Клуб для избранных

Ткань, напоминающая жидкое серебро, сползла вниз, и на полу, прямо перед её носом, возник Гарри Поттер. ​Он выглядел так, будто сам только что пробежал половину замка: волосы растрепаны, дыхание сбивчивое, а глаза - ярко-зеленые и встревоженные - лихорадочно осматривали зал. ​- Тише, - прошептал он, не давая ей сказать ни слова. Его рука была крепко сжата на ткани мантии-невидимки. - Я видел, как Филч запирал дверь. У меня были подозрения, что кто-то проскользнул раньше него... я не думал, что это будешь ты. ​Алекс почувствовала, как отпускает ледяной узел в груди, но тут же сменился новой волной напряжения. Поттер. Единственный человек в Хогвартсе, чье присутствие здесь было настолько же неуместным, насколько и опасным для неё. ​- Что ты здесь делаешь, Поттер? - её голос прозвучал суше, чем она планировала. Она инстинктивно прижала мантию ближе к телу, чтобы скрыть украденный фолиант. ​Гарри на секунду замялся, его взгляд метнулся к темным полкам Запретной секции, а затем снова вернулся к ней. В его глазах читалось не просто любопытство - там было беспокойство, которое она видела сегодня на уроке у Снейпа. Он видел ту сцену. Он видел, как Снейп «вытащил» из неё воспоминание. ​- Я видел, что он сделал, - тихо сказал он, шагнув ближе. - Снейп. Он… он зашел слишком далеко. Я знаю, что ты искала, Алекс. Ты пытаешься закрыться, но это не поможет, если ты останешься одна. ​Алекс отступила на шаг, её пальцы впились в корешок украденной книги под мантией. ​- Охох, да и ты такой благородный, не оставишь меня одну, - отрезала она, чувствуя, как внутри снова разгорается защитный огонь. - Уходи, Поттер. Пока тебя не поймали вместе со мной. ​Гарри покачал головой, не собираясь уходить. Он протянул руку, указывая на тускло освещенную решетку Запретной секции, откуда они только что вышли. ​- Ты не понимаешь, с чем связалась, - сказал он, и в его голосе прозвучало странное, взрослое предостережение. - Снейп не просто «учит» нас легилименции. Он ищет то, что ты прячешь, чтобы использовать это против Темного Лорда… или против кого-то ещё. Если ты будешь играть по его правилам, ты проиграешь. Ты хочешь закрыться? Хорошо. Но тебе нужен кто-то, кто знает, как не лезть тебе в душу, а защищать её. Алекс выпрямилась, чувствуя, как внутри закипает привычное раздражение. Слова Гарри о Снейпе задели её - она сама не знала, кем был для неё Снейп, но точно знала, что Поттер видит мир через слишком узкую призму своих идеалов. ​- Снейп не служит Темному Лорду, Гарри, - её голос прозвучал остро, почти как пощечина. - Опять ты пытаешься разглядеть во всех признаки «плохого человека», меряя мир только своими детскими представлениями о добре и зле. Мне не нужна помощь. И уж точно не от тебя, - она смерила его холодным взглядом, который был призван поставить точку в разговоре. ​Но тут её взгляд скользнул ниже и зацепился за то, что Гарри судорожно прижимал к груди. В полумраке библиотеки, под скудным светом луны, она узнала этот потрепанный, обшарпанный переплет. Это был «Расширенный курс зельеварения». Та самая книга, по которой они работали на сегодняшнем уроке. ​Алекс нахмурилась. Она помнила, как Поттер обычно возился с котлом, вечно путая последовательность и едва не взрывая ингредиенты. Его сегодняшний триумф - безупречно приготовленный напиток, за который Слизнорт не скупился на похвалы - казался ей нелепой случайностью, удачным стечением обстоятельств. Но теперь, глядя на книгу, от которой исходил едва уловимый запах старой бумаги и чернил, она почувствовала неприятный укол сомнения. ​- Что это? - её голос дрогнул, выдавая любопытство, которое она пыталась подавить. Она сделала шаг ближе, указывая на учебник. - Ты... ты принес его сюда? Зачем ты его с собой носишь? ​Гарри