Время после сна

Поскольку "casa" становилась время от времени популярной, то конечно их начали приглашать на некие концерты. Сегодня они должны были выступить на вечеринке Авантюрина. В чего они не знали, ведь он часто закатывал их у себя дома. А что, почему бы и нет? Его родителей часто не было дома, поэтому оставляли все на послушного сына, который при первой возможности устраивал пати. Достаточно просторный и богатый дом, вид которого выходил на горы и окрестности города, располагался почти загородом. Соседей было мало, буквально три дома справа и слева. Оставалось лишь пустое поле и маленькие зеленистые холмики. Единственный у кого была машина, чтобы добраться досюда - это тачка Цзинь Юаня Ferrari Testarossa. Красная машина без крыши с скоростными шинами довольно редкой модели. Припарковашись рядом с двумя другими машинами, компания остановилась и все начали осматривать друг друга. Их сегодняшний стиль - панк-рок, поэтому все нарядились как могли и сейчас выглядели просто прекрасно: рваные джинсы, кожаные куртки и сапоги, что может быть более подходящего? — После того как выступим, думаю можно остаться и как следует напиться, что скажете? - предложил Келус, открывая заднюю дверь. — Разве мы не должны выступать два раза, в восемь вечера и час ночи? - вспомнила Кафка. — Точно, - расстоенно сказал Цзинь Юань. Так как им сказали что все музыкальные инструменты есть, то с собой ничего не нужно, кроме проводов и одно микрофона. Выйдя из машины, они начали потихоньку готовиться, повторяя текст, аккорды. Они всегда так делали, давали уверенность друг другу. — Ничего страшного, ночь длинная, мы все успеем сделать, так что давайте быстрее... Дань Хэн? Серебряный Волк открыла багажник, чтобы достать микрофон, но его крепко держал Дань Хэн, скрутившийся в багажнике на что все удивительно посмотрели на него. — А, он просто не влез бы шестым в машину, поэтому пришлось только так. Мы же не могли оставить его одного дома, правда? - сказал Келус, помогая Дань Хэну вылезли. — Извини нас, мы не подумали об этом, - сказала Кафка, подходя ближе к ним. - Давай после выступления придумаем тебе музыкальный инструмент? — Но вообще-то я не хочу ни на чем играть. Ложь. Все повернули головы на Дань Хэна. — Так не пойдет, если ты в нашей семье - то играешь с нами. Такие правила. Ничего, мы разберемся с этим потом, ну же, пойдем уже! - Серебряный Волк погнала всех вперед в дом, где от шумная музыка резала слух и казалось не было слышно даже своих мыслей. Здание было двухэтажным с большим двором, где милой расположился каменный бассейн. На улице, впрочем как и в самом доме, располагалось достаточно людей, чтобы понять, что вечеринка стоящая. Пройдя сквозь толпу уже не много пьяного народа, группа добралась до небольшой сцены в актовом зале с светодиодами, лампами разного цвета и куча мелочей из ретро стиля. — О, вы все-таки пришли? - раздался голос радостного Авантюрина - надеюсь сцена вам понравится и вы сможете отлично удивить народ - они только этого и хотят. Посмотрите на них, разве не здорово создать веселье и развлечения людям, видеть их счастливыми? — По истине здорово, просто прелесть, - без энтузиазма сказала Серебряный Волк за что получилось в бок от Кафки. — Мы рады за приглашение, Авантюрин. Думаю мы начнем, а ты или развлекайся сам и да если что мы знаем как тебя найти, - говорила Кафка. Тот кивнул и удалился, а они начали настраивать инструменты. Все это время Дань Хэн наблюдал за ними и отчего-то ему становилось спокойно от их слаженной работы и действий. Он обдумывал вопрос Кафки. На чем он будет играть? Вскоре свет стал более мягким, а атмосфера - теплой. Все изменилось, когда раздалось вступление, ведь они пели Mamma Maria. На этот