Альма Старк. Продолжение

I 10 сентября 2016 года, 21:47. Особняк Ксавьера, Вестчестер, Нью-Йорк.       Особняк погружался в ночь медленно, как старый корабль, который готовится к долгому плаванию. Свет в окнах гас один за другим, коридоры пустели, и только редкие шаги нарушали тишину. Этот и предыдущий дни были тяжёлымы — новости о протестах, введении войск, похищениях мутантов оставили на всех тяжёлый осадок, который не смывался даже горячим душем.       Большинство учеников уже спали. В своих комнатах они лежали в кроватях, укрывшись одеялами, и их дыхание было ровным, спокойным — по крайней мере, внешне. Но внутри каждого из них, глубоко в подсознании, что-то начало меняться. Невидимая нить, которая связывала их всех, начала вибрировать.       В комнате на втором этаже, где жили несколько молодых мутантов, один из них, парень с огненно-рыжими волосами, внезапно проснулся. Он не знал, что его разбудило — но что-то было не так. Он сел на кровати и прислушался. Тишина. Только шум ветра за окном. Но в этой тишине было что-то неестественное — как будто воздух стал гуще, тяжелее, и каждый вдох требовал больше усилий, чем обычно.       Он повернулся к окну. Лес был тёмным, ночь была безлунной, и только редкие звёзды мерцали на небе. Но ему показалось, что за деревьями кто-то движется. Не звук, не свет — просто ощущение. Он снова лёг, пытаясь убедить себя, что это просто нервы, но сон больше не возвращался.       В другом конце коридора, в комнате Ороро, она сидела на подоконнике и смотрела в темноту. Её пальцы слегка касались стекла, и она чувствовала, как воздух меняется. Как ветер, который всегда был её союзником, вдруг стал чужим, незнакомым. В нём не было угрозы — но он был пустым, как будто кто-то выпил из него всю жизнь.       Она поднялась и вышла в коридор. Её шаги были бесшумными, но каждый шаг отдавался эхом в её сознании. Она прошла к комнате Джин и тихо постучала. — Войди, — раздался голос изнутри.       Ороро открыла дверь и увидела Джин, сидящую на кровати. Её лицо было бледным, а глаза были закрыты, но она чувствовала, что кто-то вошёл. — Ты тоже чувствуешь это? — спросила Ороро. — Да, — ответила Джин, открывая глаза. — Это не ветер. Это не просто прохлада. Это холод, который проникает внутрь. Как будто стены особняка больше не могут защитить нас.       Внезапно в коридоре послышались шаги — тяжёлые, быстрые. Это был Логан. Он был без рубашки, но его когти были выпущены, и его глаза горели холодным огнём. — Ороро, Джин, — сказал он, не останавливаясь. — Я чувствую их. Они уже здесь. — Кто? — спросила Ороро. — Я не знаю, — ответил Логан. — Но это не просто похитители. Это армия.       В этот момент в комнате стало холоднее. Настолько холодно, что дыхание начало превращаться в пар. Джин вздрогнула, чувствуя, как холод проникает в её сознание, как тьма начинает сгущаться за окнами. — Они используют пси-подавители, — сказала она тихо. — Я чувствую, как они блокируют наши силы.       Ороро подошла к окну и посмотрела в лес. За деревьями, в тени, она увидела движение. Тени, которые двигались не как тени, а как люди. Много людей. — Они уже здесь, — едва слышно прошептала Ороро Монро, ее пальцы до побеления суставов сжались на деревянном подоконнике. Вглядываясь в непроглядную ночную тьму за окном, она внезапно резко развернулась и крикнула, срывая голос: — Поднять тревогу! Нужно разбудить всех! Сейчас же!       За ее спиной Джин Грей судорожно вздохнула и вздрогнула, обхватив себя руками за плечи. По просторной спальне пополз могильный, неестественный холод, хотя все тяжелые дубовые рамы окон были наглухо закрыты. Логан, застывший у дверей с обнаженными когтями, угрюмо кивнул. Его звериное чутье буквально разрывалось от противоестественного озонового запаха, исходящего со стороны леса, а тонкий слух фиксировал тяжелую, нарастающую вибрацию земли. — Я начну сдерживание с первого яруса, — хрипло бросил Росомаха, разворачиваясь к выходу. — Уводите мелких к подземным тоннелям. II 10 сентября 2016 года, 21:45. Лес в окрестностях особняка Ксавьера, Вестчестер, Нью-Йорк.       Через несколько минут в недрах усадьбы Ксавье зазвучала сирена внутренней тревоги. Аварийное освещение рвано вспыхнуло в каждом коридоре, автоматические гермозатворы Школы для одаренных подростков начали судорожно блокироваться, и из жилых комнат начали выбегать дезориентированные мутанты. Подростки и старшие оперативники Людей Икс еще не понимали, что именно происходит, почему их ментальные и физические силы внезапно начали угасать под воздействием невидимого излучения. Но ветераны команды уже знали: эта осенняя ночь станет последней, когда они чувствовали себя в безопасности на Земле.       За каменными стенами особняка, в густой непроглядной чаще векового леса, Старший Проктор Терранского Порядка полковник Шепард хладнокровно поднял руку в бронированной перчатке. По этому жесту тысячи штурмовиков Арбитрес замерли в абсолютном, вымуштрованном ожидании. На их щитах Aegis тускло поблескивали багровые весы Закона. — Инициировать фазу сжатия, — произнес он в радиосеть ровным, монотонным тоном. — Операция «Гильотина» переходит в активную стадию. Начинаем.       Осенний лес доживал свои последние мирные мгновения. Тяжелые ветви дубов мягко покачивались на ночном ветру, палая прелая листва шелестела под порывами воздуха, а редкие ночные птицы испуганно перекликались в темноте. Но за этой хрупкой иллюзией первозданной природы уже нависало нечто иное — колоссальная бездушная сила, которой здесь быть не должно. Сила, которая хладнокровно ждала своего часа, чтобы исполнить приговор Военного Совета.       На дальней опушке леса, ровно в трех километрах от периметра усадьбы Ксавье, началось неумолимое движение. Плотные черные тени, которые прежде казались офицерам усадьбы частью ночного ландшафта, плавно отделились от стволов деревьев, превращаясь в монолитные вооруженные фигуры. Сотни, тысячи тяжелобронированных Арбитров Терранского Порядка начали смыкать кольцо окружения. Они ступали абсолютно бесшумно, их идеальный шаг гасился композитными подошвами, и лишь едва уловимое, низкочастотное губчатое гудение мобильных генераторов подавления генома-Х нарушало предсмертную тишину Уэстчестера. Воздух вокруг усадьбы стремительно насыщался озоном и статическим электричеством.       Руководитель карательной операции полковник Шепард неподвижно стоял у замаскированного командно-штабного модуля. Его зеркальный визор отражал неоновые потоки данных с тактических терминалов, на которых трехмерная модель усадьбы Ксавье плавно расчленялась на сектора штурма. Вокруг него в строгом порядке замерли офицеры его личного штаба — вышколенные связисты, био-аналитики Армахем и координаторы целеуказания Гидры. Все они были закованы в глухую красно-черную форму Порядка, а нижние части их лиц скрывали безликие респираторы.       Полковник Шепард был профессиональным военным высшей пробы — не фанатичным садистом, не карикатурным злодеем старой Гидры, а прагматичным хирургом Закона, твердо знающим, что его работа — гарантировать выживание человеческого вида. И если ради этого выживания требовались самые жестокие, бескомпромиссные решения, Шепард принимал их без секундного колебания эго. Он лично воевал в кровавом хаосе Нью-Йорка во время вторжения Читаури, он своими глазами видел обугленные обломки городов после катастрофы Альтрона. Шепард твердо усвоил: свобода без жестких границ порождает лишь смерть миллионов. Он коротким движением пальца перепроверил логи на планшете: векторы движения штурмовых цепей, высотные эшелоны разведывательных дронов, био-сигналы от каждого батальона Арбитрес и готовность свор кибер-мастифов.       