молчал. Его лицо в тени мантии-невидимки стало напряженным, он даже сильнее сжал книгу, словно защищая её от чужих глаз. В библиотеке стало оглушительно тихо. Поттер не собирался отвечать. ​Алекс почувствовала, как по спине пробежал холодок. Её уверенность начала таять. Если Поттер на самом деле не «гений зелий», а просто… использует подсказки из книги? Или, может, в этой книге есть что-то еще? ​- Я... - она начала оправдываться, сама не понимая зачем. - Я не искала ничего противозаконного, я просто... мне нужно было найти информацию для проекта, Слизнорт задал эссе, которое...Ну а ты? ​Она осеклась, понимая, насколько жалко звучит его ложь. Поттер продолжал смотреть на неё своими пронзительными глазами, не произнося ни слова, и эта тишина была куда красноречивее любого признания. Она чувствовала себя разоблаченной - не в своем нахождении здесь, а в своем непонимании того, что происходит на самом деле. - Дай посмотреть, - бросила она, не столько прося, сколько требуя. В её голосе прозвучали те самые стальные нотки, которые она обычно приберегала для коллег по факультету, пытавшихся нарушить её границы. Она протянула руку, ожидая, что Поттер, как всегда, растеряется под напором уверенности слизеринки. ​Гарри даже не шелохнулся. Он лишь плотнее прижал книгу к груди, и в его взгляде, обычно открытом и почти наивном, мелькнуло что-то твердое, почти защитное. Он не позволил ей даже коснуться обложки. ​Алекс хмыкнула - короткий, сухой звук, полный показного пренебрежения. Внутри неё всё клокотало от осознания того, что этот «герой» только что поставил её на место, защищая свою маленькую тайну. Она не собиралась унижаться и выпрашивать или вырывать книгу силой: это было ниже её достоинства, а сейчас, когда её собственная тайна - ритуал - была спрятана под мантией, ей было невыгодно привлекать лишнее внимание. ​- Как хочешь, Поттер, - бросила она, разворачиваясь на каблуках. - Твои секреты волнуют меня куда меньше, чем ты думаешь. Надеюсь, эта макулатура того стоит. ​Она направилась к выходу, стараясь, чтобы её шаги звучали уверенно, хотя сердце всё еще колотилось от осознания того, что в ту ночь в библиотеке произошло слишком много случайных встреч. Она прошла мимо него, чувствуя, как он провожает её взглядом, но не обернулась. ​Гарри всё еще стоял там, в сером свете луны, запертый в библиотеке вместе с ней, но она больше не нуждалась в его помощи - или, по крайней мере, убедила себя в этом. ​Дверь приоткрылась, впуская холодный воздух коридора. ​Алекс не стала благодарить. Она просто вышла в коридор, чувствуя, как тяжесть книги под мантией давит на ребра, напоминая о её главной цели. Она больше не была в ловушке, но теперь у неё появилась новая загадка, которая зудела в сознании сильнее, чем угроза Снейпа: что именно было в том учебнике и почему Поттер защищал его с таким отчаянием? *Утро* Утро в подземельях всегда было холодным, но сегодня оно казалось особенно неуютным. Алекс сидела перед зеркалом в спальне, пытаясь скрыть следы бессонной ночи под слоем чар, которые обычно использовали для маскировки усталости. Зеркало отражало бледное лицо с темными тенями под глазами, которые даже магия не могла полностью стереть. ​Она так и не сомкнула глаз до рассвета. В голове бесконечно прокручивался один и тот же сценарий: она открывается Драко, он получает доступ к её сознанию, видит ту самую черную волну, а потом... что потом? Малфой не Поттер. У него есть свои амбиции, свои связи, и он умеет пользоваться слабостями окружающих. Если она доверит ему свой «склеп», она станет его заложницей. ​Но альтернатива была ещё хуже: остаться один на один со Снейпом, чья легилименция была подобна хирургическому скальпелю. Он не искал дружбы, он искал суть. И если он доберется до её вины, он