Его личный автократ

Автократам для правления нужна власть, беспрекословные подчинённые, инфантильные избиратели и, для большего успеха, — капелька харизмы. Сабо располагал всеми необходимыми ресурсами и задатками. Оставалось загадкой, почему он, староста группы, ещё не развернул полноценную диктатуру и не пошёл штурмом на деканат.

***

Так вышло, что Сабо был чуть более ответственным, чем другие на его курсе: ему можно было доверить подержать телефон, и он даже не сдал бы его в ломбард. Из-за этого его и выбрали старостой. Поскольку самого желания обладать тут какой-то властью у него не было, все права и обязанности Сабо лишь удручали. Он уже давно бы всех послал в пешее эротическое, если бы не (не)любимые одногруппники с развитым шестым чувством. Стоило лишь подумать о том, как бы свалить с этой должности — тут же появлялись парни с термосом в подарочной упаковке или девушки со вкуснейшим пирогом и чаем. Так или иначе, все заливали ему в уши речи о «самом лучшем старосте» и упрашивали не кидать их, грешных, на произвол судьбы. Многие и не допускали мысли, что на его месте может оказаться кто-то ещё. Мало ли что этот «кто-то» ещё натворит! Как бы Сабо не отнекивался, другие взаправду считали его лучшим. Да и в конце концов... Кто всегда поможет договориться с искромечущим деканом? Сабо! Кто прикроет спину перед кровожадным преподом? Сабо! Кто за неготовность к мероприятию даст такой щелбан, что на утро лоб будет цвета баклажана?! Конечно, Са... Кхм-кхм. О последнем, разумеется, все зареклись не вспоминать, но на подкорке мозга высекли: «Сабо лучше не злить.» В общем, он был отличным старостой. Особенно если не доводить его до белого каления. И, как полагается, у него был зам. Зам старосты, которому реально приходилось вкалывать. Эйс мог беззаботно салютовать знакомым, легкомысленно прогулять скучнейшую пару, но стоило подойти Сабо и надавать сначала задач, а потом по первое число за безалаберность... Случалось чудо: работа тут же начинала кипеть, а Эйс был готов помогать во всех активностях. Да и попробуй не помочь, когда твой кошмар и идол глядит на тебя с сумасшедшей улыбочкой, мерно, почти угрожающе отстукивая пальцами по столу ровный ритм... На вопрос «что случилось» Портгас получил красноречивое «пиздец». Он задумался, стоит готовить бутылки для слёз одногруппников или всё-таки чёрные мешки? Размышления пришлось прервать, когда староста всё же взял себя в руки и пояснил, в чём именно дело. Причина, по которой Сабо находился между «я сейчас застрелюсь» и «я вас, блять, всех зашибу, а на могильных камнях напишу "зря топтали землю"» — очередное чудо-мероприятие, к которому группа по-хорошему должна уже быть готова, а там даже конь не валялся. Когда там выступление? Завтра? Чудно! По пустому коридору разнёсся нервный смешок Сабо. У Эйса дёрнулось веко. «Срок в один день» — думал Портгас — «полбеды.» Основная проблема в другом: когда староста на грани своего железного терпения просит оповестить этих идиотов «дорогих одногруппников» о репетиции после пар и убедиться, что все, кто нужен, придут... Отказать не просто сложно. Травмоопасно. Эйс уже мысленно попрощался с вечерней тренировкой. Иллюзорных надежд он не питал: даже если они рано закончат, моральных сил хватит только на то, чтобы доволочить ноги до общаги. В лучшем случае — ещё и на то, чтобы не вырубиться прям на пороге. Но это если повезёт.

***

— Чегооо? Меня срочно на смену после пар вызвали... Ээээйс, никааак не могу, меня уволят! — Усопп повис у него на руке. — Скажи Сабо. — Пожал плечами Эйс, оглядывая «обрадованных» новостью одногруппников. Они тяжело вздыхали — наверное, предвкушали каждую минуту репетиции. — Ну нееет, он же меня сразу прибьёт. Эйс, пожалуйста, помоги... — законючил тот. Портгас лишь раздражённо вздохнул. — я в долгу не останусь... — Прости, перед огнедышащим чудищем каждый сам за себя...

