Апельсиновое лето

Испания. Ох, эта Испания! Шум моря, мокрый песок под ногами, крики чаек и тихий шелест пальм. Эта страна захватила моё сердце с самого детства. Она была тем самым желанием, которое загадывают на день рождения. Той самой мечтой, ради которой хочешь идти вперёд, не опуская рук. Люди, музыка, еда — всё, что было связано с этой страной, манило меня до дрожи в руках. И вот я здесь. Стою на небольшом пляже, закрытом со всех сторон огромными скалами. Перебираю тёплый песок босыми ногами и не могу поверить в своё счастье. Всю старшую школу я усердно трудился, бегал по учителям, выпрашивая оценки, не спал ночами, зубря материал. Цель у меня была одна: поступить в небольшой экономический университет, находившийся в неприметном городке, спрятанном среди огромных гор. Подавая документы, я молился, боясь получить отказ. Этот город находится далеко от Барселоны и тем более от Мадрида, тут иностранцев не так много, их скорее не приветствуют. Каково же было моё удивление, когда мне пришло письмо с самой радостной новостью за всю мою жизнь. Меня взяли! Тогда я скакал по комнате как мячик, вереща как поросёнок. Родители мягко улыбались, видя, как их сын исполнил мечту всей своей жизни. Тётя, та, что уже который год живёт в этом самом небольшом городишке, с радостью приняла меня. Я с ней практически никогда не виделся, но она встретила меня так, будто мы с ней были самыми лучшими друзьями. Чемоданы я собирал в спешке, засунув в них всю свою комнату, если не больше. С друзьями прощался скомканно, хотя я бы и не смог назвать их своими друзьями — скорее, знакомыми. Из-за жёсткого графика учёбы в старшей школе я стал скучным для большинства подростков. Они хотели тусоваться, ходить по клубам, пить. Я тоже хотел, но моя мечта была куда важнее обычных прелестей переходного возраста. В самолёт я практически запрыгнул, и весь полёт сидел как на иголках, не отрывая взгляда от окна иллюминатора. Одна пересадка, вторая — и вот я здесь. В самой яркой, громкой, весёлой стране. Даже воздух здесь казался другим, каким-то тёплым, полным надежд. Тётю я видел только на фотографиях, а из воспоминаний детства её образ был слишком размытым. Она приехала за мной прямо в аэропорт. При первом взгляде на неё я чуть не спутал её со своей мамой, уж больно они были похожи: выцветшие на солнце волосы, загорелая кожа, яркий блеск глаз. Казалось, она уже настолько влилась в эту страну, что стала её частью. Сам я, конечно, совсем не был похож на того, кто бы подошёл к этой красочной атмосфере. Практически зелёная кожа из-за нехватки солнца, ярко-голубые глаза и русые волосы. Я представлял из себя образ типичного русского, который ходит с угрюмым лицом и плюётся в каждый угол. Но всего одна неделя на этом жарком солнце — и я смог измениться до неузнаваемости. Да, возможно, я слишком романтизирую эту страну счастья, но передать эмоции по-другому у меня просто не получается. Это будто тебе купили самую желанную игрушку на день рождения, и ты восхищаешься ею, несмотря на рваные нитки или отсутствие глаза. Тут то же самое. Конечно, я хорошо наслышан о преступности и других минусах Испании, но умело закрывал на них глаза, наслаждаясь моментом. Сразу по приезде из аэропорта я закинул чемоданы в комнату и побежал на пляж. Он тут был до безумия красивым и чистым. Я и раньше бывал на море с родителями в Турции или Таиланде, но это было совсем другое. А это — абсолютно новое ощущение, которое я бы хотел никогда не забывать. Частные пляжи в Испании давно запретили, но этот находился вдали от всей суеты. Дом тёти располагался на окраине Бланеса, в небольшом посёлке. Он стоял на горе, а дома спускались с самого верха прямо к морю. На всех въездах стояли большие шлагбаумы, местные жители редко спускались к воде. Поэтому именно в этот момент весь этот песок, пальмы и небольшие волны были лишь для меня. Солнце уже заходило за горизонт, окрашивая небо в красивый рисунок. Рыбацкие лодки тихо уплывали вдаль. Крики чаек, шелест пальм и звук воды создавали единую мелодию, которая отозвалась в самом сердце. Тонкая футболка, успевшая хорошо помяться за перелет, развевалась от потоков воздуха, оголяя моё совсем белое тело. Пальцы на руках едва заметно подрагивали от переизбытка чувств, а на лице играла широкая улыбка с брекетами. Как ни посмотришь, но