Девочка с параллели

      Вспышки неонового света резали темноту, на мгновение выхватывая из полумрака чужие лица, смех, запрокинутые головы и стаканы с дешевым пойлом, наспех купленным в рандомном ларьке.       Чужие локти врезались в бока, кто-то пролил бурду прямо на кроссовки, в воздухе стоял плотный дым из сигарет и кальяна. Время растянулось, звуки из хрипящих колонок стали объемными, меняя картинку перед глазами.        Тревога липкой жижей поднималась от желудка к горлу, заставляя мир вокруг плыть медленнее. — Эй, Кис, чего притих? —  Кто-то из пацанов - кажется, Мел или Хэнк — грубо пнул его в локоть. — Ты живой там вообще?       Тупая боль в руке отозвалась опоздало в мозге, и реальность, до этого размазанная вязким сигаретным дымом, встала на место. Может, и не совсем. Может и не реальность.        Рот напрочь пересох, на языке цедился горьковатым привкусом догоревшей травы, а кроссовки неприятно потяжелели, насквозь пропитавшись чьей-то пролитой бурдой.        Вокруг все так же выло, мазалось, почему-то было тревожнее обычного — время окончательно потеряло форму и уже некоторое время, после того, как они с пацанами добили плотный косяк на балконе, накрыло волной.       Не то, чтобы подобный эффект был в новинку. Он и до этого курил не первый раз, и прекрасно знал это мерзкое состояние, когда мир вокруг превращается в зажёванную плёнку, а собственные мысли начинают казаться чужими, но сегодня... То ли матушка со своими вечными истериками с утра пораньше опять заебала так, что хотелось из окна выйти, то ли местный мент, Бабин, который в последнее время слишком пристально косился на них во дворе, нагнал этой липкой тревоги.       Медленно, словно через силу, засунул руки глубоко в карманы худака, нащупав использованный косяк, выкуренный совсем недавно. Исходя из использованного шершня обгоревшего фильтра, – курили они минут двадцать, может сорок, опустивший тяжелый взгляд вниз.        Новенькие светлые кроссы теперь украшало ебучее пятно, от которого разило теплым алкоголем. Голова соображала и без того тупо, а тут ещё и это… — Сука, че за хрень… — процедил Кислов сквозь зубы.         Он смотрел на свои когда-то чистые, выбивающиеся из этой грязи кроссовки, и внутри у него буквально сорвало резьбу. Пятно расплывалось по светлой ткани, уродливое и липкое, точно такое же, как и вся его жизнь, начиная от всей хуйни с наркотой, приводами и вечными долгами, заканчивая тем, что даже шлюха из параллельного класса — и та его отшила. Конечно, не… так-то было похуй.        Нахуй надо вообще за кем-то бегать, унижаться, ловить эти двусмысленные взгляды? Но всё равно… как-то, сука, обидно. В глазах на секунду потемнело, а к горлу подкатил горячий, горький ком.       Сквозь плывущий смог он узнал в пацане Хэнка — тот покачивался с ноги на ногу, держа в пальцах полупустой стакан и глупо, абсолютно не вовремя скалился.        Эта его пьяная рожа подействовала на Кислова, как красная тряпка на быка. Ему захотелось с ходу, без лишних слов, вбить эту ухмылку прямо внутрь хэнковской челюсти.       Если бы он не был его другом… — Ты че, блядь, безглазый совсем? — киса сделал шаг вплотную, почти врезаясь в него. — Ты мне кроссы залил, дебил. — Да лады, Кис, я же извинился ток что, — Хэнк сразу перестал улыбаться и попятился, примирительно поднимая свободную руку, едва не роняя пепел с зажатой в зубах сигареты. — Че ты сразу быкуешь? Ну косяк мой, постираешь...       