шлюха

Он открыл глаза и тихо застонал. Да лучше бы вообще никогда не просыпался, закрыл глаза и больше никогда не открывал их. Но жизнь была несправедлива, поэтому он встал, поел, умылся, оделся и, взяв рюкзак, поплёлся в школу. Он остановился перед воротами и вздохнул. Глубокий вдох, медленный выдох. Всё, можно заходить, он зашёл и сразу возле раздевалки встретил шайку этого Артёма, он улыбнулся и подошёл к нему. - О, смотрите, кто приперся. Не стыдно в школу ходить? А? Антон сжал кулаки и прошёл мимо него в раздевалку. Это явно взбесило Артёма, но Антон быстро повесил куртку и ушёл в класс. Сердце колотилось так, что готово выпрыгнуть из груди. Страх. Да лучше бы вообще не приходил, Артём его за такую выходку не простит и явно попытается что-нибудь сделать. Антон кинул рюкзак рядом со своей партой, приготовился к уроку и быстро ретировался из класса. Он пошёл в туалет. Закрыв дверь и облокотившись на стену, он задумался. «А что теперь делать?». Артём-то с его характером по-любому захочет сделать какую-нибудь пакость. Антона радует то, что в школе он почти ничего не сможет сделать, а после уроков он быстренько свалит, и всё. Да решено, он так и поступит. Он еле как отсидел все уроки, а на перемене игнорировал всех. Когда уроки закончились, он быстро собрал вещи и пулей вылетел из класса, забежал в раздевалку на ходу, надел куртку и вышел из школы, бежал. Остановился он только когда увидел знакомую заброшку. Выдохнул, зашёл в неё и пошёл на третий этаж, зашёл в комнату без окон и сел на пол. Антон улыбнулся как хорошо, что успел сбежать, кто знает, что пришло Артёму в голову, чтобы его наказать. Достав из рюкзака сигареты и зажигалку, он закурил. Вдыхал едкий дым и выдыхал его вместе с напряжением. Он расслаблялся ещё больше и, докурив её до фильтра, потушил и снова полез в рюкзак, достал наушники. Подключив их к телефону, он вставил их в уши и включил песни. Прикрыл глаза. Здесь он чувствовал себя комфортно, даже несмотря на мусор. Просидел он так, наверное, несколько минут, пока телефон не начал разряжаться, он вытащил наушник из ушей и вместе с телефоном кинул их в рюкзак. Он снова прикрыл глаза и подумал о своём задире: красивый, сексуальный, милый, жаль, грубый, но его эта улыбка. Антон не раз в тайне дрочил на него, хоть сам себя не признавал, что Артём красивый. Открыв глаза, он встал и направился к выходу из комнаты, но остановился, услышав знакомые голоса. - Да бля, заебал этот педик, сбежал как трус. - Пох завтра на нём ещё сильнее отыграемся и всё. - Кста, а вы слышали, что кто-то из 8 класса наркоту продаёт? Дальше Антон не стал слушать. Пиздец он везунчик. Оказаться в заброшке, где никого нету, с тем, кто над тобой издевается, надо же такую удачу иметь. Ещё и выход тут один, а они, судя по всему, стоят у него, и он не сможет уйти. Так ещё и окон в этой комнате нету, пиздец он везунчик. Опустившись на пол, он постарался не шуметь, но всё равно случайно задел какой-то камень, и он откатился, создав очень громкий звук. Голоса сразу затихли. Послышались тихие, но быстрые шаги в сторону комнаты, где он находился. Антон вжился в стену и со страхом посмотрел на вход Артёма. Входил в комнату и сразу заметил его, сначала удивился, а после его губ расплылся в хитрой улыбке, но он сказал: - Да нету здесь никого, наверное животное какое-нибудь. Он развернулся и ушёл, разговор продолжился. А Антон задрожал. Что этот ублюдок задумал? Почему сказал, что никого нет? Для чего? Его терзала эта мысль до тех пор, пока шаги направились вниз. Они ушли, ну и хорошо. Антон вдохнул, но зря, через мгновение в комнату вошёл Артём с хитрой улыбкой на лице. Отползая от него, Антон упёрся в стену и тихо сказал: - Что тебе от меня нужно? Артём усмехнулся и подошёл ближе. - А почему ты меня сегодня игнорировал? Мне вообще-то обидно. Артём надул губы, притворяясь обиженным. А Антон фыркнул и вскочил на ноги, пошёл к выходу из комнаты, но Артём его остановил, перекрывая путь, и обнял его