разрушит её до основания просто ради любопытства или «педагогического эффекта». ​Алекс резко встала, отчего голова на мгновение закружилась. Она сунула руку под подушку, где была спрятана украденная книга. Её переплет казался теперь чем-то вроде приговора. ​«Для полной деконструкции требуется «якорь»...» ​Она должна была выбрать сегодня. Драко Малфой сидел в Большом зале, как обычно - в окружении своей свиты, с гордо поднятой головой, но его взгляд, который он то и дело бросал в сторону стола Слизерина, выдавал его. Он ждал. Он всё ещё хотел знать, что же именно увидел Снейп. ​Алекс поправила мантию, глубоко вдохнула и направилась к выходу из спальни. В коридоре было пусто, только эхо её собственных шагов отдавалось от стен. Она знала, что как только она переступит порог Большого зала, обратного пути не будет. Если она сядет рядом с ним, если шепнет ему хотя бы слово - она сделает первый шаг в бездну. Алекс толкнула тяжелые дубовые двери, и шум Большого зала на мгновение ударил по ушам, как волна. Она не позволила себе ни на секунду замедлить шаг или опустить взгляд. Она шла с той подчеркнутой, почти ледяной грацией, которая всегда была её щитом. ​Когда она оказалась напротив Драко, тот вскинул голову. На его лице, застывшем в привычной маске безразличия, промелькнуло отчетливое удивление - он явно ждал, что после вчерашнего она будет держаться в тени или вовсе пропустит завтрак. ​Алекс молча села, не удостоив его приветствием. Она взяла серебряную ложку, её руки были безупречно спокойны - ни малейшего намека на дрожь, которая терзала её всю ночь. Она начала есть, сосредоточившись на вкусе овсянки, словно это было самым важным делом в её жизни. ​Драко выжидал. Он смотрел на неё с такой интенсивностью, что это можно было почувствовать кожей. Его свита - Крэбб и Гойл - что-то жевали рядом, но Драко был полностью сосредоточен на ней. Он видел её бледность, видел тени под глазами, но больше всего его интересовало то самое, «недоступное» ему воспоминание. ​- Вид у тебя, Ричардс, прямо скажем, не триумфальный, - тихо произнес он, наклоняясь вперед. Его голос был вкрадчивым, полным того самого яда, который он всегда использовал, чтобы вытянуть из человека правду. - Я ведь не все увидел тогда да? ​Алекс продолжала медленно жевать, не поднимая глаз. Она чувствовала, как внутри пульсирует украденная книга, спрятанная в сумке под скамьей. Она знала, что если сейчас не начнет, то не начнет уже никогда. Но слова застряли в горле. Как предложить сделку с дьяволом, когда за соседним столом сидят Поттер и Грейнджер, а по залу фланирует Филч? ​Она подняла взгляд. В его серых, цепких глазах читалось не только любопытство, но и азарт. Он хотел власти над ней, хотел владеть её тайной. ​- Ты вчера выглядел очень разочарованным, Малфой, - произнесла она, наконец, ровным и тихим голосом, который, казалось, был высечен из камня. - Когда понял, что Снейп видит то, чего не видишь ты. ​Драко прищурился, его рука, сжимавшая кубок, напряглась. ​- Ты о чем? - спросил он, хотя оба они знали ответ. ​- О том, что ты хочешь знать, - ответила Алекс, делая короткую паузу, чтобы посмотреть ему прямо в зрачки. - Ты хочешь знать всё. Но если я дам тебе ответы, ты должен будешь заплатить цену. Мне нужна твоя помощь. И это будет опасно. Ты готов к этому, или ты всего лишь… мальчишка, который любит играть в чужие секреты? - она протянула, - Ну и мой отец велел тебе мне помогать и смотреть за мной... ​Драко замер, осознавая, что игра перешла на её территорию. Его взгляд стал еще более холодным и оценивающим. Драко едва заметно усмехнулся, но в его глазах не было веселья - только холодный, расчетливый блеск. Он отставил кубок и подался вперед, так что между ними оставалось лишь несколько дюймов. Его голос