я — самый настоящий ботаник, который не отрывается от книги. Но именно эти книги привели меня сюда, и я был благодарен им. Телефон в кармане издал тихую мелодию. Звонила тётя. Она быстро протараторила, что ужин уже готов, и любезно пригласила в дом. Поднимался я без тяжёлого сердца или грусти — зачем это? Завтра я снова вернусь сюда и буду любоваться этим. Завтра, послезавтра, послепослезавтра — у меня есть всё время этого мира. Виляя по узкой улочке, я рассматривал дома. Все они были прямо как из фильмов: живописные, обвитые зеленью. В некоторых горел свет, где-то играла музыка — я ощущал себя словно в сказке. Дорога тут была одна, она шла от пляжа до самого верха горы, где и расположился дом моей тёти. Запутаться было сложно, да и память у меня была отличная. Мой новый дом тоже выглядел волшебно. Покрашенный в тёмно-жёлтый цвет, с множеством окон и балконов, обвитый плющом и цветами. Тётя им очень дорожила. По рассказам матери, она копила на него чуть ли не большую часть жизни и любила как собственного сына. И это было оправданно. Из окна кухни открывался такой вид, за который душу не стыдно продать. Весь посёлок и всё море были словно на ладони; стоя там, ты ощущаешь себя самым настоящим королём этого мира, победителем. Надя, так зовут мою тётю, сервировала стол, выкладывая расписные тарелки на белоснежную скатерть. Аромат морепродуктов дурманил голову, заставляя слюнные железы работать активнее. — Ромашка, садись за стол, я сейчас всё сделаю, — её голос уже совсем пропитался испанским языком, поэтому говорила она с большим акцентом. Смущённо улыбаясь, я хотел было помочь, но под грозный взгляд сделал именно то, о чём меня просили. Первый день в этой стране, первые часы, и вот уже передо мной стоит паэлья. Национальное испанское блюдо с морепродуктами и рисом. Запах исходил просто божественный. Приоткрытые мидии и кусок кальмара вызывали лютое желание. Делая первую пробу, я чуть не запищал от счастья, настолько это было вкусно. Надя довольно улыбнулась, поправляя на груди фартук, и тоже принялась за трапезу. В бокалы она разлила нам местный лёгкий алкоголь, схожий с нашим шампанским. Хоть я и не люблю спиртное и пил его только по праздникам под контролем родителей, отказаться не смог. Пузырьки щекотали язык, а вкус оказался совсем не таким, к которому я привык. Он был какой-то мягкий, без той горечи, которую все ждут. Стараясь не выглядеть совсем глупо, я пытался спрятать довольную улыбку и восхищённый блеск в глазах. Наверное, тётя подумает, что я совсем с ума сошёл. — Завтра надо сходить на рынок в городе, cariño, — сказала она своим быстрым голосом, откладывая столовые приборы и беря в руку бокал. Признаться честно, испанский язык я пытался учить. Читал книги и проходил тесты в приложениях, но учёба в школе и экзамены не давали мне погрузиться в эту тему с головой. Я, конечно, знал пару фраз, несколько смешных слов, но вот до уровня разговорного языка мне было как пешком до луны. Радовало то, что университет предоставлял обучение на английском, который у меня был неплохого уровня. Но всё лето впереди, мне доступны любые сайты и тётя, которая смогла бы мне помочь в изучении языка. А самое главное — желание, настолько огромное, что лилось прямо из ушей. Быстро кивая тёте Наде, я проглотил особо большую порцию риса, слизывая с губ остатки сока. Усталость от перелётов и нескольких пересадок давала о себе знать. Глаза непроизвольно закрывались, особенно после такого плотного и шикарного ужина. Тарелки мыл я. Стоило больших усилий заставить тётю предоставить это мне. Но мыть посуду с таким шикарным видом было настоящим подарком, я готов делать это хоть каждый день, каждый час, лишь бы наслаждаться этими красотами. Комната мне досталась очень хорошая: с небольшим балконом, гардеробом и даже собственной ванной комнатой. Окна, которые работали как раздвижные двери, закрывались жалюзи, а прикроватная лампочка создавала особую атмосферу. Разбирать вещи было лень, я смог лишь вытащить пижаму и зубную щётку, оставляя чемодан лежать до завтра. Кровать была какая-то особо мягкая, она будто звала меня к себе в объятия, а я не хотел противиться. Заснуть было легко, с таким приятным и тёплым чувством в груди. Я здесь, у меня всё получилось и получится дальше, ведь нет ничего, что сильнее мечты.