за талию. - Ты куда? Мы ещё не договорили. Антон вырывался и пытался его ударить. - Я разговаривать с тобой не хочу! За крик он получил удар по животу и схватился за него. Артём наклонился к его уху. - Да ты, сучка, должна быть благодарна, что я тебя не избил. Антон посмотрел на него с заплаканными глазами. Сейчас он выглядел мило: маленькие слёзки в уголках глаз, красное лицо, то ли от злости, то ли от смущения, слегка нахмуренные брови и приоткрытый рот. Антон грубо ответил: - Вообще-то я парень, прекрати ко мне так обращаться. Артём прикусил мочку уха и положил руки на ягодицы, сжал их. Антон сжал ноги и тихо застонал, сразу закрыл рот рукой. Усмехаясь, Артём отстранился. - Я же говорю, сучка... Или шлюха? Антон пытался вырваться, но всё безуспешно. Что, черт возьми, делать? Он задрожал от страха. Кто знает, что этот псих хочет с ним сделать. А правда, что? Артём сам ответил на этот вопрос: - Ох, ты не представляешь, как я сильно хотел тебя. Антон затрясся. В каком смысле хочет...? Ну тут понятно, в каком. Но почему? Чем он так привлёк внимание этого хулигана? Антон хотел оттолкнуть, убежать, в конце концов позвать на помощь, но Артём притянул его к себе и поцеловал, он начал сопротивляться, но в итоге не смог вырваться. Артём толкнул его на пол и навис сверху. - Не сопротивляйся, и тебе будет приятно. Антон не слушал его, сопротивлялся. Артём фыркнул и достал из кармана маленькие разноцветные таблетки. - Не хочешь по-хорошему — будет по-плохому. Он надавил на щеки Антона и закинул ему в рот две таблетки, закрыл рот ладонью, чтобы он их не выплюнул. Антону пришлось проглотить. Через несколько минут его зрачки расширились, он перестал сопротивляться, становясь безвольной куклой. Он чувствовал экстаз. Артём улыбнулся и стянул с него штаны с трусами. Достав из кармана смазку и презерватив, он погладил Антона по бедру и прошептал: - Твоё тело такое красивое... - Артём открыл смазку и выдавил её на пальцы. - Ты же девственник? Антон кивнул, перед глазами всё расплывалось, он почти ничего не понимал, здравый смысл где-то глубоко внутри кричал: «Сопротивляйся! Это изнасилование! Он собирается использовать твоё тело!» Но этот голос заглушала наркота. Артём медленно ввёл один палец, сопротивления он не почувствовал, поэтому добавил второй палец, начал ими быстро двигать. Антон стонал, не осознавая этого, было и больно, и приятно. Артём не сильно занимался растяжкой своего партнёра, а просто трахал его пальцами, после вытащил их и приспустил штаны с трусами до колен, открыл презерватив и надел его на свой член. Антон смотрел за его действиями, но ничего не осознавал, после было больно, неприятно, но Артём, в отличие от Антона, получал удовольствие. И кончив в презерватив, он вышел, снял его и завязал, кинул его рядом с Антоном, достал телефон и сфоткал. - Спасибо, что обслужила, шлюха. Артём надел штаны, поправив волосы и одежду, ушёл. Антон провалялся там очень долго, примерно 2 часа, после его вырвало, сознание начало просыпаться, и он осознал, его только что изнасиловали. Тело болело, было неприятно, он чувствовал себя грязным, использованным. Он оделся и, прихрамывая, пошёл домой, уже начинало темнеть. Когда он пришёл, он сразу направился в душ, стоя там долго и терся о свою кожу до покраснения, но все равно ощущал себя грязным. Но щекам потекли слёзы. За что? Почему? В голове крутилось куча мыслей, но ни на одну из них не было ответа. Когда он вышел из душа, мать начала расспрашивать, почему он так долго и как в школе дела. Он буркнул, что гулял, а в школе нормально. Быстро ушёл спать. *** Проснулся Антон в 6 утра, что было для него очень странно, ведь сегодня суббота и он не учится. Сев, он прижал ноги к груди, вспомнив вчерашние события. Грубые руки, резкие толчки, шепот, боль, тошнота. Противно. Очень противно. От себя. От этого гондона. Грязь, от которой он навряд ли когда-либо отмоется. За что ему всё это? Тихо всхлипнув, Антон зарылся лицом в подушку, слёзы текли