blind spot

На часах раннее утро. Саша брёл через лес, по мокрой траве, в сторону станции. За спиной — рюкзак, набитый доверху учебниками, в руке — дорожная сумка. Поднявшись по старой ржавой лестнице, он увидел на платформе Даню, в руках у которого была спортивная сумка, набитая, наверное, лишь гантелями и блинами для штанги. Его друг был явно воодушевлен предстоящей поездкой, словно ехал в отпуск, а не в универ на третий курс филфака. Саша подошёл и пожал ему руку. — Ты чего такой хмурый? Не выспался, что ли? — спросил Даня, переминаясь с ноги на ногу от нетерпения. — Действительно, блядь. Я же так рад третий год подряд ехать на ебаной электричке в ебаный универ. — Да ладно, не кисни. Увидимся с парнями снова, кайф же. — Конечно кайф, особенно когда учишься на филфаке, при этом ни разу не сходив на философию. А когда ты учишься на психолога и каждую среду тебе приходится слушать нудные лекции Петровича, которые ещё и хуй прогуляешь, — такой себе кайф, знаешь ли. Даня стукнул его по плечу в знак поддержки, отчего у Саши, кажется, остался синяк. Спустя тридцать минут тупого простоя на станции электричка на город наконец прибыла. Вагоны в такое время уже заполнялись. Люди отовсюду спешили на работу и учёбу. А Саша предпочёл бы никуда не ехать. К третьему курсу весь энтузиазм и желание помогать людям напрочь исчезли. Ко всему этому добавилась плохая, непрофессиональная привычка — постоянно лезть в голову других людей. Возможно, они этого даже не замечали, но такая нагрузка сильно выматывает и бьёт по нервной системе. Саша старался отключить мозг в такие моменты. Забыться и не думать о предстоящем годе, о сессии, о людях, которых снова и снова придётся видеть. И нет, он правда любил парней из общаги, с которыми подружился еще на первом курсе. Правда. Просто видеть на протяжении года одни и те же лица очень выматывает, особенно Сашу. В вагоне, в котором сидели Саша и Даня, стало не хватать места, люди, человек по десять с каждой станции, заполняли все свободные места. Стало душно и жутко некомфортно. Саша с разочарованием стал понимать, что их свободное пространство вот-вот займут, и тогда он потеряет последнюю надежду на расслабление и спокойный сон. Полтора часа в ужасной давке между людьми, духоте и тряске были тем еще испытанием для Саши. Выйдя на полупустую станцию, он прикрыл глаза от яркого солнца, тем временем Даня потягивался со счастливой улыбкой на лице. Общежитие находилось всего в пяти минутах ходьбы. По пути им уже встречались студенты, которые желали поскорее заселиться. Мимо них с удивленными лицами шли первокурсники, которым ещё только предстоит познать все прелести учебы в вузе. На крыльце здания с сигаретой в руках стояло ещё одно недоразумение филфака — Лёша. Прищурив глаза и заметив друзей, он тут же улыбнулся и замахал рукой. Даня, недолго думая, ответил тем же и стремительно ускорился. Саша закатил глаза, но тоже прибавил шаг, дабы не отставать от друга. Как только они подошли, Лёша сгрёб их в объятия — он всегда был чрезмерно тактильным. — Как лето-то прошло? Чем занимались? — спросил Лёша, докурив и выкинув окурок рядом с мусорным ведром. — Ты так спрашиваешь, как будто что-то поменялось. Всё как всегда: Саня за учебниками сидел, а меня бросил на произвол судьбы одного в нашей глуши. — Да что бы с тобой случилось? Ты вон какой громила, — сказал Саша, окидывая взглядом друга. — Ты сегодня такой вежливый, — сказал Даня, улыбаясь Саше, который в ответ специально скривил улыбку. — А вы-то что делали? У вас с Парадеевым и Ильёй наверняка поинтереснее, — спросил Даня, вновь обращаясь к Лёше. — Ну, смотря с какой стороны посмотреть. Илюха решил податься в блогеры, поэтому всё лето снимал видосы, ну а мы с Саней на правах лучших друзей помогали. — Да? И много он там наснимал? — Немного. Они все в тестовом режиме, так сказать. Кусочки, которые, насколько я знаю, ещё не