За кадром

      Стрим начался. Рене сразу же улыбнулась в камеру и поприветствовала зрителей. Она сидела посередине большого светло-серого дивана, на фоне белой рельефной стены с рейками из тёмного дерева и декоративными полками, которые заняли книги и пара горшков с цветами. Ники, сидящий за кадром и контролирующий, чтобы всё работало исправно, кивнул в знак того, что можно продолжать.       — Если вы подписаны на наши соцсети, то уже знаете, что Vertigo отдыхает, и поэтому мы решили провести стрим. Но сегодня у нас будут гости, с которыми вы, скорее всего, уже знакомы! — Девушка озаряла всё своей улыбкой. От неё всегда была какая-то особенно приятная, радостная атмосфера. — Ребята сейчас придут, не переживайте. Ну а пока, кое-кто сидит за камерой и читает ваши сообщения, так что может ответить на них.       Участники двух групп договорились, что этим вечером вместе проведут стрим, но почему-то все коллективно решили, что необязательно появляться на трансляции с самого начала. Одни менеджеры каждого из бэндов — Рене и Ники — были пунктуальны, наверное, поэтому они и занимали свои должности. Нил, расположившийся за пределами камеры, был одиночкой. Он предпочитал работу за кулисами: писать или помогать писать тексты песен. Но на совместный отдых его позвали не как хорошего коллегу, пишущего им стихи, а как близкого друга, с которым уже давно знакомы.       Сейчас ему было нечего делать: Кевин променял их обсуждение лакросса на плойку, в которую уткнулся вместе с Аароном; Дэн с Мэттом что-то упорно готовили на кухне, никак не подпуская Нила, мол, пусть отдыхает; Элисон с Сетом разместились в джакузи, куда парень совсем уж не хотел попадать; а Эндрю, кажется, увлекся текстом новой песни, спрятавшись в своей комнате. А вот Нилу в голову совсем не шли идеи для собственного творчества уже несколько недель то ли от стресса после недавнего конфликта, то ли от усталости. Он всё также писал тексты для других, но это работа, а для себя — своих мыслей — слов почему-то не находилось.       — Сегодня будут ответы на вопросы, возможно, во что-нибудь поиграем: у нас есть несколько настолок. — Сказал Ники, который до сих пор не огласил зрителям, кто он, но те уже понемногу стали догадываться, опираясь на голос и характерную подачу. Он указал Нилу на стопку разноцветных коробок. Отложив переписку со своим менеджером тот, немного попадая в камеру, передал её девушке. На трансляцию попали лишь руки, скрытые оранжевыми рукавами кофты, и небольшой кусок лица, который закрыла заранее подготовленная черная маска. Светить в интернете лицом он не планировал от слова совсем.       — У нас тут Монополия, Имандженариум... — Рене стала поочерёдно откладывать коробки, читая вслух названия. — Думаю, мы опять не сойдёмся в том, во что играть, — в прошлый раз, на обычных посиделках без камер, группы поссорились из-за того, что одна половина хотела играть в монополию, а вторая — в обычные игральные карты. В итоге они вообще не стали играть. — Поэтому сейчас сделаю опрос... — Она достала из кармана телефон.       — Появлюсь ли я сегодня в кадре? — Тем временем прочитал вопрос Хэммик. — Конечно! Но чуть позже. — Тут же прилетел вопрос, кто тогда будет следить донатами, но Ники промолчал.       В зал зашли Кевин с Аароном, немного злые: видимо игра не задалась. Они, не замеченные камерой, прошли к Нилу и сели на соседние кресло-мешки. Сначала в кадре должны быть все члены Vertigo, всё-таки стрим ведётся с их аккаунта.       — Всё, дорогие зрители, заходите по ссылке в описании и голосуйте. — Она отложила смартфон и посмотрела на прибывших: Аарон уставился в телефон, а Кевин разглядывал потолок. Ники задал один вопрос из чата Рене и пока та отвечала, отправил Нила за остальными.       Через пару минут, он уже отправил в зал почти всех, при этом изрядно намучавшись, потому что кое-кто упорно отказывался выходить из теплой воды. Остался только Эндрю, до комнаты которого Нил только дошёл. Постучавшись, хотел было зайти, но тут же дверь перед его носом открылась, и представший перед ним Миньярд равнодушно рассмотрел парня. Толкнув его, чтобы наконец-то сдвинулся с места, Монстр — как фанаты любили называть участников группы — вышел и закрыл свою дверь на ключ.       — А в доме есть ещё комнаты с ключами? — Спросил Джостен, когда они пошли в сторону зала, на первый этаж.       — Что тебе ещё скрывать? — Еле заметно ухмыльнулся Миньярд, разглядывая чужие глаза, будто пытаясь найти там ответ.       — Не хочу, чтобы ночью ко мне ворвался бухой Кевин. — Отчасти это была правда: когда друг сильно напивался, не церемонясь заваливался к тому, кто был ближе всего.       — Пиздишь как дышишь.       — Привычка, — пожал плечами, — но сам же знаешь, что не с тобой. — Когда-то, кажется, ещё в университете, они договорился говорить лишь правду, но тонкие моменты, по типу недосказанности, до сих пор не обговаривали. — Да просто несправедливо как-то. Может, я хочу личного пространства.       Они уже успели добраться до гостиной. Vertigo, сидящие в кадре, уже что-то коллективно обсуждали, вероятно, это было связанно с новым альбомом. Нил вернулся на своё место, а Эндрю встал рядом с Кевином и Аароном, которые были наготове.       — Я думаю, пришло время представить вам наших гостей, — сказала Рене, встав с дивана. — Приветствуйте The Monster Theory! — Под хилые аплодисменты второй группы, участники зашли в поле зрения камеры: Аарон махнул рукой в знак приветствия и уселся в самом углу дивана, Эндрю отсалютовал двумя пальцами от виска — что уже стало его фишкой — и сел рядом с братом. Один только Кевин улыбнулся так, что все его белоснежные ровные зубы были видны. Старая привычка: всегда казаться на людях лучше, чем ты есть. — Кевин, Эндрю и Аарон, — девушка поочерёдна указала на только что прибывших, — ну и за кадром сидит менеджер группы – Николас.       — Раз все наконец-то в сборе, значит можно начать нормальный вопрос-ответ... — Ники уставился в экран, ища подходящий под начало вопрос среди радостных комментариев по поводу прибывшей группы. — Вопрос для всех: любимая песня или песни из тех, что были в ваших недавно вышедших альбомах? Vertigo могут назвать песни Монстров, и наоборот.       Нил до этого рассматривавший своих друзей, теперь уставился в телефон, пытаясь скрыться. Он работал практически над всеми треками последнего альбома и у Vertigo, и у The Monster Theory, да и дела с друзьями вёл уже более двух лет, но до сих пор не воспринимает какие-либо комментарии насчёт музыки. Он любил своё творчество, но не готов знать какие-либо подробности чужого мнения от близких. Ему платили за проделанную работу, никто не критиковал его идеи, может только корректировал — их всё устраивало, и он это знал. Но что-то внутри открыто протестовало, твердя, что они обязательно скажут что-то ужасное, что может ранить. Проблема в том, что такого ни разу не было, вернее — было, но не с этими людьми. Его даже чаще хвалили, например, Дэн, являясь ещё и близкой подругой, делала это практически на постоянной основе. Но Нил по привычки воспринимал такое за вежливость, даже не задумываясь, что это может быть правда.       — «Конец», — первая подала голос Рене. Она могла бы и пояснить почему, но не стала, продолжая солнечно улыбаться. Эту песню Нил написал после того, как узнал о прошлом девушки, к тому моменту он уже знал о подводных камнях всех здесь присутствующих, именно поэтому песня символизировала конец того, что с ними было, что им пришлось пережить. И поэтому эта первая коллаборация этих двух групп. Кажется, Ники скидывал ему видео, где фанат разбирал текст этой песни и практически правильно сопоставил все строчки с прошлым всех участников. Упущенным оказались моменты лишь про него и Рене, о которой было удивительно мало информации в сети.       — Да, она мне тоже нравится, — подхватил Мэтт, сидевший на полу рядом с ногами своего менеджера, держа под рукой свою девушку.       — «Адреналин»: каждый день под неё в зале занимаюсь. — Сказала Дэн. Она даже выставляла фото этого в соцсетях, прикрепив и песню. Кажется, на текст Джостена вдохновила демка какой-то другой песни, инструментал которой в итоге, преобразившись, стал принадлежать этому треку. В ней говорилось о стремлении совершенствоваться и двигаться дальше. Записана Vertigo.       — «Адреналин», — пробормотал Кевин, даже не задумываясь, глядя в камеру самыми искренними глазами. Нилу, всё же поглядывающему за происходящим, было смешно видеть, как Дэй притворяется. Удивительно, что даже самые ярые фанаты до сих пор не знали, какая у него песня действительно любимая.       — «Самолёт» и «Нарк», — Сет хотел добавить что-то ещё, но его перебила Элисон:       — Он постоянно их включает в машине. — Закатывая глаза, она скрестила руки на груди. Сет в ответ тоже закатил глаза и прижал девушку к себе за плечо.       «Самолёт» гласила о перелёте из одного мира — обычного, будничного, в другой — идеальный. Эта песня была написана как коллаборация Джереми Нокса и Vertigo. Дэн с сольным исполнителем придумали и разогнали основную идею, тогда как Нил работал над реализацией. И именно её, в очередной раз напившись, Кевин любил напевать, когда приходил домой к кому-нибудь из друзей. Но сам он до сих пор не может признать, что она его любимая.       Текст «Нарк» же был написан уже Эндрю, основываясь на воспоминаниях, когда он был под таблетками, назначенными судом. В этот раз Нил не писал текст, а лишь редактировал до такого результата, который зацепил зрителей. Благодаря этому на какое-то время песня действительно заняла первое место в чартах.       — Мне больше нравится «Брелок», — всё-таки ответила Рейнольдс. «Брелок» — одна из песен, которую Нил основывал на собственных воспоминаниях и эмоциях. Из-за чего особенно не любил о ней говорить, мол, в тексте и так всё было рассказано, поэтому он не может больше ничего добавить. Её задумка, кажется, была придумана ещё в университете, когда он впервые почувствовал, что по-настоящему доверяет человеку, а человек — ему. Самостоятельно придуманный текст он продал Vertigo.       — «Радио», — также сухо, как и Кевин, ответил Эндрю, но, в отличии от врушки, был честен: Нил помнил, как пару раз замечал у него включённой именно эту песню. Не совсем стандартная в плане инструментала — Нил не совсем понимал, что именно там такого удивительного, но по словам Эндрю, Аарон сделал что-то необычное. Сам текст иронизировал над общественной «привычкой» всё время интересоваться слухами. Нил написал её после того, как его застали с Монстрами в кафе, и пустили слухи, мол, это сумасшедший фанат, который сталкерит парней. И «совершенно случайно» в тексте спряталась парочка отсылок на ненавистную группу, с которой у Монстров, и не только, постоянно были стычки — Evermore.       На вопрос не ответил один только Аарон, который, задумавшись, уставился в потолок. Эндрю ударил брата по лбу, от чего близнец скорчил лицо.       — Доброе утро. — Сказал Эндрю. Комната заполнилась тихим хихиканьем. Парень хотел послать брата, но Ники ему не позволил:       — Аарон, твоя любимая песня?       — Никакая. — Зевая, он махнул рукой и удобней расположился на диване. Нил с облегчением вздохнул, немного разжимая гаджет в своих руках, периодически поглядывая на друзей. Кажется, ему пришло уже несколько сообщений от менеджера, но сконцентрироваться, чтобы ответить было сложно.       — Окей. — Ники стал искать глазами новые интересные вопросы. — Что вы может сказать, насчёт недавнего конфликта с Evermore? — Нил, прикрыв рот, хохотнул на то, как Хэммик посылает всем настороженный взгляд, надеясь, что его группа ответит разумно.       — Они просто мудаки. Не стоит обращать на них внимание. — Фыркнула Элисон, рассматривая свой маникюр.       — Им стоит вправить мозги, потому что одно дело вести конфликт с группой, а другое — натравлять своих фанатов. — Мэтт согласно кивнули словам Сета. — Вы видели, как поиздевались над нашими машинами? Всем буквально пришлось покупать новые!       