раз дуэтом были Блэйд и Кафка. Ничего не сказать это было великолепно. Как только пошёл первый припев, то весь народ начал подпевать и что-то громко выкрикивая, танцевали в битве. Жёлто-оранжевые огни метались по просторному залу, давая ощущение тепла и света. Дань Хэн спокойно смотрел на своих друзей с барной стойки, выпивая коньяк, да посматривая на скопление в центре комнаты. Его взгляд метался по всем лицам, но больше всего задерживался на Блэйде. Его красные глаза горели огнём, синие растрепанные волосы свисали с плеч, а улыбка на его губах... Никогда он не видел чтобы так ярко улыбались люди. Потом посмотрел на Келуса. Он такой милый, когда играет и улыбается. Тоже наблюдал бы всегда. Движений на танцполе становилось всё больше, а подпевки - все громче, словно сегодня конец света и нужно выплеснуть напоследок все силы, что не успели истратить за жизнь. Дань Хэн спокойно пил дальше, наслаждаясь музыкой и атмосферой, пока об его голову не разбился стеклянный стакан, с которого потек тот самый коньяк. Чья-то ловкая рука с силой воткнула что-то похожее на шприц в его шею. Дальше у него закружилась голова и он краем глаза видел яркую сцену, опускаясь в мимолетную темноту. Как он мог не заметит? Он ведьвсегда был на стороже. Секунды прошли моментально, также как и поменялось его местонахождение - теперь он в ванной, где были разрисованы стены дорогого кафеля. Перед ним стояли две фигуры - девушки и парня. По мере того, как зрение вернулось к нему, он развидел их полностью. Девушка с белыми волосами, отливающие голубым с Бледно-синими глаза, что будто таяли как лёд. Через её низко опущенное хвост виднелся павлинье перо изумрудно-берюзового оттенка. Она стояла напротив, смотрела на парня с чёрно-белой лохматой прической,на его руках было множество колец, в том числе и железная рука. Опять они. Эшвейла он уже видел, а вот рядом стоящую девушку - нет. — Что-ж, Дань Хэн, полагаю в прошлый раз ты не понял, хотя тебе крупно повезло что твой друг пришёл во время, иначе я бы не сдержался и кто знает что бы случилось, - подходя ближе, говорил Эшвейл. - Посмотри вокруг, все веселятся значит на этот раз у нас выйдет отыграться на тебе. Дверь закрыта? — Да, - ответила девушка, поправляя свою белое платье с разными перьями на конце пышной юбки. Дань Хэн не особо понимал что происходит, да и видео он до сих пор затуманено, будто в лесу. Лучше бы он сейчас был в лесу, чем под наркотиками в ванной на вечеринке, не говоря уже о двух личностях перед ним. Дань Хэн уперлся спиной к холодному кафелю, будто он сможет разбить его и сбежать отсюда. — Итак,начнем заново. Где наша доза, ебланище тупое? Ты ещё неделю назад говорил что притащишь что-нибудь, - Эшвейл угрозой стоял, почти вися над Дань Хэном. — Нет у меня ничего, - отвечал тот, ели соображая. - Я же объяснил: в последнее время мы мало зарабатываем, а следовательно нет денег на заказ ресурсов. Нет порошка - нет и антидепрессантов, нет и наркоты. Неожиданно подключилась Яо Гуан, все время стоявшая позади парня. — Ну конечно, сам накачиваешься почти каждый день вот и закончилось все, а нам? Какой же ты жадный. Что-ж, придется сейчас это узнать... Обманываешь ты нас или нет. Будто это ьыло сигнальным знаком и Эшвейл схватил Дань Хэна за голову, больно задирая её назад. Из-под чёрной жилетки с красными узорами в стиле готики, он вынул пакетик с синим порошком. Медный купорос. В желудке у Дань Хэна все похолодало, а сердце сокращалось до ста сорока ударов. — Нет, не надо... Я ничего не принимал! - врал он, хотя прекрасно помнил что перед вечеринкой закинулся чем-то, но вот только чем? Было поздно. Блондинка схватила Дань Хэна за плечи, впечатывая в стену, где холодная плитка коснулась полной