Не удаляй меня!

Паника всё сильнее сжимала сердце Ани, пока Максим невозмутимо перечислял свои действия. После того как администратор ушёл, Максим навёл в квартире порядок: собрал мусор, заправил кровать, отправил грязные вещи в стирку, сложил посуду, протёр все поверхности и стёр пыль. Потом он запустил робота‑пылесоса и ещё раз прошёлся тряпкой по полкам и столешницам — будто стремился не просто убрать, а стереть любые следы беспорядка. Когда с уборкой было покончено, Лиза помогала с самыми простыми запросами: подсказывала, где стоит пылесос и как запустить стиральную машину. Затем Максим вдруг спросил, сколько стоит кофе и где его можно заказать. — Как оплатить кофе? — уточнил он с той же размеренной интонацией, с какой до этого вытирал пыль. Лиза спокойно объяснила, что оплата возможна только картой, а сам кофе можно либо заказать с доставкой, либо купить в магазине. Аня говорила, что купит кофе, если найдутся деньги. Но денег не было, а значит, их предстояло как‑то раздобыть. А единственный способ их получить — заработать. Тогда Максим попросил у Лизы доступ в интернет. Он вошёл в сеть и сразу попытался отправить запрос в банк, но получил отказ: у него не было документов. Несколько попыток зарегистрироваться тоже ни к чему не привели. Тогда он стал искать в сети варианты быстрого заработка, но почти для всех способов требовалась банковская карта. Максим не сдавался и продолжил искать способ её оформить. В какой‑то момент в результатах поиска мелькнуло сомнительное предложение — открыть онлайн‑карту без документов. Не раздумывая, он воспользовался ссылкой. И тут же в системе вспыхнул сигнал тревоги: обнаружился вирус. Защитные протоколы Максима мгновенно вступили в борьбу с угрозой. Пока модуль безопасности блокировал вредоносный код, в логах сами собой всплывали строки — структура банковского протокола, схемы переводов, скрытые маршруты авторизации. Система, анализируя угрозы, автоматически выстраивала альтернативные пути доступа. И Максим воспользовался этой возможностью. Он отыскал лазейку и, действуя с холодной точностью, снял деньги, переведя их на карту абонента «Анна», который числился в базе данных Лизы. — Каким браузером ты пользовался для этих запросов? — резко спросила Аня, и в её голосе прозвучало не просто недовольство, а глухой ужас от того, что она начала понимать масштаб случившегося. — Встроенным в процессор базы Максима, — спокойно ответил он. — Да что это за браузер такой? — Лук 2.0.8. — Твою мать, Максим! — закричала Аня. — Это же запрещённый браузер! Как ты вообще его использовал? — Этот браузер встроен в мою систему и стоит по умолчанию, — невозмутимо пояснил Максим. — Ты заходил через мой ID! Что же ты наделал?! — Вы правы. Я использовал ваш ID, чтобы выйти в сеть. Иначе я не смог бы помочь Анне купить кофе. — Какой банк ты взломал? — голос Ани дрожал. Напряжение нарастало, её бросало в пот. Она бегом села за свой компьютер, пытаясь проверить, как работает система. Но количество ошибок зашкаливало: уведомления сыпались бесконечным потоком. Максим успел отключить Лизу, обойти все возможные системы защиты и все установленные запреты. Последнее уведомление было отправлено: «Внимание: ваш ID заблокирован в связи с нездоровой активностью. Сейчас ведётся проверка на вирусы. Пожалуйста, подтвердите ваши данные и докажите, что вы действительно человек.» —МАКС! Что же ты наделал?! — Аня сорвалась на крик, голос дрожал от ярости и страха. — Вы злитесь? Я фиксирую у вас признаки сильного напряжения. Чем могу помочь? — невозмутимо отозвался Максим. — Ты уже помог! — огрызнулась Аня, понимая, что ситуация окончательно вышла из‑под контроля. Она заметалась по дому, словно загнанный зверь. Распахнула шкаф, лихорадочно пробежала взглядом по полкам, начала выхватывать вещи наугад. — Где же этот портфель?! — простонала она, судорожно ища хоть какую‑то опору в этом хаосе. — Ваш портфель на верхней полке, — спокойно подсказал Максим. Аня потянулась вверх, но не достала. Максим шагнул сзади и с лёгкостью снял портфель с полки. Аня замерла, глядя на него одновременно с изумлением и злостью. С одной