прикрыв рот ладонью, искренне рассмеялась. Напряжение, сковывавшее её после побега, окончательно растаяло.

— Всё в порядке, Сяньюнь. После того как ты спас мне жизнь, твои одежды — последнее, о чём я думаю, —

      Мягко ответила она.

— Я сейчас, я мигом! Располагайтесь пока в кресле! —

      Затараторил Сяньюнь и, подхватив полы нижнего халата, позорно и быстро убежал прятаться за деревянную ширму, чтобы поскорее вернуть себе облик изысканного и величественного торговца.       Спрятавшись за ширмой, Сяньюнь принялся лихорадочно приводить себя в порядок. Надевая многослойный небесно-бирюзовый наряд, затягивая синий пояс и закрепляя золотые наплечники, он вдруг замер. Какая-то мимолётная мысль заставила его открыть системный инвентарь и заглянуть в самые старые, глубокие ячейки.       Пролистывая скопившиеся за годы вещи, он наткнулся на один комплект, который бережно хранился в архиве. Это была награда от Системы, полученная в те далёкие времена, когда он заботился только об одном маленьком, буйном Ци Жуне. Нахлынувшие воспоминания о том, как он, паникуя и совершая кучу ошибок, учился быть «матерью» для одного-единственного капризного малыша, заставили Сяньюня мягко, ностальгически улыбнуться.

— Как же это было давно… —

      Тихо, с едва заметным вздохом произнёс он.       Быстро извлекая нужные предметы из инвентаря, Сяньюнь аккуратно расправил плотную ткань. Это было строгое, но невероятно изящное чёрное ханьфу, скроенное так, чтобы не стеснять движений в бою. А к нему прилагалась белая серебряная маска, выполненная в форме бабочки с тонкими, ажурными прорезями.       Выйдя из-за ширмы уже в своём привычном, величественном облике, Сяньюнь бережно перекинул чёрные одежды через спинку кресла и протянул Фэн Чжаоинь маску.

— Госпожа Фэн, у меня созрел план маскировки, —

      С заговорщической улыбкой произнёс он, понизив голос.

— Предлагаю вам примерить это. Пока мы не покинем Безночный Город и не доберёмся до моего дома, вы можете сыграть роль моего личного наёмника. Если Жохань или стража спросят, я скажу, что вызвал вас для дополнительной защиты в дороге. Маска скроет ваше лицо, а чёрные одежды идеально подойдут для телохранителя.

      Фэн Чжаоинь удивлённо коснулась пальцами прохладного серебра маски, рассматривая её тонкую, ювелирную работу в форме бабочки, а затем перевела взгляд на качественный, дорогой шёлк ханьфу. В её светлых глазах мелькнуло искреннее восхищение.

— Сяньюнь… —

      Искренне удивилась она, аккуратно беря вещи в руки.

— Откуда у тебя с собой такое красивое ханьфу? И эта маска… Она выглядит как настоящее произведение искусства. Неужели ты всегда носишь с собой женские боевые наряды?

      Сяньюнь тут же неловко замахал руками и притворно, смущённо закашлялся в кулак, отводя взгляд в сторону:

— Кхм! Кхм-кхм!.. Ну, понимаете, Госпожа Фэн… Я ведь богатый торговец! В моём мешке Цянькунь скопилось так много самых различных товаров со всех уголков поднебесья, что я иногда сам забываю, что там лежит. Наткнулся вот случайно, вспомнил, что вожу с собой этот редкий заказ. Рад, что он пришёлся как раз кстати!

      Чжаоинь снова тихонько рассмеялась, прекрасно понимая, что её спаситель что-то недоговаривает, но расспрашивать не стала. Ей нравилась эта игра.

— Что ж, господин Дунфан, —

      Чжаоинь прижала чёрное ханьфу к груди и тепло посмотрела на него.

— В таком случае, ваш новый наёмник готов сменить облачение. Благодарю за заботу.

      Сяньюнь вежливо отвернулся, давая ей возможность переодеться за ширмой, а сам подошёл к окну, глядя на затихающий Безночный Город. До рассвета оставалось совсем немного, и скоро в Облачных Глубинах служанка обнаружит пустую клетку с клоном, а здесь, под крылом ордена Вэнь, начнётся новая, свободная жизнь Фэн Чжаоинь.

***

      Ближе к обеду у главных ворот Безночного Города царила суматоха. Огромная, роскошная повозка Дунфана Сяньюня, запряжённая парой крепких лошадей, стояла наготове. Сам Сяньюнь, сияя безупречной улыбкой в своём роскошном наряде, небрежно закидывал внутрь нарядные коробки, перевязанные золотыми лентами, и увесистые мешки с лучшим чаем и сладостями.       Рядом, скрестив руки на груди, стоял Вэнь Жохань, скептически наблюдая за тем, как быстро заполняется внутреннее пространство повозки.

— Дунфан, ты забираешь из моей резиденции столько добра, будто грабишь меня средь бела дня, —

       Притворно ворчал Глава ордена Вэнь.

— Мои казначеи до сих пор плачут над итоговыми цифрами контракта. Ты выбил скидку, которую я не давал даже старейшинам Цинхэ Не!

      Сяньюнь весело рассмеялся, поправляя наплечник и закидывая последний сверкающий свёрток.