***

Весь разбор полётов Эйс простоял по правое плечо «огнедышащего чудища» и с умным видом кивал, надеялся, что его не заметят. План провалился, заставили таскать туда-сюда разный реквизит: стол, стулья, корзину с фруктами, деревце в горшке... Деревце? — Реально, спёрли из коридора? Нам потом не прилетит? — хмыкнул Эйс. — Завтра нормальное картонное дерево будет, а пока так... Таскать горшок Сабо всё равно заставил — для наглядности, «чтобы понимать пространство действия на сцене». Чёртов перфекционист. Под конец репетиции у Эйса отваливалось всё: спина, ноги, в особенности руки. Пропущенную тренировку вполне можно считать зачтённой. Хоть Портгас и ворчал, на деле ему повезло куда больше тех, у кого были слова. К счастью, текст они выучили заранее. Но это их от Сабо не спасло, никакой пощады не было: с пылом истинного постановщика он выяснял «какого «х» творится на сцене» и едва сдерживался, чтоб не запульнуть в кого-нибудь туфлей. Эйс искренне сочувствовал бедолагам, но в то же время завороженно наблюдал за старостой. Давно тот не был таким эмоциональным... Даже если из-за этой яркой злости скоро придётся вызывать скорую и ментов, такое зрелище того стоило.

***

Закончив давать актёрам напутствие со смыслом «делайте как надо, как не надо — не делайте», Сабо повернулся и окинул взглядом зал. Увидел в первых рядах Эйса: тот откинулся на спинку кресла и позыркивал на него из-под полуприкрытых век. Целенаправленными шагами староста направился к нему. Скорее бы в душ, и под одеяло, и чтоб Эйс рядом о чепухе щебетал, а не видеть всех этих несчастных ребят на сцене. — Идём? — Погоди, косточки соберу... — Не говори, что умотался. Портгас фыркнул. Сабо почувствовал укол вины, но тут же мотнул головой, прогоняя это чувство. Вдох-выдох. Агрессивная энергия от репетиции начала угасать. Сабо протянул Эйсу ладонь. — Пойдём уже, старикашка. — Сам ты старикашка! — деланно обиделся Портгас, а затем рассмеялся. Эйс взялся за чужую ладонь, хоть и сам мог встать. Какой же он всё-таки жаркий... На контрасте с ним у Сабо была куда более прохладная ладонь. Они перекинулись ещё парой фраз, а затем молча ушли в одном направлении. Усопп посмотрел на их соединённые руки, оглянулся вокруг: посмотреть, заметил ли кто ещё. Все были слишком заняты соскребанием себя со сцены. Может померещилось...

