Bleeding Through Bandages (Кровь просачивается сквозь повязки)

      Кай совершенно не славится ни своим умом, ни способностью логически мыслить. Ему не очень хорошо удаётся понять, когда нужно остановиться, сделать перерыв или хотя бы немного переложить свою ношу на кого-то другого, чтобы самому не пришлось нести её.       Зато он мастерски доводит себя до предела, пока не может больше. Работает и работает, пока не засыпает, прислонившись к кухонным шкафчикам, и Ния вынуждена будить его утром, чтобы он пошёл на работу. Когда он был моложе, в те времена, когда они с Нией только начинали самостоятельно заботиться о себе, он часто болел. Не настолько, чтобы признать поражение и взять выходной, но каждые несколько недель он боролся с очередной простудой.       Ему потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к новой жизни, когда он стал ниндзя — он так долго привык справляться со всем самостоятельно, — но со временем он справился и в конце концов стал больше доверять своим товарищам по команде те дела, которыми раньше занимался сам.       Но сегодня, похоже, всё это ушло на второй план.       Конечно же, именно Кай, Ния и Джей оказались застрявшими посреди нигде, без надёжного способа связаться с остальными ниндзя. Это должно было быть обычное, простое патрулирование, с которым они быстро бы покончили. Встреча с группой этих дурацких змеелюдей не должна была произойти. Тем более не в гуще леса.       У него на животе оказалась довольно глубокая рана, тянущаяся от левого бока почти до середины живота. Ния не может определить, насколько она глубокая, но из неё обильно сочится кровь. Они перевязали рану рваными кусками ги Кая и Джея, и какое-то время это помогало.       Но Ния заметила темнеющее пятно на этих повязках и всё более измученное выражение его лица, когда кровь просачивалась сквозь ткань. Ей и Джею пришлось практически кричать на него, пока он не сел, чтобы они могли осмотреть рану, и они обнаружили, что кровотечение так и не прекратилось и даже не замедлилось.       Он хмурится, пока они вдвоём суетятся над ним, сидящим, прислонившись к дереву. Он бледен, кровь сочится из его бока. У них с собой нет аптечки, потому что эта миссия должна была быть лёгкой, что, оглядываясь назад, было глупостью, каким бы простым ни должен был быть патруль. Они не могут наложить швы, и как бы они ни старались, кровотечение упорно отказывается останавливаться.       И, конечно же, именно Кай, истекающий кровью на лесной подстилке, предлагает решение.       — Я могу, типа, обжечь рану, — говорит он. Его щёки пылают от смущения. — Не помню, как это слово.       — Прижигать, — рассеянно бормочет Ния. Это отвратительная, ужасная идея, но, похоже, на данный момент это единственное, что у них есть. Она обменивается взглядом с сильно нервничающим Джеем, затем кивает. — Да, думаю, это может сработать. — Она помогает ему снять майку, обнажив его торс, которого она не видела с тех пор, как они стали ниндзя. Теперь она понимает, почему. По всей груди и руках у него шрамы — судя по всему, в основном ожоги. Они тянутся по плечам и охватывают боковые части шеи так, что ей самой удивительно, почему она этого раньше не замечала.       Джей разрывает и без того изорванный и запачканный кровью ги Кая на ещё больше импровизированных повязок. Ния не знает, как именно ей здесь помочь, поэтому решает сесть рядом с Каем и протянуть ему руку для поддержки. Он бросает на неё взгляд, улыбается, берет её, дважды сжимает и отпускает. Как будто хочет утешить её. Она ненавидит, когда он так поступает. Поверьте или нет, но он всегда был лучше в том, чтобы быть нежным и утешительным, и часто принимает её предложения за просьбы.       — Позер, — презрительно бросает Ния. По крайней мере, это вызывает у него улыбку. Жаль, что в этом они ему помочь не могут. Она на мгновение прижимает края кожи друг к другу, но как только он подходит к её пальцам настолько близко, что она начинает чувствовать тепло от огня, ей приходится позволить ему сделать это самому.       Он не кричит. Он скулит, издавая тихие стоны боли, которые он с трудом сдерживает в горле. Ни Ния, ни Джей не комментируют это. Они не обращают внимания ни на его наполняющиеся слезами глаза, ни на паузы, которые ему иногда приходится делать, чтобы перевести дух.       В конце концов он заканчивает, выглядя совершенно измождённым. Его грудь поднимается и опускается с большим трудом, пот блестит на его восковой коже. Ния молча обвязывает брата полосками, которые сделал Джей, потому что знает: он не хотел бы, чтобы Джей прикасался к его ранам, даже если он и не протестует — ни словесно, ни иным образом.       Стемнело, а прижигание — это, в лучшем случае, временное решение, поэтому им нужно уходить. В общих чертах они знают дорогу обратно. Как только они подойдут ближе, рации должны начать работать лучше.       — Кай, — Ния осторожно толкнула его в плечо. — Нам нужно выдвигаться, ты не против? — «Ты в порядке?» — Она не спрашивает. Она знает, что он скажет «да» и воспримет это как какой-то вызов. Он всегда стремится доказать им, что может сам о себе позаботиться, что ни одна рана не настолько серьёзна, чтобы сбить его с ног, даже когда он один из первых настаивает на том, чтобы остальные отдохнули, когда получают ранения.       — Да, — хрипло отвечает Кай. Он пытается подняться, но далеко не уходит, и Ния с Джеем вынуждены помочь ему. Не похоже, что он способен испытывать смущение. В конце концов ему удаётся взять на себя часть собственного веса, благодаря чему путь сразу же становится быстрее. Все равно медленнее, чем обычно, но всё же быстрее.       Проходит не так много времени — может, час или два — как у него снова начинает течь кровь. Кровь просачивается сквозь повязку, окрашивая его брюки. Теперь он явно страдает от боли, щадя левую ногу и морщась. Его лицо теперь постоянно скривлено.       — Алло? — снова пробует Джей по рации. Она была включена всё это время на случай, если остальным удастся с ними связаться. — Есть кто-нибудь?       — Джей? — в динамике с треском раздаётся голос Коула.       — Коул! — от этого крика Кай отшатывается от него. — Кай серьезно ранен, нам нужно, чтобы вы забрали нас как можно скорее.       — Мы прямо там, где вас высадили, но можем подойти поближе, — говорит Коул. — Просто сядьте и держитесь крепче, мы сейчас ловим ваш сигнал.       Они делают, как им велено, устроившись так, что голова Кая лежит на коленях Нии, прижавшись к дереву. Менее чем через двадцать минут над ними появляется «Дар Судьбы», и они сразу же доставляют Кая в лазарет, где он наконец засыпает.