стал совсем тихим, почти шепотом, который тонул в общем гуле Большого зала. ​- Твой отец вчера писал, - произнес он, внимательно наблюдая за реакцией Алекс. - Спрашивал, как ты. Беспокоился, как идут дела с твоим обучением. Я ответил, что всё под контролем и ты прилежно учишься. ​Он сделал паузу, подчеркивая каждое слово. В его словах крылась негласная угроза: он был единственным мостом между ней и её домом, и он мог разрушить этот мост в любой момент. ​- Я помогу тебе, Алекс, - продолжил он, и в этом «я помогу» сквозило такое собственничество, от которого по спине пробежал холодок. - Но учти: такие услуги в моем мире не оказываются бесплатно. Ты будешь в долгу. И этот долг будет таким, что ты не сможешь просто так от него отмахнуться, когда придет время. ​Он выжидающе смотрел на неё, ожидая, как она отреагирует на прямое заявление о зависимости. Драко предлагал союз, но на условиях работорговца. ​Алекс почувствовала, как пальцы сжали край стола под скамьей. Она понимала, что только что добровольно зашла в клетку. Но если это поможет ей обрести контроль над своим разумом и не дать Снейпу разворотить её прошлое, она была готова заплатить любую цену — даже если эта цена означала признать власть Малфоя над собой. ​- Я даже не удивлена. Но учти мне не нужна твоя жалость, Малфой, - ответила она, стараясь сохранить холодный тон, хотя сердце пропустило удар. - Мне нужна твоя верность в этом деле. Если ты согласишься... назад дороги не будет. Ты увидишь то, что даже Снейпу не дано понять. Но если ты предашь меня хоть в чем-то... ​Она не закончила, оставив угрозу висеть в воздухе. Драко на долю секунды застыл, его насмешливая улыбка померкла, сменившись выражением хищного интереса. Он явно не ожидал, что «сломленная» Алекс способна на такую ответную угрозу. ​Алекс подалась вперед, глядя ему прямо в глаза с такой ледяной яростью, что даже шум столовой вокруг показался ей приглушенным. ​- Не обольщайся, Малфой, - прошептала она, и в её голосе не осталось ни намека на дрожь. - Ты думаешь, что берешь меня в должники, но ты даже не представляешь, с чем связываешься. Если ты решишь сыграть не по правилам, я не буду оправдываться. Я не стану просить о пощаде. Я проникну в твой разум так глубоко, что ты будешь бояться каждого своего воспоминания, каждого своего собственного знания, когда останешься один. Ты будешь бояться даже меня. ​Наступила мертвая тишина. Драко откинулся на спинку скамьи, его лицо стало непроницаемым, но в глубине серых глаз мелькнула искра чего-то похожего на уважение - смешанное с искренним опасением. Он понял, что она не блефует: в её словах сквозила та самая тьма, которую она так отчаянно пыталась скрыть от Снейпа. ​- Значит, договорились, - наконец произнес он, слегка склонив голову, признавая её условия. - Вечером. Астрономическая башня, после отбоя. Будь готова показать мне, ради чего стоит рисковать. ​Он поднялся, поправил мантию и бросил последний, изучающий взгляд на её сумку, где всё еще лежала книга. Алекс знала, что он будет ждать - он не мог упустить шанс заполучить такой рычаг давления, даже если теперь начал осознавать реальную опасность этой сделки. Алекс медленно перевела взгляд с уходящего Драко на противоположный конец стола, где царил привычный шум. В голове пульсировала мысль о предстоящем вечере: клуб Слизней. Слагхорн, как обычно, требовал присутствия всех своих «любимчиков», и для Алекс это было последним, чего хотелось бы сейчас. Ей нужен был не просто сопровождающий - ей нужен был кто-то, кто сможет держать дистанцию, кто знает, как выглядеть достойно, не задавая лишних вопросов, и при этом позволит ей уйти пораньше, когда придет время встречи с Малфоем. Её взгляд начал лихорадочно сканировать факультетский стол. ​Маркус. Он был