Боря заткнулся на полуслове, уставившись на Кислова мутным, плавающим взглядом, полного понимания. Он знал, что тот ушел куда-то с балкона минут двадцать назад — хуй знает че делал. — Ты вообще в порядке, Кис? Глаза стеклянные, блядь, как у рыбы. Тебя не кроет там? Может, на воздух выйдешь, пока не стошнило на ковер?       Киса стоял неподвижно, шумно втягивая носом душный воздух. На секунду показалось, что Хэнк говорит откуда-то из-под воды — так сильно шумело в ушах. Он сжал кулаки в карманах худака. — Нормально меня, — огрызнулся Кислов, резко дернув плечом. — За своей пастью следи, пока я тебе её не сломал. — Ну и ладно, чё ты… — буркнул Хэнк, подозрительно покосившись на Кису и переступая с ноги на ногу. — Короче, забей. Там пацаны тему придумали, погнали на в бассейн прыгнем? Освежишься как раз, торчок чумной. Вода — во!       Хэнк показал большой палец, едва не плеснув оставшимся пойлом из своего стакана.        В голове закрутило, и Киса смог лишь выдавить из себя короткий, сдавленный смешок, больше похожий на нервную ухмылку. Но затем все звуки и голоса в голове разом стихли.       Кислов тупо моргнул, пытаясь заземлиться и сфокусировать плавающий взгляд, и вдруг сквозь этот плотный туман он выхватил её.       Лера, или… шла сквозь толпу. Весь мир вокруг мгновенно схлопнулся до размеров одного-единственного силуэта, и плевать хотелось что почти перед обзором чел засасывает девочку. На смену глухой ярости пришло осознание упущенных возможностей, ударившая в голову сильнее любых веществ. Бешеное желание разбить Хэнку лицо испарилось, словно его и не было, сменившись каким-то пьянящим чувством. Не умеет он красиво говорить. — Да иди ты нахуй со своим бассейном, Хэнк, — Кислов хлопнул его по плечу, заставив того пошатнуться, и безумно улыбнулся, глядя уже куда-то сквозь него. — Какой, блядь, бассейн, когда тут ангелы с неба падают?       Хэнк только тупо моргнул, переводя взгляд с Кисы на противоположный почти пустой коридор, вообще не догоняя, что за приход поймал его друг. А Киса уже сорвался с места, напрочь забыв про свои испорченные кроссовки.        Нахуй их всех.       До этой весны ему было вообще насрано до неё. 

***

      Лера была с параллельного класса. Видел её пару раз в коридорах, слышал, может, чёт на перекурах за школой, но вообще не придавал значения. Ну девка и девка, мало их тут ходит, что ли? Но всё полетело к чертям, когда месяц, может и пару недель назад она начала тусоваться в компашке Рауля. Вот тогда его и перекрыло. Конечно, Киса внушал себе, что ему плевать — он же ведь не в сериале каком-то и не в мелодрамах, чтобы залипать на девчонку из-за ревности. Тогда почему она вдруг стала для него запретным плодом?       Она расцвела среди этих уродов. Стала носить короткие топы, открывающие талию, курить сигареты и смеяться над шутками этих ублюдков. Не по-пацански как-то, портить девочку-то…        Внутри Кислова росла злость на Рауля, на его компашку и больше всего, на саму Леру. Какого хрена она так легко позволила этим типам ломать и портить себе жизнь? Он, конечно, далеко не моралист и не святоша, ему в принципе плевать, чё там и как там у других, но конкретно тут внутри всё полыхало синим пламенем.       А ведь всё началось всего пару недель назад.       