Пока смерть не разлучит вас

Вэй Ин всегда был ходячим стихийным бедствием, но в последнее время это бедствие приобрело какие-то совсем уж нездоровые масштабы. Цзян Чэн раздраженно захлопнул дверцу шкафчика, едва не прищемив пальцы проходящему мимо парню. Тот испуганно отшатнулся, но Цзян Чэну было плевать. Его волновал только один конкретный идиот, который прямо сейчас, судя по звукам, пытался сорвать уроки в актовом зале. — Эй, Цзян Чэн! Смотри, какую штуку мне Ло Цинъян подарила! — Вэй Ин вылетел из-за угла, едва не врезавшись в брата. В руках он держал глупый брелок с каким-то мультяшным кроликом. — Говорит, на удачу перед экзаменами. Скажи, мило? — Мило, это если ты наконец замолчишь и пойдешь на химию, — огрызнулся Цзян Чэн, складывая руки на груди. — Она к тебе клеится, придурок. А ты мало того что этого не замечаешь, так еще и светишься как начищенный чайник. — Да ладно тебе, А-Чэн! Она просто дружелюбная, — Вэй Ин беззаботно рассмеялся, крутя брелок на пальце. В паре метров от них, у окна, стоял Лань Ванцзи. Как всегда идеальная осанка, безупречно отглаженная форма, белая повязка на лбу завязана с точностью до миллиметра. Он держал в руках раскрытую книгу, но Цзян Чэн готов был поклясться, что за последние пять минут Лань не перевернул ни одной страницы. Его светлые, почти прозрачные глаза были намертво прикованы к смеющемуся Вэй Ину. «Опять этот жуткий староста», — подумал Цзян Чэн, поморщившись. Лань Ванцзи пугал его своей правильностью. Он казался роботом, у которого вместо эмоций — параграфы школьного устава. Но в последнее время этот робот стал слишком часто оказываться там же, где и Вэй Ин. Стоило Усяню ввязаться в очередную потасовку или просто завести громкий разговор в коридоре, Лань Ванцзи уже стоял неподалеку и наблюдал за этим. — Лань Чжань! — Вэй Ин, естественно, не выдержал и помахал старосте рукой. — Привет! Ты сегодня опять дежуришь? Пощади меня, я сегодня не нарушал правил! Ну… Почти не нарушал. Лань Ванцзи медленно перевел взгляд на Вэй Ина. Его лицо оставалось абсолютно непроницаемым, но Цзян Чэн заметил, как пальцы старосты чуть сильнее сжали переплет книги. — Вэй Ин. Нарушение дисциплины в коридоре, — ровным, лишенным красок голосом произнес Лань Чжань. — Ну вот, опять ты за свое, — притворно вздохнул Вэй Ин, но в его глазах плясали смешинки. Он обожал доводить старосту. Цзян Чэн только закатил глаза. — Пошли уже, Усянь. Мне не хочется снова выслушивать нотации из-за тебя. Они развернулись и пошли в сторону кабинета химии. Цзян Чэн спиной чувствовал этот тяжелый, немигающий взгляд, провожающий их до самого поворота. Ему на секунду показалось, что воздух в коридоре стал холоднее, но он быстро отогнал эту мысль. Лань Ванцзи просто зануда, помешанный на контроле. Ничего нового. Ло Цинъян, или Мянь-Мянь, как ласково называл её Вэй Ин, была девушкой видной и очень упрямой. Ей искренне нравился этот шумный, несносный парень с вечной улыбкой, и она не видела причин скрывать свою симпатию. Брелок был лишь скромным началом. На следующий день после уроков она засиделась в библиотеке, подтягивая тригонометрию. Солнце уже садилось, окрашивая пустые школьные коридоры в багровые тона. Девушка потянулась, собирая тетради в рюкзак, и улыбнулась, вспомнив, как Вэй Ин сегодня на перемене пытался скормить ей ужасно острую закуску, а Цзян Чэн за это стукнул его учебником по голове. Она вышла из