Мелодия дождя

Прохладный осенний вечер октября встречал своей дождливой, но такой комфортной и расслабляющей сейчас погодой. Стук быстрых, отрывистых мокрых капель, проходящийся по открытому настежь окну и звучавший где-то на фоне, сливался в одну неторопливую мелодию со стуком по клавишам клавиатуры, тускло подсвечиваемой томным алым светом, что так сейчас выделялся в полумраке пространства комнаты. Работа была почти завершена, оставаясь на этапе пары алгоритмов. Слабый свет монитора компьютера гладко ложился на острые черты лица, что было так бледно и расслаблено сейчас, выдавая лишь слабое задумчивое выражение. Изредка, по бледным узким губам, проходился разрезанный надвое язык, уже чисто из привычки облизывая их и порой чуть закусывая кончиками острых зубов. Тонкие изящные пальцы звонко стукнули по последним клавишам, завершая все то, на что было потрачено некоторое количество времени, что, разумеется, полностью стоило того. Откидываясь спиной на спинку стула и поправляя темные пряди шелковистых волос, слегка выбившиеся из слабой косы, Шэн вздыхает, снимая очки и потирая уставшие от экрана монитора глаза. В голове давно есть понимание того, что проводить столько времени за экраном может навредить зрению ещё больше и очень бы не хотелось, чтобы то упало ниже нынешних -5. —Когда-нибудь я отброшу коньки. - срывается с губ полушепотом, пока стул рывком легко раскручивается вокруг своей оси с чужого толчка. —Но не в этой вселенной. - улыбка расцветает на лице, растягивая уголки губ, чуть обнажая зубы. Так же без промедлений, как и в начале своего движения, стул останавливается, пока с него встают, подходя к окну, слегка щурясь от мокрых капель, летящих в лицо. Где-то вдали мелькает молния, разбавляя мелодию дождя тихим громом, пока глаза устремляются на фигуру под окном на заднем дворе. Человек, находящихся там и не спеша раскачивающийся на качелях, казалось бы, совсем не замечал дождя, свесив голову вниз, спокойно позволяя волосам, как и всему в целом, впитывать холодные капли, что сейчас так бодрили разум. Впрочем, обыденность этого вида уже совсем не удивляла, заставляя отстраниться от окна, пока за спиной открывается дверь, озаряя полюбившимся светом из спальни захламлённый кабинет, все вещи в котором были строго на своих местах, несмотря на огромный творческий беспорядок, проходя через который, раздаются чужие шаги. Юншэн оборачивается, тихо хмыкая, но совсем не препятствуя вторжению в свою территорию. Улыбка становится мягче, когда такие теплые руки обвивают талию, совершенно бережно, будто держа в руках хрупкий хрусталь, а не касаясь чужого худого тела. Губы невесомо касаются чужого лба Шэн, совершенно наплевав на то, что для лёгкого поцелую приходится склониться, касаясь носом макушки и зарываясь носом в мягкие черные волосы, полностью пропахшие запахом сигарет и карамельно-клубничными, отдающими нотками сладкого капучино духами, смешивая все это в один, такой особенный и давно привычный аромат, сводящий Юна с ума. Он отстраняется, заглядывая в темные глаза, смотрящие на него с долей усталости, своими, мягкими и глубокими карими, отдающими цветом коньяка. Шэн чуть фыркает, когда русые волосы спадают на лицо, тут же поспешно заправляя эту прядь супругу за ухо. —Работа? - бархатистый голос разносится по комнате, пока Исюань отстраняется, соскальзывая руками с чужого тела. Шэн кивает, чуть склоняя голову в бок, цепляясь за чужое лицо томными, совершенно неморгающими глазами. Рука опять тянется поправить собственные волосы, что растрепались от чужих прикосновений, тихо вздыхая и поддаваясь к двери, огибая чужую высокую фигуру, но слегка дёргая на рукав чужого свитера, зовя за собой. —На сегодня все, зайка. - Шэн выходит из комнаты, входя в спальню и вновь подходя к окну. —Знаешь, может, стоило прочитать ту новую книгу, совсем не удается найти на это минутку. Сюй Юн, наблюдая за тем, как мимо него проходят, хмыкает, подходя к окну и закрывая его на форточку. Ему стоит завтра протереть здесь подоконник и пол рядом с окном, нехорошо, всё-таки, разводить влагу. —Или может мне заняться чем-то другим? Не прерывая своих размышлений в слух, Юншэн открывает окно уже в спальне, совершенно никак не реагируя на только что закрытое в кабинете, Шэн садится на подоконник, продвигаясь к краю, свешивая ноги за его приделы, чуть покачивая ими и немного высовываясь наружу, уперевшись обеими руками в его края. При этом, холодная влага уже никак не беспокоила, полностью будучи проигнорированной. —Я планирую завтра до конца собрать тот аквариум, но несколько сомневаюсь в том, как точно сделать циркуляцию. Может, удастся разобраться с этим уже в процессе, как и хотелось изначально, но скорее всего это совершенная лотерея: либо все пройдёт идеально, либо придется все же прибегнуть ни к тому, что задумывалось изначально. - Вэньмин хмыкает, несколько резко откидываясь назад, спиной на подоконник, свисая с него и вверх ногами смотря на пространство вокруг. —Ты же завтра снова в лаборатории, да? Мне хотелось бы съездить за некоторыми вещами на днях, так что в среду я, может быть, немного займу твое драгоценное рабочее время, Ю-ю-юни! Эта болтовня не кажется Юну такой уж проблемой, пока мужчина молча слушает, совершенно будучи не против всего, что затевается. Он не боится за опасные действие, позу или резкие движения, даже не поводя бровью и лишь изредка кивая на фразы, которые так или иначе требовали ответа. Наверное. Просто быть рядом, слушая поток слов, было уже давней обыденностью, которая не нарушалась из года в год. Сейчас Исюань, сидя в кресле, совершенно спокойно складывает руки на коленях, наслаждаясь любимым и родным голосом, что очень уж ласкает слух. Он любил все в Шэн. Голос, амбиции, характер, некоторую дерзость и резкость, а самое главное было просто тем, что он привык принимать все таким, каким оно и было. Он просто был готов снести весь мир к ногам этого человека, чему бы ему это ни стоило. —В прочем, опустим сейчас аквариум. Все завтра - будет завтра. Не хочу сейчас. Юншэн поддается вперед, переворачиваясь сразу на ноги и подходя к мужу. Знание, что тот совершенно не против, даёт веский повод делать то, что вздумается в моменте. Хотя, в данный момент то, как Мин устраивается на чужих коленях, поджимая под себя ноги и делая довольную моську на то, как бережно руки мужа обнимают тело, что только больше аргументирует повод, чтобы прижаться к груди щекой, является скорее их вечерним ритуалом, чем мимолётной прихотью. —Ты знаешь, что я люблю тебя? - поддаваясь выше и чмокая мужчину в губы, Вэньмин возвращается в прошлое положение, уже полноценно обмякая в чужих объятьях. Юн на это лишь мгмыкает, пока тень улыбки промелькает на его лице. —Я тоже тебя люблю. Шэн радостно усмехается, прикрывая глаза и размеренно выводя невесомые узоры на широкой груди. Такая комфортная тишина расслабляет их, накрывая обоих своим тягучим блаженным бризом будничного вечера. Где-то внизу хлопает входная дверь, где-то в другой части поместья звучит отборный мат, который умело разбавляется характерным чужим яканьем, где-то играет фортепиано, посылая свою лёгкую мелодию в тьму вечера. Но ничего из этого сейчас не важно. Лишь они важны друг для друга, это единственное, что волнует сейчас.