На улице стоял солнечный день, а проведя весь день за партой под нудёж старой мрази, математички Николаевны — только на её уроке присутствовал Кислов. В мыслях думалось, как побыстрее свалить.        Уроки наконец закончились, потому то вместе с Мелом и пацанами, шумной толпой вывалился на крыльцо школы. Скинув куртки и оставшись в одних толстовках, пацаны лениво толкались у ворот, обсуждая планы. Кислов собирался сразу после школы дойти до базы, перетереть с Хэнком, который съебал пораньше, насчёт долгов одного местного придурка, и просто спокойно посидеть, покурить в тишине подальше от проблем. Ваня уже мысленно зашагал в сторону моря, на ходу застегивая куртку и прикидывая, сколько времени уйдёт на дорогу. — Кислов, постой! — вдруг раздался откуда-то позади.       Ваня обернулся, готовый обматерить того, кто ломает его планы, но слова застряли в горле.       К нему, отделившись от Ритки и прости Господи, Анжелы, уверенно шагала какая-то девочка. Точнее, Киса её, конечно, знал.        Лера.        Она из параллели, и её имя он не раз слышал от пацанов на перекурах за школой, когда те обсуждали местных девчонок, но до этой секунды она была для него просто фоном — ну ходит и ходит, Господи.       Она остановилась прямо перед ним, слегка покачиваясь с ноги на ногу. Ваня скользнул по ней быстрым, оценивающим взглядом и вынужден был признать: а девка-то реально сочная. Не так уж она и плоха, далеко не плоха. Фигурка что надо — ну типо, короче… из-за этого её дурацкого короткого топа кожа на животе так и притягивала взгляд. Киса с трудом заставил себя поднять глаза выше, чтобы не спалиться, и наткнулся взглядом на её руки. В пальцах она нетерпеливо крутила абсолютно пустую, сдохшую электронку ядовито-розового цвета.       Кислов сверлил глазами по этой пластиковой херне и мысленно сплюнул. Пошла нахер вообще. Привыкли, блядь, чуть что — сразу к Кисе бежать, будто он им тут личный поставщик. Нашла дурака.       Он уже открыл рот, чтобы выдать ей в лицо своё коронное «пошла в жопу, Лер, у меня дела», но она опередила его. — Выручай, Кислов, — она заглянула ему прямо в глаза и улыбнулась. — Мне девчонки сказали, ты по жижам и одноразкам подсказать можешь. Пустая совсем, а курить охота, я умираю! Рауль со своими только сигареты вонючие курят, у меня от них голова раскалывается. Притащишь мне чё-нибудь нормальное? Заплачу!       «Рауль?» — внутри всё перекосило. У Рауля бабок до хрена, тачка, авторитет местный, а она, блядь, притопала ко мне жижу клянчить? Ещё и сотки свои копеечные суёт, сука, как какому-то цыгану с рынка. — Заплатишь? Слышь, Лер или как там тебя... Мне твои копейки нахер не сдались. Я тебе чё, на побегушках? Для незнакомых девчонок у меня ничего нет, даже за деньги. У Рауля своего и проси, раз с ним тусуешься. — Ну, Кислов… Чего ты сразу взъелся-то? — Она смутилась, покраснела даже как-то, но быстро попыталась вернуть себе прежнюю уверенность. — Рауль тут вообще ни при чём, он мне никто. Ну выручи, правда курить охота, аж коленки трясутся. Скажи, чё ты хочешь, если не деньги? В долгу не останусь.       Лера смешно сощурилась от яркого весеннего солнца, жалобно, умоляюще скрестила ладони перед грудью и сделала шаг ближе.       Конечно, верить девчонкам, которые так спешно оправдываются — себя не уважать, но почему бы и нет? Хотя на открытый конфликт и делать себе проблемы не очень хотелось. — В долгу, говоришь, не останешься? Ладно. Деньги себе оставь, — он наклонился чуть ближе. — Если погуляешь со мной вечером… с восьми и пока мне не надоест, то, может, я и подгоню тебе чё-нибудь.       