И на девятый день… всё было так

Всё улеглось гораздо быстрее, чем можно было ожидать. После спасения экипажа из сна Эны Черным Лебедем казалось, что битва войдет в бесконечный цикл и потребуется проснуться еще с десяток раз, прежде чем судьба Пенаконии решится. Хор Баланса во главе с Воскресеньем был беспощаден, хотя даже у такой громады оказались свои просчеты в конструкции. Победа, несомненно, пришла, но сражение вымотало всех без исключения: даже жизнерадостная Март поникла на некоторое время, не в силах бороться с эмоциональным истощением. Глава клана Дубов пытался своими руками построить рай на Земле Грёз. Не злые намерения — изощренные методы и уверенность в силе Порядка привели к поражению, в результате чего он остался в одиночестве пожинать плоды безумного стремления к контролю. Полужнецу-недоэону теперь грозил страшный суд. Только ли? КММ вряд ли отпустит его так просто. Эта компания всегда умудрялась цепляться за просчеты местных авторитетов, чтобы наводить собственные порядки на планетах. Так или иначе, Стелларон был запечатан, а значит Освоение на этой планете быстрыми шагами приблизилось к своему логическому завершению. Теперь у Безымянных оставалось лишь одно незаконченное дело — встретить Госпожу Тинъюнь и помочь ей добраться на Сяньчжоу. Впрочем, на экспрессе было достаточно места, чтобы разместить внезапно появившегося пассажира, а значит и отказывать союзникам не придется. Неприятность заключалась лишь в уникальной способности Госпожи создавать экипажу уйму проблем. С этой особенностью они ознакомились еще при освоении корабля Альянса Лофу, когда лисица едва ли не устроила апокалипсис из-за своей связи с деревом изобилия. Тогда всё обошлось, однако осадок остался. Теперь ситуация повторялась. Струна этот раз ничего не угрожало, но и гладким стечением обстоятельств не пахло. Задерживаться на Пенаконии надолго никто желанием не горел. Фестиваль Гармонии все же состоялся, хотя и не без плохих сюрпризов, а экспрессу в ходе него даже перепало судно Лучезарного Шпата. Стелла на пару с Март уже успели окрестить его «Пенаконийской дачей» и, возможно, распланировать отпуск, но все понимали, что случится он нескоро. Интриги этой планеты оставили после себя желание долгое время восстанавливаться в гробовой тишине, дрейфуя в космосе. Особенно это коснулось Вельта, который бурным нравом никогда не отличался. Путь Освоения действительно стал для него смыслом жизни после того, как обстоятельства вынудили покинуть родную планету и об этом знал каждый. Только вот после особенно интересных миссий старший член экипажа мог либо по несколько дней зависать в каюте, либо болтать с таким энтузиазмом, что не выдерживали даже самые общительные. Космическая привычка метаться из крайности в крайность. — Я думаю, нужно разбиться. Иначе мы её будем до утра искать, — после длительных совместных блужданий, голос разума, наконец, явился в лице Дань Хэна. — Всё равно все на связи. Я пойду в Парк студии «Часы», кто-нибудь со мной? — Хорошая идея! Но мы со Стеллой пойдём на тот кораблик, который нам Семья подогнала. Там столько всего есть, почти как летающий кусок города! Наверняка она пошла туда. Ты же со мной, да? Да? — Март состроила выражение Кота в сапогах и почти упала на плечо Первопроходца. — У меня выбор как будто есть… но может сначала разобьем на части осмотр Золотого мига? Это эффективнее. — Ну хорошо, пошли! — главная активистка тут же схватила Стеллу под руку и повела прочь, параллельно что-то вскрикивая и тыча пальцами на вывески неподалеку. Вельт, оставшийся на прежнем месте, сложил руки на груди и усмехнулся. Дети. — Я тоже пойду. Мистер Янг, проверите оставшуюся площадь «мига»? — Дань Хэн отряхнул что-то со своего плеча и развернулся, готовый идти. — Иди, не беспокойся. Пишите сразу, как найдете что-нибудь полезное. — Будет сделано. Долго размышлять не пришлось: вскоре было принято решение тоже выдвигаться на поиски. Сразу после череды всех предшествующих событий совершенно не хотелось еще и роль следователя уголовного розыска на себя примерять. Бегать по всему Миру Грёз в поисках заплутавшей лисицы — задачка определено не из легких, но делать было нечего. Быстрее начнешь — быстрее закончишь. С этой мыслью началось размышление о стартовой точке поискового маршрута. Обход от торгового центра «Оти» казался наиболее подходящим и логичным вариантом. Гигантское по своей площади здание красовалось прямо в самом сердце оживленного района. Оно не было высоким, но простиралось по всему периметру сети небоскребов, что окружали центральную территорию, из-за чего на этих нескольких этажах образовалась уйма места. Колличество бутиков внутри определенно измерялось сотнями, а то и тысячами. Вельт остановился напротив одного из главных входов и вздохнул. Да, состоятельную даму вроде Тинъюнь данное заведение вполне могло притянуть. Какая девушка не захочет покрутиться часок-другой перед зеркалом в новых нарядах? Только теперь из-за таких желаний, похоже, придется обойти всё здание целиком. Мужчина достал мобильный и, открыв общий чат, быстро набросал несколько слов о своих планах. Он собирается изучить торговый центр и не ручается за связь внутри него, чтобы в случае чего не возникло вопросов. После Вельт так же ловко сунул смартфон обратно в задний карман брюк. По привычке голова мотнулась из стороны в сторону, осматриваясь. Жаль только, в такой огромной толпе это было практически бесполезно. Внутри из-за герметичности пространства с этим должно быть полегче, но задача все равно остается не самой приятной. Наверняка придется задействовать не один десяток лиц, чтобы располагать хоть какими-нибудь сведениями. Тем не менее, думать о конкретных действиях можно только после попадания внутрь торгового зала, ведь его устройство и планировка повлияют на систему поиска. Только вот, похоже, и с этим возникнут проблемы. — Извините, господин, но сейчас туда нельзя! — Вельт остановился на самом пороге, удивленно обернувшись на запыхавшийся возглас. — Внутри центра была