ручьём. Он проплакал очень долго, пока не услышал звук захлопнувшейся двери, мать ушла на работу, это хорошо. Антон встал, прихрамывая, потому что любое движение отзывалось болью в пояснице и промежности. Он прошёл на кухню, наложил себе еды в тарелку и сел за стол. Ели как через силу, поев не из-за голода, а из-за понимания, надо поесть. Он встал и пошёл в комнату обратно. Антон он увидел на столе точилку, подошёл и взял её. Лезвие в ней было острым и таким заманчивым. Антон взял линейку и начал откручивать лезвие от точилки, и вот спустя какое-то время удалось. Взяв лезвие, он задрал рукав пижамы, провёл лезвием по запястью. Больно. Очень больно. Слёзы снова потекли по его щекам, но уже от боли запястья это смогла заглушить ту мысль о том, что он грязный. Антон ещё несколько раз провёл по запястью и сел на кровать, смотря на руку больно, но не так сильно, он даже в какой-то степени расслабился, взял телефон и положил под него лезвие. Дальше день прошёл более-менее нормально, он просто пролежал весь день в кровати и в воскресенье, но вот понедельник, надо в школу. Но туда не хотелось, опять этот Артём. Опять издевательства, так ещё и это ощущение... Он встряхнул головой и встал с кровати, выходные пролетели быстро, незаметно в школу вообще не хотелось ни под каким предлогом, но чтобы не разочаровать мать, он начал собираться. Когда Антон собрался, он быстро поел и пошёл. Мысли о том, чтобы прогуляться, были прекрасные, но всё же 9 класс, экзамены, да и он собирается уходить после этого года, ведь ещё два года в этом говне, он не выдержит. Зайдя в школу, он не так сильно боялся, ведь намеренно опоздал, повесил куртку и пошёл в класс, но, видимо, удача не на его стороне. Его схватили за плечо. Он повернулся, это был Артём без своей шайки. Антона попытался стряхнуть его руку. -Че тебе надо? Артём улыбнулся и потащил его в туалет. -Сейчас узнаешь. Антон пытался вырваться, но безуспешно. -Но сейчас идёт урок. Артём фыркнул. -А вот ты прямо об этом переживаешь. Затолкнув, он в туалет, а после и кабинку, закрыв её, Артём оскалил. Антон задрожал, сейчас он ощущал себя очень беззащитным. Но Артёму на это было плевать, он указал на пол. -Вставай на колени. Антон не повиновался, он хоть и испугался, но остатки гордости у него были. Артёму это не понравилось, он ударил его живот, Антон согнулся пополам, а после ещё и в колено ударил ногой, чтобы он упал. Антон поднял голову, и перед его лицом была ширинка. Он попытался отстраниться, но грубая рука легла ему на затылок. -Давай сделай мне минет по-хорошему. Антон зло посмотрел на него. Он не собирался этого делать. Поэтому Артём достал из кармана телефон и показал ему фотографию. -Или я разошлю это всем в школе и твоей мамаше. Глаза Антона расширились от ужаса. На фотографии он лежал голый, рядом презерватив, а сам он был красным и улыбался как идиот. Антон испугался, если это все увидят, будут считать шлюхой, а значит, кто-то тоже захочет сделать это. Лучше же один, чем несколько? Да? Антон сглотнул и, закрыв глаза, начал на ощупь расстёгивать пуговицы и ширинку штанов, но получил, ударил ладонью по щеке. -Глазки открой. Антон открыл глаза и приспустил штаны и боксеры Артёма. Антон взял полувозбужденный орган в руку и начал медленно водить рукой по нему, после лизнул головку. Антону было противно от самого себя, но ничего не поделаешь, он начал водить языком по всей длине члена. Наконец он осмелился взять орган в рот, но только наполовину. Он старался подавить рвотный рефлекс, и когда всё же смог, он начал медленно двигать головой, он делал всё неумело, но так старательно, из-за того что не хотел, чтобы эти фотки видели всё. Артёму понравилось эта старательность, вид сверху на Антона был прекрасен. Антон покраснел и выглядел мило, нахмуренные бровки из-за старания, и его губки, растянутые вокруг члена. Прекрасно, Артём никогда в жизни ничего лучше не видел. Артём взял Антона за волосы, не давая отстраниться, и начал сам быстро двигать