Она на секунду зависла, обдумывая или оценивая, но наверняка и курить ей хотелось сильнее, чем спорить.       Если честно, я тогда и не надеялся, что та придет. Весь вечер сидел как на иголках, пацанам на базе грубил, метался из угла в угол, курил одну за другой. Короче, стыдобище. Простите, пацаны… — Киса, хорош греметь. Заебал метаться. Чё стряслось? Бабки потерял или проблемы с кем? — Отвали, Хэнк, всё нормально, — огрызнулся тогда Ваня, со злостью туша бычок о подошву и в очередной раз проверяя экран мобильника.       В восемь ноль две из темноты вынырнула Лера, она шла, забавно кутаясь в свою короткую куртку и смешно волоча ногами. У Кисы внутри аж отлегло, но он тут же напустил на себя максимально наглый вид. Сплюнул под ноги и не двинулся с места, дожидаясь, пока она сама подойдёт. — Ну привет, Кислов, — выдохнула Лера и тут же пар ударил в лицо. Она уже где-то успела сделать пару тяг, но розовая электронка в её руках мигнула синим и окончательно сдохла. — Я уж думала, ты замерз и свалил. Ну что, притащил? Не обманул? — Не-а, — нагло соврал он, глядя на неё сверху вниз. — Забыл. Пацаны на базе отвлекли, дела были. Короче, не взял я ничего.       Он замер, и уставился прямо на её лицо, ловя каждую эмоцию. Ему до безумия хотелось посмотреть, что она сделает: развернётся и уйдёт или разозлится, и начнет умолять. — В смысле не взял?! — Лера сразу же изменилась в лице, смотря ему прямо в глаза. — Кислов, ты издеваешься? Я перлась сюда по холоду, у меня уши отмёрзли! Я же просила!       Конечно, он взял. Помучив её ещё пару секунд, сжалился и выудил из кармана. Она что-то радостно пискнула, затараторила, поблагодарила его, то-сё, за локоть аккуратно приобняла, он то думал, что она до свадьбы ни-ни.       Потом пошла вторая прогулка, за ней третья. Ему было не столь жаль времени, да и для неё ничего не жалко, хоть денег в карманах из-за этих барыг реально чуть меньше стало. Заначки таяли на глазах.       Пацаны его приколов вообще не оценили. Как-то вечером они сидели на базе, Хэнк лениво крутил в руках пустую бутылку, а Мел, заметив, как Киса пересчитывает помятые сотни, недовольно косился из-под тяжка. — Слышь, Киса, ты совсем поплыл? Опять бабки на эту херню пластиковую спускаешь? Ты же, блядь, всю жизнь обычные сигареты куришь, нахрена тебе эти  жижи приторные? Кого ты там спонсируешь? — Завали, Мел, не твоё дело.       Да что они вообще понимают? Он же, епта, лучший. Куда там какому-нибудь Мелу с его сопливыми стихами или Хэнку, тот вообще голубой. Он же сам себе доказал, что может, когда       захочет!       Тогда поднялся сильный ветер, Лере заметно похолодело. Он остановился, молча стащил с себя куртку и накинул ей на плечи, хоть она и оказалась ей огромной.       А на четвёртый раз всё сорвалось.        Причём максимально всрато и больно для него самого.       Он тогда уже всё подготовил, выбил новую жижу, примчался на набережную пораньше и два часа простоял на ветру, куря одну за другой. Леры не было.        На его смс: «Ты где бля?» ответ прилетел только через полчаса. Тупое, идиотское: «Ой, Вань, прости-и-и)) Мы тут с девчонками встретили Рауля, он нас к себе на хату позвал, тут капец весело! Давай в другой раз, чмоки».       Фотка следом — пьяная рожа Рауля и куча дорогого алкоголя на заднем плане.       Ну и пошла она нахуй.