зафиксирована подозрительная активность. Предположительно, связано с воздействием излишней энергии Гармонии. Семья уже работает над этим вопросом. Пожалуйста, покиньте помещение. — Что там произошло? — мужчина окинул взглядом подбежавшего сотрудника Гончих и мысленно уже вычеркнул «Оти» из списка мест для проверки. — Не могу пока разглашать! Передал всё, что есть. Семья работает над изучением и устранением аномалий, приносим извинения за доставленные неудобства! Торговые залы будут снова для вас открыты в течение нескольких рабочих дней. В настоящий момент вы можете ознакомится с туристическим маршрутом, включающим в себя аудио-экскурсию по истории Пенаконии, а также… — Подождите! — Янг замотал головой и остановил рассказ полицейского жестом руки. — Я не турист и не по магазинам пришел. Я ищу человека, может, вы могли бы… — Ам, мне уже пора! Вот, по рации сказали, чтоб я немедленно прибыл к бутику, э-э… Часик-Прима! Всего доброго, хорошего дня! — торопливо откланявшись, растрепанный паренек быстро скрылся в неизвестном направлении. — Да уж, в таком месте ушей у людей я еще не встречал, — буркнул себе под нос Вельт, вспоминая рацию, которая в момент упоминания Гончим была закреплена на ремешке возле бедер. Очевидно, то оказался новичок в организации, который еще не был готов вести самостоятельно поиски пропавшего человека и не придумал ничего лучше, чем изобрести пару оправданий и скрыться как можно скорее. Это даже было забавно. Интересно, этот бутик «Часик-Прима» правда существует, или все же является детищем больной фантазии нерадивого юноши, который был готов сказать любую ересь, лишь бы не позорно убежать молча? Покачав головой, мужчина решил, что в Золотом миге достаточно любопытных мест и помимо торгового центра «Оти», а значит можно было проверить их. Кто знает, может, так сильно повезет, что к завершению осмотра площади и магазин откроется? Не успел он подумать об этом, как сзади раздались странные голоса, чем-то выбивающиеся из общей толпы. Вельт прислушался и обернулся, глазами рыская по кучкам людей, собиравшихся неподалеку. Вскоре взгляд зацепился за одинокого эрудроида, который… разговаривал сам с собой? Или, возможно, с воображаемым другом? Несколько секунд спустя все же удалось разглядеть рядом с ним маленького пепеши, который и был вторым голосом. Уже хорошо, значит первый не сошел с ума. Они стояли не так далеко и, очевидно, столь же наивно собирались посетить торговый центр. Похоже, раз Гончий скрылся в нежелании вести расследование, отгонять потенциальных покупателей теперь придется Безымянному. — Не сочтите за грубость, но вам не стоит туда идти, — Вельт мягко окликнул отвернувшегося эрудроида и через мгновение встретил его испуганное лицо. — Прошу простить, не хотел напугать. — А… что не так с торговым центром? — Пока неизвестно. Говорят, аномалии какие-то. Семья проводит проверку. Точной информации об угрозах нет, но раз патрульные не пускают… Я бы не советовал. Пепеши кивнул первым, хотя обращались и не к нему. Он ухватил эрудроида за рукав и собирался потащить его в обратном направлении, но тот вдруг схватился за голову и зажмурился на несколько секунд. Янг обеспокоено оглядел его и на мгновение ему показалось, что взгляд уловил вокруг чужой головы рассеянное свечение. Странно. Чем-то походило на явление Гармонии, но откуда оно у обычного жителя Грёз и при чем тут внезапные приступы мигрени? — Вы в порядке..? — недоуменно спросил он. — Я в норме. Бывает. Последствия воздействия Стелларона утихли, но что-то знобит время от времени. Да и это еще не значит, что злоумышленников здесь больше не осталось, — эрудроид почесал затылок и махнул рукой. — Спасибо за предупреждение, господин. Мы пойдём обходным путем, так будет безопаснее. — Подождите… Странное чувство не покидало его. Вельт был уверен: что-то не так с этими двумя. Они выглядели как самые обычные посетители мира грез, но при этом энергетическое поле вокруг них будто бы гудело, вызывая неприятные ощущения. Однако обвинить двух ни в чем неповинных гостей без весомых аргументов было бы высшей степенью бестактности и, представив, какой размер компенсации могут потребовать местные мажоры, если вдруг эти двое из них, Безымянный сразу же принял решение не досаждать прохожим своими необоснованными догадками. — Ничего. Будьте внимательны к дорожному движению. — А, да, большое спасибо, — буркнул пепеши, насильно оттягивая эрудроида, который на пару секунд уставился на Вельта и замер. — Пошли уже, сколько можно… Стремительными шагами сомнительные гости быстро удалились в направлении ближайшего переулка. Янг смотрел им вслед ровно до того момента, пока не скрылась за стеной последняя частичка золотистой облицовки эрудроида. Что было не так с этими двумя? Странная энергетика, приправленная словами о «злоумышленниках» и Стеллароне… Простые посетители Мира Грез редко задумывались о влиянии Опухоли всех миров на это пространство, чего не скажешь о колоритной парочке незнакомцев. При том пепеши, похоже, отчаянно хотел утянуть товарища из этого разговора как можно скорее. Может, забота? Бедолага-эрудроид сослался на мигрени, возникшие в результате действия Стелларона. Должно быть, он чувствует себя неважно, в связи с последними событиями. Но что-то всё равно было не на месте. Внутренняя часть планеты празднеств существовала из общей силы желания некогда прибывших здесь в качестве заключенных должников КММ. Собранная по частичкам из мемории каждого, она воплощает собой глубинные желания людей, приглашая остаться в Грезах вместо жестокой реальности. Стелларон запечатан в Большом Театре и, несомненно, время от времени оказывает свое влияние на происходящее на планете. Однако в истории мира и кроется нестыковка: смерти, например, как таковой на Пенаконии не существует, лишь возможность пересечь некий «барьер». Подается это Семьей под соусом реальной гибели лишь для того, чтобы никто не стремился за границу их контроля. Смерти нет, ведь заключенные о ней не грезили. Также, как и о мигренях.