бёдрами, безжалостно трахая его рот. Антону стало трудно дышать, а ещё он ощутил все возбуждение. Он сжал ноги, чтобы не выдать, но прикрыл руками. Артём отстранил его голову и кончил ему на лицо. - Прекрасно, мне в жизни никто минет лучше не делал, чем ты. Антон отпустил голову вниз и начал быстро вытирать лицо. Противно. Прооивно. Противно. Хоть тело и было возбуждено, ему было противно от себя, от этого Артём от семяни на своём лице. Артём надел боксеры и штаны, погладил его по голове и ушёл. Антон так и остался сидеть на полу. Встал он только через пару минут, вышел из кабинки, помыл лицо, рот, руки, но это ощущение грязи не уходило. Тогда Антон вспомнил о лезвии в своём чехле. Он достал его, закатил рукава, где уже были раны, и снова несколько раз провёл лезвием. Больно. Не так противно. Хорошо. Прикрыв глаза, Антон выдохнул и, промыв руку под холодной водой, он положил лезвие обратно под чехол и пошёл на урок. Учитель, конечно, его наругал за то, что он опоздал и пришёл чуть ли не под конец урока, но Антону было плевать. Он прошёл к своему месту и сел, чувствуя на себе взгляд Артёма. Этот пожирающий взгляд, который он возненавидел ещё больше. Антон вздохнул и подумал, что лучше пусть его изобьют, чем оставаться наедине с Артёмом. Поэтому решил, что никогда не буду отходить от класса. Продержавшись всё уроки, он наспех одел куртку и вылетел из школы. Он не пошёл на заброшку, теперь там не было ощущений безопасности, он пошёл домой. Там Антон переоделся и снова вышел, купил в ларьке пиво, сигареты и пошёл на крышу своего дома. Хоть и казалось, что дверь на крышу закрыта, но если хорошенько толкнуть, то она откроется. Он вошёл на крышу и сел на край, смотрел вниз, пил пиво и курил сигареты. Ощущение грязи не пропало, но притупилось. Алкоголь помог расслабиться. Он сидел так очень долго. А когда всё-таки решил вернуться домой, он встал, но пошатнулся. Антон смог устоять, он спокойно развернулся и ушёл. Смерть его не пугала. Лучше уж умереть, чем жить вот так. *** Артём закурил косяк и расслабился в кресле. Он был в своей комнате. Губы растянулись в блаженной улыбке. Не хватает только секса. Или хотя бы просто подрочить. Он взял телефон, перед глазами всё расплывалось. Он зашёл в тг. Там было много сообщений, но сейчас ему никому не хотелось отвечать, поэтому он посмотрел в закреп. Контакт Антона он выпросил у старосты, которая все же нейтрально к нему относилась. Он написал: «Привет кис))» Он сидел в сети, ожидая ответа, и он пришёл через несколько минут. «Ты кто?» Артём улыбнулся шире и открыл галерею, отправил ему фотку, где Антон на заброшке. Антон прочитал сообщение, но долго не отвечал, но после ответил: «Что тебе надо, Артём?» «Твои интимки, киска))» Антон вышел из сети, и Артём засмеялся. Он упал с кресла и успокоился, снова вошёл в чат и снова написал: «Ну киса((» Артём ждал, когда Антон войдёт в сеть, но этого так не произошло, и он начал раздражаться. «Киса, ответь, или ты хочешь, чтобы фоточки оказались у всей школы?» Антон вошёл в сеть и прочитал сообщение, но всё так же не ответил. Артём начал злиться. «Сука, ответь» Артём затянулся косяком, его выбесил этот игнор. «Ты сейчас поднимаешь свою задницу и пиздуешь на заброшку. Если тебе не будет там, через час я разошлю» Артём вышел из сети и пошёл в коридор. *** У Антона началась паническая атака, он не мог дышать. Он смотрел на сообщение, но буквы расплывались, и он не мог понять его смысл. Его всего трясло, а алкоголь только усиливал это состояние. Он забился в угол комнаты, по щекам текли слёзы, тело сотрясала дрожь, он сжимал волосы на голове. Ему было страшно. Не осознавая, что делает, он автоматически снял чехол и достал лезвие. Он начал наносить себе порезы на запястья и бёдра. Постепенно он успокаивался и, остановившись, посмотрел на свои руки и ноги. Они были в крови, раны были глубокими, но не смертельными. Антон встал, пошёл в ванную, взял аптечку и перебинтовал себе руки и ноги. Он снова взял