Все системы Терранского Порядка функционировали безупречно. Часы Лекс Империалис начали свой ход. — Докладывайте статус готовности, — сухо распорядился полковник Шепард. Его голос, пропущенный через вокальный фильтр респиратора, звучал деловито и монотонно. — Все оперативные подразделения зафиксированы на исходных позициях, — незамедлительно ответил Проктор-Координатор Рейнольдс, сверяясь с данными на голографическом дисплее. На его наплечнике тускло поблескивал багровый кулак внутри весов Закона. — Бригада специального назначения «Гильотина» полностью развернута для фазы подавления. Три штурмовых батальона Арбитрес — по тысяче двести тяжелобронированных оперативников в каждом. Рота специальной инфо-связи и тактические подразделения обеспечения. Общая численность регулярных сил Порядка в первом эшелоне — четыре тысячи пятьдесят человек. — Спецификация вооружения и экипировки? — спросил Шепард, не отрывая взгляда от тактического планшета, где схематично пульсировали внутренние коридоры школы Ксавье. — Согласно протоколу «Очищение», боекомплект укомплектован на сто процентов, а личный состав переведен на штурмовой стандарт доспехов, — Рейнольдс развернул расширенный лог-список на матовом стекле терминала. — Учитывая высокий риск столкновения с физически сильными девиантами вроде субъекта «Зверь» и термическими угрозами Альфа-класса, оперативники закованы в тяжелые панцирные доспехи Арбитрес. Конструкция состоит из прочных пласталевых пластин, обеспечивающих легкость и гибкость при сохранении колоссальной прочности, и наложенных поверх них керамитовых экранов. Эта металлокерамика гарантирует абсолютную защиту от экстремальных температур лазерных разрядов Циклопа и тяжелых кинетических ударов.       Рейнольдс вывел на экран трехмерную схему бронекостюма: — Панцирь наложен на синтетическую полимерную баллистическую умную ткань, способную самостоятельно затягиваться при повреждениях и ранениях оператора. Глухие шлемы оснащены замкнутыми системами жизнеобеспечения, тактическими сканерами, прицельными комплексами и противогазами для бесперебойных действий в зонах применения парализующего газа. Но главное, сэр — все штурмовые группы оснащены рамами механических экзоскелетов. Эти подсистемы поддержки не только увеличивают физическую силу бойцов в десятки раз, позволяя голыми руками ломать кости мутантам-биоформам, но и обеспечивают ношение тяжелого вооружения без потери мобильности. В арсенале отрядов: силовые булавы, боевые дробовики повышенной мощности, направленные ЭМИ-излучатели корпорации «Армахем» для вывода из строя подземной «Церебро» и мобильные пси-подавители частотного типа для принудительной блокировки высшей нервной деятельности мутантов. Периметр круглосуточно сканируется дронами-разведчиками с тепловизорами и инфракрасными датчиками фиксации биоматериала. — Что по тяжелой матчасти? — Позиции изолированы. Четыре мобильных генератора волнового пси-подавления генома-Х развернуты по внешним углам территории усадьбы и выведены на максимальную мощность. Два бронированных конвоя «Каратель» подготовлены для принудительной эвакуации изымаемых объектов в Судебную Крепость. Восемь бронемашин с гибридными глушителями роторов для скрытного подвоза штурмовых резервов, три бронеавтомобиля с комплексами РЭБ и РЭР для глушения любых гражданских частот и спутниковой связи. На случай нештатного прорыва Омега-субъектов, по дальнему радиусу дополнительно развернут наш тяжелый танковый батальон. Внешнее, второе кольцо оцепления усилено регулярными частями Национальной гвардии США по соглашению с Пентагоном — гвардейцы гарантируют, что ни одна аномалия не покинет округ Уэстчестер. Штурмовая авиация переведена в режим холодного старта.       Шепард коротко, едва заметно кивнул. Он хладнокровно посмотрел на карту, где неоновыми маркерами были отмечены предполагаемые спальные сектора Людей Икс. Особняк Ксавье не был обычной частной школой — это была отлично спроектированная, защищенная подземными бункерами база военизированного формирования. Его стены из армированного композита, подземные ангары для самолета «Дрозд», скрытые турели в саду — всё это Ксавье годами выстраивал для защиты от фанатиков или правительственных Стражей. Но Профессор никогда не проектировал свою цитадель против бездушной, системной военной машины, вобравшей в себя гений «Армахем», дисциплину «Гидры» и тяжелую пласталево-керамитовую мощь Терранского Порядка. — Закон не оставляет следов, — чеканно отрезал Старший Проктор, и его пальцы жестко коснулись экрана, запускающего таймер атаки. — Мы не даем девиантам ни малейшего оперативного интервала на побег. Мы изымаем весь биологический ресурс до единого субъекта. Это не превентивный рейд. Это операция полного уничтожения главного центра несанкционированного сопротивления на континенте. Во имя Лекс Империалис.       Он выпрямился, и в зеркальном визоре его шлема отразилось багровое зарево тактических экранов. На лице полковника застыла ледяная, вымуштрованная решимость человека, готового переломить хребет старой эпохе супергероев. — Каковы специфические особенности геометрии объекта? — спросил полковник Шепард, скрестив руки на нагрудной пластине своего доспеха. — Объект «Усадьба», — начал ведущий аналитик Порядка, оперативно листая логи на сенсорной панели тактического стола. — Архитектура включает три наземных яруса, два изолированных подземных уровня и разветвленную систему скрытых дренажных тоннелей, ведущих к внешним точкам эвакуации. Все подземные артерии уже зафиксированы и полностью перекрыты нашими заградительными силами подавления — в случае попытки бегства девианты упрутся в глухие щиты Aegis. Внешний периметр представляет собой старинное каменное ограждение, которое не классифицируется как серьезная преграда для гидравлических приводов наших экзоскелетов. Внутренняя оборона анклава состоит из несанкционированных мутантов. Субъекты неизбежно попытаются задействовать свои аномальные биологические особенности, но этот потенциал будет принудительно сведен к нулю нашими мобильными генераторами пси-подавления генома-Х. — Прогноз оперативных потерь личного состава Порядка? — Минимальный, стремящийся к нулевой отметке, — хладнокровно констатировал аналитик. — У девиантов Ксавье полностью отсутствует опыт противостояния системным структурам подобного масштаба. Люди Икс ментально адаптированы лишь к хаотичным одиночным столкновениям, мелким операциям и медийным дуэлям с суперзлодеями. Они абсолютно не готовы к скоординированной, технологически превосходящей атаке регулярных батальонов. Закон выиграет этот раунд за счет кастовой дисциплины, численного преимущества и пласталево-керамической мощи.       Шепард коротко, одобрительно склонил шлем. Он активировал общую командную инфо-сеть на максимальной мощности вещания. Его голос, пропущенный через тяжелые вокальные фильтры респиратора, раздался в шлемах не просто приказом — он прозвучал как монументальный, громовой раскат самого Лекс Империалис, заставив содрогнуться четыре тысячи замерших в темноте Арбитров: — Старый мир провалил свой долг! — чеканно сказал Шепард, и каждое слово ложилось как удар кувалды. — Правительство провалило долг. Мстители провалили долг. Мы все провалили долг. Искупление придет только тогда, когда порядок будет восстановлен. Земля умылась кровью из-за слабости супергероев и девиантов. Миллионы пали от обломков метеорита Альтрона. Мы восторжествуем во имя наших погибших! И во имя тех, кто все еще чтит Лекс Империалис!       Полковник Шепард выпрямился во весь рост, сжав бронированный кулак: — Операция «Гильотина» переходит в активную фазу. Задача: принудительный штурм и тотальное изъятие анклава «Усадьба». Всех обитателей — в кандалы. Огонь на поражение — исключительно по моей директиве. Мы забираем этот ресурс для проекта «Парагон». Таков приказ Маршала. Так должно быть. Такова воля Лекс Империалис!       В ту же секунду четыре тысячи Арбитров, стоявших плотными, монолитными шеренгами среди вековых деревьев, одновременно и с оглушительным лязгом ударили тяжелыми керамитовыми щитами Aegis о мерзлую землю. Этот сокрушительный, вымуштрованный звук заставил взлететь ночных птиц, а вслед за ним из тысяч глоток вырвался единый, яростный, стальной рев всей штурмовой бригады: — ТАКОВА ВОЛЯ ЛЕКС ИМПЕРИАЛИС!       Едва затихло эхо внутреннего клича, как полковник Шепард жестко опустил руку, активируя внешние вещательные комплексы на тяжелой бронетехнике и БТР «Каратель». В ту же секунду ночной Уэстчестер содрогнулся от оглушительного, вибрирующего инфразвукового гула, переходящего в резкое, пронзительное искажение частот. Мощные динамики заскрежетали от перегрузки, и глубоко под сводами леса, прямо над самой крышей усадьбы Ксавье, взвыли тяжелые противовоздушные сирены, намертво забивая весь радиоэфир.       Из сотен массивных внешних рупоров, безжалостно пробивая стены школы и окна спален, раздался хриплый, властный, механический голос Терранского Порядка, зачитывающий официальный планетарный приговор. Каждая фраза сопровождалась новым, оглушительным завыванием сирен, от которого у паникующих внутри школы подростков закладывало уши: — ВНИМАНИЕ, ОТБРОСЫ! ВЫ НАРУШИЛИ ВЕЛИКИЙ ЗАКОН ЗЕМЛИ. ВАМ НЕ УКРЫТЬСЯ. ВАМ НЕ СПАСТИСЬ. МЫ — ВАШ СУД! ПРИГOТОВИТЬСЯ К ВЫНЕСЕНИЮ ПРИГОВОРА!       