***

Проснулся я довольно рано. Разница в часовых поясах давала о себе знать. Даже через плотно закрытые окна балкона слышались звуки лодок, которые возвращались в порт с уловом за ночь. Птицы тихо пели, ветер развевал листву на деревьях. Природа тоже уже проснулась. Всё утро я решил начать с лёгкой зарядки. Я привык делать её у себя дома, особенно после загруженной ночи, когда зубрил материал по разным предметам. Всего пара упражнений: поворот таза в одну сторону, а потом в другую — и я чувствую себя куда бодрее. Полный вещей чемодан в ожидании меня лежал на полу, призывая разложить всё в гардероб. Пиная поломанное колёсико, я стал прикидывать варианты, как лучше разобрать всё. Вообще у меня имелась собственная система вещей. Что-то обязательно должно было висеть на плечиках, а что-то — лежать в тумбе. Быстро раскидав половину вещей, я довольно улыбнулся. На часах только семь утра, а я уже сделал несколько дел. Желание приготовить завтрак для себя и тёти появилось у меня совершенно спонтанно. Эта женщина приняла меня к себе в дом как очень близкого человека. Завтрак — это меньшее, что я могу сделать для неё. Как назло, двери в этом доме открывались достаточно громко, с характерным щелчком. Стараясь делать это как можно тише, я непроизвольно сощурил глаза, будто это может помочь. В остальном доме стояла спокойная тишина. Не та, при которой начинается лёгкая тревожность, а та, которую хочется слушать и слушать, расслабляясь. Всё пахло как-то иначе — пахло Испанией. Даже самая обычная лестница на второй этаж ощущалась совершенно иначе. Моё сердце радостно билось в груди, уже предвкушая новый день. Широкие пижамные штаны нелепо висели на бедрах, а футболка выглядела слишком большой для меня. Кажется, совсем недавно эти вещи были мне впору, а сейчас уже нет. За последние два года я скинул несколько килограммов, не успевая есть между занятиями. Не сказать, что был рад этому, поскольку красивые мышцы не появились, только кости стали видны через тонкую кожу. Но всё же поесть я любил, ещё как. Черта гурмана во мне присутствовала столько, сколько я себя помню. Поэтому сейчас, заглядывая в набитый холодильник, я уже крутил в голове идеи для завтрака. Конечно, я мог сделать самые обычные хлопья с молоком, но выглядело бы это так себе, будто я совсем не умею готовить. Мой взгляд зацепился за кашу, а точнее — за крупу. Беря в руки небольшую коробочку, я покрутил её во все стороны. Конечно, все надписи были на испанском языке, поэтому разобрать их мне не удалось. Тихо цокая языком, я взял молоко и решил полагаться на своё чутье. С трудом отрывая взгляд от утреннего моря, которое с лёгкостью можно было разглядеть из окна, я поставил кастрюлю на плиту. Тут она была совсем не индукционная, к которой я привык, а винтажная, газовая. Как пользоваться ею, я понятия не имел. Но пару раз видел, как бабушка зажигала её у себя дома. В надежде не спалить дом в первые же сутки, я боязливо проделал все манипуляции, добиваясь нужного результата. Пока молоко кипело, я открыл балкон. Свежий воздух тут же ворвался на кухню. Вдыхая полной грудью, я раскинул руки в разные стороны. Это именно то, что было у меня в мечтах, то, с чем я засыпал и просыпался. Казалось, что слёзы радости вот-вот должны были навернуться на глаза, но я мужественно сдерживал их. Засыпая крупу в кастрюлю, я молился, чтобы всё вышло как надо. Стрелка часов перевалила за восемь. Скоро Надя должна встать, и я смогу преподнести ей завтрак. Рыться в чужих шкафчиках было неприлично, но я старался успокоить себя тем, что я всего лишь ищу