***

Звук шагов стих. Тень от двух стоящих рядом зданий милостиво приняла двух бежавших жителей Страны Грёз. Они остановились, переводя дыхание, и пару секунд простояли в тишине. Эрудроид прислонился спиной к кирпичной стене, подняв голову к небу, и в этот момент получил лихой пинок по ноге от сопровождающего его пепеши. — Ты придурошный что ли, я понять не могу?! — зашипел пепеши, хватаясь за голову. — У нас обоих силы на грани истощения, маскировка может слететь в любой момент! А ты тратишь время на разглагольствования с… — С Безымянным, — прервал его эрудроид. — Я хорошо его помню, очень приятный собеседник. Жаль только, его догадливость пару раз ему же боком и выходила. — Ты Услады наглотался? Тем более! Этот «приятный собеседник», на минуточку, был одним из тех, кто расшатал к чертям тебе весь Хор Баланса! — злость, казалось, собиралась паром подняться из его ушей. — Вот уж с ним тебе, Воскресенье, точно общаться нельзя! Воцарилась тишина. Эрудроид блеснул своей золотистой облицовкой и демонстративно отвернулся, сложив руки за спиной. Тяжелый вздох отскочил от стен и пепеши закатил глаза, не в силах выдерживать сентиментальную сторону своего товарища. — Я знаю, Ванвик. Но я испытываю к Безымянным… что-то вроде благодарности? Благодарности и уважения, скорее так. Путь Освоения… кажется, подразумевает жертву во имя спасения чужих миров. Разве это не прекрасно? — Эта твоя черта идеалиста… Тебе вообще надо радоваться, что нас не раскрыли! Только недавно свалил от Корпорации, обратно на привязь захотелось? — Какой экипажу прок от того, что они сдадут меня КММ или Гончим? — А какой им прок от того, что божок-перфекционист после изгнания разгуливает по Золотому мигу так, будто это не он цирк с конями в Театре устраивал? — пепеши сложил руки на груди. Уходить отсюда нужно было как можно скорее. — Он на тебя смотрел как рысь на мертвую косулю. Наверняка допер уже, или хотя бы заподозрил. В очках же, должен быть мозговитый. Надо дёру отсюда, пока нам обоим руки за спину не заломили. Ответить Воскресенью не дали: низенькое существо уже тащило его за одежды прочь от прежнего места. Они прошли несколько шагов, судорожно оглядываясь по сторонам. Маскировка Гармонии начала странно подрагивать, словно нечто вторгалось в её поле, но оба решили списать нарушение на нынешнюю слабость. Недолго, однако, продолжалось продвижение вперед. Небольшой глитч вдруг превратился в резкое ослабление маскировки и Воскресенье ощутил, как стремительно спадает с него лик эрудроида. Он замер, не находя в себе сил обернуться, и почувствовал, как в спину что-то уперлось. Бежать было бесполезно. Тяжело вздохнув, юноша бросил взгляд на застывшего рядом пепеши, который удивленно хлопал глазами, осматривая то самого Воскресенье, то человека, стоящего позади. — Уж простите мне мою бестактность, но вы совершенно не оставляли мне выбора, — уверенный голос послышался из-за спины и заставил все же обернуться. Впрочем, Сандей, кажется, распознал личность преследователя еще в тот момент, когда почувствовал прикосновение к спине. — Отвечайте коротко, не уходя от вопроса. Зачем вы здесь? — Господин Янг.., — промолвил изгнанник, глядя на суровое выражение лица собеседника и трость в его руках, которая и уперлась ранее в спину. — Я не несу никаких дурных намерений, Порядок больше не сойдет на Пенаконию. — Предлагаете поверить вам после того, как вы использовали маскировку Гармонии? Довольно наивно. Тем не менее, я не услышал ясного ответа на свой вопрос. — Вы хотите знать о моих мотивах? Должно быть, вам будет не так легко поверить, но я вижу это единственным возможным способом перестать видеть во мне угрозу. — Вы — любитель ходить вокруг да около, — заметил Вельт, поправив очки на переносице. — Постараюсь поверить настолько, насколько это будет возможно. — Хорошо. Тогда знакомьтесь: это господин Ванвик, — он указал на пепеши и тот с невеликим желанием общаться махнул рукой в ответ. — Мы здесь не просто так и уж тем более не собирались сеять раздор. В общих чертах… Ради завоевания доверия Безымянного, пришлось по полочкам разложить все похождения от начала до конца. Воскресенье рассказал и о посещении парка Айдена, и о желании перед уходом попытаться хоть на капельку подавить ошибки прошлого и попрощаться с сестрой, о том, что происходило с ним после битвы в Большом Театре и как удалось спастись. Вельт, тем временем, слушал с крайне заинтересованным видом. Было заметно, как напряжение постепенно покидало его тело, а подозрение во взгляде сменялось мягким пониманием. Разумеется, совсем ничего не надумывать было невозможно, но с каждой секундой честный и довольно эмоциональный рассказ выходца из Семьи располагал к себе всё больше. Переодически внимание переключалось и на невысокого роста человекоподобное существо, которое мало было радо стоять здесь и слушать полный пересказ всего уже ему известного. Он нервно топал ногой, чесался и закатывал глаза на каждой неуместной по его мнению метафоре товарища, но до конца его монолога ни слова не вставил. — Вот как. Вы, то есть, утверждаете, что вас освободила сотрудница Корпорации и при этом ничего не взяла взамен? — эта деталь беспокоила старшего по экспрессу и в голосе прорезались нотки сомнения. — Особенно, если учесть факт того, что это была именно Яшма… Скорее всего вы либо просто не договариваете, либо, что в вашей ситуации не лучший выбор, нагло врете. — Нет, послушайте… Я и сам мало уловил смысл в её действиях. Госпожа Яшма обещала, что я заплачу какую-то цену за это освобождение, но никаких указаний не дала. Я смею предположить, что она решит заявиться в момент, когда меньше всего ждешь. Все же, у каждого из каменных сердец свои методы… — Допустим, вам удалось