спины, вызывая мурашки по коже. У него не было возможности закричать, стоило ему открыть рот как рука Эшвейла сжала его челюсть намертво. Второй рукой он держал пакет, содержание которого медленно впихивал в рот. Это было ужасно больно и неприятно. Жжение и металлический привкус во рту, тошнота, боль в животе, слабость, головокружение - все это разом пришлось по телу Дань Хэна, когда порошок достиг своей цели. Эшвейл быстро отошёл, хватая за руку и Яо Гуан, ведь тот наконец отпихнул их. Дань Хэна скрутило во все погибели что были на свете. Кричать не получалось, ведь все горло обожгло, а тело скрутилось в судорогах. Спустя несколько минут неразборчивых всхлипов бедного парня, те двое достигли своего - Дань Хэн на половину теряя сознание, сжимая живот, очистил желудок на белую плитку. Сквозь пищу и кровь можно было увидеть белые таблетки, что не успели раствориться. Одной рукой он держала разрывающееся горло, а другая опустилась в кашу на полу. — Врунишка. Голова трещала по швам, а бедное слабое тело без конца тряслось. То что было дальше Дань Хэн не особо помнит, точнее помнил только бесконечную боль. Песня закончилась громкими аплодисментами и даже одним букетом цветов, в котором было всего три лилии, но разве это не приятно? Наконец убравшись со сцены, группа решила отдохнуть, присел за столик где-то в конце зала. — Мы сегодня отлично выступили, так держать! - похвалила всех Кафка когда все уселись за стол. - Но! Цзинь Юань, ты слегка поршивешь в третьем куплете, так к слову, слишком быстро идешь, Блэйд не успевает за тобой, а я ориентируюсь по нему. — Не проблема, я потренируюсь, - ответил Цзинь Юань, ловко смешивая водку с лимонадом и предлагая всем. — Так что нам делать с Дань Хэном? Он будет на подпевке? - вспомнила Серебрянный Волк. — Не думаю что он согласится, но кто знает, это же место Цзинь Юаня. Зачем гадать, давайте спросим у него самого? А кстати, где он? - спросил Келус, оглядываясь по сторонам. Все переглянулись друг с другом. — Он стоял в том углу, - указал на небольшой барный столик Блэйд, где уже сидели другие люди. — Либо он где-то шляется, либо с ним что-то случилось, не мог же он просто взять и уйти, верно? Мы конечно плохом его знаем, но он даже не дослушал нашу песню, хотя до этого ему она казалась интересной, - думала Кафка, смотря на группу. - Давайте просто пройдёмся по дому, может Дань Хэн решил где-нибудь отдохнуть, поэтому ищите в спокойных и отдаленных местах. Он здесь мало кого знает, будьте сами внимательны и осторожны, нас тоже недолюбливают некоторые личности. Разошлись! Все убежали по разные стороны. Кричать и звать его было бесполезно абсолютно - громкая музыка не пропускала ни единого звука, а большое скопление людей мешало в поисках ещё больше. Разноцветные блики, крики и бесконечные танцы давали некое подобие эйфории. Блэйд только вышел на улицу, где все было точно также, да вот беда - его на танец захватила какая-то девчонка с сиреневыми волосами оттенка цветка гиацинта. — Красавчик! Потанцуем! А что ему оставалось, кроме как подыграть? Хотя телом он был закружен в танце с полупьяной девушкой, но глаза метко бегали по залу, ища то что принадлежит ему. Точнее им. На очередном повороте он нашёл их - Эшвейла и его девчонку, что вечно ходит за ним хвостом. Просто омерзительно. — Извините леди, мне пора, - Блэйд ловко вывернулся из объятий и побежал на своего врага. Прошлого раза этим уебкам не хватило, что они решили снова посегать на него? Блэйд ничего не стал готовить, просто взял и врезал по лицу ублюдка. Откуда в нём было столько уверенности, хотелось бы ему самому знать, но удар был стоящий. Ни говоря больше не слова оба полезли в драку. У Блэйда были хорошие сильные удары, да и он был