Пластыри и бинты

С первого класса Файр Ринг и Брокен Спавн были не просто друзьями — они были неразлучными братьями. Увидеть одного означало, что второй наверняка где-то рядом. Учителя давно привыкли: Ринг и Спавн — единое целое. Каждый день они приходили в школу вместе, сидели за одной партой, вместе возвращались домой. Никто и не вспомнил бы, когда в последний раз видел их порознь. И всё же они были полной противоположностью. Спавн — тихий, замкнутый, до болезненности стеснительный. Он почти ни с кем не заговаривал, избегал чужих взглядов и всегда держался чуть позади. Лишь рядом с Рингом он чувствовал себя спокойно. Файр же был его полной противоположностью. Уверенный в себе, вспыльчивый, с огненно-рыжими волосами и упрямым взглядом. Он не боялся ни конфликтов, ни последствий. Любой, кто пытался задеть его, получал отпор. А если кто-то трогал Спавна — это становилось личным. А Спавна трогали часто. Одноклассники придирались к нему почти регулярно: насмешки, толчки, обидные слова. Иногда — кулаки. Но всё это случалось только тогда, когда Ринга не было рядом. Его то ли побаивались, то ли просто предпочитали не связываться. И Спавн это ценил. Больше, чем мог выразить словами. В тот день всё зашло слишком далеко. Спавн сидел на холодном полу в пустом коридоре. Колени подтянуты к груди, плечи дрожали. Лицо в синяках, губа разбита, по щеке медленно стекала тонкая полоска крови. Он тихо всхлипывал, стараясь не издавать звуков. Ринг заметил его почти сразу. — Что случилось? — Голос был спокоен, но в нём уже чувствовалось напряжение. Рыжий приподнял бровь, внимательно вглядываясь в избитое лицо друга. Спавн поёрзал, опуская взгляд. — Меня снова побили… — Слова дались ему с трудом. Он посмотрел на Ринга, будто боялся его реакции больше, чем самой драки. Взгляд Файра потемнел. — Кто? — Т-те же трое… — тихо ответил Спавн. — Которые постоянно… Ринг нахмурился так резко, что стало ясно — он уже всё для себя решил. — Пойдём. Я разберусь с ними. — Нет! — Спавн схватил его за рукав. — Не надо… Они и тебя будут бить… Он правда боялся. Не за себя — за него. Но Ринг мягко, почти небрежно убрал его руку. — Не будут. И пошёл. По коридору он шагал быстро, плечи напряжены, кулаки сжаты. В глазах — чистая ярость. Спавн спешил следом, пытаясь догнать. — Т-тебе не нужно… — Заткнись. Сказано было резко, но не зло — скорее, чтобы тот не мешал. Они остановились у класса, где сидела та самая троица. Ринг толкнул дверь и шагнул внутрь. — Эй. Трое обернулись. — Чего надо, тупица? — усмехнулся один из них. Файр даже не моргнул. — Не ты случайно на Спавна руку поднял? Двое переглянулись и напряглись. Третий лишь хмыкнул и подошёл ближе. — А ты что? Своего мальчика защищать решил? В следующую секунду всё произошло слишком быстро. Ринг ударил. Кулак врезался прямо в нос. Раздался глухой хруст, и кровь хлынула так резко, что казалось — её слишком много для одного человека. Парень пошатнулся, схватившись за лицо. В классе повисла тишина. Спавн вскрикнул и бросился вперёд. — Ринг! Хватит! Но тот уже не слышал. Он пнул противника коленом в живот, а затем снова ударил — раз, второй. Удары были тяжёлыми, яростными, без остановки. Тот пытался закрываться, пытался ответить, но сил явно не хватало. Вскоре он рухнул на пол, едва оставаясь в сознании. Остальные двое отступили. В их глазах читался страх — неподдельный, животный. — И так будет с каждым, — тяжело дыша, произнёс Ринг, — кто моего мелкого тронет. Спавн в ужасе схватил его за руку. Его пальцы дрожали. — П-пожалуйста… не надо больше… — голос срывался. — Они теперь тебя боятся сильнее, чем меня… Он смотрел на него почти с мольбой. В классе было тихо. Один из парней, пятясь к стене, прошептал. — Чёрт… да он совсем ебанутый… Ринг потащил Спавна в раздевалку, где они закрылись на замок. Рыжий достал из рюкзака бинт и начал наматывать его на поврежденную руку Спавна. Спавн шипел от боли, его взгляд был полон слёз. — Больно… Очень больно… — тихо произнёс он. — Терпи, — холодно ответил Ринг, продолжая слушать своего друга. Спавн вздрагивал от каждого прикосновения, но старался не жаловаться. Его лицо было бледным, а в глазах стояли слёзы. — Р-Ринг… ты же знаешь, что это будет видно под рукавом? — прошептал он дрожащим голосом. Файр лишь усмехнулся в ответ и продолжил заматывать бинт. — Ну и пусть видят. Пусть все знают, кто теперь твой ангел-хранитель. — Я просто… я просто не хочу, чтоб ты пострадал… — ответил Спавн, отводя взгляд. Ринг крепче сжал его плечи, заставляя посмотреть на него. — Я уже пострадал, идиот! — почти рявкнул он. Спавн вздрогнул, но подчинился. Взгляд Ринга уже не был таким яростным, как в классе — теперь в нём читалась забота, смешанная с обидой. — Но ведь… я не хотел, чтобы ты дрался… — осторожно проговорил Спавн, чувствуя, как повязка на руке становится всё плотнее. — А я не хотел, чтобы тебя били, — отрезал Ринг, его голос смягчился. — И это, между прочим, моя вина. Я должен был быть внимательнее. Ринг закончил с повязкой и отступил, внимательно осматривая Спавна. На бледном лице друга читался испуг, но в глазах мелькнула и какая-то новая уверенность, робкая, но явная. Ринг усмехнулся — его огненная ярость начала утихать, уступая место знакомому чувству облегчения. Он не мог позволить, чтобы Спавна обижали. Никогда. — Ты в порядке? — спросил он, голос уже не такой резкий. Спавн кивнул, всё ещё не отводя взгляда. — А ты? — спросил он тихо, глядя на перебинтованную руку Ринга. — Ерунда, — отмахнулся тот, но Спавн видел, как он тайком стиснул зубы. — Я знаю, что ты не хотел, чтобы я дрался… — повторил Спавн, словно пытаясь заглушить собственную тревогу. — Но… они больше не будут. Они тебя боятся. Ринг вздохнул, прислонившись к стене раздевалки. — Пусть боятся. Но для меня главное — чтобы тебя никто не смел трогать. — Он посмотрел на Спавна, и в его глазах промелькнула мягкость. — Я не хотел тебя пугать, когда кричал. Я просто… я просто не могу видеть, как тебя бьют. — Я знаю, — прошептал Спавн, и в его голосе слышалось искреннее облегчение. Он подошел ближе и осторожно прикоснулся к перебинтованной руке Ринга. — Ты мой лучший друг. Ринг убрал его руку, но уже без прежней резкости. — Просто не будь идиотом, хорошо? И не попадай в неприятности. — Он взглянул на Спавна, и эта смесь заботы и обиды, которую он испытал, всё ещё витала в воздухе, но становилась всё тише. — Я постараюсь, — ответил Спавн, улыбаясь. Впервые за долгие годы в его глазах не было страха, только доверие и что-то ещё… что-то, что Ринг не мог с точностью назвать, но что согревало его изнутри.