библиотеки и направилась к лестнице. Шаги эхом разносились по пустому этажу. Шаг. Еще шаг. Ло Цинъян остановилась. Ей показалось, что сзади кто-то идет. Она обернулась — никого. Только длинный ряд закрытых кабинетов и тянущиеся по полу тени. — Эй?... Есть кто? — тихо спросила она. Голос прозвучал как-то жалко. Ей никто не ответил. Девушка ускорила шаг, чувствуя, как внутри зарождается глупая, необъяснимая паника. Она почти добежала до женского туалета на втором этаже, когда дверь одного из подсобных помещений резко приоткрылась. Сильная рука в белом рукаве школьной формы мертвой хваткой вцепилась в ее запястье и рванула внутрь. Ло Цинъян даже не успела закричать. Чья-то ладонь, пахнущая мылом и легким ароматом сандала, намертво зажала ей рот. В полумраке подсобки, среди швабр и коробок с бытовой химией, она увидела два глаза. Светлые, холодные, совершенно пустые. В них не было ни злости, ни безумия. Только ледяная, расчетливая решимость. — М-мм! — Мянь-Мянь отчаянно забилась, пытаясь ударить нападавшего ногой, но ее движения были мгновенно заблокированы. Этот человек был намного сильнее. В его свободной руке тускло блеснули длинные канцелярские ножницы. — Ты слишком близко, — едва слышный шепот над самым ее ухом заставил девушку похолодеть. Голос был знакомым. Ужасающе знакомым. Мянь-Мянь расширила глаза от ужаса. Она попыталась укусить держащую ее ладонь, но хватка лишь усилилась, перекрывая кислород. Ножницы медленно поднялись. — Больше ты к нему не подойдешь. Тихий, глухой удар. Звук падающего тела, который заглушил плотный слой старых спортивных матов в углу. Через десять минут из подсобки вышел Лань Ванцзи. Его форма была в идеальном порядке. Он аккуратно поправил белую повязку на лбу, достал из кармана влажную салфетку и тщательно, палец за пальцем, вытер руки. На салфетке осталось едва заметное бурое пятно. Он выбросил её в урну и зашагал к выходу из школы. Лицо его было абсолютно спокойным. Мир снова становился чистым. На следующее утро в школе только и говорили, что об исчезновении Ло Цинъян. — Представляешь, родители говорят, она вчера вообще из школы не вернулась, — шептались девчонки у расписания. — Полицию уже вызвали. Вэй Ин сидел за своей партой, непривычно тихий и нахмуренный. — Цзян Чэн, это странно, — негромко сказал он, крутя в руках тот самый брелок с кроликом. — Мянь-Мянь не из тех, кто может просто сбежать из дома или загулять. Она очень ответственная. — Да ладно тебе паниковать, — буркнул Цзян Чэн, утыкаясь в телефон. — Может, уехала куда-то и телефон забыла. Или с родителями поругалась. Обычное дело для девчонок. Найдется твоя Ло Цинъян — Надеюсь…— Вэй Ин вздохнул и опустил голову на сложенные руки. В класс вошел Лань Ванцзи. Он нес стопку проверенных тетрадей по литературе. Проходя мимо парты Усяня, он на секунду задержался. Цзян Чэн, заметив это, поднял глаза. — Вэй Ин, — тихо произнес Лань Чжань. — Ты выглядишь бледным. Не выспался? — А, Лань Чжань... — Вэй Ин слабо улыбнулся. — Да так, переживаю из-за Мянь-Мянь. Ты ведь слышал, что она пропала? — Слышал, — лицо Лань Ванцзи не дрогнуло ни одним мускулом. — Тебе не стоит забивать голову чужими проблемами. Думай об учебе. Если тебе нужна помощь с тригонометрией... Я могу позаниматься с тобой после уроков. Цзян Чэн откровенно фыркнул. — Слышь, староста, у него брат есть, если ты не заметил. Я сам могу с ним позаниматься. И