После того, как вышла песня «Радио» и люди услышали там намёки на Evermore, на Монстров обрушились фанаты, которые пытались заставить их удалить трек. Vertigo открыто выступили за друзей в соцсетях, за что тоже отхватили. И всё было нормально, ведь хейт — просто слова и даже дополнительная популярность, но это лишь до дня, когда практически все проснулись от звука бьющихся стёкол у себя во дворах. Фанаты Воронов — как называли участников группы, из-за часто появляющейся символики птицы — действовали по отдельности, но видимо группами: машины были разрисованы граффити, шины пробиты, пропали какие-то запчасти, кресла изрезаны, и внутри, и снаружи встречалась кровь, сильные вмятины везде где только можно, а у Кевина в машине нашли мёртвое, изуродованное животное, вроде бы, это была лиса. Evermore совершенно никак не прокомментировал эту ситуацию. А всем пострадавшим пришлось переехать, ведь их место жительство оказалось известно.       Нилу было стыдно за это, но ребята утверждали, что он сделал всё правильно, и проблема в неадекватных фанатах, которые сами не понимают, что творят. Но стыд до сих пор был, особенно перед Кеном, которого уговорили записать песню, это делал не он, но задумка-то его. Повезло, что в скором времени после происшествия, виновных нашли по камерам.       Участники ещё что-то поговорили по поводу того, что всё уже нормально и они подали в суд, а после Ники стал задавать вопросы — недавние инфоповоды, иногда сам отвечая на них. В один момент, пока лисы отвечали на очередной, Нилу пришло сообщение от Хэммика с скриншотом: «Кто пишет песни и как это происходит? Вопрос к обоим группам». Джостен немного обдумал, указал менеджеру выключить свой микрофон, и после сделанного прошептал:       — Можно, но без упоминания моего имени и личности.       — Я думаю, они и так это знают. — Улыбнулся Ники, говоря также тихо.       Когда ребята замолкли, не зная, что ещё сказать, был озвучен новый вопрос, после которого Рене встретилась взглядом с Нилом и тихонько кивнула: всё будет нормально. Он знал: друзья и так это помнят и понимают, но переживания всё равно охватывали его, сжимая шею, особенно при знании, что все в кадре, кроме Рене и Сета, выпили уже по стакану алкоголя, а некоторые и больше.       — У нас тексты пишут почти все, просто кто-то чаще, кто-то реже, и всегда вместе с нашим помощником. Он либо помогает реализовать идею, либо редактирует. А некоторые песни написаны полностью им. — Кратко пояснила всю суть Дэн.       — Сейчас в основном пишет Эндрю с тем же помощником, я — редко. Аарон отвечает только за инструментал. — Ответил Кевин.       — А до появления помощника, основную часть песен писал Кевин, но на нем долго их группа явно не протянула бы. — Если бы сейчас на Дэя не была направлена камера, то Сет уже был бы весь в алкоголе. Но ему повезло: в него просто прилетела подушка. — На правду не обижаются.       Нил хмыкнул, вспоминая прошлое. Группу The Monster Theory создал Кевин, когда окончил университет. Он предложил присоединиться лучшему другу — Эндрю, за которым подтянулись и кузен — Ники, уже имевший достаточно хорошие связи из-за своей общительности, и Аарон, который изначально вообще не планировал этим заниматься. Джостен был знаком с ними ещё до этого, но после выпуска общение сошло на нет. Но спустя несколько лет, когда он пару раз поработал с Vertigo, и Дэй узнал об этом, то сразу предложил сотрудничество.       — И, кстати, солисты не обязательно поют только свои тексты. Мы совмещаем, перемешиваем, смотря на то, как звучит лучше. Ну или как заранее продуманно. — Подметил Мэтт, предвосхищая вопрос фанатов.       Кажется, было задано ещё с десяток вопросов, периодически обращенных к кому-то конкретному. Джостен первое время читал чат, периодически тихо хихикая над шутками или реакцией фанатов на действия и слова ребят. Но пришлось отвлечься на менеджера, которая уже начинала названивать, и выйти из комнаты. Новый клиент требовал личный номер Нила, чтобы договориться напрямую.       Поэтому, когда он, разобравшись, вернулся, с вопросами на сегодня было покончено, и начался перерыв: участники отошли в другие комнаты, Ники занялся перестройкой кадра, чтобы лучше было видно пол, где они собирались играть, а Нила отправили открывать доставщику и принести закрытые бутылки алкоголя с кухни.       