***

В общежитие после репетиции многие не шли, а доползали. Студенты с других факультетов смотрели на них с сочувствием. — Сабо, ты — монстр. — выдохул в подушку Эйс. Он только вышел из душа и сразу же плюхнулся на кровать. — Если бы группа не подготовилась, куратор открутила бы всем головы. Нам с тобой в первую очередь. В чём-то он был прав, но признавать этого не хотелось. Эйс вздохнул. Перевернулся на бок, чтобы видеть собеседника: тот сидел на соседней кровати с ноутбуком на коленях. Без яростного запала он был просто уставшим студентом, в позе креветки, с синяками под глазами. С влажными волосами, в пижаме с котиками и кружкой кофе он выглядел даже уютно. Сабо сделал глоток и поставил напиток на тумбочку. Так и не скажешь, что час назад тиранил одногруппников... Эйс усмехнулся. — Охрененный из тебя диктатор. — Сабо удивлённо хлопнул глазами и посмотрел на Эйса. — Ты хотел сказать «диктор»? — Нет. Портгасу нравилось наблюдать, как меняется Сабо в лице: хмурится, с подозрительным прищуром смотрит на Эйса; спустя пару секунд брови, сведённые к переносице, удивлённо поднимаются, а с губ слетает какой-то неопределённый звук, похожий на фырканье недовольного ежа. — Диктатор, говоришь? — он закатил глаза и с тихим хлопком закрыл ноутбук, встал и убрал его на стол. — А ты не согласен? — на лице Эйса расцвела ехидная усмешка, он проследил взглядом за Сабо. Какой же у него величественный профиль... — То есть ты хочешь обвинить меня в присвоении власти, единоличном принятии решений ... — Сабо немного поразминал затёкшую шею, возвращаясь к кровати. — отрубании голов за невыполнение приказов? По-твоему, я настолько жесток? — О, ты самый жестокий человек из всех, кого я знаю. — Эйс подпёр ладонью щёку, чтобы удобнее рассматривать такого интересного товарища напротив. — Плохо ты изучал историю, однако. — настала очередь Эйса закатывать глаза. — Ой, только не надо про учёбу. В любом случае, сам посуди... — Не такой уж я маньяк, не придумывай. — Ты просто со стороны не ви— Бам! Лицо Эйса потерпело столкновение с безжалостным мягким кирпичом. Щёку царапнуло неудачно вылезшее пёрышко. Свет на мгновение исчез из жизни и появился через секунду. Подушка в наволочке со звёздами упала рядом. Портгас моргнул, посмотрел на подушку и потом – на её бессовестного владельца. Сабо не послал Эйса на небо за звездочкой... вместо этого послал звезду к нему. Вот так вот, да? Оппозиционное мнение не принимает, и говорит ещё, что не диктатор! Ну держись, автократ несчастный!

***

Откуда они черпали энергию после тяжёлого дня — неизвестно. У них будто открылось второе дыхание в попытке обыграть другого. Закончилась «драка» героической победой Эйса (как он сам думал) : ему удалось уложить Сабо на лопатки! «Пленник» подёргал руками, проверяя надёжность хватки, и вздохнул, уткнувшись лицом в одеяло. Портгас пару секунд глядел в светлый затылок. Принял этот жест за знак капитуляции. — И это всё? — приподнял он бровь. Эйс поздно осознал одну странность: обычно Сабо дерётся до последнего, а не сдаётся вот так... Он хотел было съехидничать, как вдруг — рывок! — и прижат спиной к матрацу уже Эйс. Его зафиксировали по рукам и ногам. Шах и мат. Один. Два. Три... Секунд пять потребовалось Эйсу, чтобы закрыть открытый от удивления рот. Сабо в этот момент стал единственным объектом в пространстве, который Портгас воспринимал. На лбу лёгкая испарина, губы чуть приоткрыты. Воротник пижамы сбился набок, обнажая острую ключицу. Эйс не понимал, как можно одновременно быть таким соблазнительным и... милым? Дурацкая пижама с кошками, лучше бы Сабо был без неё. Ой. Ну, то есть... От собственных мыслей щёки загорелись. Портгас почувствовал, как сердце загрохотало где-то в глотке. Голубые глаза смотрели на него пристально. Он взглотнул, не отводя собственный взгляд. Напряжённая тишина воцарилась, по ощущениям Эйса, на вечность. Сабо перехватил его руки одной своей. Освободившуюся ладонь протянул к лицу Портгаса и убрал закрывающие обзор пряди чёлки. Тот задержал дыхание. Ту-дум! Что-то стукнулось в их стену из другой комнаты. А потом раздался ритмичные скрип. Следом — протяжное «Ах!», которое тут же заглушили. Парни синхронно покосились на стену. Затем медленно перевели взгляд друг на друга. Портгас увидел, как Сабо пытается сдержаться, и сорвался первым — заржал. По комнате разнеслись крики чайки. Сабо подхватил, улёгшись на Портгаса сверху, и к симфонии добавились ещё звуки тюленя. Неудивительно, что уже из другой комнаты соседи начали агрессивно барабанить им в стену. Эйс внутренне возмутился: «Этим значит бордель устраивать можно, а нам просто посмеяться нельзя!» Это было настолько абсурдно, что Эйс уже сорвался на хрюканье, безуспешно пытаясь сдержать смех. Мгновение спустя он почувствовал, как чужая ладонь совершенно бесцеремонно зажала ему рот. Первым порывом было желание укусить, но когда Эйс открыл слезящиеся от смеха глаза, то забыл вообще о чём-либо думать. Бесстыдно пялился на руку, а потом на Сабо, и не делал ни единого движения, чтобы выкрутиться. И только на десятую секунду сообразил, что надо бы возмутиться. Но Сабо уже очень хорошо устроился, поудобнее усевшись и пригвоздив руки Эйса над его головой. — Хочешь проверить на деле, насколько хороший из меня диктатор? Хитрый блеск в глазах Сабо был виден даже в полутьме. Притягивал Эйса, как мотылька огонь. Чувствуя, как по телу разливается жар, Эйс нервно усмехнулся. — Это «да»? Когда Портгас что-то промычал. Сабо нехотя убрал руку. Эйс сделал глубокий вдох, но не успел ответить, как по его груди по-хозяйски прошлась чужая ладонь. Весь воздух тут же вышибло из лёгких. — Сабо, что ты... — Мм? Диктаторствую. Ты против? — Сабо нахально улыбнулся, проехавшись по бёдрам Эйса. Мысли вмиг испарились из головы. — Против? Против только соседи. — Эйс едва ли расслышал, как хрипло прозвучал его голос. Он обращал внимание только на Сабо. — Вот и хорошо. Дальше — как в тумане. Портгас был не уверен, не сбрендил ли он от усталости, не приснилось ли ему это... Но чужие руки на разгорячённой коже были слишком реалистичными, вызывая покалывание в местах прикосновений. Сабо снял верх пижамы, а Эйс разглядывал его, прикусив губу. Протянул было ладони — но их тут же перехватили и перевязали снятой секунду назад футболкой. — Ай-яй-яй. Помнишь же, диктаторы единолично осуществляют власть... — Сабо улыбнулся, проведя ладонью по щеке Портгаса. — будь хорошим мальчиком. Откуда взялось столько энергии, Эйс и думать не хотел. Да и думать тут было решительно невозможно, особенно когда Сабо в очередной раз оставляет мокрую дорожку поцелуев вдоль живота, спускается ниже, и... Возвращается обратно к губам. Это была мучительная и сладкая пытка...