И в этот же миг, словно финальная точка в судебном кодексе, по всей трехкилометровой линии леса одновременно раздался благословенно-сочный, пугающе синхронный лязг затворов тысяч тяжелых штурмовых дробовиков.       Ночную тьму тут же разорвала серия направленных термических взрывов. Вековой каменный забор усадьбы Ксавье разлетелся в радиоактивную пыль под сокрушительными ударами штурмовых орудий Терранского Порядка. Небо над Уэстчестером расчертили багровые трассы снарядов и свистящие тактические ракеты, мгновенно подавляющие внешние автоматические турели школы. Тяжелые пласталево-керамитовые доспехи батальонов Арбитрес, подгоняемые мощными гудящими сервоприводами экзоскелетов, неостановимой лавиной хлынули из леса сквозь поваленные деревья. Машина Лекс Империалис начала свой безжалостный, безупречный ход. Одновременно. Особняк Ксавьера. — Они уже здесь, — едва слышно прошептала Ороро Монро, ее пальцы до побеления суставов сжались на деревянном подоконнике. Вглядываясь в непроглядную ночную тьму за окном, она внезапно резко развернулась и крикнула, срывая голос: — Поднять тревогу! Нужно разбудить всех! Сейчас же!       За ее спиной Джин Грей судорожно вздохнула и вздрогнула, обхватив себя руками за плечи. По просторной спальне пополз могильный, неестественный холод, хотя все тяжелые дубовые рамы окон были наглухо закрыты. Логан, застывший у дверей с обнаженными когтями, угрюмо кивнул. Его звериное чутье буквально разрывалось от противоестественного ледяного запаха, исходящего со стороны леса, а тонкий слух фиксировал тяжелую, нарастающую вибрацию земли. — Я начну сдерживание с первого яруса, — хрипло бросил Росомаха, разворачиваясь к выходу. — Уводите мелких к подземным тоннелям.       Ороро вновь прильнула к стеклу. Там, в черной глубине столетней дубовой рощи, одна за другой начали хаотично вспыхивать и гаснуть тысячи багровых оптических точек — визоры штурмовых шлемов Арбитрес сжимали кольцо окружения. — Это не просто правительственный рейд... — ее голос сорвался на свистящий шепот, а лицо побледнело. — Это регулярная армия.       Джин в панике закрыла глаза, прижав ладони к вискам. Один из величайших телепатов планеты внезапно почувствовала, как в ее сознание, ломая ментальные щиты, вкручивается леденящая, непреклонная чужая пустота. Это было похоже на то, как если бы кто-то с хрустом выключил свет в ее собственной голове, заколотив окна досками. Ее начало подташнивать, а по лбу покатился холодный пот. Квантовые пси-подавители частотного типа, развернутые инженерами «Армахем» по периметру усадьбы, вышли на проектную мощность. — Они полностью блокируют наши синапсы... — задыхаясь, выдавила из себя Джин, оседая на пол. — Мобильные глушители генома-Х уже активированы. Мы... мы не сможем задействовать способности. Церебро ослепла. Мы беззащитны.       И именно в это мгновение усадьбу Ксавье окончательно разорвало на части. Из окон выбило стекла, а по всем коридорам школы взрывом сверхмощных динамиков завыла штурмовая сирена Порядка, врубая аварийное освещение. Стены задрожали от направленного инфразвукового скрежета вещательных рупоров. Оглушительный, пропущенный через вокальные фильтры респираторов голос полковника Шепарда ворвался в спальни, зачитывая приговор Лекс Империалис: «ВНИМАНИЕ, ОТБРОСЫ! ВЫ НАРУШИЛИ ВЕЛИКИЙ ЗАКОН ЗЕМЛИ. ВАМ НЕ УКРЫТЬСЯ. ВАМ НЕ СПАСТИСЬ. МЫ — ВАШ СУД! ПРИГOТОВИТЬСЯ К ВЫНЕСЕНИЮ ПРИГОВОРА!»       А вслед за механическим ревом приговора, где-то на границе сада, синхронно и пугающе громко лязгнули затворы тысяч тяжелых дробовиков Терранского Порядка. Время для дипломатии старого мира было полностью исчерпано. III — Внешний периметр и первый ярус 10 сентября 2016 года, 21:52–22:10. Особняк Ксавье, Уэстчестер, Нью-Йорк.       Особняк Ксавье никогда не проектировался для ведения тотальной позиционной войны — он создавался как убежище. Обширная территория поместья раскинулась на пятнадцать акров земли — более шести гектаров ухоженных парков, столетних дубовых аллей, тренировочных площадок и садов. Сам Особняк Икс предлагал колоссальные пятьдесят тысяч квадратных футов жилой и оперативной площади, включая эшелонированные подземные базы. Ксавье строил этот комплекс для уединения и уюта, но в эту промозглую сентябрьскую ночь каждому квадратному метру этой земли суждено было стать полигоном для показательно-карательной акции Терранского Порядка.       Это не был превентивный рейд. Это была демонстрация новой эпохи Человечества. На шести гектарах территории Уэстчестера была развернута двадцатитысячная армада. Четыре тысячи пятьдесят тяжелобронированных оперативников Арбитрес Терранского Порядка сжимали внутреннее кольцо штурма, а пятнадцать тысяч девятьсот солдат Национальной гвардии США, стянутых по секретному соглашению с Пентагоном, образовали монолитное внешнее кольцо изоляции. Экипажи танков и бронемашин РЭБ, пилоты штурмовой авиации, аналитики, связисты, операторы пси-подавителей и снабженцы — плотность сил превышала триста тысяч человек на квадратный километр. Порядок пригнал сюда полноценную войсковую дивизию с одной целью: стереть главный центр мутантского сопротивления и наглядно показать миру, у кого теперь монополия на силу.       «We are the System. We are the Law» — таков был негласный манифест Военного Совета, выжженный в сознании каждого штурмовика.       Первыми неотвратимость Системы ощутили на себе те, кто находился на внешних рубежах 15-акрового поместья. Несколько старших воспитанников, дежуривших у массивных каменных ворот, первыми уловили противоестественные изменения в воздухе. Первозданную тишину парка резко вытеснил низкий, вибрирующий гул, от которого земля под их ногами начала мелко дрожать. Один из часовых — девиант с биологическим даром ночного видения — испуганно всмотрелся вглубь черной чащи и оцепенел. Сквозь переплетения ветвей, ломая кустарники, плотными пласталево-керамическими шеренгами выдвигались тысячи массивных фигур. Их зеркальные визоры зловеще мерцали багровыми огнями тактических сканеров. Рядом со штурмовиками, плавно отрабатывая гидравлическими сочленениями лап, безмолвно бежали стальные кибер-мастифы. Механические волкодавы скалили аугментированные титановые челюсти, их красные лазерные глаза непрерывно сканировали сектора, а операторы едва сдерживали их на силовых поводках, ожидая единой команды на изъятие. — Они идут! Их тысячи! — в панике закричал парень, срывая голосовые связки, но его отчаянный вопль мгновенно захлебнулся и утонул в колоссальном, оглушительном реве завывающих сирен вещательных комплексов Порядка.       Из темноты, со стороны стремительно наступающих цепей Арбитрес, по высокой дуге вылетели сотни тяжелых дымовых снарядов. Врезаясь в ухоженные газоны и дорожки сада, они с шипением выбрасывали тонны густого, едкого спецсостава «Экзекуция». Плотная, серо-бордовая пелена за считанные секунды затянула парадные аллеи и открытые тренировочные площадки, полностью отсекая особняк от внешнего мира и скрывая наступающую армию. Передовые защитники мутантов мгновенно начали кашлять, терять ориентацию во времени и пространстве, судорожно пытаясь нащупать оружие или найти укрытие. Синтетический газ не просто слепил — он вступал в реакцию с нервной системой, замедляя рефлексы.       Вслед за дымовой завесой воздух над территорией школы Ксавье прошил резкий, оглушительный свист тактических минометов. Секунду спустя весь обширный внутренний двор взорвался каскадом светошумовых гранат. Ослепительные, выжигающие сетчатку вспышки магнитных зарядов «Армахем» и многотональные хлопки, бьющие по барабанным перепонкам с силой артиллерийского удара, окончательно дезориентировали защитников анклава. Генетические девианты один за другим падали на скошенную траву, зажимая уши и глаза, парализованные шоковым воздействием, не в силах даже подняться.       В этот же момент скрытые в элементах ландшафта автоматические защитные турели усадьбы — высокотехнологичное наследие, которое Ксавье судорожно монтировал после инцидента с Альтрона — попытались активироваться. Стволы крупнокалиберных пулеметов с жужжанием начали разворачиваться в сторону леса, наводясь по тепловым контурам. Но Терранский Порядок шел на штурм, зная каждый узел этой обороны. Направленные ЭМИ-импульсы с бронемашин РЭБ и ракетные залпы мгновенно пережгли управляющие платы защитных систем школы и уничтожили их физически. Стволы турелей бессильно замерли, окутавшись искрами короткого замыкания, так и не успев сделать ни одного выстрела, чтобы следом быть уничтоженными безжалостным огнём тяжелого оружия.       