смонтированы. — Неудивительно. Вы там заселились уже? Или ты один приехал? — сказал Саша, первым заходя в двери общежития. — Не, мы буквально минут десять назад приехали. Саня с Ильёй побежали в магазин. Распределение, кстати, то же, что и в прошлом году. — О, неужели, Алексей, мы снова вместе? — спросил Даня, заходя вслед за парнями. — Конечно, братство филфака неразлучно, — сказал Лёша, давая краба Дане, который уже смеялся. — Пиздец. Как бы Саша ни старался показать своё раздражение, ему нравилось быть частью этого. Даня и Лёша остановились у 412-й комнаты, в то время как Саша пошёл к 405-й. Даня крикнул ему вслед, дабы он позже пришел к ним, но Саша не был уверен, что у него хватит сил. На кровати у стены уже валялись вещи Сани Парадеева. Они жили вместе ещё с первого курса и успели привыкнуть друг к другу. Саша знал, что Парадеев не выносит глубоких и тяжелых разговоров, поэтому старался не нагружать его ими. Сам Саня всегда будил Ермолаева, потому что тот ненавидит будильники. Саша уже не представлял себе другого соседа, кроме Парадеева. Разбирая вещи, он услышал грохот, а после — сплошной мат. Саша даже не сомневался, что звуки исходят из 401-й комнаты, где жили Влад и Костя. Странно, что в этот раз они приехали так рано. Это явно не к добру. Саша не смог противостоять своему любопытству и вышел в коридор. Из комнат напротив выглядывали люди, но, поняв, откуда идёт весь шум, вернулись к своим делам. Саша оглянулся и увидел сзади Лёшу и Даню. Все трое подошли к самой дальней комнате в коридоре и остановились у двери. Слышен был лишь спор, контекст которого оставался непонятен. Тут Лёша, который стоял ближе всех, сказал: — Блядь, там костром воняет. Саша и Даня тут же встали по обе стороны от друга. Через щель и правда шел запах чего-то горелого. Даня с силой стал стучаться в дверь. — Парни! У вас там всё в порядке? — спросил Даня, но его упорно игнорировали. Послышался лишь голос Влада: — Всё нормально, щас чуть заняты, Дань. — Эй, ребят, там коменда идет! — специально соврал Саша, прекрасно зная слабости этих двоих. Дверь тут же открылась, из нее выглянули Костя и Влад. Запах и легкий дым стали просачиваться в коридор. Оба парня оглянулись по сторонам и перевели взгляды на друзей. — Вы чё пиздите, твари, — сказал Костя, уже закрывая дверь, но Даня придержал её рукой. — Чё вы там творите? Мы даже заехать не успели, а вы уже комнату чуть не спалили, — сказал Лёша, заглядывая через плечо Влада в комнату. — Ничего мы не палили. Мы просто пользуемся тем, что у нас есть балкон, — говорил Костя, пропуская тройку друзей внутрь. У Влада и Кости и правда была лучшая комната на этаже — единственная с балконом и гостиной. Они выбили её еще на первом курсе, но каким образом, никто из них не признавался. Все ребята прошли в комнату, где под потолком висело небольшое облако дыма, который струйкой тянулся из балконной двери. — Блять, как у вас пожарка не сработала? — спросил Саша. — А мы об этом позаботились. Влад сломал её отверткой. Ребята подошли к двери балкона, где стоял небольшой мангал, а рядом — угли и розжиг. Саша бы соврал, если бы сказал, что его это удивило. Нет, такое очень в стиле Влада и Кости. Даже удивительно, почему они не сделали этого раньше. — Долбоебы, вы решили в первый день шашлык в общаге сделать? — спросил Саша, пока Даня и Лёша заливались смехом. — Чертовски верно, Александр, — с ухмылкой сказал Костя. — Прикрой дверь, а то и правда коменда прибежит. Саша вышел из комнаты, пока Лёша и Даня остались там. В коридоре его остановили Саня и Илья с двумя пакетами в руках. — Эй, Ермолаев, здорово! Как дела? — спросил Саня, пожимая руку. — Привет, да пойдет, только вот приехали. Шашлык не хотите? Там Влад и Костян новый бизнес открывают, походу. — Кто бы сомневался, — с усмешкой сказал Саня, уже направляясь в сторону 401-й комнаты, но остановился подождать Илью, который за это время не проронил ни