меня убедить. Я, как минимум, не вижу явных для вас причин сейчас врать мне. Выходит, вы хотели попрощаться с родиной? — Именно. Не будете ли вы так добры позволить мне уйти без сожалений? Я обещаю не доставить неприятностей. Повисла тишина, Вельт задумался. Он искренне верил в каждое сказанное Воскресеньем слово, ощущал в них знакомую тоску по дому. Однако просто так отпустить их означало бы проявить глубокую опрометчивость. Более того, если детали со странным действием Гармонии были истины, то внезапное ослабление маскировки где-нибудь в людном однозначно вызвало бы ажиотаж, а значит подвергло бы опасности не столько толпу, сколько самого Сандея и его друга. — В целях безопасности мне придется сопровождать вас всё время пребывания на Пенаконии. И я должен буду сообщить экипажу экспресса о вас. Скрывать это от них было бы недобросовестно с моей стороны. — Глубоко признателен, Господин Янг. Я не привнесу лишних забот, — юноша оказался приятно удивлен внезапно положительным решением Вельта и даже слегка улыбнулся, осторожно наклонив голову. — Мне хочется вам верить, Воскресенье. Наши точки зрения… разошлись, но оставаться во врагах мне бы не хотелось, — Безымянный ответил зеркальным жестом на улыбку собеседника, коротко усмехнувшись, в после устремил взгляд куда-то в сторону. — Я могу вас понять. В некоторой мере, наши ситуации похожи. — Похожи? — Что-то есть. Я тоже покидал планету в спешке. Это, конечно, не было изгнанием, но все же… Принимая добровольное решение уйти, всегда остается возможность обойти всё важное, но иногда удовлетворить эту потребность проблематично… Я могу помочь с этим, если вы захотите. Но для начала у нас есть одно незавершенное дело. Нужно встретиться с экипажем. — Неужели весь его состав все еще на Пенаконии? — Временно, но да. Нужно сначала их отыскать. Вы идёте тоже, я не могу вас оставить. — М-да, наша парная прогулочка превращается в массовый флешмоб, — Ванвик, молчавший до этого, внезапно надоумил себя вставить свои пять копеек. — Ладно, Эон с вами. Идемте, времени у нас не так уж и много, если мы хотим с ещё какими-то там делами успеть. Вельт кивнул и снова достал мобильник. Как только дисплей засветился, на экране блокировке показались несколько недавних уведомлений, которым не было и десяти минут. Март эмоционально строчила в общий чат о некой «большой проблеме», приложив свою геопозицию. Тинъюнь, похоже, им уже удалось найти. Судя по словам Март, остальные были там же и ждали лишь прибытия старшего. Янг слегка нахмурил брови. Что успело случиться меньше чем за час? И не связана ли с этим как-нибудь сама потерявшаяся госпожа? Более того, в какой момент он так увлекся разгадыванием личности Воскресенья и анализом его истории, что умудрился пропустить уведомления, если устройство все это время лежало в кармане?

***

Путь до остальных Безымянных оказался довольно близким, однако неловкое молчание сопровождало их всю дорогу. Пепеши помог товарищу вернуть маскировку и от этого стало только сложнее. Время от времени Ванвик негромко обращался к нему, но расслышать этих коротких диалогов Вельт не мог. Также получалось и в моменты, когда в абсолютной тишине он доставал телефон, отвечая на сообщения, а Сандей только молчал, специально отворачиваясь от соблазна заглянуть в чужой экран. Манеры манерами, а простое любопытство все равно так и норовило взять свое. Разговаривать в тот момент им, как посчитали оба, было не о чем и незачем. Из-за этого напряжение, которое почти полностью сошло на нет после рассказа юноши, постепенно вновь нарастало. Только бороться с ним никто не спешил. По крайней мере до прибытия на назначенную Март точку встречи. — Где-то здесь. Геолокацию мне отправили именно в эту точку. Оглядывайтесь внимательнее, может, кто-то из вас заметит первым. — Хорошо. Господин Янг, я только одного не пойму… Почему вы все еще здесь? Мне казалось, все закончилось на предельно ясной ноте. Так почему бы экспрессу не вернуться на путь Освоения и продолжить свое путешествие? — голос бывшего главы клана прозвучал с нескрываемым интересом и чем-то беспокойным. Он дождался, пока на него обратят внимание, и только после этого продолжил. — Кто-то еще устраивает нежелательные представления? — Нет, дело не в этом. Но приятно видеть, что вы интересуетесь обстоятельствами родного края, — уста старшего снова тронула едва заметная одобрительная улыбка. — С Пенаконией всё в полном порядке. Мы здесь, разве что, должны подобрать кое-кого. — Я не могу не волноваться. Все мои действия никогда не имели отрицательной подоплеки по отношению к планете и ее жителям и гостям. Я вырос здесь и даже после ухода чувствую ответственность. — Это нормально. Хорошо даже, с точки зрения сильных качеств характера. Но вам будет с этим непросто. — Да, возможно, но в том лишь моя вина. Кого вам нужно подобрать? — Госпожу Тинъюнь. Она родом с Лофу Сяньчжоу и нас попросили доставить её домой. Экспресс не отказывает в помощи, для нас не составит особого труда совершить лишний гиперпрыжок, но вот найти её оказалось не самой легкой задачей… Я не совсем понял сообщений Март. Она, очевидно, писала в большой спешке. Но, похоже, Госпожа немного не в себе. — «Экспресс не отказывает в помощи», — повторил в полголоса Сандей. — Должно быть, энергозатратно помогать всем подряд? Люди, особенно с разных миров, всегда имеют такие разные запросы. Невероятно трудно поспеть сразу за всеми, это ведь… — Вон они, — прервал его Вельт махнув рукой в сторону скопления уже знакомых макушек. — Идёмте, Господин Воскресенье и Господин… — Ванвик, — гордо отозвался пепеши. — Да, Ванвик. Прошу простить мою забывчивость. Только разговорившийся Воскресенье недовольно потер костяшки пальцев, когда мужчина