Препятствий для Лекс Империалис больше не существовало. Передовые штурмовые группы вышли к трехметровому вековому каменному забору усадьбы. Арбитры не стали тратить время на поиск ворот. Штурмовики первого эшелона, используя колоссальную гидравлическую мощь рам своих экзоскелетов, одновременно нанесли удары тяжелыми штурмовыми щитами Aegis по каменной кладке. С оглушительным, грохочущим скрежетом древняя ограда усадьбы Ксавье рухнула внутрь, превратившись в груды щебня и строительного мусора под коваными сапогами солдат Порядка.       Полковник Шепард, наблюдая за идеальным графиком продвижения батальонов через экраны дронов-разведчиков, хладнокровно коснулся клавиши связи: — Периметр взломан. Сопротивление внешних постов купировано. Группам «Альфа» и «Браво» — начать форсированный марш через парковую зону к парадным входам особняка. Спустить кибер-мастифов для фильтрации территории. Время пошло.       Операторы штурмовых групп мгновенно разомкнули замки магнитных поводков. Сотни стальных, механизированных гончих с утробным, леденящим кровь рыком сорвались с мест, гигантскими прыжками устремляясь сквозь дым и поваленные каменные блоки прямо к парадным дверям усадьбы, выслеживая выживших девиантов. Вслед за ними, чеканя шаг и непрерывно оглашая ночной Уэстчестер воем сирен, неостановимой красно-черной стеной двинулась тяжелая пехота Терранского Порядка. До штурма первых этажей здания оставалось ровно пятнадцать минут методичного, безжалостного марша по выжженной земле 15-акрового поместья. Закон наступал всей своей сокрушительной массой.       Шесть гектаров ухоженной территории Института Ксавье за считанные минуты превратились в идеально спланированную ловушку. После того как пласталевые щиты Aegis с грохотом обрушили вековую каменную изгородь, батальоны Терранского Порядка не бросились вперед беспорядочной толпой. Они начали методичное, фронтальное сжатие периметра, двигаясь сплошной, непрерывной бронированной фалангой. Около четырёх тысяч штурмовиков Арбитрес распределились по секторам, прочесывая каждый квадратный метр пятнадцатиакрового поместья.       Передовой волной сквозь густой серо-бордовый дым «Экзекуции» неслись сотни кибер-мастифов. Их механические лапы с титановыми когтями с корнем вырывали декоративный газон, оставляя глубокие борозды на ухоженных аллеях. Красные лазерные лучи их глаз-сканеров непрерывно прошивали кустарники, живые изгороди и тенистые террасы. Для аугментированных гончих не существовало преград: встроенные био-датчики считывали панические удары сердец и остаточное тепло генома-Х. Из кованых беседок и декоративных гротов на южной стороне парка раздался истошный детский плач — мастифы мгновенно выковыривали оттуда младших воспитанников школы, которые пытались спрятаться. Механические псы не рвали их на части — они намертво прижимали плачущих подростков к земле тяжелыми стальными лапами, блокируя малейшую попытку задействовать мутацию, пока сзади монолитной стеной наступала тяжелая пехота.       Шаг за шагом Арбитры перемалывали инфраструктуру особняка. Экзоскелетные рамы штурмовиков глухо и басовито гудели, отрабатывая каждый шаг по гравийным дорожкам и каменным терассам. Тяжелые кованые сапоги безжалостно топтали аккуратные цветочные клумбы и перемалывали уличную мебель.       В центральной части парка, где располагались открытые тренировочные площадки Людей Икс и теннисные корты, Арбитры столкнулись с первыми очагами неорганизованного сопротивления. Несколько старших мутантов, чья воля не была окончательно сломлена светошумовыми гранатами, попытались дать бой. Парень с биологической аугментацией кожи, превратившей его тело в подобие камня, с яростным криком бросился на передовую цепь Порядка. В старом мире его кожа выдержала бы пули. Но здесь его встретил ровный строй Арбитрес. Штурмовик первого эшелона даже не замедлил шаг: гидравлический привод экзоскелета до упора дослал тяжелый щит Aegis вперед, и каменный мутант со страшным хрустом костей отлетел на асфальт корта, мгновенно потеряв сознание. Следом шедшие Арбитры хладнокровно защелкнули на его запястьях блокирующие кандалы и пошли дальше. Система не отвлекалась на драки. Система фиксировала и изымала.       Над головами наступающих батальонов, едва не задевая верхушки поваленных дубов, с низким сиреноподобным воем проносились разведывательные дроны «Армахем». Их тепловизоры непрерывно сканировали мелкие хозяйственные постройки, оранжереи и гаражи усадьбы. Любое строение, вызывавшее подозрение, мгновенно подвергалось изоляции. Группы зачистки вышибали двери подсобных помещений ударами гидравлических сапог, закачивая внутрь парализующий газ и вытаскивая наружу дезориентированных, задыхающихся девиантов. Линейная связь РЭБ работала безупречно, намертво выжигая любые попытки мутантов связаться со скрывающимся Капитаном Америка или вызвать на помощь полицию штата. Округ Уэстчестер был полностью отрезан от реальности.       Спустя пятнадцать минут этого удушающего, безупречного марша по выжженной земле, преодолев всю парковую зону, батальоны Терранского Порядка вышли на финишную прямую. Кольцо штурма окончательно замкнулось вокруг массивного трехэтажного неоклассического здания Особняка Икс. Четыре тысячи пласталево-керамических тяжеловесов, непрерывно оглашая ночную тьму воем сирен и скрежетом вещательных рупоров, замерли у парадного крыльца и веранд особняка, заняв все входы и выходы.       На облупившихся от взрывов стенах веранд и разбитых окнах первого этажа проекторы Арбитрес уже выжигали багровые клейма — щиты с весами Лекс Империалис и железным кулаком. Последняя цитадель мутантов на континенте была полностью блокирована снаружи. Настало оперативное время для фазы «Вход».       Спустя секунду внешние застекленные веранды первого яруса взорвались фонтанами осколков — передовые отряды Терранского Порядка смяли фасадные конструкции одновременным, мощным ударом гидравлических экзоскелетов. Сквозь зияющие проломы внутрь здания лавиной хлынули штурмовые группы Арбитрес. Они двигались с пугающей, вымуштрованной быстротой, выстроившись плотной стеной. Тяжелые керамитовые щиты Aegis были подняты внахлест, образуя сплошной бронированный монолит, готовый поглотить и рассеять любую кинетическую или термическую атаку. Прямо за щитоносцами, чеканя шаг под непрекращающийся вой внешних сирен, шли оперативники с газовыми инжекторами «Экзекуция» и тяжелым шоковым вооружением, предназначенным для форсированного подавления биоформ.       Те немногие мутанты, кто еще сохранил способность стоять на ногах среди удушливого дыма и ослепляющих вспышек, отчаянно попытались задействовать свои биологические особенности. Один из старших воспитанников, обладавший даром телекинетического управления металлом, в ярости вскинул руки, пытаясь поднять проржавевшие стальные балки и обрушить их на головы наступающих. Но ничего не произошло. Из-за удушающего излучения пси-подавителей его геном-Х оказался наглухо заблокирован, а синапсы мозга взорвались дикой мигренью. Парень не успел даже осознать свой ментальный шок, как пласталевая шеренга Порядка безжалостно сомкнулась над ним. Мощный дуговой разряд шоковой булавы выдал миллионы вольт, мгновенно выжигая нервную систему девианта. — Мощность пси-поля стабильна! Генетический потенциал субъектов сведен к нулю! — монотонно доложил один из Арбитров в инфо-сеть, пока за его спиной хладнокровно защелкивались блокирующие кандалы, и сознание мутанта окончательно угасло.       В это же время внутри самого особняка, в колоссальном центральном холле, стремительно нарастала паника. Те Люди Икс и подростки, кто успел проснуться и выбежать из спален, судорожно пытались организовать хоть какую-то круговую оборону. Но всё было слишком хаотичным, испуганным и неорганизованным. Из-за разбитых окон первого этажа уже вовсю доносились оглушительные, кошмарные звуки идущего снаружи погрома — истошные крики, хлопки светошумовых снарядов, треск высоковольтных разрядов и непрекращающийся, давящий на психику механический рев вещательных рупоров Порядка. — Они уже смяли внешние посты в саду! — тяжело дыша, крикнул Хэнк Маккой, вбегая в холл со стороны восточного крыла. Его огромная звериная фигура была напряжена, а синий мех стоял дыбом. — Они зачищают коридоры! Быстрее, мы обязаны укрепить и забаррикадировать центральный вход!       