единственным, с кем она могла молчать часами, не чувствуя необходимости оправдываться или защищаться. В отличие от Драко, Маркус не играл в игры с чужими тайнами; он просто был рядом, как непоколебимая скала. ​Наконец она увидела его. Маркус сидел чуть поодаль от основного круга слизеринцев, сосредоточенно разрезая бекон и о чем-то споря с Блейзом Забини. Он выглядел спокойным, как всегда, словно все драмы Хогвартса проходили мимо него. ​Алекс поднялась, чувствуя, как тяжесть вчерашней ночи и утреннего разговора с Малфоем начинает давить на плечи. Она подошла к нему и легко коснулась его плеча. Маркус поднял голову, и в его обычно бесстрастном взгляде сразу промелькнуло беспокойство он видел её состояние без слов. ​- Маркус, тихо позвала она, наклонившись к нему. - Мне нужно, чтобы ты пошел со мной на вечер к Слагхорну. ​Маркус нахмурился, переведя взгляд на стол Слагхорна, где уже вовсю обсуждали будущую «элитную» вечеринку. ​- Ты ненавидишь эти вечера, Алекс, - напомнил он, откладывая нож. - Что случилось? Ты выглядишь так, будто всю ночь не спала. ​- Пожалуйста, - её голос прозвучал тише, с едва уловимой ноткой отчаяния, которую она не могла скрыть. - Мне нужно... мне нужно, чтобы кто-то был рядом. И чтобы я могла уйти в любой момент, не привлекая лишнего внимания. Ты поможешь мне? ​Маркус посмотрел на неё долго и внимательно. Он не спрашивал «почему» и не лез в душу - это было то, за что она ценила его больше всего. Он просто молча кивнул, подтверждая свой негласный статус её защитника. ​- Буду ждать тебя у входа в гостиную к восьми, - коротко сказал он. ​Алекс кивнула, чувствуя, как часть тревоги отступила. Теперь, когда с сопровождающим всё было решено, у неё оставалось время подготовиться. Вечер обещал быть невероятно сложным: сначала фальшивая улыбка перед Слагхорном, а потом - решающая встреча на Астрономической башне, где она должна будет либо победить, либо окончательно сломаться. Алекс опустилась на скамью, чувствуя на себе чужой взгляд так отчетливо, будто это был физический ожог. Она медленно подняла глаза - Гарри Поттер смотрел прямо на неё, не пытаясь скрыть своего пристального, почти болезненного интереса. На коленях у него, чуть прикрытая полой мантии, по-прежнему лежала та самая книга. ​Когда их взгляды встретились, он не отвел глаз первым. В них не было насмешки Малфоя или холодного расчета Снейпа; в них читалось странное, отчаянное понимание. Но стоило ей перевести взгляд на книгу, как внутри что-то дрогнуло. ​Ужасное, почти зудящее любопытство пробежало по коже. Что в ней такого, что делает Поттера, вечного двоечника по зельеварению, лучшим учеником в классе? Эта книга казалась ей теперь не просто учебником, а магнитом, который тянул её к себе, обещая ответы, которые могли изменить всё. Если Малфой - это игра в долг, то эта книга - возможно, ключ к силе, которую можно присвоить самой. ​Алекс резко отвела взгляд, сфокусировавшись на своей тарелке. Она взяла вилку, её движения были механическими. Каждое движение сопровождалось приливом внутренней ярости: она ненавидела эту беспомощность, это незнание. Она должна узнать, что там написано. Даже если придется украсть её. Или обменять на что-то равноценное. ​Она молча начала есть, чувствуя, как внутри вызревает план. Она больше не была той испуганной девочкой, которая пряталась в спальне от призраков сестры. Теперь у неё были фигуры: Малфой для защиты, Маркус для прикрытия, и Поттер, как непредсказуемый элемент, который нужно обезвредить. ​«Сегодня вечером - башня. А завтра - Поттер», - пронеслось в голове. ​Она не смотрела на него больше, но знала: он всё еще наблюдает. Она доела завтрак, не проронив ни слова, храня в себе ту ледяную решимость, которая с каждой минутой становилась всё тверже. Алекс