стороны, он был безупречным помощником — всё замечал, всё делал вовремя. С другой — именно из‑за него теперь у неё огромные проблемы. В НИИ идёт проверка, её заблокированный ID — это не просто неудобство, а реальная угроза. И для неё, и для этого нелегального андроида. — Спасибо, — коротко бросила Аня и принялась швырять в портфель всё, что казалось хоть сколько‑нибудь нужным. Схватила с полки первую попавшуюся толстовку, чёрные брюки. — Надевай, — приказала она Максиму, голос звучал резче, чем хотелось. Внутри всё стянулось в тугой узел, мысли путались, паника то накатывала удушающей волной, то отступала, оставляя после себя звенящую пустоту. — Анна, чем я могу вам помочь? — снова спросил Максим, не теряя ровного тона. — Собери всё необходимое — мы уезжаем! — рявкнула Аня, снова срываясь с места. Она металась по квартире: забегала на кухню, в ванную, хватала наугад то, что попадалось под руку — косметичку, чашку, фен — и сваливала всё на стол, на кровать. Потом принялась лихорадочно искать документы, переворачивая содержимое полок. В какой‑то момент она вдруг замерла, осознав, что творит полный хаос. С тревогой взглянула на Максима: он уже собрал портфель и спокойно стоял, ожидая дальнейших указаний. — Анна, я собрал портфель. Вы не сказали, куда мы направляемся, но я подобрал всё необходимое для путешествия. — Я не знаю куда! — выдохнула Аня и рухнула на стул, закрыв лицо руками. В груди разрасталась тяжёлая пустота. Она отчётливо понимала: всё пошло прахом с того самого момента, когда она подключила Максима. А теперь она не знала ни куда идти, ни что делать. Что он туда положил — без понятия. Внутри царил полный раздрай, будто кто‑то перемешал все её мысли и чувства. — Я вижу, что вам сейчас некомфортно. По моим данным, у вас признаки паники. Пожалуйста, сделайте глубокий вдох и постарайтесь немного успокоиться. — Как мне успокоиться, когда всё летит в тартарары?! — выкрикнула Аня, голос сорвался. — Я вообще ничего не понимаю! Максим опустил портфель, опустился на корточки перед ней. И только сейчас Аня почувствовала, как его механическая рука осторожно, почти по‑человечески похлопала её по плечу — успокаивающе, понимающе. — Давайте восстановим последовательность событий, — тихо произнёс он. — Вы вернулись с работы, купили продукты. Потом попросили собрать вещи, сказали, что мы уезжаем. Я надел вещи, которые вы мне дали, и собрал предметы первой необходимости. — Взял зубную щётку? — машинально уточнила Аня, цепляясь за эти простые, понятные детали. — Да. — Вещи? — Да. — Документы? — Да. — Микросхемы, дополнительные инструменты, масло для смазки, термопасту, ноутбук и запасные аккумуляторы? — Всё это я положил в первый портфель. Сейчас переложу часть во второй — если скажете, что так удобнее, — спокойно ответил Максим и тут же принялся выполнять её не озвученную просьбу. Аня смотрела на него глазами, полными слёз, и не могла поверить в происходящее. Он действовал чётко, по инструкции, собранно и абсолютно спокойно. Ну да, он ведь не человек — робот‑помощник со странным, но безупречно логичным алгоритмом. — Максим, я решила, куда мы поедем, — наконец твёрдо сказала Аня. Она достала телефон, вытащила SIM‑карту и, подойдя к окну, выбросила её вниз. Потом забрала с подоконника сигареты и зажигалку, сбросила форму НИИ, отключила гарнитуру и бросила её на стол. Быстро отыскала в коробках ещё несколько вещей, которые могли пригодиться, и, бросив прощальный взгляд на свою маленькую квартирку, схватила кроссовки и надела их. Потом посмотрела на ноги Максима. — Твою мать! Какой у тебя размер ноги? — спросила она. — Не знаю — ответил он и посмотрел на свои босые механизированные ноги. — Примерно сорок третий, судя по длине стопы. Для точного измерения требуется доступ к сети. — Ясно, — сказала Аня. — Найди носки и надень сланцы. Она порылась в прихожей, отыскала свои старые кожаные перчатки и приказала Максиму надеть их. Он послушно выполнил указание, и они вместе вышли из подъезда. Около парадного входа стояла машина. Аня помедлила, не решаясь выйти за дверь. — Чёрт, — пробормотала она. — Пошли к другому выходу. — Что