так резко оборвал их диалог. Этого можно было ожидать, но неприятное ощущение незавершенности осталось. Довольно непривычная реакция для человека, привыкшего вариться в нарочных умалчиваниях и отсутствием свободной воли к разговором на любые темы, помимо политических. Тем не менее, больше он ничего не сказал и молча проследовал за старшим по направлению к Безымянным. Увидев знакомого, первой выскочила Март, взволнованно сводя брови. — Мистер Янг, ну не прошло и года! Вы чего, обычно же сразу на сообщения отвечаете? — пылко поинтересовалась девушка, постоянно оборачиваясь на находящихся позади Стеллу и Дань Хэна, которые стояли к подошедшим спиной. Она обратила внимания и на спутников Вельта, но промолчала, отдав предпочтение более насущному вопросу. — Госпожа Тинъюнь, кажется, сошла с ума! Она никого из нас не узнает и трещит про какой-то бред, еще и с Усладой перебрала! Помогите, пожалуйста, мы уже не знаем, что с ней делать… — Почему бы просто не дотащить её до экспресса, раз она в таком состоянии? Всем от этого проще, а там у неё будет сполна времени, чтобы прийти в себя. — Если бы всё было так просто, — в разговор вдруг вмешался Дань Хэн. — Пробовали, отказывается. Уговоры не действуют, а схватить её мы и втроем не смогли. Смогли бы, конечно, но тогда это точно выйдет за рамки гуманизма. — Позвольте мне осмотреть? — отозвался Воскресенье, подходя ближе. — Эм, мистер Янг, а это еще кто? — недоверчиво кивнула Март, оглядев эрудроида. — С ним вы все уже знакомы. Рассказывать полную историю сейчас было бы долго, но я счел такой исход справедливым. Будьте так добры, снимите маскировку? — Ванвик, пожалуйста, — пепеши в очередной раз недовольно покосился на товарища, однако просьбу исполнил. Уже через несколько секунд золотое покрытие сменилось на самую обычную человеческую кожу и перед экипажем предстал никто иной, как поверженный правитель Пенаконии. — Прошу, без паники. Мое присутствие не внесет никакого аффекта на ваши нужды, более того, я не задержусь надолго и… — Молчать! Мистер Янг, он просто хочет вас надурить! Стелла, помоги! — разгневанная Март указала пальцем на ошарашенного юношу и Первопроходец тут же сорвалась с места, приставив к его груди биту. — Говори, что тебе нужно?! Как ты смог обвести мистера Янга вокруг пальца? — Стелла, Март, успокойтесь! Господин Воскресенье просто хотел навестить родные места перед отбытием с планеты. Я лично за него ручаюсь, — Вельт положил ладонь на биту, осторожно опуская её. Девушки с недоумением переглянулись и стали метать взгляды то на старшего по экспрессу, то на неожиданного гостя. — Я понимаю, что это звучит странно, но попробуйте представить ситуацию с его стороны: после падения Хора Баланса Воскресенье наверняка потерял большую часть сил. Вместе с тем эта ситуация повлияла на течение энергии пути Гармонии в целом, как я сумел заметить. Даже если он бы и захотел сейчас сделать что-то не то… это было бы невыгодно. В таком положении противостоять всем нам будет весьма проблематично. — Нормально так тебя унизили, — захохотал Ванвик, в очередной раз пнув друга по ноге. — Так-то и добавить нечего. Этот дохлик действительно не способен ничего вам сделать. — Ну спасибо, дорогой друг… Мог бы хоть немного за языком последить. — А я что, неправ? Ты сам виноват, больно в себя поверил. Да и вообще грех обижаться сейчас-то! Тебя вон, под крыло со всей любезностью, неблагодарщина… — Хватит вам уже, — серьезный тон Вельта отрезвил обоих и Воскресенье негромко извинился, выпрямившись. — Разборки позже. Касается это всех, у нас есть дело посерьезнее. — Госпожа осталась в ресторане «Часы» и отказалась выходить под любым предлогом, — Дань Хэн, заметив возможность остановить всеобщие прерии, вернул разговор в русло возникшей ранее проблемы. — Господин Воскресенье, вы… сказали, что хотели взглянуть? Узнаёте явление? — Возможно, — пришедший в себя после неожиданного нападка Сандей кивнул и выступил вперед. Заметив, что Первопроходец с напряжением сжимает свое орудие, он поднял руки вверх и немного отступил, продолжая обращаться к темноволосому парню. — Мне бы сначала просто увидеть её, там можно будет сделать вывод. Конечно, если ваши соратники изволят меня пропустить… Март и Стелла насупились, но по сторонам разошлись. Они все еще относились к главе клана с недоверием, даже несмотря на слова Вельта. Последний же пошёл следом за Воскресеньем, бросив на женскую часть коллектива неоднозначный взгляд, отчасти напоминающий отцовское недовольство на нашкодившего малыша. Было видно, что он свято верит в его намерения и настроен крайне серьезно. Кроме того, желания устраивать очередную драку посреди улицы точно не было ни у кого, кроме пары особенно решительных Безымянных, поэтому старший так активно вступался за своего гостя. После попадания внутрь заведения долго искать не пришлось. Тинъюнь сидела за столом возле окна, потягивая серебристый коктейль из витиеватого бокала. Пришлось пробираться между рядами, чтобы достичь необходимой точки, но посетителей было не так уж и много, так что сложностей этот путь не доставил. Воскресенье не чувствовал себя комфортно без маскировки, опасаясь, что кто-нибудь из местных может узнать его и посеять панику, но все присутствующие, похоже, находились не в том состоянии, чтобы обратить внимание хоть на кого-то. Одна из самых распространенных проблем в Грёзах Пенаконии — беспросветное пьянство. Это неудивительно, учитывая, что люди приходят сюда вдоволь насладиться жизнью, но иногда перебравшие гости доставляют неприятности. По воле случая, Тинъюнь стала одним из таких гостей. — Может, она просто перебрала и от этого ничего не помнит? — поинтересовался Вельт, глядя на расслабленную лисицу. — Вряд ли. Ранее