Скрыться

      Победа над повелителем была грандиозной! Сотни каменных статуй сошли со своих пъедисталов, оттряхиваясь от каменной крошки и опустошив королевский сад. Существа, годами потерянные, возвращались в свои дома, к своим близким и родным, наполняя столицу рыданиями, полными радости.       Среди всего этого восхитительного в своём счастье хаоса, проблема стала заметна не сразу.       Сирин выжидал. Он смотрел на все это из глубины чужого подсознания. Смотрел, как люди ликуют, радуются своей победе и его поражению. Яркие фейрверки. Пышный бал. Смех и яркий свет. Слезы правителей, при взгляде на собственную дочь. Они были счастливы, до омерзения. Всё, чего ему хотелось, это схватить их поперек горла и выпотрошить, смотря в глаза. Он хотел сжечь их в их же пламени, которым они так гордились, и слышать кровавые вопли, ощущать запах обгорелой плоти. Но ничего из этого он сделать не мог. Его тело придали вечному огню, а прах размыли в великой реке.       Идиоты. Они слишком надеются на удачу. На силу магии. На справедливость. Они все забыли, что он и есть сила.       Бал в честь победы. Сотни гостей. Громкий смех. Триумф. Победа. А перед глазами принцессы стоит Морок

Опять он

       Его попытки захватить разум его принцессы, начинали раздражать. Этому подлецу Сирин должен отдать должное: втёрся в доверие, захватил внимание девушки и полностью им обладал. Принцесса не могла не знать этого. Девчонка была наивна, но не тупа. Абсолютно нет. И все позывы Сирина становились и её позывами тоже. Они скомкались в чужеродное существо которое нельзя назвать чем-то здоровым, и принцесса теперь не понимала: где она, а где Повелитель. Все ее мысли становились чужими, а новые — кровавые, мерзкие — ощущались, как нечто правильное.       Алёна сглотнула и сжала в своей ладони ладонь Влада. Теплую, надежную. Парень смотрел на нее с привычной в последнее время улыбкой, поддерживая за талию и ведя в этом танце. Влад танцевал хорошо, действительно хорошо. Он чуствовал музыку и следовал мягкому ритму, и только в подобные моменты Алёна могла успокоиться и понять, где темный мир кончался, а где начинался свет. Потому, что Влад смотрел на неё с такой неприкрытой, всеобъемлющей нежностью, что становилось приятно до дрожи. Потому, что он ориентировался на её темп, не переходя эту границу даже если музыка менялась. Потому, что его руки были заземляющими       Алёна улыбнулась ему, а желудок свело судорогой

"Он лишится рук"

"Я буду сдерать с этого предателя шкуру на живую, чтобы смотреть, как его глаза затухают. Я выбью все его зубы, а после затолкаю ему в глотку, слушая, как он задыхается"

      Алёне поплохело. Она сжала ладонь Влада так сильно, что парень болезненно поморщился и дернул рукой, обеспокоено глядя на побледневшую девушку.       — Прости. Мне... Мне нужно уйти — сказала принцесса и выдернула руку. Влад попытался что-то сказать, но Алёна уже ушла.       Девушка бежала сквозь пустынный коридор, колонны, уходящие ввысь, окружали ее, словно молчаливые великаны. Она не слышала своего дыхания, не ощущала ветра, не знала, куда бежит. Все ее существо было заполнено лишь одним: его голосом.

"Почему в качестве сосуда мне досталось столь никчемное существо?"

       Началось.        Вначале судорога схватилась за ноги. Принцесса свалилась на землю, лицом вниз, ногтями впиваясь в почву. Перед глазами поплыла сиреневая дымка        Мышцы резко сжались и затряслись. Алёна глухо застонала от резкой боли. Из глаз брызнули слезы. Вдох. Выдох

"Пытайся"

       Судорогой свело и руки. Воздух поступал в лёгкие урывками, достаточными чтобы не потерять сознание, но слишком маленькими для того, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце принцессы.

"Ты довольно хорошо справляешься"

      Он говорит это насмешливо, почти заботливо, словно подбадривая ее для следующего — Прекрати — проскулила Алёна, ощущая на зубах вкус земли, крови и дыма.

"Не уж то сдаешься?"

Слезы стремительно капали на землю, а Алёна не могла даже утереть лицо, бессильно корчась Больно. Очень больно Воздух был густым и тягучим, тех маленьких порций, что поступали к ней, стало слишком мало. Она почуствовала, как от нее ускальзывает ниточка, соединяющая её с миром        — Тебе это доставляет удовольствие? — прошипела Алёна на грани слышимости

"О да, ты права. Считай это часть моей мести"

"Ведь, если подумать, то в твоих страданиях виновны твои драгоценные друзья, никто больше."

       — Не смей. — выдохнула она. Последние слова сорвались из-за хриплого кашля. Кашель принес за собой боль.

"Они нарушили мои планы"

Судорога медленно высасывает из её тела силы

"Они изгнали меня"

Больно

"Как думаешь, что бы они сделали если б узнали, куда они меня изгнали?"

Алёна с запозданием почувствовала, как что-то роется в её мозгах

"Они умрут. Я сожгу их, а в глотку твоих родителей я затолкаю их прах. Я привяжу к их шеям камни и пущу на дно реки"

"А насчёт Морока — у меня особые планы на этого предателя. Я вырву его лживый язык, оторву поганые руки и лишу ног. А когда он станет беспомощным, я просто вытрясу из него органы и раздавлю череп"

      Воздух поступил с лёгкие неожиданно, так же, как и отступила боль. Алёна взвыла, бессильно уперевшись щекой в землю и горько заплакала. Не от боли в этот раз, но от беспомощности.       Хватка, сжимающая ее голову, внезапно стала мягкой, почти нежной. Невидимые руки огладили ее голову, руки, тело, и задержались на груди, там, где билось сердце

"Ты слаба. Но я сделаю из тебя достойную королеву. В твоей душе горит нужный мне огонь. И когда я найду сосуд, способный вместить мою мощь, я заберу этот огонь себе"

      Алёна была ощущала себя пустой, когда переворачивалась на спину. Над ее головой горели звезды, а вдали слышала треск фейрверка. Она была в королевском саду, там, где когда-то были статуи. Лежа у подножья пъедистала ее родителей, погребенная под чужой властью и скованная вострыми когтями, царапающими изнутри. Ее считают надеждой сказочного мира, но ей суждено стать его погибелью.       Тихий шепот в голове мягко окутывал, зазывал, манил и она не нашла в себе сил сопротивляться.