весьма быстр, а то время как Эшвейл - проворнее. Народ сразу убежал из центра двора, испугавшись двух вцепившихся парней. Странно что музыку не сделала тише, на фоне все также играла весёлая итальянская песня. Замахнулись, Эшвейл оттолкнул противника в сторону, почти сбивая его с ног. На его плече остался ушиб, а на только заживший щеке - новый след борьбы. Ели удержавшись на весу, Блэйд не выдержал. На этот раз Блэйд оттолкнулся от стола, на чуть который не упал, и накинулся всем телом на Эшвейла. Так как был бассейн, а вокруг него небольшой островок плитки, причем мокрой плитки, то это ебланище на своих каблуках поскользнулся, упав прямо в бассейн. Конечно Блэйд хотел столкнуть только его, но он никак не ожидал что Эшвейл успеет схватить его за ворот джинсовки и потянуть за собой на дно. Раздался всплеск воды, люди, стоявшие ближе всех к бассейну с подсветкой, оказались наполовину мокрыми. Но даже на этом драка не закончилась, ведь Эшвейл начал душить Блэйда прямо в воде, прижимая ко дну. Блэйд уже начал задыхаться. Если бы не чья-то сильная рука вытащила Блэйда и не убрала от него врага, то наверняка можно было прощаться с жизнью. Шучу, Блэйд найдет способ выжить в любом случае, даже если это кажется нереально. Оказавшись на холодной земле, Блэйд вытирая руковом куртки кровь с лица, заговорил. — Цзинь Юань, ты как всегда вовремя. Вы нашли его? Без лишних слов и действий Цзинь Юань повёл Блэйда в противоположную сторону, оставив Эшвейла на попечение Яо Гуан, что до этого просто наблюдала за ними. Как жаль что он не в отключке. Я бы дрался дальше, но Дань Хэн мне важнее какой-то потасовки. — Давай Дань Хэн, все будет хорошо, нужно еще чуть-чуть потерпеть, - говорил Келус поглаживая по затылку и надавливая на живот Дань Хэна. С очередным толчком в живот, Дань Хэн вырыгал еще кучу дерьма из своего организма, но сколько бы он это не делал лучше не становилось. Тогда прибежала Кафка с бутылкой холодной воды. Дав обильное питье и обмыв его, она спросила. — Я понимаю что сейчас не лучшее время, но чтобы ты знал, - Кафка посмотрела на красные и уставшие глаза Дань Хэна. - Нам жаль, очень жаль. Мы больше такого не допустим и впредь будем за тобой следить, ведь мы семья. И как *мать* я могу сказать что не справилась со своей задачей. Я не уберегла тебя от мерзостей. Прости, только не уходи, такого больше не произойдет, я обещаю. — Нет... Спасибо вам что сейчас вы рядом... Кафка кивнула и они решили слинять пока не случилось ещё что-то плохое. В это время Серебряный Волк уже подготовила машину и ждала всех на парковке. — Эх Дань Хэн ебёт же тебя жизнь как ненормальная, - говорила она сама с собой, открывая все двери. - Только пожалуйста, не ломайся сейчас, мы переживём это вместе, только не... — Серебряный Волк! - окликнул её голос Кафки. — Господи, ну что так долго, я уже думала... - Она замолчала, ведь увидела как Келус несёт на руках Дань Хэна. - Что случилось...? — Если кратко, то Дань Хэна накормили медным купоросом, - ответила Кафка. — ... Келус уложил у себя на коленках голову Дань Хэна, который ещё чуть-чуть и уснет. — А где Блэйд и Цзинь Юань, разве они не с вами? — Здесь мы, - раздался злой голос Блэйда, когда их силуэты появились в поле зрения. Он подошёл ближе к машине и посмотрел на лежащего Дань Хэна, затем на притихшего Келуса и внутри он почувствовал странный холод. Холод не похожий на беспокойство о дорогом человеке. Холод похожий на далекую ревность. — Почему вы такие мокрые? И да мы объясним вам обоим все потом, сейчас бегом домой, - сказала Кафка, подгоняя всех. - Икстати, мы не поместимся, так что вы идите на такси. Ну и где им ловить такси в такое время? -- Музыка выступления - Mamma Maria – Ricchi e Poveri ‧ 1982 г.