мне уже доводилось встречать нечто подобное. Грёзные сбои иногда случаются, скорее всего вам только надо заставить её проснуться. — Грёзные сбои? — Мир Грёз Пенаконии — сложная и отчасти непредсказуемая система. Семья старается контролировать её всеми возможными способами, однако это получается не всегда. В частности бывают случаи таких сбоев, когда при погружении в Грёзы страдает часть воспоминаний. Тут лишь экспрессу не повезло в том, что Госпожа потеряла фрагмент памяти, связанный с Безымянными. Удивительное, конечно, совпадение, больше и не скажешь. — Но как нам заставить её проснуться, если она не обращает внимания на слова экипажа? Может, вы можете как-то повлиять на это другим способом? — Если честно, на ум приходит только вариант напугать, чтобы она захотела этого сама. Но не будет ли это слишком? Не знаю, каким безопасным способом можно воздействовать на человека в таком состоянии, чтобы внушить ему страх… — Господин Воскресенье, вы ведь все еще можете использовать силу Гармонии, так? Что, если попробовать применить на неё настройку? — Внушить желание покинуть мир Грёз через силу Гармонии… — Или просто заставить её вспомнить нас. — Это вряд ли. Она в любом случае сейчас не в лучшем состоянии. Однако оно не будет распространяться на реальность и вы сможете спокойно встретить её там. Только я не уверен, что в настоящий момент располагаю достаточной силой, чтобы это провернуть. — Это небезопасно? — Не знаю. Я никогда прежде не сталкивался с ситуацией, чтобы моя связь с эоном так слабела… — Я проконтролирую процесс и вмешаюсь, если кому-то из вас станет плохо. Попробуйте, пожалуйста. Сами мы будем долго с этим разбираться. Давайте сочтем это услугой за услугу? «Услугой за услугу»… Именно так и можно было охарактеризовать их отношения, начиная с самой первой встречи. Казалось, они оба питали друг к другу безмерное взаимное уважение и не считали себя врагами. Вельт не находил в фигуре Воскресенья чистое зло, понимая, почему он принимает такие решения, а тот в свою очередь видел в Безымянных соперников, а не врагов. Экспресс мешал ему воплотить в жизнь план с бесконечным раем Порядка и им пришлось сразиться, однако по завершении сражения зла держать он не мог. В конечном счете каждый из них стремился к идеальной судьбе для Пенаконии, поэтому их пути разошлись и схлестнулись в напряженный момент. Однако эта фраза была бы применима еще в случае, что Воскресенье покинет планету сразу после освобождения. Так почему же он сейчас стоит в ресторане посреди Золотого мига, по очереди созерцая то пьяную девушку, то великодушного Безымянного, который по какой-то причине сам вызывался сопроводить его во всех прощальных похождениях? Вместо этого он мог просто-напросто сдать члена Семьи Гончим, но почему-то этого не сделал. Где-то в глубине души хотелось верить, что это было чистосердечным поступком из искреннего сочувствия. Но пусть так, если сам Вельт расценил это как справедливый обмен помощью. Сандей глубоко вдохнул и шагнул навстречу развалившейся на диванчике Тинъюнь. Та даже не повела ухом на чье-то приближение и лишь продолжила крутить в руках бокал на длинной извилистой ножке. Юноша решил не тратить время на лишние прелюдии и осторожно присел рядом, чем все же сумел привлечь чужое внимание. Подготавливаясь к ритуалу, его ладонь нашла другую, разгоряченную от воздействия всех тех опустошенных стаканов, что красовались ровной шеренгой на её столе. Девушка нахмурила брови и посмотрела сначала на устроившегося рядом, а потом на Вельта чуть поодаль. Раздался раскатистый бархатный смешок и лисица склонила голову, придерживая её упертой локтем в столешницу рукой. — Мальчики, какие вы резвые! Даже не представившись, а, симпатяга? — Воскресенье состроил недоуменную гримасу и услышал, как знакомый голос слегка прыснул за его спиной. — Я и не думала, что здесь… такие хорошенькие водятся! — Эм… Господин Янг, кажется, одной Усладой дело тут не обошлось… Госпожа Тинъюнь, что вы… Девушка безо всякого стыда разглядывала «симпатягу», но и этого ей стало мало. Мотивы прикосновения парня были ей неизвестны, но вполне логично оказались расценены как зелёный свет к ответным действиям. Элегантные пальцы мягко коснулись кончика чужого носа и соскользнули к щеке, сопровождаемые довольной ухмылкой обладательницы. Вельт же наблюдал за этим представлением теперь уже с нескрываемой радостью: было нечто особенно забавное в искренней потерянности главы клана от такой внезапной раскрепощенности. — Мало сведаю в женских принципах, но, кажется, вы ей крайне симпатичны, — мужчина сложил руки на груди, прислонившись плечом к стене. — Кхм… я польщен, но это немного отвлекает меня от нашей задумки. Госпожа, послушайте… Я понимаю, вы не в лучшем расположении духа, чтобы внемлить моим словам, но все же. Безымянные хотят доставить вас на родину, для этого нужно покинуть мир Грёз, пройти на экспресс и… — Ай, так ты что, красотуля, тоже с этими странными..?