мёд. С самого детства моя мама кормила меня кашей с мёдом, я бы не мог называть это блюдо своим любимым, но всегда ел его с нескрываемым удовольствием. Аромат стоял довольно хороший, что не могло меня не радовать. Возможно, не всё потеряно, и каша получилась вкусная. Решая пока не раскладывать всё по тарелкам, я вышел на балкон. Поток ветра тут же обдал моё тело. Но он не был холодным, скорее свежим. Облокачиваясь на перила, я влюблённо смотрел вдаль. Никакие проблемы больше не имели смысла, я потерял счёт времени, смотря за горизонт. Отвлёк меня громкий гул мотоцикла, движущегося снизу по дороге. Выгнув бровь, я перегнулся через перекладины, стараясь высмотреть человека. Ещё так рано, а уже на мотоциклах ездят. Для меня такой вид транспорта был непривычен. Я вырос в России, где зима длится около шести месяцев в году, поэтому мотоциклы не пользовались популярностью. Шум двигателя всё приближался, было слышно, как человек то газует, то снижает скорость. Совсем скоро из-за домов появился красивый лакированный мотоцикл ярко-красного цвета с чёрными вставками. Они волшебно переливались на восходящем солнце. Человек умело управлял им, виляя по улице. Он двигался быстро, свободная кофта на водителе развевалась от скорости, а на голове был надет чёрный шлем. Всё-таки испанцы волнуются за свою безопасность, что, конечно, было очень хорошо. Раньше я тоже мечтал о мотоцикле, чёрном, матовом, чтобы носиться по улицам как тень, вызывая восторженные взгляды. Но климат не позволял. Человек скрылся за домами, а звук двигателя становился всё тише. Смотря ему вслед, я заметил город, который пробивался через листву деревьев и горы. Видимо, именно туда мы пойдём сегодня с тётей на рынок. Эта мысль придала мне ещё больше эмоций. В голове сразу стали всплывать разные факты, которые я вычитал. Как надо вести себя среди испанцев, что стоит делать, а что нет. Напрягая свой мозг, я постарался вспомнить хотя бы пару фраз, которые смогли бы мне помочь там, но в голове было пусто. Лишь одно приветствие да прощение — с этим далеко не уедешь. Мне нужно было срочно начинать учить язык, если я хочу влиться в эту страну и чувствовать себя здесь как рыба в воде. Из раздумий меня вырвал скрип двери. Оглядываясь через плечо, я увидел тётю. Она сонно потерла рукой глаза, рассеянно смотря на меня. Приветственно улыбаясь, я зашёл в дом, подошёл к плите и начал раскладывать готовую кашу по тарелкам. — Buenos días, ты приготовил завтрак, что ли? — спросила она немного изумлённо. Я весело кивнул головой, доставая из ящика столовые приборы и раскладывая их на стол. На лице Нади появилась лёгкая улыбка, она аккуратно приобняла меня за плечи, чмокая в щеку. — ¡Oh, gracias! Ты такой хороший мальчик. Смущённо отводя глаза, я поставил тарелки, поливая кашу щедрой порцией мёда. Может, я, конечно, и не шеф-повар хорошего ресторана, но простую еду приготовить могу. Получилось у меня очень даже неплохо, на мамину не похоже, но всё равно вкусно. Тёте, кажется, тоже понравилось, она с аппетитом уплетала приготовленный мною завтрак. Утро прошло быстро. Мы разговаривали насчёт моих родителей и планов на ближайший год. У женщины то и дело проскакивали испанские фразочки, понять которые я не мог, но они приносили мне улыбку. От её лести мне становилось немного не по себе. Конечно, родители меня хвалили за хорошую учёбу и стремление, но никогда не делали это так. Она разговаривала со мной так, будто я её любимый сын, а я не смел ей мешать. Мама рассказывала, что ещё в подростковом возрасте её сестра потеряла возможность рожать