поднялась из-за стола, даже не взглянув на Гарри. Она чувствовала, как мантия тяжелеет от веса спрятанного фолианта - он казался ей теперь чем-то вроде свинцового якоря, тянущего на дно, но одновременно - единственным спасательным кругом. ​Она двигалась по коридорам быстро, стараясь не привлекать внимания, и через десять минут уже запирала за собой тяжелую, облупившуюся дверь туалета Плаксы Миртл. Здесь пахло сыростью и вечно текущей водой. В воздухе висела привычная прохлада. ​- Ты пришла... поплакать? - раздался тонкий, жалобный голос, и из одной из кабинок выплыла Миртл. Её бледные, полупрозрачные черты лица исказились в подобии надежды. - Или снова будешь смеяться? ​- Уйди, Миртл, - отрезала Алекс, не оборачиваясь. Она вошла в дальнюю кабинку и, убедившись, что задвижка надежно заперта, опустилась на крышку унитаза, положив книгу на колени. ​Тишина была почти оглушительной, нарушаемой лишь капелью воды, срывающейся с потолка. Алекс открыла фолиант. Страницы были шершавыми, покрытыми пятнами, которые походили на засохшую кровь, но текст стал четче, словно книга ждала, когда её наконец прочтут в тишине. ​Она начала читать. Это были не просто заклинания, это были инструкции по ментальной хирургии. ​«...вхождение в чужой разум требует сонастройки. Если легилимент не обучен дисциплине, он может оставить в сознании объекта «рваные раны» - отголоски собственных хаотичных мыслей. Чтобы этого избежать, объект должен создать «ментальный мост», через который он сам будет направлять гостя по ложным коридорам...» ​Алекс закусила губу. Значит, план был верным: она не просто должна была позволить Малфою «смотреть». Она должна была стать режиссером его путешествия по своему разуму. Если она сможет провести его через тщательно подготовленные «коридоры», он никогда не увидит того, что скрыто в глубине. Она получит его помощь как «якорь», но сохранит свои главные секреты в неприкосновенности. ​Но одна фраза в конце страницы заставила её сердце пропустить удар: «Внимание: в процессе сонастройки ментальные барьеры обоих участников становятся проницаемыми. Риск того, что легилимент узнает истинное намерение объекта, возрастает втрое, если в момент инициации оба испытывают сильный эмоциональный всплеск». ​Алекс захлопнула книгу. Эмоциональный всплеск. Между ней и Драко не было ничего, кроме ненависти, подозрений и холодной расчетливости. Это был их единственный шанс. Миртл, издав свой фирменный, переходящий в бульканье смешок, сделала в воздухе сальто, разбрызгивая вокруг холодные капли. ​- Ууууу, запретные слова, - протянула Миртл с любопытством заглядывая в книгу, - Тебе пора, Алекс! - пропела она, её лицо расплылось в широкой, пугающе-радостной улыбке. - Они скоро придут… те, кто ищет. И они найдут тебя, если ты будешь так долго сидеть здесь со своей грязной книгой! ​Алекс не стала спорить. В этот раз в словах призрака прозвучало странное, почти пугающее предупреждение, от которого мурашки пробежали по коже. Она быстро запихнула увесистый фолиант обратно под мантию, плотно запахнула её, чтобы скрыть лишний объем, и, не оглядываясь, выскочила из туалета. ​Путь в подземелья Слизерина прошел в напряжении. Каждый встречный ученик казался соглядатаем, а каждый шорох за гобеленами - шагами Филча или кого-то похуже. Она проскользнула в свою комнату, заперла дверь на несколько запирающих чар и привалилась спиной к дереву. ​Времени до встречи со Слизнортом оставалось катастрофически мало. ​Она достала из сумки парадную мантию - темно-зеленую, расшитую серебряными нитями, строгую и элегантную. Её нужно было подготовить для вечера, но мысли Алекс были заняты другим. Она разложила на кровати книгу, еще раз перечитала фрагмент про «ментальные коридоры» и, закрыв глаза, начала конструировать в