— разочарованно протянула Тинъюнь, снова протягивая руку навстречу. В этот раз пальцы дотронулись до волос, у самого основания маленьких крыльев, и Сандей вдруг крупно вздрогнул, а сами крылья зашевелились, прячась от прикосновения. Вельт обратил внимание на этот жест, но не двинулся с места, оставшись ждать прямого указания вмешаться. — Какой ты прикольный! Ну-ка еще разок так сделай! — Я понял, разговоры бесполезны. Простите, Госпожа, но так для вас будет лучше. Ловким жестом Воскресенье перехватил ладонь девушки, отнимая ее от своего лица, и уставился прямо в глаза. Взгляд его стал тяжелым, обрамленный мягким свечением желтоватых глаз, а позади головы постепенно проявился полихромный ореол, схожий с тем, что принято изображать для Шипе. Тинъюнь мгновенно напряглась, в пару маленьких прыжков отодвинувшись от внезапно изменившегося гостя. Он словно смотрел сквозь неё, вглядываясь в каждый потаенный уголочек сознания, и это заставляло невольно ежиться от столь пронзительного наблюдения. — Ангелочек, ты чего это..? — настороженно спросила лисица, прикрываясь хвостом. — В Грёзах не скрыться от грехов души. Окстись, дитя, покайся али пробудись ото сна своего! — только что приятный моложавый голос резко изменился на что-то, сравнимое со множественным эхом не самой ласковой тональности. — Не можешь бежать — так припади на колени и узри, как вершится правосудие. Грешен сон твой! Очнись, или останься запертой в оковы вечности до скончания веков. Просыпайся, дитя, просыпайся… Наблюдающий со стороны Вельт в первый момент напрягся не меньше самой Тинъюнь. Он уже видел Воскресенье в облике Септимия, когда тот пытался втереть Безымянным нечто похожее, но сейчас в его словах было что-то пугающе-завораживающее. Если раньше огромный управляемый мех пугал лишь в разрезе предстоящей битвы, то видеть, как кто-то одними лишь красивыми словами заставляет кого-то содрогаться от ужаса, было совершенно новым ощущением. Гостья с Сяньчжоу неустанно пятилась назад по дивану, залезши на него с ногами, сваливаясь и спотыкаясь из-за помутненного алкоголем рассудка, пока спиной не уперлась в стекло. Темные зрачки бегали по помещению, ища помощи, и остановились на фигуре мужчины в очках и сером пальто, который с безучастным видом смотрел за происходящим. Во взгляде пьяной лисицы явно читалась мольба, но Вельт не сделал ни шагу в её сторону, даже напротив — немного отступил, переключив внимание обратно на Воскресенье. Должно быть, это действительно страшно: оказаться вот так, зажатым странным существом, тараторящем что-то о покаянии, когда никого на целом свете совершенно не волнует твое положение. Девушка зажмурилась и закрыла лицо руками, мотая головой и не в силах вымолвить ни слова, а через несколько секунд исчезла прямо на глазах у обоих. Воскресенье принял привычный облик и, отряхнувшись, вылез из-за стола как ни в чем не бывало. Он подошел обратно к своему спутнику и вежливо кивнул, предлагая как можно скорее удалиться из ресторана. Хоть другие посетители и напоминали Тинъюнь в своем нетрезвом состоянии, каждая секунда пребывания здесь после таких представлений грозила появлением кого-нибудь здравомыслящего. Вельт не стал сопротивляться и спрашивать всё в тот же момент и вместо этого молча проследовал к выходу. Когда они оказались снаружи, их тут же окружила вся экспрессовская делегация, налетев с вопросами. Вперед всех выступила Март, воодушевленно жестикулируя. — Ну что? Что там? Где она? Вы не смогли её убедить? Она осталась внутри? — Тише, Март. Она… переместилась куда-то. Господин Воскресенье, — старший обратился к напарнику по убеждению Тинъюнь, ожидая, что тот все объяснит. Он и сам не до конца понял, куда именно делась лисица. — Не переживайте, она не переместилась, а проснулась. Господин Янг, неужели не довелось хоть раз увидеть на Пенаконии пробуждение своими глазами? — Если честно, каждый раз это происходило где-то без меня. Я примерно понимаю механику связи отеля в реальности и Мира Грёз, но лично не наблюдал. Думал, это как-то плавнее происходит. Испарилась, будто по щелчку. — Так и должно быть. Сейчас она ждёт вас в отеле. Навестите её, возможно, она все еще жутко напугана… — Напугана? — переспросил Дань Хэн. — Что там у вас произошло? — Ну, если вкратце… Господин Воскресенье сказал, что иногда случаются Грёзные сбои, когда при перемещениями между слоями Пенаконии происходит частичная потеря памяти. Лечится это посредством пробуждения, в реальности вся память сохраняется. Мы прибегли к… небольшой хитрости, чтобы заставить её захотеть проснуться, — Вельт повернулся к Воскресенью и слегка улыбнулся, будто ожидая подтверждения своим словам, но тот, уловив его взгляд, почему-то нервно усмехнулся и посмотрел в сторону проезжей части. Видимо, последствия задействования последней оставшейся энергии. — Да, именно так. Никакой особой хитрости и нет, мы просто заставили её проснуться. Она в полном порядке, да и вряд ли помнит большую часть нашего разговора из-за того, что напилась. Просто проснется с холодком, если можно так выразиться. — Идём, правда нужно проверить её. Пока она не нашла способ еще и в реальности потеряться, — вздохнул Дань Хэн, оглядываясь на здание отеля, красующееся вдалеке. — Ступайте, мы догоним. На просьбу Вельта все только пожали плечами и неспешно зашагали в сторону площади. Воскресенье двинулся вместе с ними, но через мгновение был остановлен осторожным прикосновением к плечу. Он обернулся и вопросительно окинул взглядом старшего по экспрессу, по привычке сложив руки за спиной. В тот момент стало, наконец, понятно, каких именно «мы» имел в виду старший. Вокруг мерцали сотни неоновых вывесок, завлекая посетителей мира грез. Большие скопления людей переодически проплывали рядом, но, стоя в отдалении от основного потока, главный нарушитель спокойствия Пенаконии не привлекал к себе особого внимания. Так или иначе, даже не замечающие ничего люди заметно напрягали главу клана и это было заметно. Вельт посмотрел сначала на него, потом на улицу позади себя, и шагнул чуть ближе, словно огораживая Воскресенье от любых нежелательных взглядов. — Без маскировки пойдете? — заметил он, вопросительно кивнув в сторону собеседника с легкой улыбкой. — А? Да, похоже, забылся. Благодарю за напоминание. Юноша обернулся, заранее раскрыв рот, чтобы попросить Ванвика вернуть ему образ эрудроида, но того рядом не оказалось. Развернувшись полностью, он увидел пепеши в компании экипажа экспресса. Расстояние до них уже стало достаточно