детей, а брать ребёнка из детдома не решалась. Мне даже было её жаль: она была бы отличной матерью, и дети у неё, наверное, тоже были бы супер. Волновал меня и вопрос о её любви. Не может такого быть, что у такой шикарной женщины нет никакого мужчины. Но спрашивать об этом было вполне нетактично, поэтому оставалось только гадать. Ближе к одиннадцати мы выдвинулись в город. Жители провинции стали просыпаться, выходить из домов, бродить по улицам, выгуливая собак. Всё ожило и наполнилось красками. Деревья с апельсинами и лимонами, что встречались нам по пути, заставляли меня невольно улыбаться. Я много читал о том, что Испания выращивает цитрусы, да и сами жители этой страны очень любят такие фрукты. Но я никогда в жизни не видел, как они растут, всё для меня было в новинку. Дорога до рынка виляла, приходилось то идти в гору, то аккуратно спускаться с неё. А водители, проносящиеся мимо нас на огромной скорости, захватывали дух своей манёвренностью. Небольшие домики всего в три этажа, в каждом кипела жизнь. Аккуратные магазинчики одежды или самых разных безделушек, булочная, запах которой заставлял рот наполняться слюной. Всё это заставляло меня любить эту страну ещё больше. Когда мы вышли на главную пешеходную улицу, я невольно приоткрыл рот от удивления. Здесь людей было куда больше, чем там, где мы только что ходили. Тут стояло множество самых разных ларьков с фруктами, овощами и разными сладостями. Люди виляли между ними и, кажется, просто наслаждались своей жизнью. Надя, которая явно разбиралась в том, что здесь и как надо делать, тут же отправилась к мужчине, торгующему овощами. Я ощущал себя собакой или ребёнком, который находится в восторге от всего, что видит. Стараясь никого не толкнуть в толпе, я протискивался сквозь тела, тихо бормоча извинения на английском. Пока я пробивался к ларьку, тётя Надя уже вовсю торговалась за помидоры. Казалось, что она уже давно знакома с мужчиной за прилавком. Уж больно весело они разговорились друг с другом, но слов понять я так и не мог. Небольшая компания подростков привлекла моё внимание. Несколько парней и девушек расположились около фонтана, находившегося прямо в центре улицы. Они громко о чём-то болтали, периодически смеясь. На первый взгляд они казались не сильно старше меня, если не младше. Обводя глазами компанию, я старался впитать в себя каждую деталь. Например, у девушки, которая стояла с краю, очень милый брелок с пандой, а у парня с дредами — модные очки. Они казались такими живыми. Заметил я и то, что уже знакомый мне мотоцикл стоял неподалёку и явно принадлежал одному из них, но кому именно — я понятия не имел. Шлем и кофта были брошены на сиденье, поэтому никаких отличительных признаков я не смог найти. Тётя уже набрала достаточно помидоров и сейчас перешла к перцам, перебирая каждый из них и профессионально разглядывая. — Рома, — окликнула меня она. Отрываясь от своего занятия, я быстро подошёл к женщине, заглядывая через плечо и изучая товар. — Как ты смотришь на то, чтобы у нас на обед было гаспачо? Я рассеянно кивнул, готовый согласиться на что угодно, что она предложит. Тётя Надя тихо хихикнула, доставая из кармана смятую купюру и отдавая её продавцу. Мужчина довольно улыбнулся, махая рукой напоследок. Мы двинулись дальше. Точный список покупок я не знал, поэтому ходил от ларька к ларьку, разглядывая ассортимент. Тётя засунула мне в руку небольшую купюру и едва заметно подмигнула. — Иди погуляй, mi cariño. Но через двадцать минут встречаемся на этом месте, хорошо? Я закивал как болванчик, радостно улыбаясь. Так