вообще, чего ты это такой заботливый стал? Лань Ванцзи медленно повернул голову к Цзян Чэну. Его взгляд был тяжелым, давящим, словно он смотрел на надоедливое насекомое. Но длилось это всего мгновение. — Я староста класса. Это моя обязанность, — холодно ответил Лань Чжань, положил тетрадь Вэй Ина на край стола и пошел дальше. — Ну и сухарь. — пробормотал Цзян Чэн, провожая его раздраженным взглядом. — Забей на него, Вэй Ин. Пошли лучше в буфет, пока там всё не расхватали. У Цзян Чэна не было никаких подозрений. Лань Ванцзи просто раздражал его своим присутствием, своей правильностью и тем, как странно он иногда смотрел на Вэй Ина — словно хотел запереть его в темной комнате и никому не показывать. Но мало ли у кого какие причуды? В конце концов, Лань Чжань всегда был странным. Прошло две недели. Поиски Ло Цинъян ни к чему не привели. Полиция опросила учеников, но камер в старых коридорах крыла с библиотекой не было, поэтому зацепок не нашлось. Школа постепенно возвращалась к привычной жизни, хотя легкий шлейф тревоги все еще витал в воздухе. Вэй Ин, погоревав пару дней, снова вернулся к своему обычному состоянию. Фонтану энергии и дурацких идей. И новой «жертвой» его общительности стал Не Хуайсан. Хуайсан был труслив, ленив и совершенно не интересовался учебой. Зато у него всегда были самые свежие сплетни, редкие порножурналы, которые он умудрялся проносить в школу, и куча свободного времени. — Вэй-сюн, спаситель ты мой! — Хуайсан едва не плакал, обнимая Вэй Ина за плечи прямо посреди школьного двора. — Если бы ты не дал мне списать эту контрольную по физике, брат бы меня живьем закопал на заднем дворе! Он обещал отобрать у меня всю коллекцию вееров! — Да ладно тебе, Хуайсан. — смеялся Вэй Ин, похлопывая друга по спине. — Слышал, в пятницу выходит новая игра? С тебя диск! — Всё что угодно, Вэй-сюн! Хочешь, я тебе даже ту редкую мангу принесу, которую ты просил? — Хуайсан заговорщически подмигнул, еще сильнее прижимаясь к Вэй Ину и что-то шепча ему на ухо. Вэй Ин залился громким смехом, пихая Хуайсана локтем в бок. Цзян Чэн стоял чуть поодаль, лениво листая ленту новостей. Ему было откровенно скучно слушать их бредни. Но тут его взгляд случайно упал на крыльцо школы. Там, у массивной колонны, стоял Лань Ванцзи. Его руки были сцеплены за спиной, а взгляд... Взгляд был таким, будто он прямо сейчас мысленно расчленял Не Хуайсана на мелкие кусочки. Пальцы Лань Чжаня, скрытые за спиной, судорожно сжимались в кулаки, ткань пиджака натянулась на широких плечах. «Да что с ним такое?» — промелькнуло в голове у Цзян Чэна. На секунду ему показалось это странным. Ну ладно Ло Цинъян, она девчонка. Но Хуайсан? Этот трус вообще безобиден. Чего так злиться? — Эй, придурки, хорош обниматься, на вас люди смотрят, — крикнул Цзян Чэн, прерывая их идиллию. — Пошли в класс. Вечером того же дня Не Хуайсан засиделся в кабинете искусства. Он дорисовывал птицу на своем новом веере, полностью погрузившись в процесс. Когда часы на стене пробили семь вечера, он наконец спохватился. — Ой, мамочки, брат меня убьет, — пробормотал Хуайсан, наспех скидывая кисти в пенал. Он выбежал из кабинета, на ходу застегивая сумку. Школа была погружена в полную темноту, горели только редкие лампы дежурного освещения. Хуайсан побежал к лестнице, но на первом этаже, прямо у выхода, дорогу ему преградила высокая фигура. — А! — Хуайсан от испуга едва не выронил