Но пространственный интервал для обороны был безвозвратно упущен. Входная группа особняка — массивная, укрепленная дубовая конструкция шириной в несколько метров — не просто разлетелась от взрыва. Ее выбили снаружи с такой сокрушительной, чудовищной силой гидравлических приводов, что тяжелые створки вместе с сорванными стальными петлями и кусками бетонной коробки веером отлетели далеко вглубь холла. Обломки с грохотом рухнули на мраморный пол, едва не придавив и не покалечив нескольких оцепеневших от ужаса подростков.       В образовавшемся огромном дымном проеме, монументально отсекая ночное небо, выстроились монолитные фигуры штурмовиков Терранского Порядка. Закованные в тяжелые пласталево-керамические панцири экзоскелетов, они казались безликими железными титанами. На их матовых наплечниках в полумраке зловеще горели кроваво-красные символы — весы Лекс Империалис и железный кулак. Стволы сотен тяжелых штурмовых дробовиков и дула направленных ЭМИ-излучателей были хладнокровно наведены прямо в грудь замершим в холле Людям Икс.       В ту же секунду над разбитым холлом, заставляя вибрировать хрустальные люстры под потолком, раздался оглушительный, пропущенный через мощные динамики доспехов голос Проктора-Исполнителя: — ВСЕМ СУБЪЕКТАМ — ОСТАВАТЬСЯ НА УКАЗАННЫХ ПОЗИЦИЯХ! — приговор разнесся под сводами здания, как удар набатa. — ВЫ НАХОДИТЕСЬ В ЗОНЕ ФИКСАЦИИ ТЕРРАНСКОГО ПОРЯДКА. ЛЮБОЕ ФИЗИЧЕСКОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ ИЛИ ПОПЫТКА ЗАДЕЙСТВОВАТЬ ГЕНОМ-Х БУДУТ НЕМЕДЛЕННО И ЖЕСТКО ПОДАВЛЕНЫ СИЛОЙ ЛЕКС ИМПЕРИАЛИС. БРОСИТЬ ОРУЖИЕ. ВСТАТЬ НА КОЛЕНИ.       Но Люди Икс не собирались сдаваться без боя, даже будучи ментально ослепленными. Один из старших воспитанников, крупный парень-телекинетик, превозмогая раскалывающую череп мигрень, предпринял отчаянную попытку атаки. Он вытянул дрожащие руки, пытаясь вырвать из пола огромную трехтонную мраморную вазу и запустить ее в пролом двери. Но едва массивный камень оторвался от земли на пару дюймов, вектор его силы с шипением рассеялся — частотные пси-подавители «Армахем» мгновенно обнулили биологический всплеск синапсов. Ваза с оглушительным грохотом рухнула обратно на мрамор, разлетаясь на тысячи осколков. Субъект не успел даже вскрикнуть от удивления, как его грудь прошил точечный залп пневматического инжектора. Нейтрализатор центральной нервной системы мгновенно парализовал его мышцы, и парень кулем повалился на пол. — Они используют направленное волновое глушение генома-Х! — в панике закричал кто-то на балюстраде второго яруса. — Силы не откликаются! Мы не можем...       Договорить мутанту не дал оглушительный, слаженный рев, ворвавшийся в холл. Сквозь дым и обломки дубовых дверей, второй волной за штурмовой цепью, лавиной хлынули стальные кибер-мастифы. Механические волкодавы с утробным скрежетом титановых когтей по мрамору бросились на защитников.       И в этот момент в самый центр наступающей своры, оглашая холл яростным, первобытным рыком, живым снарядом рухнул Хэнк Маккой. Зверь.       Его колоссальная антропоморфная фигура, покрытая густым синим мехом, была объята чистым адреналином. Будучи гениальным ученым, сейчас Хэнк подчинялся исключительно древним животным рефлексам, которые пси-подавители не могли заблокировать полностью. Его физическая мощь была первобытной. Мощным ударом огромной когтистой лапы Зверь наотмашь снес передового кибер-мастифа — аугментированная гончая со скрежетом лопнувших сервоприводов отлетела в стену, выбивая искры из перебитого хребта. Развернувшись всем своим массивным корпусом, Хэнк прыгнул прямо на передовую фалангу Арбитрес. — Рецидивист Альфа-класса! Субъект «Зверь»! — чеканно раздалось в тактической сети Порядка. — Применить протокол укрощения! Смкнуть щиты!       Три тяжелобронированных штурмовика первого эшелона мгновенно выставили вперед ростовые щиты Aegis, принимая удар на себя. Столкновение синего гиганта с пласталево-керамической стеной отозвалось глухим, костедробительным звоном. Мощности экзоскелетных рам Арбитров едва хватило, чтобы удержать позиции — подошвы их кованых сапог с визгом прочертили глубокие борозды по мраморным плитам пола. Хэнк яростно рычал, его клыки клацали в дюймах от зеркального визора командира отряда, а когти скрежетали по сверхпрочной металлокерамике, оставляя глубокие шрамы. Он пытался вырвать щиты, используя всю свою огромную силу, но Система не вела с ним честных дуэлей.       С флангов, повинуясь вымуштрованной тактической логике, Зверя мгновенно зажали еще четверо оперативников и три кибер-мастифа. Механические рамы их экзоскелетов загудели на максимальных оборотах, намертво блокируя движения Маккоя. Хэнк попытался вырваться, но гидравлика держала его мертвой хваткой, вдавливая синее тело в пол. В ту же секунду Проктор-Исполнитель хладнокровно опустил на затылок Зверя тяжелую силовую булаву. Миллионы вольт дугового разряда с треском прошили мышцы Хэнка. Его огромное тело содрогнулось в жутких судорогах, синий мех задымился от озона, и, издав последний хриплый вздох, ученый Людей Икс тяжело рухнул на мрамор без сознания.       В холле окончательно воцарился методичный, безжалостный хаос зачистки. Фаланги Арбитрес продвигались вперед, шаг за шагом сжимая пространство, и каждое их движение было отточено до автоматизма. Они не стреляли летальными боеприпасами — Лекс Империалис требовал сохранения ценного биоматериала. Из тяжелых дробовиков летели газовые, сетевые и шоковые заряды. Те мутанты, кто в отчаянии пытался отбиваться вручную, мгновенно сминались превосходящим весом пластали и гидравлики. Подростки падали на пол, их тела беспомощно содрогались от электрических разрядов шоковых дубинок.       Где-то на парадной лестнице, ведущей на верхние этажи, уже вовсю гремели выстрелы и раздавались панические крики. Несколько старших мутантов пытались сдержать натиск на ступенях, но их было слишком мало, и они были слишком дезориентированы ментальной слепотой, чтобы хоть что-то противопоставить этой безупречной, слаженной машине уничтожения.       Со стороны входов в холл с шипением сработали автоматические мортиры, и всё пространство до самого потолка за секунды наполнилось плотным, удушливым серо-бордовым дымом «Экзекуция». Оставшиеся защитники начинали кашлять, полностью теряя ориентацию во времени и пространстве, и один за другим падали на колени, хватаясь за горло. Тех, кто еще пытался стоять на ногах, штурмовики мгновенно и точечно отстреливали из тазеров или сбивали с ног ударными волнами щитов.       Спустя ровно двадцать минут непрерывного, страшного погрома центральный холл Особняка Икс погрузился в мертвую тишину. Великое побоище было завершено. Тяжелая пехота Терранского Порядка выстроилась по периметру огромного зала, хладнокровно проверяя каждого поверженного мутанта. Арбитры работали с пугающей эффективностью — без лишних слов, без пафоса, без проявления жалости или злобы. Они просто выполняли свою системную работу.       Разбитый парадный проем двери был временно заблокирован тяжелым штурмовым гермозатвором Порядка, полностью отсекая любые пути к бегству. Хэнк Маккой и остальные старшие мутанты, пытавшиеся сопротивляться, лежали рядами на полу без сознания, закованные в тяжелые блокирующие кандалы. Тех воспитанников, кто добровольно сдался, подняв руки, штурмовики выстроили у стен под дулами дробовиков. Лица подростков были бледны от ужаса и слез. Они впервые осознали, что мир супергероев закончился.       А на центральной несущей стене холла, прямо над разбитым камином, тяжелый термический проектор уже выжигал монументальное официальное клеймо Терранского Порядка — массивный черный щит, внутри которого кроваво-красным шрамом горела латинская литера «I», увенчанная весами правосудия и сжатым железным кулаком по центру. Знак того, что отныне эта ночь, эта усадьба и судьба всех находящихся здесь существ целиком и полностью принадлежали нерушимому Лекс Империалис. IV — Приговор 10 сентября 2016 года, 22:15. Особняк Ксавье, Уэстчестер, Нью-Йорк.       Центральный холл был взят. Весь первый ярус — полностью зачищен и переведен под фиксацию Системы. Но Особняк Икс не сдавался. Верхние этажи пятидесятитысячного комплекса всё еще отчаянно защищали те Люди Икс, кто не желал покорно идти в кандалы Военного Совета Феттела. Они отчетливо слышали нарастающий, басовитый гул экзоскелетов на маршевых лестницах, физически кожей ощущали, как приближается бездушная, железная армада. Но защитники второго яруса до конца не осознавали главного: эта армия пришла не просто захватывать территорию. Она пришла судить.       