Будь моим смыслом

Это был тяжелый день как для Брута с Икаром, так и для всего приюта. Дело в том, что сегодня проходил конкурс, по результатом которого отбирались дети на обучение в лучшем институте полиса. Само собой Икар и Брут участвовали. За два месяца до этого они начали подготовку. Икар разработал систему, которая могла очищать воздух от радиации и выхлопных газов. Причем она не тратила много энергии и была достаточно удобной. Благодаря тому, что Брут был на хорошем счету у воспитателей, у них получилось раздобыть хорошие детали для макета и компьютер для создания кода программы. Сказать, что работа далась очень легко — значит соврать. Помимо технических сложностей, были психологические. Они особенно сильно касались Брута. Икара в приюте не жаловали от слова совсем, но для Брута ближе человека не было и от этого он страдал. Икару в силу характера было достаточно всё равно на других, чтобы это не било по его самооценке и не мешало ему работать. К тому же у Икара был Брут, и его поддержки было более чем достаточно для гармоничного существования. А вот Брут… Тут всё было сложнее. У воспитателей и ребят было нейтрально-хорошее отношение к нему. Брут не выделялся ярко выраженным индивидуализмом. Парниша предпочитал не отсвечивать и следовать правилам, что у него получалось с переменным успехом. Дело в том, что дружба с Икаром, с которым никто не желал водиться, будто не вписывалась в образ паиньки Брута. Но, как замечали все вокруг, по непонятной причине рядом с Икаром он расцветал, будто крылья за спиной появлялись. Как же подозрительно это было для остальных. Над Икаром и Брутом посмеивались, иногда, за глаза конечно, называли их голубками. Икар не замечал этого или делал вид, что не замечал. Но Брут так не мог. Он всё понимал и обижался, но на это была одна причина. Юноша был влюблён в Икара до беспамятства. Воля, стремления, доброта — всё это восхищало. Брут думал об этом каждую секунду, что проводил с Икаром. Скрывать чувства было трудным занятием. Брут очень боялся, что кто-нибудь догадается и ему будет вечный позор. Он бы не вынес. Думать о реакции Икара было куда страшнее, чем о реакции остальных. Поэтому и признаваться он не собирался и хотел молчать до конца своих дней. Но у жизни были другие планы. Сегодняшняя презентация проекта далась тяжело, хотя достаточно успешно. Результаты сообщат только через два дня, но, по предварительному мнению судей, Икар с Брутом могли рассчитывать на победу. Для Брута этот день был особенно сложным: перед конкурсом, он случайно подслушал разговор ребят, которые плохо отзывались об Икре, так ещё и посочувствовали ему — Бруту — из-за дружбы с таким человеком. Хотя юноша не нуждался в этом сочувствии, он слишком любил проводить время с Икаром. Вечером, после стольких потрясений, Брут пришел в их с Икаром комнату и, убедившись что он один, забился в угол, обнял колени и тихонько заплакал. В таком состоянии его и нашел Икар. — Друг, что с тобой? — удивлённо спросил парниша, вошедший в комнату, после ужина — Ты и на ужин не пришел, что-то случилось? Ты можешь мне всё рассказать. И кстати, я захватил тебе поесть со стола и вот ещё что. С этими словами Икар закрыл дверь на самодельный замок, подошел к Бруту, поставив рядом с ним тарелку с ужином. Увидев это Брут разревелся сильне от милоты. —Эй, ну ты чего? — Икар сел рядом, обнял Брута за плечо, предварительно потрепав по голове — Смотри что ещё есть! Из кармана Икар выудил маленький сверток и, развернув его, показал содержимое. Это были печеньки с шоколадной крошкой: любимое лакомство Брута. Было абсолютно не понятно где Икар их достал. Но это было настолько трогательно, что Бруту сорвало крышу. Это был предел. Резко подняв голову, Брут придвинулся к Икару ближе, так что их отделяли пару миллиметров, прильнул к губам Икара и поцеловал его. Брут вложил в этот краткий миг все свои чувства, которые он хранил в душе больше пяти лет. Также резко отстранившись, юноша достаточно уверенно (чему удивился сам) произнес: — Я люблю тебя, Икар! Настолько давно, что сам не помню, когда это началось. В тебе прекрасно всё: от стремления к новому, до твоей улыбки. Я пойму если ты ко мне не испытываешь того же, но молчать я больше не мог, прости. С этими словами Брут стал постепенно вставать. Он хотел лечь спать и забыть про всё произошедшее как можно скорее. Но встать ему не удалось, его удержал Икар. Брут с удивлением посмотрел на него. Икар и сам не понимал что делает. Безусловно Брут был самой важной фигурой в его жизни, настолько важной, что при виде него сердце колотилось быстрее, а иногда и исподние напоминало о себе. — Стой, не уходи — немного неуверенно произнес Икар — я тоже… тоже тебя люблю… Это прозвучало как сигнал к решительным действиям. Брут прильнул к Икару настойчиво, будто требуя подтверждения слов тактильным контактом. Икар не спешил отвечать на поцелуй, но сделал кое-что другое. Запустил руки под рубашку Брута и придвинувшись ближе стал медленно водить по спине, прощупывая каждый позвонок. Брут таял от этих прикосновений, даже растворялся в них. Икар решил позволить себе, чуть больше, чем просто спина. Немного отстранившись, он легонько прикоснулся губами к чужой шее и оставил на ней легкий поцелуй. Брута накрыло волной наслаждения, его дыхание сбилось. Этого Икару было достаточно, чтобы понять, что шея парня очень чувствительна и что стоит продолжать расцеловывать именно её. *** Было около трех часов ночи, Икар нависал над Брутом. Оба были без одежды, и обоих переполняли эмоции. Икар прошелся по шее, перейдя к ключицам, дорожкой из поцелуев, чем вызвал приятную дрожь в теле Брута. Тут Брут дернулся вперед, втянув их с Икаром в страстный поцелуй, сам повалил его на кровать и стал нависать над ним. — Ты же не против дать мне право лидерства? - шепотом спросил Брут. Икар немного опешил, но уступить был не прочь — Не против - так же шепотом ответил Икар - я отдамся тебе полностью. С этими словами он притянул Брута для очередного поцелуя, а тот с удовольствием поддался искушению. Брут входил в Икара медленно, давая каждый раз привыкнуть, а потом продвигался глубже Тела слились в одно целое, руки сплелись в замок, дыхание было робким и сбивчивым, а поцелуи затыкали стоны, готовые вырваться на усладу злым языкам. На рассвете в кровати лежали двое: Тот что пониже — Брут — уткнулся лицом в грудь, тому что повыше — Икару. А Икар в свою очередь опустил нос в макушку Брута, жадно вдыхая его запах — Я люблю тебя Брут, больше всего на свете — Икар прижался сильнее. — Вместе навсегда? – прижимаясь в ответ, спросил Брут. — Навсегда – шёпотом ответил Икар.