голове структуру того, что завтра покажет Малфою. ​Она представляла себе лабиринт. Бесконечные коридоры с множеством дверей, за которыми не было ничего, кроме пустоты и холода. Если Малфой решит копнуть глубже, он упрется в стену из ложных воспоминаний - ярких, эмоционально окрашенных, но абсолютно фальшивых. ​Алекс подошла к зеркалу, чтобы привести себя в порядок. Её лицо выглядело лучше, чем утром, но в глазах всё ещё залегла та самая холодная твердость. Она надела мантию, поправила значок факультета и посмотрела на свои отраженные руки. Они больше не дрожали. ​«Сначала Слизнорт, - подумала она, поправляя волосы, - а потом - башня». ​Когда раздался стук в дверь - это пришел Маркус, чтобы забрать её, - Алекс была готова. Она выглядела как безупречная ученица, одна из лучших на факультете, гордость Слагхорна. Никто не смог бы заподозрить, что под этой безупречной маской скрывается человек, который только что добровольно заключил сделку с дьяволом. Маркус вел её по коридору уверенно и спокойно, но его взгляд, направленный на Алекс, был полон невысказанного беспокойства. Он чувствовал перемену в ней, ощущал эту невидимую стену, которую она возвела за последние дни. ​Когда они свернули в сторону кабинета Слагхорна, Маркус на секунду притормозил и чуть сжал её руку, заставляя Алекс посмотреть на него. ​- Ты совсем как ледышка, Алекс, - тихо, но серьезно сказал он, глядя прямо в её напряженное лицо. - Ты в последнее время отдалилась от меня. Я почти не вижу тебя, даже в гостиной ты постоянно прячешься за книгами или просто смотришь в одну точку. Если происходит что-то, с чем ты не можешь справиться сама... просто скажи. Не обязательно тащить всё это на себе. ​В его голосе не было осуждения - только искренняя забота, от которой внутри у Алекс болезненно сжалось сердце. Маркус был единственным островком стабильности в её стремительно рушащемся мире. Ей хотелось довериться ему, рассказать о книге, о Малфое, о ритуале, который пугал её до дрожи... но она тут же одернула себя. Нет. Если она втянет его в это, она подвергнет его опасности, которую сама едва ли может контролировать. ​Алекс заставила уголки губ приподняться в слабой, почти горькой улыбке. ​- Это просто нервы из-за Снейпа, Маркус, - она ответила максимально ровно, стараясь, чтобы её голос звучал убедительно. — Ты же знаешь, какой он. Я просто… пытаюсь не дать ему повода придраться ко мне еще сильнее. Не переживай, я справлюсь. ​Она мягко высвободила руку и поправила воротник мантии, стараясь скрыть мимолетную вспышку вины. ​- Пойдем, - добавила она, уже с привычной твердостью. - Слагхорн не любит, когда опаздывают. И мне бы хотелось уйти оттуда пораньше, если это возможно. ​Она сделала шаг к дверям кабинета, откуда уже доносились звуки музыки и радостный смех других учеников. Она знала, что Маркус всё еще смотрит ей в спину, пытаясь разгадать эту ложь, но она не могла позволить ему увидеть больше. Маркус на секунду затормозил, его пальцы уверенно и тепло сжали её локоть. В этом простом жесте было столько надежной, почти осязаемой поддержки, что Алекс на мгновение почувствовала себя беззащитной. ​- Знай, что я рядом, Алекс, - тихо, почти одними губами произнес он. ​Это «я рядом» отозвалось в груди неприятным, острым уколом. Она действительно почти забыла, каково это - иметь кого-то, кто не требует ничего взамен, кто не ведет с ней двойную игру. Её мир превратился в лабиринт секретов, а Маркус был напоминанием о том, что она теряла, становясь той, кем ей приходилось быть. Она сжала его руку в ответ, принимая поддержку, и легко улыбнулась искренней теплой, и немного уставшей улыбкой. ​Но времени на рефлексию не было. Она глубоко вдохнула, подавляя в себе этот предательский укол нежности, и за одну секунду «стерла» с