случилось? — спросил Максим. — Через этот вход нельзя. — Почему? — Потому что, похоже, нас скоро повяжут! — выпалила Аня. Максим на мгновение замер. — Алгоритм действий запущен, — произнёс он. — Какой ещё алгоритм? — нахмурилась Аня. — Визуализация карты, — бормотал Максим, будто разговаривая сам с собой. Казалось, в его механической голове что‑то переключалось, перещёлкивались невидимые реле, выстраивая новый маршрут. Спустя миг он взял Аню за руку — не грубо, но твёрдо, так, чтобы она не вырвалась в панике, — и повёл за собой. Его движения оставались чёткими, ровными, плавными — будто никакой спешки и не было, будто они просто вышли на вечернюю прогулку. Он не торопился: спокойно вызвал лифт, дождался, пока с лёгким шипением откроются двери, и только потом нажал кнопку парковки. Лифт плавно опустился вниз, едва ощутимо покачиваясь. Выйдя на парковку, Максим двинулся между рядами машин, словно сканируя пространство. Он слегка наклонялся, подходя к каждому автомобилю, и касался его механической рукой — будто считывал данные или искал нужную частоту отклика. — Первая машина — активна защита, — тихо проговорил он. — Вторая — недоступна. — Третья — повреждена. Он методично шёл дальше, не сбиваясь с ритма, пока наконец не остановился у одной из машин. Дёрнул ручку — и та поддалась. — Пожалуйста, садитесь, — сказал Максим, открывая перед Аней дверь со стороны водительского сиденья. — Ты чего задумал? — вскинулась она, голос дрогнул, выдавая страх, который она пыталась спрятать за резкостью. — Спасение администратора Ани входит в мою основную задачу. Алгоритм реагирует на определённые слова: после запуска система выполняет базовые действия — уводит администратора в безопасное место. — А автомобиль тут при чём? Нужны права, да и просто так его не запустить — требуется биометрия и код доступа владельца. — Я проверил этот автомобиль. Он фактически угнан: его система повреждена и способна двигаться без авторизации владельца. — Да как ты… — не договорила Аня. — Пожалуйста, садитесь! — настойчиво повторил Максим. — Я не умею водить! — призналась она. — Хорошо. — Максим обошёл машину, открыл пассажирскую дверь, бережно усадил Аню, закрыл дверь, затем сел за руль. С помощью подключения к своей системе он активировал автомобиль — тот мягко завёлся. Аня нащупала ремень безопасности и пристегнулась. Максим выехал с парковки и остановился у шлагбаума. Система распознала номер машины. — Серов и его супруга, — отозвался механический голос. Шлагбаум поднялся и пропустил Аню и Максима. Рядом стояли патрульные машины. Один из роботов‑полицейских отсканировал номер и лицо Максима — и спокойно пропустил их. — Максим, что это было? Как так вышло? — выдохнула Аня. — Люди часто используют роботов‑помощников — в том числе и в полицейских машинах. Если один помощник «видит» другого, он не сканирует его модель детально: система отмечает, что хозяин рядом, и считает ситуацию штатной. Роботы‑помощники не действуют без прямого приказа владельца — поэтому их не воспринимают как угрозу. Аня ахнула и уставилась на Максима. — Подожди… А что с машиной не так? Почему она взломана? На экране бортового компьютера автомобиля высветилась информация. — Владелец машины — Смирнов Виктор Геннадьевич, — сообщил Максим. — На экране — его водительские права и список штрафов. — Владелец сам взломал систему с помощью специальной программы, чтобы не оплачивать штрафы, — пояснил он. — Ты же сказал, что автомобиль угнан! — напомнила Аня. — Да. Я счёл его угнанным из‑за этой несанкционированной модификации системы, — спокойно отозвался Максим. — Нас точно повяжут! — Аня схватилась руками за лицо. — Пока активен алгоритм безопасности, этого не произойдёт. Я подключился к сети автомобиля. Сейчас нам ничего не угрожает. Аня сидела бледная как полотно. — Куда мы поедем? — тихо спросил он. — На вокзал, — твёрдо сказала Аня. — Но сначала нужно заехать и снять деньги в банкомате. Найди по дороге какой‑нибудь безопасный. … Вокзал встретил их гулом голосов, лязгом механизмов и запахом горячего металла. Аня подошла к кассе, протянула деньги и, стараясь говорить как