***

— Сабо, ты монстр. — Эйс прятал красное лицо в подушку, приходя в себя. — У меня чувство дежавю. — Сабо улыбнулся и едва весомо провёл кончиками пальцев по позвоночнику Портгаса. — Ой, да иди ты... — было видно, как по чужой спине пробежали мурашки. Эйс забавно смущался, краснел аж до кончиков ушей. Как же давно Сабо хотел всё это сделать... Он и не подозревал, что сегодняшний вечер преподнесёт такой подарок. Ради такого ему не жалко и старостой быть, и диктатором, и вообще кем угодно — лишь бы Эйс лежал вот так вот рядом и давал себя обнимать, целовать, любить.

***

Эйс пил кофе, который принёс Сабо, и обдумывал случившееся ночью и странное начало дня. Прикрыл глаза и начал вспоминать... Если бы не светящаяся рядом морда, он бы подумал, что ему всё приснилось. В последний раз Портгас видел Сабо таким счастливым пару лет назад, когда тот купил какие-то выпендрёжные краски для рисования. А потом утро преподнесло более весомое доказательство реальности прошедшем ночи... Умывшись, Эйс посмотрел на себя в зеркало. Сонный взгляд, растрёпанные волосы, веснушки на щеках и немного на плечах, там же — несколько странных фиолетовых пятнышек. Весеннее обострение, видимо. У одного наглого блондина. — Сааабо!

***

Да, Сабо определённо не желал командовать целой группой — приходилось «по долгу службы». Но это не значит, что он не был властным в других... вопросах. Эйс убедился лично. Теперь у него был собственный автократ. Большего он и желать не мог.