Взяв в руки несколько пачек пицц, Джостен пошёл в зал, где остался только Хэммик, всё ещё ковыряющийся с камерой. Натянув одной рукой капюшон и поправив маску, Нил появился в кадре и поставил еду на стол, сразу же испаряясь оттуда. В следующее мгновение он уже сидел за ноутбуком, с которого велась трансляция, вновь читая чат. Половина людей спрашивала, кто был в кадре, другие же рассуждали о том, кто сегодня проиграет. Но как только всё было настроено, чат забыл про первый вопрос. Все наконец-то расположились вокруг разложенной настольной игры, которая победила в опросе.       Ребята начали, а Нил лишь наблюдал за сообщениями фанатов, периодически хихикая то от шуток, то от того, как друзья яростно сражались, за что пару раз получил раздражённый взгляд Кевина и Элисон, которые больше всех подвергались азарту. Джостену хотелось сейчас играть с друзьями, но в кадр как участник он зайдёт лишь под дулом пистолета и только если он будет в руках одного конкретного человека. Ему в любом случае обещали сыграть потом отдельно.       Вообще, камеры его никогда не привлекали, видимо, из-за матери, которая с самого детства твердила, что они опасны. Но если тогда это объяснялось отцом, который пытался их найти, а записи могли ему в этом помочь, то сейчас, когда он в безопасности, в этом не было смысла. Да, так его легче было бы найти семье Мориямы, но они и так легко находил способы с ним встретиться, и даже так всё равно агрессивно не действовали, видимо, боялись из-за ФБР, присматривающих за Нилом. Но страх парня до сих пор не исчез, а он и не пытался что-то с этим делать, считая, что сейчас нет смысла выходить из зоны комфорта, ведь в работе это не мешало, а друзья принимали его выбор и даже не пытались уговаривать. Но они уже поспорили между собой, что Джостен всё-таки покажется на камеру с лицом. Но так было чуть ли не с любой вещью: они спорили на деньги везде и всегда с момента, как вновь начали общаться, иногда кажется, что они находятся вместе только ради этого.       Из раздумий Нила вырвал экран, который резко стал ярче: высветился донат в 1.000$. Такие суммы Вертиго приходили редко и за них ребята всегда благодарили вместе. О таком обычно оповещал менеджер, либо сам человек, который вёл трансляцию видел донат, но в этот раз Нилу пришлось подать голос. А в голове лишь надежда на то, что его будет плохо слышно на стриме.       — Ребят, — обратил он на себя внимание, отчего все как по щелчку замолкли, повернув голову: повезло, что сейчас не был самый накал, иначе бы он их не утихомирил, — донат тысяча долларов от Love_Fox.       Все, кроме Эндрю, сразу залились радостью, даже хмурый и сонный Аарон улыбнулся, и поблагодарили фаната, который регулярно заходил на трансляции всех участников, делая пожертвования.       — Хочу напомнить, что половина из полученных денег идёт на благотворительность. — Рене — именно она предложила эту идею, именно благодаря ней половина донатов со стримов, в которых учувствовали как минимум два участника из группы, переводилась в различные фонды.       Ребята продолжили игру, а в чате промелькнуло несколько вопросов о том, кто сидит за камерой.

◊◊◊

      Элисон, хоть и была пьяна, но всё равно хорошо соображала, благодаря чему и победила. Половина из присутствующих уже почти спали, поэтому стрим завершила усталая, но довольная проведённым временем Рене, остальные же как смогли попрощались. После, менеджерка и Нил, накрыли всех пледами, и разошлись по спальням. Утром их ждёт орава людей с болью в голове и рвотой, и им никто с ней не поможет, потому что Сету всё равно, а Ники успел выпить во время игры.       Напоследок перед сном Нил зашёл в TikTok. Уже через десять минут, ему попалось первое видео с сегодняшнего стрима. Ещё через пять — эдит, который он хотел было пролистнуть, но вмиг понял, что там был он: его оранжевое худи, его чёрная маска. Все его минимальные появления на сегодняшней трансляции совместили в маленькую нарезку под музыку, так ещё и момент с голосом добавили.       — Блять.