слова. — Илюх, идешь? — Да, щас приду, иди пока, — бросил он парню. Саня лишь пожал плечами и скрылся за дверью. Саша уже держал ручку двери, намереваясь её открыть, но медлил, понимая, что Илья что-то хотел сказать. — Слушай, Саш. А вот ты же на психолога учишься? — Да, Илюш, уже третий год, представляешь? — Нет, я не в этом смысле. Ты… ты уже практиковался? Ну, на реальных людях? — Ну, только если на практике. А к чему вопрос? — Саша крепче сжал дверную ручку, осознавая, к чему клонит Илья. — Я? — глаза Ильи судорожно забегали, он опустил их в пол. — Просто ради интереса. Ладно, увидимся. В ту же секунду парень скрылся за дверью. Саша подумал, что ему, наверно, стоило его остановить, но вместо этого он медленно открыл дверь и зашёл в комнату. Он подошел к столу, где стоял старый электрический чайник, и одним нажатием включил его. Все эти три года их компания активно формировалась, и каждый занимал в ней свою роль. И если поведение остальных ребят было понятным и предсказуемым, то Илью он никогда не мог до конца понять. Он довольно скрытный человек, но это, скорее, из-за того, что они не так часто общаются. Илья — хаотичный и непостоянный. В один день он может быть общительным и любвеобильным, в другой — тихим и закрытым, но все это можно списать на творческую натуру Ильи. Еще одной особенностью парня, которую Саша стал замечать, была неспособность находиться одному. Илья всегда с кем-то. Будь то Лёша, Саня или его друг с факультета — Андрей. Если же этих людей поблизости нет, Илья будет стараться заговорить с кем угодно. Саша с уверенностью мог бы сказать, что он — типичный экстраверт, но он не был уверен в том, что Илья делает это исключительно из желания общаться. Из собственных размышлений его вывел щелчок закипевшего чайника. Саша поставил рядом кружку, достал из своей сумки пакетированный чай и заварил его. За стеной слышался смех Дани, в комнату медленно стал просачиваться запах горелого мяса. Кажется, веселье шло в самом разгаре. Саша вышел из комнаты с кружкой в руках, и тут же на него налетела комендантша. — О, Ермолаев! Так, а ну рассказывай, почему у меня все общежитие на ушах стоит? Саша сглотнул и прокашлялся, дабы дать себе время. — И вам здравствуйте, Людмила Сергеевна. А с чего вы взяли, что я что-то знаю? — мысленно Саша стукнул себя по лбу. Это было слишком по-идиотски и слишком палевно. — А я разве про тебя? Я про компанию твою. Где они? В четыреста первой? — Так они еще вроде не приехали, мы с Даней тут одни пока, а он уже ушел в магазин. Это, наверное, первокурсники отмечают поступление. Ну вы сами подумайте, Людмила Сергеевна, мы с ребятами уже третий курс, еще немного — и выпускаться, разве будем мы беспредел устраивать? Женщина задумалась, а после кивнула. — Да, наверное ты прав, что это я… — она секунду помолчала, а после, словно вспомнив что-то важное, заговорила: — Ты представляешь, у нас в этом году почти в два раза больше поступивших, чем в прошлом! — с возмущением начала жаловаться женщина. — Видно, популярность вуза растет, это же хорошо, — единственное, чего Саша желал сейчас, так это поскорее закончить этот разговор, потому что, зная их комендантшу, это могло растянуться на несколько часов. — Хорошо-то хорошо. А представляешь, каково мне? Да со всеми вами не управишься: у одного кровать сломалась, другой окно выбил, третий… — Людмила Сергеевна, извините, но мне срочно нужно на кухню, пока там очередь не образовалась. — А, да, конечно, беги, Сашка. Саша слабо кивнул ей и попытался поскорее скрыться. К счастью, комната Влада и Кости была ближайшей к кухне. Он подошел к двери и постучал три раза — ровно столько, сколько Людмила Сергеевна стучала при проверке. Голоса тут же стихли, послышался шепот ребят, которые спорили между собой. Тут Костя совсем чуть-чуть открыл дверь, уже собираясь что-то сказать, но замолчал, видя на пороге друга вместо коменданта. Лицо его