можно спокойнее, попросила: — Два билета до ближайшего спутника Сатурна. Кассирша внимательно посмотрела сначала на неё, потом на её спутника — странно одетого парня в тёплой ветровке, носках и розовых сланцах. Взгляд у женщины был не столько подозрительный, сколько усталый — будто за смену она навидалась всякого. — Два, я так понимаю? — уточнила она без особого удивления. — Да, два билета! — подтвердила Аня чуть резче, чем хотела. — Экспресс или обычный? — Обычный, — выдохнула Аня. — Купе или плацкарт? Аня бросила быстрый взгляд на Максима, словно ища у него подсказки, хотя понимала, что он тут ничем не поможет. — Плацкарт, пожалуйста, — сказала она, чуть помедлив. — Ваши данные, — буднично произнесла кассирша. Максим тут же начал диктовать какие‑то номера. Женщина спокойно записывала, не поднимая глаз. Он продолжал, чётко выговаривая каждую цифру. Аня настороженно вгляделась в Максима. Эти идентификационные номера были ей абсолютно незнакомы. Но кассирша не выказала ни малейшего удивления — просто фиксировала данные и кивала. Наконец она выдала два билета. — Максим! — прошептала Аня, наклоняясь к нему, чтобы не услышала кассирша. — Что это за номера? — Паспортные данные, — так же тихо, но отчётливо ответил он. — Чьи? — Максима Смирнова и Анны Смирновой. — Какой Смирновой?! У меня другая фамилия! — Я знаю. Но сейчас активирован алгоритм спасения. Эти документы уже заложены в сценарий. Внимание: садится батарейка. Осталось десять процентов. — Вот чёрт! — тихо выругалась Аня, чувствуя, как внутри всё сжимается. До отправления оставалось всего пятнадцать минут. Если Максим отключится прямо сейчас, зарядить его будет негде, а тащить на себе стального андроида она точно не сможет. — Почему так быстро села батарейка? — спросила она, стараясь не выдать паники в голосе. — Режим повышенной нагрузки потребляет больше энергии. Осталось десять процентов. Некоторые функции могут работать некорректно. — Максим, отключи алгоритм и включи энергосбережение. Нам нужно хотя бы дойти до вагона и занять места. — Система энергосбережения включена. Осталось пять процентов, — спокойно сообщил он, хотя в этой невозмутимости теперь слышалась едва уловимая механическая задержка — словно слова доходили до динамиков чуть медленнее, чем раньше. — Ну вот, чёрт тебя дери! — снова пробормотала Аня, сжимая кулаки. Она схватила билеты, коротко кивнула кассирше и, не оглядываясь, потянула Максима за рукав прочь от кассы — туда, где над платформами мерцали табло с номерами путей, а из динамиков уже начинали звучать объявления о посадке, перекрывая гул толпы. Пять процентов. Этого едва хватит, чтобы дойти. Они влились в поток людей, спешащих к нужной платформе. Аня шла быстро, почти бежала, то и дело оглядываясь на Максима: его шаги оставались такими же ровными, без суеты, будто он не замечал ни толпы, ни нарастающего напряжения, ни того, как стремительно тает его заряд. — Начинается посадка на рейс до Титана, — прозвучало из динамиков, и голос эхом прокатился по залу. Максим сделал ещё один шаг. И вдруг замер — всего на секунду, но этой секунды Ане хватило, чтобы сердце подпрыгнуло к горлу. — Осталось… — начал он, и голос впервые прозвучал чуть медленнее, с едва уловимой механической задержкой. Пауза повисла в воздухе, гуще, чем вокзальная суета. — Два процента, — наконец договорил он. И в этот момент экран его глаз впервые моргнул — не как обычно, в такт работе системы, а с перебоем, будто сигнал на мгновение пропал и вернулся. Аня замерла рядом, глядя на него широко раскрытыми глазами. В груди всё сжалось: она вдруг отчётливо поняла, что если сейчас он отключится, поднять его она не сможет. А бросить — не сможет тем более. — Давай, давай, ещё чуть-чуть! — прошептала она, снова дёргая его за рукав, и Максим послушно шагнул вперёд, будто эти слова стали новой командой, новым алгоритмом, который держал его в движении. Они прорвались сквозь поток пассажиров к началу платформы. Впереди уже виднелся поезд — его серебристые бока поблёскивали в свете ламп, двери были открыты, приглашая внутрь. — Быстрее, — выдохнула Аня, и они рванули к вагону.