мы и разошлись в разные стороны. Тётя Надя пошла за фруктами, а я всерьёз задумался над тем, что мне надо начать работать. Конечно, накопления у меня были: я подрабатывал репетитором по математике в России и неплохо зарабатывал. Но этого всё равно было мало, сидеть на шее у родителей и тем более у тёти я, конечно, не собирался. Крутя эту мысль у себя в голове, я и не заметил, как подошёл к той самой компании, практически врезавшись в девушку, стоящую с краю. Она возмущённо ойкнула, а я наконец-то поднял взгляд с пола и втянул голову в плечи. Быстро тараторя извинения на английском, я разглядывал девушку. Она точно была младше меня. Тёмно-красные волосы забраны в высокий хвост, на футболке — какая-то символика. Кажется, это герб школы, я видел его, когда тётя везла меня из аэропорта. — ¿Quién eres tú? No te he visto antes, — громко сказала она. А я расширил глаза от незнания того, что сказать. Разводя руки в стороны и стараясь хоть что-нибудь придумать, я перебирал в голове сотни страниц книг, но ничего нужного не нашёл. Незнакомый язык уже не казался мелодией для ушей, сейчас он бил по барабанным перепонкам как по наковальне. А паника понемногу захватывала меня. Все взгляды компании тут же прилипли ко мне. Мне даже тяжело представить, как я выглядел на их фоне. Они все такие загорелые, уверенные. А я стою бледный как поганка и трясусь от того, что попал в тупик. Как же я такое ненавижу, когда не могу найти ответа. Такое случается крайне редко, а когда случается, то это полная катастрофа. — Извините, но я не говорю по-испански, — смог выдавить из себя я на английском, заметно краснея. По компании прокатился громкий смешок, заставляя меня ещё сильнее вжать голову в плечи. Девушка тихо фыркнула, поправляя свой хвостик. Бегая взглядом от одного к другому, я мысленно ругал себя за то, что выгляжу до одури глупо. Я смог победить в куче олимпиад, сдал ЕГЭ на сто баллов, закончил школу с золотой медалью, но сейчас ощущал себя самым тупым человеком в мире. — Okey. Who are you? — недовольно сказала она, будто по слогам. Морщась от её тона, я нахмурил брови. Этот вопрос довольно необычный для знакомства. Но учитывая, что этот городок насчитывает всего несколько тысяч жителей, тут каждый незнакомец как на ладони. Сжимая в пальцах край футболки, я пнул небольшой камушек на земле. — Меня зовут Рома, я приехал учиться здесь. Живу у тёти, буду рад познакомиться с вами, - также по слогам ответил я ей. Английский у меня и правда был неплох, поэтому на нём я говорил свободно. Было видно, как лица их тут же поменялись. Они смотрели на меня словно на инопланетянина. От такого пристального и изучающего взгляда я стал покрываться румянцем. Наверное, мне стоило чаще выходить в люди у себя дома, а то совсем забыл, как надо общаться. — Snow White, — послышался мужской голос. Вперед вышел невысокий парень, не сильно выше меня. Загорелая кожа сияла на солнце, а кудрявые волосы развевались на ветру. В руках он крутил какой-то красно-чёрный ключ. Мне не составило труда догадаться, что именно он был водителем мотоцикла. Одет он был вполне обычно: чёрные спортивные штаны и белая футболка. Казалось, он совсем не выделялся и был даже слишком привычный в отличие от этих пёстрых ребят. Косясь на него взглядом, я хотел было что-то сказать, но громкий оклик тёти заставил меня закрыть рот. Недовольно хмуря нос, я бросил скомканное прощание, идя на голос тёти. Сзади снова послышались смешки. Ну и ладно, пусть смеются, я столько всего сделал, чтобы быть здесь, и никакие ребята не смогут подорвать мою уверенность.