большим, чтобы попытка окликнуть кого-либо бросилась прохожим в глаза. Воскресенье раздраженно вобрал воздух в легкие, стараясь сохранить лицо, но получилось смутно. Ну конечно. Кто, если не Ванвик, мог забыть обо всем на свете и уйти болтать с новыми знакомыми, оставив товарища в беспомощном положении? Сандей готов был поклясться, что тот сделал это специально. — Ну, похоже, вы все же оказались правы. Вот уж не знаю, как, но придется по теням шкериться. Мой товарищ — большой любитель подкидывать мне лишние испытания. — Не беспокойтесь за это, я могу написать Дань Хэну, чтобы он отправил вашего друга обратно. Вы как себя чувствуете? — Полный порядок, не стоит волнения. — Это замечательно. Вы уж простите Госпожу Тинъюнь, впервые её такой вижу. Алкоголь делает с людьми страшные вещи. В трезвом состоянии она ведет себя вполне прилично, — Вельт почесал затылок и пожал плечами. — У вас так быстро всё получилось. Не в первый раз доводится видеть чудеса Гармонии, но ваше представление меня поразило. Неужели она действительно может так прямо воздействовать на людей? — На самом деле… не совсем. Я даже не пытался как-либо проникать в её разум, никакой хитрости, как я уже говорил, нет и не было. — Но как тогда вам удалось пробудить госпожу? — Я использовал возможности пути только для изменения облика и голоса. По факту всё, что повлияло на её решение проснуться — собственное восприятие. Сыгравшее на руку наполовину невменяемое состояние, немного словесного волшебства и вот… имеем что имеем. Я не отдал никакого приказа или что-то вроде того, только слегка напугал. — Весьма гуманно, что вы не полезли ей в голову. Признателен вам за помощь. К слову, приятно наблюдать, что вы даже на исходе своих сил в этом не отказываете. — Не стоит. Как вы ранее сказали, это «услуга за услугу». Кстати об этом.., — он немного замешкался, но все же решился озвучить просьбу. — Если вас не затруднит, не могли бы вы сопроводить меня в Большом Театре? Это не займёт много времени. — Без проблем, я ведь уже дал слово. Но сначала мне необходимо убедиться в сохранности госпожи Тинъюнь и доставить ее на экспресс, сами понимаете. — Да, конечно. А теперь, будьте так добры, позовите Ванвика… Вельт коротко хмыкнул и через несколько секунд пальцы уже стучали по экрану, набирая сообщение. Воскресенье стоял чуть ближе к стене, завороженно наблюдая за процессом. Его взгляд скользил по фигуре напротив, то и дело цепляясь за мелкие детали вроде темных запонок на рукавах. В очках Вельта поблескивало отражение дисплея, а волосы развевались от легкого ветерка. Было что-то далекое и вечно желанное в возможности вот так молча кого-нибудь рассматривать, не имея необходимости выверять каждую позицию до миллиметра. В государственных делах слишком просто создать неправильное впечатление. В тени высокого здания посреди Золотого мига, сразу после осознания утраты большей части своих принципов, это не казалось таким уж важным. В определенный момент любопытство стало настолько явственным, что не заметить его с другой стороны было уже не возможно. Вельт отнял глаза от экрана и увидел перед собой уставшего, но все такого же идеального аристократа, который теперь смотрел на него с таким выражением, будто вчера родился. Сначала он было подумал, что спутник разглядел в его внешности какой-нибудь изъян. Вопросительно приподняв бровь, стал оглядывать свой костюм, но тут же был прерван торопливыми речами. — С вами всё в порядке, господин Янг. Я задумался, прошу простить, — легкая усмешка тронула его губы, когда взор пал на растерянного мужчину. — Все еще привыкаю к… новой жизни. — Я уж надумал, — слегка взволнованный тон после мимолетного облегчения то ли устранил всё напряжение, то ли сделал его ещё гуще. — Не стоит извиняться, я хорошо вас понимаю. Мне тоже потребовалось много времени, чтобы освоиться на экспрессе после отъезда с планеты. Долго скучал, не мог отпустить, а потом как-то вот… само пришло. Я признаюсь, хотел бы навестить родные земли хоть раз, но о возвращении больше не думаю. — Откуда вы родом? — Земля. В результате большой катастрофы мне и моему… знакомому пришлось отправиться за её пределы, а позже мы наткнулись на переходник в другое измерение. Там долгая история. Не хочу тратить на это ваше время, давайте лучше завершим начатое. — Мне было бы интересно послушать, — честно отозвался Сандей, склонив голову набок. — Вы выглядите как человек, у которого много историй. И все, наверняка, интересные. — Элегантный способ назвать меня стариком? — Что вы! — Ха-ха, ладно, всё в порядке. А что до историй… мне кажется, судьба еще устроит нам возможность встретиться за чашечкой чая и побеседовать и прошлом. Всему свое время. — Ваша правда. Вот, кстати, и Ванвик. Дайте нам пару минут и можем двигаться дальше. Пепеши оказался рядом сразу после упоминания. Он остановился возле мирно беседующих мужчин, стараясь отдышаться, и недовольно фыркнул в сторону Воскресенья, бормоча что-то вроде: «надо было меня раньше позвать, а не пускать бегом через весь Золотой миг!». Минуту спустя в свете неоновых ламп уже знакомым блеском засверкала форма эрудроида. Закончив с перевоплощением, он поблагодарил товарища и, наконец, шагнул из тени, осматриваясь. Обернулся на мгновение, проверяя, следует ли его собеседник за ним, и лишь тогда продолжил движение в сторону отеля. Этот день пошёл совершенно не по плану. Неподобающее поведение для идущих по пути Порядка. Должно быть, это и был последний знак, означающий, что пришло время взглянуть на мир под иным углом. Воскресенье снова ненароком посмотрел на Вельта, выровнявшего с ним шаг, и улыбнулся одними глазами. Пускай всё будет так. Кто знает, куда приведет это путешествие? Или, быть может, к кому?