Штурмовые группы Терранского Порядка продвигались по ступеням без единого лишнего слова, но их присутствие было осязаемым, как удушливый грозовой фронт. Каждый шаг пласталево-керамического доспеха отдавался глухим, тяжелым эхом в пустых коридорах. Каждый выдох Арбитров бесследно глушился масками-респираторами. Они не кричали от злости, не опускались до пустых угроз — они монотонно и слаженно шли вперед, выполняя свою хирургическую миссию по вырыванию слабых аспектов человечества.       Снова под высокими сводами коридоров второго этажа зазвучал голос. Мощные динамики, развернутые инженерами Порядка на первом ярусе, пустили трансляцию по всем внутренним аудиоканалам здания. Голос был низким, хриплым, с леденящим металлическим оттенком: — ВНИМАНИЕ, ИЗМЕННИКИ СУДЬБЫ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА. — приговор Проктора-Экцанта чеканил каждую букву. — ВЫ ОБЪЯВЛЕНЫ ВНЕ ЗАКОНА. ВЫ НЕ СПОСОБНЫ СПРЯТАТЬСЯ. ВЫ НЕ СПОСОБНЫ СБЕЖАТЬ. МЫ — ВАШ ПРИГОВОР. ГОТОВЬТЕСЬ К ВЫНЕСЕНИЮ ВЕРДИКТА В СУДЕБНОЙ КРЕПОСТИ.       И зловещая, мертвая тишина, которая на мгновение воцарилась в коридорах сразу после этих слов, ощущалась куда страшнее любых артиллерийских выстрелов. Мутанты, занявшие оборону на втором ярусе, вслушивались в этот механический голос и чувствовали, как могильный холод Лекс Империалис пробивает их до самых костей. Они не знали, кто скрывается под черными панцирями, но инстинктивно понимали: старый мир супергероев официально упразднен. Это был конец.       Где-то внизу, на промежуточных лестничных площадках, тишина мгновенно взорвалась глухим, раскатистым эхом. До Логана и Ороро, застывших посреди центральной галереи второго этажа, донесся сочный, оглушительный лязг затворов сотен штурмовых дробовиков. Секунду спустя раздался скоординированный термический взрыв, разнесший баррикады у основания лестницы. На нижних пролетах загремели выстрелы парализующих орудий, перемежаемые гортанными, полными боли и ужаса криками старших воспитанников. В воздухе над лестничным маршем с противным свистом пронеслись тактические ЭМИ-снаряды, наглухо выжигая остатки проводки в стенах. Акустический гул штурма стремительно нарастал, превращаясь в сплошной, давящий на барабанные перепонки низкочастотный рокот. Истошный вопль какого-то мутанта, попытавшегося выставить огненный щит, резко оборвался утробным, леденящим кровь рыком стального кибер-мастифа. Защитники на подступах к галерее были полностью смяты, разбиты и деклассированы превосходящим огневым валом и тяжелой броней Порядка.       Сквозь грохот выстрелов и гул РЭБ-глушилок из задымленного пролета лестницы донесся тихий, но властный, искаженный фильтрами голос офицера Арбитрес, координирующего зачистку: «Сражайтесь как истинные сосуды Лекс Империалис! Выжигать девиантов! Умрите во имя Закона!». Тяжелые шаги штурмовиков, воющие сирены, свист сервоприводов доспехов и крики парализованных подростков сливались в единую симфонию системного демонтажа. Где-то в глубине крыла глухо, как подземный гром, ухнуло осадное орудие Порядка. Воздух задрожал от диссонирующего, низкочастотного гула волновых генераторов. Какой-то крупный мутант-биоформа издал безумный, отчаянный, первобытный рев: «РРРРААААААААААААААААААААААААААААХХХХХХ», пытаясь пробить пласталевый строй, но его крик мгновенно захлебнулся и утонул в тяжелом, оглушительном хлопке светошумового магнитного заряда. А затем над зачищенным пролетом вновь повис сочный, невероятно удовлетворяющий механический звук перезарядки боевого дробовика, и на мраморную крошку ступеней с сухим звоном отскочила тяжелая стреляная гильза.       Логан, стоящий посреди коридора второго яруса, с диким хрустом до упора сжал кулаки. Из его костяшек с металлическим скрежетом выдвинулись три лезвия чистого адамантия. Ярость, чистая звериная ярость закипала внутри него, заставляя ноздри трепетать от запаха пороховой гари, озона и крови. Но глубоко в глазах Росомахи, за этой яростью, впервые за долгие годы застыло четкое, страшное понимание. Они проиграли. Это была не банда Страйкера, не наемники и не безумные роботы Траска. Против них шла безжалостная, выверенная до секунды Система. — Эти ублюдки не оставят в живых никого, — хрипло, сквозь зубы процедил Росомаха, не оборачиваясь к Ороро, которая замерла за его спиной. — Они пришли зачистить под корень всю лавочку Чарльза. — Мы обязаны защитить младших учеников, Логан, — Ороро Монро тяжело дышала, ее глаза побелели от подступающих слез бессилия, а ладони дрожали. Из-за работающих на полную мощность подавителей «Армахем» она не могла вызвать даже легкий сквозняк в коридоре, чувствуя себя замурованной заживо. — Мы не можем позволить им забрать детей в свои лаборатории... Не имеем права.       Но пространственный и временной интервал для спасения был безвозвратно упущен двадцатитысячной армадой окружения. Тяжелая пехота Порядка уже преодолела последние ступени и лавиной хлынула на перекрестки второго яруса. Их синхронные шаги в экзоскелетах звучали ритмично и зловеще, как непрерывная барабанная дробь карательного марша. И каждый этот пласталевый шаг неумолимо приближал Лекс Империалис к своей главной цели.       Первым пласталевый шторм на перекрестке галереи встретил Логан. Издав глухой, утробный рык, Росомаха сорвался с места живым разрывным снарядом. Его адамантиевые когти со свистом рассекли задымленный воздух. Передовой штурмовик Порядка успел вскинуть тяжелый щит Aegis, но против неуничтожимого металла земные технологии были бессильны: три лезвия с визгом распороли керамитовую бронепластину вместе с экзоскелетной рамой, глубоко вонзившись в плечо Арбитра. Из разорванных гидравлических шлангов костюма брызнуло масло вперемешку с кровью, но боец, вышколенный до полного отрицания боли, даже не вскрикнул. Он лишь хладнокровно заблокировал руку Логана поврежденным щитом, фиксируя рецидивиста на месте ценой своей жизни. — Внимание всем группам! Субъект «Росомаха» зафиксирован в ближнем бою! — чеканно раздалось в тактической сети. — Перейти на протокол кругового изъятия! Навалиться всей массой!       С флангов на Росомаху мгновенно бросились еще трое штурмовиков. Но Логан, прошедший через горнило десятков войн, двигался с пугающей, звериной пластикой. Он резко присел, уходя от сокрушительного удара силовой булавы, и ответным круговым движением перерубил коленные приводы экзоскелета второго солдата. Оперативник рухнул на мрамор галереи, но третий Арбитр уже хладнокровно нажал на спуск тяжелого боевого дробовика почти в упор. Залп массивного сетевого патрона с кевларовыми нитями и магнитными зацепами швырнул Логана на стену. Сеть мгновенно стянулась, пробивая кожу высоковольтными разрядами, но Росомаха с яростным ревом буквально перерезал путы собственными когтями, оставляя на обоях глубокие багровые полосы своей же быстро затягивающейся плоти.       В этот же момент Ороро Монро, понимая, что Логана сейчас просто сомнут числом, бросилась на помощь. Лишенная возможности вызвать молнии, она использовала свои врожденные рефлексы. Ороро подхватила с пола тяжелую силовую булаву раненого Арбитра и, переведя ее в максимальный боевой режим, наотмашь ударила оперативника, пытавшегося зайти Логану со спины. Удар пришелся точно в шлем — пласталевое забрало треснуло, и солдат отлетел к балюстраде. Шторм встала плечом к плечу с Росомахой, тяжело дыша, готовая драться до последнего вздоха за своих учеников. — Назад, Ороро! — хрипло выплюнул Логан, отбивая очередной выпад штурмового щита. Его лицо было залито кровью, а регенерация работала на пределе возможностей, судорожно затягивая сквозные раны от инжекторов.       Бой в узком коридоре второго этажа перерос в затяжную, изнурительную бойню. Терранский Порядок нес нетипичные для этой операции потери: еще двое штурмовиков повалились на пол с глубокими адамантиевыми прорезинами в нагрудных пластинах, один из кибер-мастифов был буквально рассечен Логаном пополам от черепа до хвоста. Но Система не знала страха и не умела отступать. Вместо раненых бойцов из лестничного пролета непрерывным черным потоком выдвигались новые, абсолютно свежие шеренги Арбитрес.       Экзоскелеты Порядка гудели на пределе проектной мощности. Полковник Шепард, контролируя затяжной узел сопротивления через камеры дронов, жестко скомандовал по связи: — Хватит тратить оперативное время. Перегрузить генераторы «Армахем» в секторе галереи на сто двадцать процентов. Подавить биоформу инфразвуком.       