сумку. — Лань... Лань-сюн? Ты чего пугаешь так? Я думал, тут уже нет никого... Лань Ванцзи сделал шаг вперед. Свет от уличного фонаря через окно упал на его лицо. На нем играла странная, едва заметная, пугающая улыбка. Глаза казались абсолютно черными в этой темноте. — Лань-сюн?.. — Хуайсан попятился назад, чувствуя, как подкосились коленки. Тонкий вопль ужаса застрял у него в горле, когда он увидел, что в руке Лань Ванцзи зажат тяжелый металлический совок для уборки с длинной острой ручкой. — Ты трогал его, — тихо, почти ласково произнес Лань Чжань. — Ты обнимал его. Вэй Ин принадлежит мне. Только мне. — Ты сумасшедший… — прошептал Хуайсан, разворачиваясь, чтобы бежать обратно наверх, но Лань Ванцзи оказался быстрее. Он перехватил парня за шкирку, швыряя его на пол. Хуайсан больно ударился спиной о кафель, из его глаз брызнули слезы. Он попытался закрыться руками, закричать, позвать на помощь дежурного охранника, но тяжелый удар сверху заставил мир вокруг него мгновенно померкнуть. Лань Ванцзи стоял над неподвижным телом, тяжело дыша. Его белая повязка чуть съехала набок. Он поправил ее одним движением руки. Затем повернулся, взял швабру и ведро с водой, которые предусмотрительно оставил за углом, и принялся методично смывать бурые потеки с серого школьного пола. Движения его были отработанными, спокойными. Как будто он просто выполнял привычную домашнюю работу. На следующее утро Не Хуайсан не пришел на уроки. И через день тоже. Его старший брат, Не Минцзюэ, устроил в школе грандиозный скандал, требуя поднять все записи и перевернуть здание вверх дном. Вэй Ин ходил сам не свой. Два исчезновения за один месяц — это уже не было похоже на совпадение. — Цзян Чэн, это ненормально, — тихо говорил Вэй Ин, сидя на подоконнике в пустом классе. — Сначала Мянь-Мянь, теперь Хуайсан. Кто следующий? Мне страшно, Чэн… Цзян Чэн стоял рядом, хмуро глядя в окно. В его душе шевельнулось какое-то странное, пока еще смутное беспокойство. Два человека, которые были близки с Вэй Ином, исчезли один за другим. «Да ну, бред», — мысленно отдернул себя Цзян Чэн. — «При чем тут Вэй Ин? Мало ли в городе маньяков. Школа большая, тут куча народу учится». В этот момент дверь класса открылась, и вошел Лань Ванцзи. Он нес бланки для какого-то очередного школьного опроса. Увидев бледного, расстроенного Вэй Ина, он подошел ближе. — Вэй Ин. Тебе плохо? — в его голосе звучала неподдельная, глубокая тревога. Он протянул руку, словно хотел коснуться плеча Усяня, но в последний момент отдернул ее, сжав пальцы в кулак. — Не нужно так переживать. Полиция во всем разберется. Главное чтобы ты сам был в безопасности. Вэй Ин поднял на него глаза, полные грусти. — Спасибо, Лань Чжань. Ты хороший друг. Лань Ванцзи на секунду замер, услышав слово «друг», и Цзян Чэн заметил, как на его шее задергалась жилка. Староста резко развернулся и вышел из класса, даже не выдав бланки. — Странный он какой-то, — проворчал Цзян Чэн, скрестив руки на груди. — Ладно, пошли домой. Сидеть тут и накручивать себя толку нет. Цзян Чэн все еще ничего не подозревал. Для него Лань Ванцзи оставался просто высокомерным, эмоционально зажатым парнем, который почему-то слишком сильно опекал Вэй Ина. У него и в мыслях не могло возникнуть, что под идеальной белой формой скрывается настоящее, безжалостное чудовище, готовое пролить реки крови ради одной-единственной улыбки его брата.