***

      Какой-то левый чел, уже знатно окосевший от халявной алкашки, на вдохе влетел Кислову плечом прямо в грудь. Парня качнуло, он разлил остатки пойла из своего стакана и недовольно вякнул, задевая других. — Слышь, ты, полегче там! Глаза разуй… — Съебался, — бросил Кислов, даже не сбавляя шаг, и прошёл мимо, оттолкнув пацана в сторону так, что тот едва удержался на ногах.       Драться? Марать кулаки об это? Нахуй надо. Лера замерла, медленно прищурившись и подняла бровь, пытаясь сфокусировать на нем свой блестящий, застекленный взгляд. На ее губах виднелась смазанная  помада, а следом улыбка. — Кислов?.. — протянула она, приблизившись и ее голос прозвучал как-то слишком мягко,— чего тебе?       Она покачнулась, теряя равновесие, и вместо того, чтобы обойти его, сделала шаг вперед. Лера буквально уткнулась лбом в его плечо, наваливаясь всем телом, и поластилась, словно ручная кошка, ищущая опоры. Тонкие пальцы скользнули по плотной ткани его худака, цепляясь за плечи.       От нее разило дорогим сладким алкоголем, мятой и каким-то ягодным парфюмом, который теперь намертво въедался в его одежду. В эту секунду он отчетливо понял — она в ноль ваще. В хлам. — Киса-а… — тихо пробормотала Лера, утыкаясь носом куда-то ему в шею, обжигая кожу горячим дыханием. — Голова так кружится… Эти придурки такие душные. Хорошо, что ты тут. Ты же нормальный, да? Ты же мой друг…       Кислов лишь ухмыльнулся, позволяя себе наконец распустить руки. Пальцы сами, без спроса, нырнули под подол короткого топа, цепляясь за теплую кожу и уверенно обводя талию сзади, прижимая Леру ближе к себе.       Он, конечно, осуждал всю эту херню.        Осуждал Рауля, который спаивал девчонок на халявной квартире.             Осуждал саму Леру за то, что набралась тут в сопли, растеряв всю свою гордость. Не по-пацански это — пользоваться тем, что девчонка слова не вяжет и виснет на тебе просто потому, что перебрала с алкашкой.       Она привстала на носочки, цепляясь ладонями за его плечи, чтобы самой не упасть. Её пальцы судорожно сжали плотную ткань худака и она потянулась выше, прошлась губами по его шее.       Её губы, ещё горячие и влажные от алкоголя — медленно скользнули вверх, от самой ключицы к линии челюсти, оставляя за собой обжигающий влажный след.       Горячее дыхание на шее, ягодный запах её духов и то, как послушно ее тело вжималось в его грудь, напрочь отключали тормоза.       Пошла она нахер, эта правильность. Если она сама лезет к нему, называя «другом», он этим шансом воспользуется. — Ну да, друг, — хрипло процедил Киса ей в макушку, зарываясь в её волосы и сильнее сжимая пальцы на ее талии. — Пойдем, Лерка, я тебе помогу «проветриться».       Она вжалась в него посильнее, спрятав лицо в худак, а в ответ лишь смутно, едва слышно угукнула куда-то ему в шею, но стоило ему сделать шаг, увлекая её за собой, как вдруг она резко дёрнулась назад, пытаясь высвободиться из его хватки. — Пусти, Кислов… — несвязно пробормотала она, упираясь ладонями ему в грудь и слабо отталкивая. — Я сама…       В ушах звенел бас, а перед глазами начало всё плыть, а затем послышался собственный сдавленный смешок. Держать её силой он не стал бы. Насильно мил не будешь, да и пацанские понятия внутри еще ворочались сквозь туман.             Он медленно расслабил пальцы на её талии и уже собрался отстраниться, но почувствовав, что руки исчезают, Лера судорожно сжала пальцы на его худаке, намертво цепляясь за ткань. Она подняла голову, заставив его замереть, а затем накрыла его губы своими.       Киса на секунду опешил от этого, но крышу у него сорвало моментально. Ебись оно всё конем. Он перехватил инициативу, сминая её губы и толкаясь языком глубоко, целуя наотмашь и вышибая из нее остатки воздуха, проникая языком.       Она поплыла, отвечая смазанно и теряясь. Её язык неумело, путано касался его, пока она слепо цеплялась за воротник худи, словно падала и он был единственным, что удерживало её на ногах. Поцелуй выходил рваным, а лёгкие выжигало дотла, пока кислорода перестало хватать, и киса, с неохотно отстранился.        Ловить ртом спёртый, пропитанный дымом воздух оказалось чертовски тяжело, но его руки уже скользнули с её талии вниз, обрисовывая изгиб бёдер, и пальцы нагло, но крепко сжались чуть ниже.