В ту же секунду стены особняка содрогнулись от новой, невидимой звуковой волны. Диссонирующий, давящий на мозг ультразвуковой рокот ударил по барабанным перепонкам мутантов. Из носа Ороро мгновенно хлынула кровь, ее координация нарушилась, и булава со звоном выпала из ослабевших пальцев. Два Арбитра тут же жестко впечатали ее тело в стену ростовыми щитами Aegis, защелкивая на запястьях блокирующие кандалы Министерства Юстиции.       Логан, чьи звериные чувства были в сотни раз острее человеческих, от инфразвукового удара испытал неописуемые муки. В его ушах словно взорвались артиллерийские снаряды, а мозг за секунду превратился в пылающий очаг боли. Он пошатнулся, его движения замедлились. И этой мимолетной заминки Системе хватило, чтобы завершить приговор.       В его спину и бедра одновременно вонзились четыре тяжелых гарпунных инжектора. Нейтрализаторы центральной нервной системы, усиленные биотехнологиями «Армахем», начали непрерывно впрыскивать в его кровь концентрированный парализующий состав. Логан почувствовал, как его вековое, закаленное в боях тело начинает стремительно каменеть, как мышцы отказываются подчиняться импульсам разума. Его колени подогнулись, адамантиевые когти с бессильным скрежетом убрались обратно в предплечья, и он тяжело рухнул на колени. В тот же миг его со всех сторон плотным кольцом обступили безликие, пласталевые штурмовики. Шестеро Арбитров навалились сверху, используя гидравлическую мощь экзоскелетов, прижимая Росомаху к мраморному полу и намертво заковывая его руки и шею в тяжелые магнитные блокираторы Омега-класса. Самый опасный защитник усадьбы Ксавье был окончательно обезврежен. Порядок потратил изрядно сил и ресурсов, но Лекс Империалис был непреклонен. — Объект «Росомаха» и субъект «Шторм» зафиксированы и переведены в статус изъятых, — монотонно доложил командир штурмовой группы в штаб. — Начать фазу транспортировки биоматериала.       Второй этаж особняка падал. Батальоны Терранского Порядка продвигались дальше по коридорам, шаг за шагом, комната за комнатой, и каждый их шаг был выверенным, точным и безжалостным. Они не стреляли на поражение — они методично очищали пространство, изымая и нейтрализуя. Перепуганные мутанты, пытавшиеся забаррикадироваться в спальнях, один за другим падали на пол, их тела беспомощно содрогались от электрических разрядов шоковых дубинок Арбитрес. Машина Закона шла на последние уровни. На очереди была «Церебро» и третий этаж.       На третьем ярусе особняка, в обширной библиотеке под стеклянным куполом мансарды, Чарльз Ксавье неподвижно сидел в своем высокотехнологичном кресле. Снизу, пробивая перекрытия этажей, доносился нарастающий басовитый рокот экзоскелетов, треск высоковольтных дуг и глухие хлопки газовых инжекторов. Он слушал, как неотвратимо приближается Система. Величайший менталист планеты, чья «Церебро» теперь была наглухо ослеплена ЭМИ-ударами «Армахем», отчетливо понимал: это конец. Порядок пришел за ним как за первопричиной девиантного сопротивления на континенте. Но Профессор не пытался запустить двигатели кресла или бежать через скрытые лифты. Его идеалы мирного сосуществования рушились вместе со стенами его дома. — Чарльз, мы обязаны немедленно уходить к подземным секторам! — в панике крикнула Джин Грей, вбегая в библиотеку со стороны жилых комнат мансарды. Ее лицо было бледным, руки дрожали, а синапсы мозга разрывались от непрекращающегося давления пси-подавителей. — Они уже полностью зачистили второй ярус! Логан и Ороро захвачены! — Нет, Джин, — тихо, но пугающе спокойно произнес Ксавье, переводя взгляд на стеклянный купол, по которому скользили лучи прожекторов тактических дронов. — Мое бегство не имеет смысла. Я не оставлю детей. Я разделю их приговор.       В это же мгновение тяжелые дубовые двери библиотеки беззвучно разошлись в стороны. В стерильное пространство, пахнущее старой бумагой и кожей, ровным маршем вошла штурмовая группа Арбитрес. За закованными в пласталево-керамические панцири Aegis солдатами следовал офицер Высшего Трибунала. На его антрацитово-черных наплечниках в полумраке зловеще поблескивал выполненный в матовом золоте официальный символ — весы Лекс Империалис и железный кулак. Знак того, что в комнату вошла высшая юридическая власть Порядка. Глаза офицера за зеркальным стеклом визора оставались абсолютно безразличными.       Джин в отчаянии вскинула руки, пытаясь превозмочь блокирующее поле и выставить телекинетический щит, но геном-Х наглухо молчал. Два Арбитра мгновенно и без единого слова заломили ей руки за спину, жестко защелкивая на запястьях магнитные кандалы Омега-класса. — Не применяйте к ней физического давления, — монотонно произнес Ксавье, глядя на офицера.       Судья Терранского Порядка даже не взглянул на бьющуюся в путах девушку. Он сделал три размеренных шага вперед, сервоприводы его брони издали тихий сиреноподобный свист, и развернул перед собой тактический планшет-терминал. Из динамика его шлема раздался хриплый, лишенный малейших человеческих эмоций голос, зачитывающий официальное планетарное обвинение: — Субъект Ксавье Чарльз. Вы идентифицированы Системой как верховный координатор несанкционированного биологического анклава «Усадьба» и лидер генетических диссидентов. На основании директивы Первого Маршал-Хана Женевьевы Аристид, вам предъявляется официальное обвинение в нарушении Уголовного Кодекса Великого Закона Земли.       Судья вывел на экран мерцающие строки кодекса: — Статья 88, подпункт 2 Лекс Империалис — Организация, финансирование и прямое руководство незаконным мета-человеческим военизированным формированием «Люди Икс», узурпировавшим монополию государства на насилие. — Статья 112, параграф 4 — Системное укрытие и тайное размещение незарегистрированных биологических аномалий Альфа- и Омега-класса, представляющих прямую угрозу стабильности и выживанию человеческого вида. — Статья 203, пункт 1 — Злостное уклонение от фискального, медицинского и генетического аудита со стороны Министерства Юстиции Порядка.       Судья хладнокровно погасил терминал и заложил руки за спину: — Вина субъекта полностью зафиксирована и доказана потоком оперативных данных. Вы объявлены вне закона на всей территории планеты. Ваш статус — беглый рецидивист высшей категории. Приговор Высшего Трибунала: немедленное изъятие, полная конфискация имущественного комплекса Института в пользу ВПК Порядка и принудительная транспортировка вашего биоматериала в сектор Лекс-Техников для нужд проекта «Парагон». Вы не будете оказывать физического сопротивления.       Ксавье посмотрел на золотые весы на груди Судьи и улыбнулся — бесконечно грустно, но абсолютно спокойно. Он понимал, что эта бездушная машина не слышит аргументов о правах человека. Для нее существовали только параграфы. — Я не буду оказывать сопротивления, офицер, — тихо ответил Профессор. — Мое тело в вашей власти. Но вы не сможете стереть саму мысль о свободе. — Мысль, не облеченная в структуру Лекс Империалис, является деструктивным хаосом, — чеканно отрезал Судья. — Вывести субъектов. Начать фазу транспортировки.       Джин Грей, задыхаясь от бессильной ярости и слез, была безжалостно выведена штурмовиками из библиотеки. Вслед за ней двое Арбитрес зафиксировали кресло Ксавье, подключая его к командному пульту экзоскелета, и покатили профессора к грузовым лифтам. Третий наземный этаж полностью пал под эгидой Закона. На облупившихся от ЭМИ-ударов стенах библиотеки термические проекторы уже выжигали багровые клейма с кулаком и весами.       Наземные ярусы особняка были официально очищены. Теперь батальоны Терранского Порядка разворачивали свои тяжелые пласталевые фаланги в сторону подземных бункеров. Там, в кромешной тьме заблокированных коридоров, остатки мутантов под предводительством Циклопа готовились принять свой последний, самый отчаянный и кровопролитный бой против Системы. V — Суб-уровни и Ангары 10 сентября 2016 года, 22:25–22:45. Подземный комплекс особняка Ксавье.       Наземный трехэтажный контур Особняка Икс полностью капитулировал перед Системой. Вся жилая и учебная площадь в пятьдесят тысяч квадратных футов была взята под тотальную фиксацию, а захваченные мутанты рядами лежали на мраморе, ожидая погрузки в конвои «Каратель». Но полковник Шепард прекрасно знал, что карательная операция не может считаться завершенной, пока под коваными сапогами Арбитрес не содрогнется самый охраняемый, секретный сектор анклава — его многоуровневая подземная база.       