лица тень усталости и тревоги. ​На её губах расцвела та самая безупречная, обаятельная улыбка, которая открывала любые двери в Слизерине. Она выпрямилась, её взгляд стал ясным и чуть кокетливым - именно таким, какой так ценил Гораций Слагхорн. ​- Профессор! - голос Алекс прозвучал звонко и радостно, когда она, слегка отстранившись от Маркуса, шагнула к хозяину вечера. - Мы так боялись, что пропустим начало! Вы не представляете, как Маркус торопил меня, чтобы мы успели к вашему тосту. ​Слагхорн, стоявший с бокалом искрящегося напитка, расплылся в довольной улыбке, его усы забавно дернулись. ​- Моя дорогая Алекс! Маркус! Проходите, проходите скорее! - он сделал широкий жест рукой, приглашая их в круг избранных. - Я как раз рассказывал о том, как однажды, будучи еще молодым преподавателем, столкнулся с невероятным случаем в Зельеварении... Уверен, ваши острые умы оценят это по достоинству! ​Алекс плавно влилась в разговор, профессионально поддакивая, вовремя задавая нужные вопросы и рассыпаясь в умеренной лести, которая всегда действовала на профессора безотказно. Она чувствовала себя актрисой на сцене: каждое слово было выверено, каждая эмоция - дозирована. Она видела, как Слагхорн тает под её вниманием, и это давало ей столь необходимое чувство контроля. ​Маркус стоял чуть позади, оставаясь её невидимым тылом, и она знала: он следит за тем, чтобы никто не подошел к ней слишком близко с неудобными вопросами. Слагхорн, сияя от восторга, перевел взгляд с Гарри на остальную группу. ​- А наш мистер Поттер? - прогремел профессор, поигрывая бокалом с медовухой. - Настоящий самородок! Такая интуиция в зельеварении! Гарри, мой мальчик, признайся, это ведь чистый талант, не так ли? Никаких сторонних подсказок, только природное чутье? ​По кабинету пронесся одобрительный гул. Алекс, стоявшая чуть в стороне, почувствовала, как внутри всё напряглось. Она не сдержалась. Её губы растянулись в тонкую, ядовитую усмешку, которую она тут же направила прямиком на Гарри. ​- Безусловно, профессор, - произнесла она, и в её голосе зазвенела густая, почти осязаемая ирония. - Природное чутье - это именно то, что нужно, чтобы... внезапно превратиться из посредственного зельевара в гения за одну ночь. Это ведь так «естественно». ​Она сделала паузу, наслаждаясь тем, как в комнате стало чуть тише. Её взгляд, полный насмешки и скрытого вызова, скользнул по лицу Поттера, который в этот момент выглядел крайне неуютно. ​- Иногда мне кажется, - продолжала она, не сводя с него глаз, - что некоторые «таланты» нуждаются в очень хорошей, проверенной временем поддержке. Верно, Гарри? Некоторым вещам просто нужно доверять, чтобы они работали на тебя. ​В её словах было столько двойного смысла, что даже Слагхорн на секунду замолчал, удивленно хлопая глазами. Маркус, стоявший рядом, едва заметно дернул её за рукав, призывая к осторожности, но Алекс было уже не остановить. Она видела, как Гарри сжал бокал, и знала: он понял, что она имела в виду ту самую книгу. ​Она позволила себе короткий, едва слышный смешок и отпила из своего бокала, глядя на Поттера поверх края, как хищник на добычу, которая сама загнала себя в угол. Гарри ответил ей напряженным, ответным взглядом, в котором сквозило предупреждение, но он ничего не сказал при профессоре. Слагхорн, решив, что это просто очередная студенческая шпилька, снова засмеялся и сменил тему События в кабинете развивались стремительно. Как только атмосфера начала накаляться, Маркус, почувствовав неладное, мягко, но настойчиво подхватил Алекс под локоть и отвел в сторону, к широкому окну. Постепенно их «дуэль» с Поттером растворилась в общем шуме, и вечер вернулся в привычное русло: льстивые речи, звон хрусталя и напускное благополучие. ​Но тишина длилась недолго....