— Ой, Жохань, прекрати этот плач. Твой орден станет только богаче от этих поставок! К тому же, я должен привезти своим старшим сыновьям достойные подарки, иначе они меня из дома не выпустят.

      Пока взрослые вовсю подшучивали друг над другом, чуть поодаль, у подножия каменной лестницы, происходило бурное прощание. Маленький Вэй Ин, наряженный в свой красно-чёрный халат, крепко прижимал к груди подаренный деревянный меч. Вокруг него стояли Вэнь Сюй и Вэнь Чао.

— Ну всё, Вэй Ин, —

      Важно произнёс Вэнь Чао, задрав нос, но в его глазах читалась явная грусть.

— Ты теперь умеешь правильно делать выпад. Смотри, не забудь мои уроки! А то приедешь в следующий раз, а я тебя снова одной левой одолею.

— Не одолеешь! —

      Звонко рассмеялся Вэй Ин, и его серые глаза озорно блеснули.

— Я буду тренироваться каждый день! Брат Сюй сказал, что у меня отличная скорость.

      Вэнь Сюй мягко улыбнулся и положил руку на плечо Вэй Ина, слегка потрепав его по волосам.

— Тренируйся прилежно. И слушайся отца. Слухи о Цишани не врут, мы суровый орден, но друзей принимаем со всей душой. Приезжай к нам почаще.

— Обязательно! Я обещаю, что буду приезжать к вам очень-очень часто! —

      Воодушевлённо закивал Вэй Ин, переводя взгляд с одного брата Вэнь на другого.

— Вы самые лучшие! Мы снова устроим войнушку во дворе и победим всех чудовищ!

      Неподалёку от повозки, словно тень, застыла высокая фигура в строгом чёрном ханьфу. Лицо незнакомки было полностью скрыто изящной серебряной маской-бабочкой. Она молча и внимательно наблюдала за детьми. Вэнь Жохань подозрительно взглянул и негромко спросил Сяньюня:

— А это что за молчаливая тень у тебя за спиной? Вчера её с тобой не было.

— Ах, это? —

      Сяньюнь непринуждённо отмахнулся, даже не моргнув глазом.

— Мой личный наёмник. Вызвал её через связных прошлой ночью. Дороги нынче неспокойные, нечисть лютует, а у меня полный мешок редких артефактов и маленький ребёнок на руках. Безопасность превыше всего!

      Жохань хмыкнул, всматриваясь в идеальную осанку «наёмника», но расспрашивать не стал — у богатых торговцев всегда свои причуды и свои тайные телохранители.

— Ну что, Вэй Ин, пора в путь! —

      Громко позвал Сяньюнь, оборачиваясь к мальчику.

— Нас ждёт долгая дорога домой!

      Вэй Ин в последний раз помахал рукой братьям Вэнь:

— До свидания, Вэнь Сюй! До свидания, Вэнь Чао! Я буду скучать!

      Малыш шустро подбежал к повозке, и Сяньюнь легко подхватил его на руки, усаживая внутрь на мягкие подушки прямо поверх коробок с сувенирами. «Наёмник» в маске бабочки бесшумно занял место на запятках повозки, готовый к путешествию в свою новую, неизведанную жизнь. Повозка тронулась, оставляя позади величественные огненные знамёна Безночного Города.

***

      Повозка плавно катилась по ухоженному тракту, приближаясь к цели их долгого путешествия. Места, куда они направлялись, когда-то были самой обычной, ничем не примечательной глушью. Но всё изменилось, когда много лет назад Дунфан Сяньюнь не пожалел золота и решил возвести здесь свою личную резиденцию.       Стоило его роскошному поместью вырасти среди живописных холмов, как в некогда тихую деревушку бурным потоком хлынули купцы, ремесленники и бродячие торговцы со всех уголков поднебесья. Каждому хотелось оказаться поближе к загадочному и невероятно богатому господину Дунфану, завязать с ним выгодные знакомства или хотя бы перехватить излишки его уникальных товаров. Вокруг резиденции закипела жизнь: выросли добротные постоялые дворы, зашумели пёстрые ярмарки, а сама деревушка превратилась в процветающее, богатое и очень известное поселение.       И вот, спустя неделю пути, колеса повозки зашуршали по чистой мостовой, ведущей прямо к высоким воротам из тёмного дерева, украшенным искусной резьбой и золотыми накладками. Масштабы поместья поражали: за высокими белокаменными стенами виднелись изящные многоярусные крыши павильонов, раскидистые кроны старых деревьев и аккуратные мостики через искусственные пруды.       Вэй Ин с восторгом прильнул к окну повозки, во все глаза рассматривая это великолепие, а Фэн Чжаоинь под своей серебряной маской бабочки тихо вздохнула, поражённая тем, как сильно это цветущее, живое место отличается от холодных и строгих Облачных Глубин.       Повозка остановилась у парадного входа. Дунфан Сяньюнь, так и светящийся гордостью и довольством, первым грациозно выбрался наружу. Его бирюзовые шелка красиво взметнулись на тёплом ветру. Он широко улыбнулся, картинно развёл руки в стороны и величественным, но полным весёлого гостеприимства голосом провозгласил:

— Ну вот мы и дома! Добро пожаловать в мою скромную обитель!

      Вэй Ин тут же высунул голову из повозки, заворожённо глядя на огромные двери, за которыми его ждала совершенно новая жизнь и знакомство со старшими братьями.