Повинуясь жесткой тактической логике Лекс Империалис, штурмовые группы первого эшелона не стали спускаться по узким лестницам. Тяжелые инженерные подразделения Порядка заблокировали центральные лифтовые шахты. Направленные термические заряды «Армахем» с шипением пережгли титановые тросы и бронированные гермозатворы суб-уровней. И в черные, задымленные провалы технологических колодцев, плавно стравливая тросы, начали скользить пласталево-керамические фаланги Арбитрес. На их доспехах и щитах Aegis в кромешной тьме зловеще пульсировали багровые весы Закона.       Первый подземный ярус — обширные технические помещения, хранилища снабжения и винные погреба — встретил Систему гробовой тишиной. Арбитры продвигались веером, подгоняемые низким, басовитым гулом экзоскелетных рам. Операторы непрерывно спускали с поводков кибер-мастифов. Аугментированные стальные гончие мчались по узким бетонным коридорам, прошивая темноту красными лучами лазерных глаз-сканеров, выковыривая из-за инженерных щитов и вентиляционных узлов перепуганных техников-мутантов. Любое сопротивление здесь ломалось мгновенно: короткий выпад шоковой дубинки, миллионы вольт в тело — и обмякший девиант летел на бетон, где на его запястьях с сухим щелчком застегивались блокирующие кандалы Министерства Юстиции.       Настоящая война ждала Порядок на втором, самом глубоком секретном уровне. Как только передовые штурмовые группы выбили гидравлическими ударами тяжелые титановые створки шлюза, они оказались в колоссальном футуристическом хай-тек пространстве. На тактических экранах Шепарда проступила геометрия трех ключевых узлов: огромный ангар с реактивным самолетом «Дрозд», бронированный куб знаменитой Опасной комнаты и сферический зал суперкомпьютера «Церебро».       Именно здесь, у основания массивных стальных шлюзов, Скотт Саммерс собрал последние, самые преданные и боеспособные силы Людей Икс. Лишенные ментальной поддержки Чарльза Ксавье и Джин Грей, дезориентированные удушающим излучением пси-подавителей, эти мутанты были прижаты к стене. Но они были ветеранами. И за их спинами была «Церебро». — Держать рубеж! Не отступать ни на шаг! — эхом разнесся по стальным коридорам бункера яростный, сорванный крик Циклопа.       Саммерс намертво застыл в центре прохода. Превозмогая дикую мигрень от давящего инфразвука «Армахем», он сорвал с лица защитные очки-визор. Бездержимный, разрушительный поток рубиновой кинетической энергии Омега-класса со страшным ревом рванул из его глаз, прошивая полумрак подземного комплекса. Мощнейший луч чистого хаоса ударил точно в центр наступающей фаланги Арбитрес.       Удар был такой силы, что двое передовых штурмовиков, несмотря на всю гидравлику своих экзоскелетов, были буквально сметены и отброшены на стальные стены ангара. Их ростовые щиты Aegis деформировались от чудовищного давления, но сверхпрочные керамитовые пластины доспехов совершили невозможное — они поглотили и рассеяли экстремальную термическую и кинетическую волну, спасая жизни операторов. Пласталевый строй Порядка дрогнул, но не рассыпался. На место рухнувших бойцов мгновенно, с безупречной кастовой дисциплиной, шагнули новые шеренги. Они хладнокровно сомкнули щиты, образуя неостановимый красно-черный таран. — Рецидивист Саммерс Скотт. Идентификация: Командир военизированной группы «Люди Икс», — монотонно зафиксировал тактический компьютер Порядка. — Применить протокол «Слепота». Форсировать ЭМИ-подавление.       В ту же секунду инженеры Порядка выкатили в коридор суб-уровня тяжелые направленные излучатели «Армахем». Массивный электромагнитный залп невероятной мощности с сухим треском прошил пространство бункера. Внутреннее аварийное освещение оставшейся части подземной базы Ксавье мгновенно погасло, погружая сектор в окончательную тьму, а управляющие терминалы Опасной комнаты и лифты ангара «Дрозда» взорвались снопами искр, умирая навсегда. Проекторы «Церебро» бессильно замигали и отключились. Мутанты оказались заперты в темном железном гробу под землей.       Сквозь эту тьму, используя приборы ночного видения и инфракрасные сенсоры шлемов, Арбитры открыли шквальный огонь. Воздух наполнился сочным, непрерывным механическим лязгом затворов тяжелых дробовиков и свистом парализующих снарядов. В замкнутом пространстве бункера этот грохот превратился в адскую, оглушительную симфонию. Мутанты, пытавшиеся вести рукопашный бой во тьме, натыкались на сплошную стену из пласталевых щитов и безжалостных ударов силовых булав.       Циклоп отчаянно пытался вести огонь вслепую, ориентируясь на вспышки багровых визоров, но Система действовала безжалостно. Три стальных кибер-мастифа прыгнули на него одновременно из темноты. Аугментированные челюсти намертво зажали его предплечья, а подоспевшие штурмовики экзоскелетами прижали Саммерса к полу, наглухо закрывая его слепые глаза специальной светонепроницаемой пласталевой маской-блокиратором. Последний очаг организованной обороны Людей Икс был полностью ликвидирован.       Спустя пятнадцать минут затяжной, кровопролитной зачистки в подземных недрах Уэстчестера воцарилась гробовая, зловещая тишина. Секретный бункер Ксавье окончательно пал. Все выжившие Люди Икс из тактической группы Циклопа были обезврежены, зафиксированы био-тегами и закованы в тяжелые магнитные кандалы.       Полковник Шепард медленно спустился по искореженной лифтовой шахте на второй подземный уровень. Он прошел мимо разбитых терминалов Опасной комнаты и замер у массивных круглых дверей «Церебро». На гладкой титановой сфере зала суперкомпьютера термические проекторы штурмовиков уже выжигали финальное, монументальное клеймо — багровый щит с весами Лекс Империалис и железным кулаком по центру. Показательно-карательная акция «Гильотина» была завершена со стопроцентной эффективностью. 15 акров поместья и 50 000 квадратных футов комплекса были полностью очищены от девиантного хаоса.       «We are the System. We are the Law» — эта фраза теперь была выбита в бетоне и железе подземелий Уэстчестера. Завтра об этом погроме напишут все мировые СМИ, а Мстители содрогнутся от осознания новой силы. Но для Терранского Порядка это был лишь очередной успешный рабочий цикл.       Разгромленный, ослепший особняк Ксавье стремительно затихал. С каждым скоординированным шагом батальоны Арбитрес Терранского Порядка стягивали внутренние рубежи фиксации к грузовым платформам. Каждый захваченный девиант, от испуганного первокурсника до ветерана Людей Икс, отныне классифицировался Системой исключительно как ценный сырьевой ресурс для Министерства Юстиции.       Когда подземная и наземная фазы зачистки были полностью завершены, Проктор-Экцант, полковник Шепард размеренным шагом прошел через полуразрушенный центральный холл первого яруса. На его тяжелых наплечниках в свете кое-как работающих восстановленных аварийных ламп грозно поблескивал выжженный металл. Он хладнокровно окинул взглядом длинные шеренги закованных в блокирующие магнитные кандалы мутантов. Его голос, пропущенный через вокальные фильтры маски-респиратора, прозвучал сухо, безлико и непреклонно, как зачитываемый судебный ордер: — Полное изъятие биоматериала. Конвоировать всех субъектов без исключения. Хронометраж операции — строго по регламенту Военного Совета.       Штурмовики Арбитрес, повинуясь приказу, начали методично выводить пленных мутантов из здания через разрушенные фасады веранд. На парадной аллее их уже ждали брутальные, угловатые бронетранспортеры «Каратель». Конвоиры хладнокровно распределяли девиантов по стерильным герметичным отсекам для транспортировки в заснеженную горную цитадель Порядка, где Пакстон Феттел уже готовил терминалы проекта «Парагон».       Особняк Икс в Уэстчестере, на протяжении десятилетий служивший для многих мутантов главным оплотом и символом надежды на мирное сосуществование, теперь превратился в монументальный памятник их тотального исторического поражения.       На центральной несущей стене холла, прямо над разбитым камином, где раньше висела старинная карта мира Чарльза Ксавье, теперь красовалось колоссальное, обугленное термическими проекторами официальное клеймо Терранского Порядка. Монолитный черный щит, внутри которого багровым шрамом горела латинская литера «I», увенчанная весами правосудия и сжатым железным кулаком по центру. Абсолютный, выжженный в бетоне и железе манифест Лекс Империалис. Тяжелый знак того, что Система пришла в этот мир. Знак того, что Закон победил хаос.       И в этой сокрушительной победе регулярных батальонов не было ни капли человеческой радости, ни тени гордости, ни злорадного пафоса старой Гидры. Только ледяная, вымуштрованная и абсолютно безжалостная уверенность Терранского Порядка в своей эволюционной правоте. Завтра планета проснется в новой реальности.