телефон и прочитал сообщение. Он не хотел, чтобы эти фотографии увидели всё, поэтому пошёл собираться. *** Антон пришёл на заброшку и поднялся на второй этаж в ту комнату, где всё и произошло. Воспоминания накатили на него. Вспомнилась боль, это ощущение грязи. Он задрожал и облокотился на стену, его вырвало. Ему было слишком противно, но уйти он не мог. Он выпрямился и вытер рот рукавом. Антон пробыл там пару минут, и вот пришёл его мучитель. Артём улыбнулся. - Киса, ты пришла. Антон вжался в стену и опустил голову. Артём подошёл ближе и взял его за подбородок, заставив посмотреть на себя. - Да ладно, кис, ну чего ты так трясёшься? Антон попытался отвернуться, но сразу получил пощёчину. - Да боже, как же ты меня заебал. Мне, конечно, нравится то, что ты строишь из себя недотрогу, но ещё раз ты меня будешь игнорить, я выбью из тебя всё это дерьмно. Понял? По щекам потекли слёзы. Антон тихо всхлипнул и кивнул. Артём погладил его по щеке и положил руки ему на задницу. Начал мять её. - Детка, у тебя охуенная задница. Антон отвернулся, он понимал, к чему всё идёт. Артём стянул с него штаны и боксеры. Он повернул Антона к себе спиной и прижал его к стене. Антон уже просто не видел смысла сопротивляться. Артём расстегнул ширинку штанов и достал член. - Кис, ты же не против, если я не буду тебя растягивать? Антон никак не отреагировал, поэтому Артём пожал плечами и резко вошёл в него. Он порвал его по Антона бёдрам, медленно стекала кончиком. Антон тяжело дышал, сжимал стену, но старался не кричать. Артём начал быстро двигаться внутри него. Антон сжал рот рукой, по щекам текли слёзы, было больно, он молился всем богам, чтобы это поскорее закончилось. Когда всё закончилось, Антон упал на пол, тяжело дыша. Ему было противно и больно, он не знал, как встать, поясница болела очень сильно и отдавала в ноги. Артём же усмехнулся и надел штаны, сфоткал его. - Да шлюха, поплачь, тебе это идёт. Артём ушёл, а Антон всхлипнул, по щекам снова потекли слёзы *** Так продолжалось на протяжении месяца, а может, два. Антон не мог, он уже ни во что себя не ставил, постоянное унижение заставляло его думать, что его жизни и вправду ничего не стоит. Антон постоянно плакал, тело болело, но он привык. Он привык к боли, но к ощущению этой грязи привыкнуть невозможно. Невозможно терпеть эту грязь на себе, которую никак не смыть, как ни старайся. Ночью он просыпался от постоянных кошмаров, от каждого прикосновения вздрагивал, отшатывался, был агрессивным. Но вот сейчас день, родители на работе, а он стоит в ванной перед зеркалом, облокотившись руками о раковину, он смотрел на своё отражение. Длинные волосы, которые он не подстригал, синяки под глазами, постоянно обкусанные губы, худощавый, потому что ел очень мало, а если ел много, то его сразу начинало тошнить, и почти не занимался спортом. Он вспомнил, каким был в 7 классе, тогда он выглядел более мужественно, а сейчас... Он встряхнул головой и опустил взгляд, перед ним были лекарства и лезвие. Антон взял таблетки. Успокоительное. Отлично. Прекрасно. Взяв несколько таблеток, он их закинул в рот, разжёвывал и проглатил. После взял ещё одни таблетки, он не смотрел, что это, он взял несколько таблеток и снова закинул их в рот, проглотив, не разжёвывая. Он открыл кран и наклонился, запил. Взял лезвие и лег в ванную. Он вздохнул. Таблетки начали действовать, руки начали трястись. Он медленно, но глубоко провёл вдоль запястья. Кровь потекла ручьём. Больно. Очень больно. Но ему плевать. Он прикрыл глаза. И всё... Он больше никогда не откроет их, он больше никогда не ощутит этой грязи. Никогда не будет этих грубых прикосновений, и это прекрасно. А Артём... А что Артём? Когда он узнал, что Антон умер, он лишь посмеялся над его слабостью. Это была его любимая игрушка. Но ничего, он найдёт ещё кучу таких игрушек. Смерти Антона почти никак ни на кого не подействовал, только на родственников, которые долго плакали. Но друзья, одноклассники и Артём... Им было плевать