***

      Ему изначально казалась ему плохой затеей идти на эту тусовку, но пацаны и Анжела упрямо попёрлись сюда. Стоило ему на минуту отойти к окну, как Анжела растворилась в толпе.        Мел заглядывал в каждую комнату, хмуро отпихивал плечами каких-то танцующих малолеток и судорожно набирал её номер, пока из-за грохочущей колонок в трубке были слышны только издевательские гудки.  — Да блядь, Анжел, ну где ты есть-то... — пробормотал Мел, в очередной раз сбрасывая вызов. — Завязывай ты телефон теребить, Меленин, не глухая она, захочет - сама найдётся, — раздался над ухом знакомый голос.       Мел обернулся и наткнулся на Хэнка. Тот стоял напротив него, прислонившись плечом и как-то устало положив голову к косяку двери. — Тебе легко говорить, Борь, — огрызнулся Мел, взъерошив и без того, растрёпанные волосы. — Она с этими придурками из компашки Рауля тёрлась. Не нравится мне это всё, хуйня какая-то, а не вписка. Ритку хотя бы видел? Они же вместе пришли. — Да ладно тебе, не паникуй, видел я твою Анжелку минут пять назад. — Хэнк лениво скользнул взглядом по толпе, сплюнул и кивнул подбородком в сторону толпы людей,— Она в сторону туалета пошла, там потише вроде. Дуй туда, а я пока на балкон, покурить надо. Заодно гляну, чё там за движ на улице.       Хэнк съехал плечом с косяка и зашагал к выходу на воздух, а Мел, кивнув, тут же двинулся туда, куда он указал.       Людей на хате было немерено — уже потная толпа забила весь проход, кто-то громко ржал, кто-то толкался под грохочущие басы, а кто-то пытался друг друга засосать. Нельзя же так.       Кое-как миновав поворот у ванной, Мел уже собирался свернуть к спальням, как вдруг резко затормозил, едва не влетев в чужую спину.       Ритка.       Почувствовав чужие руки на плечах, она вздрогнула и резко обернулась, чуть не столкнувшись с ним головой. В чуть светящийся комнате её глаза показались чересчур огромными, она уставилась на Мела, не моргая. — Меленин… — почти прошептала Ритка, и её голос дрогнул. — Ты чего трогаешь? Глаза разуй.       До него только сейчас дошло, как близко они стоят, и как нелепо со стороны выглядят его руки, вцепившиеся в её плечи. Он отдернул их, и сделал шаг назад, берясь за переносицу. — Ой, Рит… извини, бля, — забормотал он, неловко переминаясь с ноги на ногу, и пряча ладони в карманы толстовки. — Я не хотел. Думал, это чел какой-то пьяный под ногами трётся. Сглупил, короче, сорян. Я просто Анжелку ищу, Хэнк сказал, она сюда шла. — Да там твоя Анжела, в туалете закрылась, — Ритка, оставшись без опоры его рук, как-то сжалась и поправила ремешок сумочки.. — Нос припудривает, сейчас выйдет твоя шл...       Она не успела договорить. Мел вдруг резко прищурился, полностью проигнорировав её слова, и уставился куда-то поверх её плеча. Среди  пьяной толпы, немного выпрямившись, он зацепился взглядом за знакомую взъерошенную причёску и узнаваемый худак.       Киса немного огибав толпу, держал за руку незнакомую девушку, едва поспевающая за ним. — Ни хера себе… — тихо выдохнул Мел, напрочь забыв, о чём они вообще только что говорили с Риткой.       Ритка, заметив, как Мел завис, нахмурилась и тоже обернулась назад, прослеживая за его взглядом.       В узком проходе коридора было не развернуться. Толпа то и дело толкала её в плечо, мешая обзору, она сердито дёрнула головой, приподнялась на носках и успела присмотреться сквозь просвет между спинами.        С этого ракурса Ритка видела то, как Лера держа кого-то за руку, еле державшись на ногах, покорно ждала, пока кто-то, предположительно парень, откроет дверь. Хотя, зная Леру — это вполне могла быть и девушка.       Знакомый худак мелькнул, когда Кислов, пропуская девушку внутрь, захлопнул за собой дверь.