тут же изменилось, брови нахмурились. — Блядь, Ермолаев, мудак, — сказал Костя, пропуская его в комнату и возвращаясь на балкон. Саша вошел с довольной улыбкой и сел на диван рядом с Лёшей и Даней. — Бля, Сань, ты даже не представляешь, как мы пересрали, — сказал Лёша, передавая ему бутылку пива. — Вы не представляете, как я пересрал, когда меня коменда у двери застукала и начала расспрашивать, что вы творите. — Ты всё распиздел, да? — спросил Парадеев, сидевший на подоконнике. — А как иначе? — Молодец, — усмехнулся Парадеев и протянул вперед стакан с соком. Ермолаев чокнулся с ним бутылкой пива. Илья в это время сидел один за столом и крутил в руках пустой пластиковый стаканчик. Почувствовав на себе пристальный взгляд Саши, он на мгновение поднял глаза, но тут же снова уткнулся в пластик. Саша нахмурился и тихо спросил у Лёши: — Слушай, а у Ильи всё в порядке? Чего он один, как Хатико, сидит? Лёша, выслушав его, чуть приподнялся на локтях и посмотрел на друга, после повернулся к Саше и лишь пожал плечами. Да, Лёша явно не тот, у кого стоит спрашивать о состоянии других. Он редко когда с самим собой справляется, чтобы замечать остальных. Их вечер проходил в обычном порядке. Пока Влад и Костя кропотливо стояли над костром, Парадеев успел во второй раз сходить в магазин, чтобы купить еще мяса. Даня и Лёша, как всегда, выступали в роли клоунов, а Лёша к тому же еще и сплетничал, рассказывая, что было на практике у ребят с пятого курса. Всё шло как всегда, но Илья всё так же почти молчал, хоть теперь и переместился на подоконник к Парадееву. Через время Илья ушел, как он сказал, на кухню. Его не было сначала пять минут, потом десять. Когда время перевалило за двадцать минут, Саша забеспокоился. Каждые пару секунд он ерзал на диване, крутил в руках пустую бутылку и посматривал на дверь. Шумно выдохнув, он вышел из комнаты. Коридоры общежития становились тише, ночь тяжелой пеленой покрывала лестничные проходы. Из-за пары настежь открытых окон становилось зябко, тело покрывалось мелкими мурашками. Как и ожидалось, на кухне Ильи не обнаружилось. Саша подошел к четыреста двенадцатой комнате, где вместе с Даней и Лешей жил Илья. Дверь была заперта. Саша дернул ручку пару раз, подумав сначала, что ее заклинило. Он приложил ухо к щели, пытаясь услышать что-то. — Илья, открой, пожалуйста. Никто не отвечал. Саша минут пять простоял под этой дверью, сам не понимая для чего. Замок открылся с характерным звуком. Саша тут же дернул ручку и вошел в комнату. Там у стола, разбирая какие-то учебники, стоял сам Илья. С виду он был совершенно спокоен. Плечи под кофтой были расслаблены, в комнате не было следов ярости, злости или отчаяния. Это на секунду выбило Сашу из колеи. Он застыл на пороге, пытаясь трезво оценить обстановку. Илья повернулся к нему лицом, продолжая при этом разбирать вещи. В холодном лунном свете тени на лице стали четче и глубже. Легкие кудри челкой спадали на лоб и глаза. — Ты чего хотел? — спросил Илья, не отрываясь от своего занятия. — Ты сейчас серьезно? Ты спрашиваешь, чего я хочу? Я хочу объяснений, Илья! Сначала ты спрашиваешь о том, практиковался ли я в психологии, сидишь как мертвец в компании, а потом уходишь без объяснения причин. — Я же сказал, что был на кухне, — совсем тихо, так, что едва было слышно, сказал Илья. — Тебя не было на кухне. — После этих слов Илья отложил вещи и развернулся к нему всем корпусом. — А ты что, следишь за мной? — Что? Я… нет-нет, у тебя… у тебя точно все в порядке? — У меня — лучше некуда. — Илья снова развернулся к столу, давая понять, что разговор окончен. Саша кивнул и стремительно вышел из комнаты. В коридоре он смог наконец-то выдохнуть. Его рука все еще держалась за ручку, но он тут же одернул её, словно обжегся. Он окинул взглядом коридор, посмотрел в сторону 401-й комнаты, но тут же отбросил эту мысль. Видимо, он слишком устал за сегодняшний день.