тихое счастье

в квартире семьи чжао никогда не было тихо, обязательно кто-нибудь будет носиться по комнатам в поисках бессмысленных вещей, почему-то вдруг понадобившейся. в ранний вечер пятницы этим кем-то была ли хе, ищущая свою плойку по всем комнатам, как ужаленная реактивной пчелой. бегает из своей спальни в ванную, потом заглядывает в мамину, где та смотрит новую серию любимой мелодрамы и тоже не понимает такой спешки от младшей дочери. а девушка убегает в коридор с обессиленным вздохом недовольства на все помещения. будто кто-то другой виноват в потери ее же вещи, которую, вероятнее всего, она оставила на самом видном месте и впритык не замечает из-за куриной слепоты. но так над ней только джеймс без злобно смеется, когда пытается помочь в бессмысленных поисках, если находит время для этого. сейчас же не нашлось свободной минуты для помощи сестры, потому и выслушивает усталые вздохи за спиной в смеси с болезненными стонами о том, не могла же плойка сквозь землю провалиться. хотя, зная ли хе, она могла сама лично закопать ее во дворе под одиноким деревом возле десткой площадки и забыть напрочь об этом. потому джеймс во благо своего душевного здоровья остается возле раковины с горой немытой с утра посуды, продолжая выслушивать нескончаемое нытье младшей сестры, маячащей туда-сюда не первый круг, хотя в квартире не так много комнат. у него несомненно колит под сердцем, что она мучается сама в тщетных попытках, ведь любовь к сестре с мыльной водой в раковину не смоешь, но повлиять также никак не может. у него своих дел потом вагон и маленькая тележка будет, сначала закончить с посудой на кухне, вынести мусор, о чем мама заботливо попросила под предлогом, что у нее разболелась голова, но, конечно, любимой мелодрамы это не касается. так еще после всех махинаций с наведением порядка дома к ним должен придти мартин со своими задачами по физике, в которых он никак не может разобраться, а до экзамена осталось всего ничего. иногда казалось, что джеймс единственный занятой человек в этом доме по вечерам пятницы, когда все нормальные люди лежат в расслаблении и смотрят телевизор на мягком диване. — джеймс, я не могу нигде найти ее! — жалобно стонет с закатанными глазами в дверном проеме кухни ли хе, спустив плечи в знаке неимоверной усталости. — ли хе, ну не могла она сквозь землю провалиться. — рассудительным тоном старается успокоить ее брат занятый посудой в раковине, откуда не поднимая глаз ведет дискуссию. — ты под раковиной смотрела? — смотрела! — всплеснув руками в разные стороны младшая не заметив того повышает голос на тон выше, словно это брат виноват в потере. но на самом деле она уже отчаялась в поисках, попросту не сдерживая эмоций в себе. — и под раковиной, и у меня в комнате все перерыла, у мамы спросила, к тебе залезла в шкаф. н-и-ч-е-г-о! — ко мне в шкаф залезла? — резко переспрашивает джеймс с недоумевающим взглядом на девушку, сидящую за большим обеденным столом. он, конечно, понимает, что ради своей драгоценной плойки ли хе всю квартиру вверх дном перевернет, но чтобы в его комнате искать — что-то новое. — простии, — искренне тянет она без какой-либо надежды в голосе, опустив голову в пол, параллельно ковыряясь белым тапком в гладком полу, словно он покажет ей ответ на вопрос, как чудесное зеркало из сказки. — я просто уже не знаю, куда она запропостилась.. их обыденный диалог прерывает громкий звонок в дверь в коридоре, а за ним следует не менее звонкий крик мамы, чтобы ли хе сбегала проверить, кто пришел. она безнадежно встает с напряженного места, словно зомби плетясь в коридор с опущенным носом и руками вдоль тела, висящими как у марионетки с обрезанными ниточкаии сверху. — погоди, мусор захвати, — в догонку ей прикрикивает джеймс в попытке задержать усталое чудо, хотя она и не шибко куда-то спешила с упавшим настроением. — я знаю, что это мартин. попроси, пусть выбросит, пока не зашел. — ладно. — буркнула девушка, через силу развернув тело обратно на кухню, где ее уже ждал джеймс с вытянутой рукой, в которой висел черный мусорный пакет. взяв пакет в свою руку ли хе снова развернулась в другую сторону, медленно перебирая ногами по полу пушистыми тапочками с зайчиками. уставившись в них пустым взглядом, она не переставала думать о своей любименькой плойке, которая пережила с ней огонь, воду и медные трубы бок о бок. расстраивается о ее пропаже, словно это самый близкий человек в ее жизни, ушедший в яркий закат без объяснений, даже не оставив прощального письма с душераздирающим текстом. оставалось только писать пропало вместо ушедшей плойки и пустить по ветру прощальное от себя самой письмо, надеясь, что дорогая вещь сама собой вернется. вот трагедия на ровном месте образовалась, будто без розовой плойки с наклейкой у провода жизнь не имеет смысла, оставшись серым миром вокруг, в котором единственным лучиком была именно она. драмы в жизни не хватало младшей чжао, вот она и раздувает из мухи слона, чтобы хоть над чем-то пострадать, пока скучает дома одна. и вообще ли хе всегда была настолько театральной актрисой до глубины ее истерзанной негативными эмоциями души. как раз пока она страдала над своей несчастной плойкой, до хромала до прихожей, где звонок звенел уже не первый раз. распахнув дверь без излишних церемонств, ли хе сунула пакет ничего не подозревающему мартину в руки, и перед тем как захлопнуть дверь, сдавленно выдавила из себя сквозь театральные слезы. — джеймс попросил вынести мусор, выкинь и возвращайся. — и после этих слов с нотками искренней печали, котороую не понять без погружения в ситуацию, дверь перед лицом мартина вновь закрылась. — ладно.. — уже в пустоту высказал мартин прибывая в легком недоумении, подняв руку на уровне груди, чтобы понять, что все-таки от него требуется. — джеймс, мартин отправлен! — безэмоционально крикнула ли хе в глубину квартиры, прекрасно зная, что брат услышал звук вновь закрытой двери. и ее жалобные тихие всхлипы не прошли стороной чуткий слух джеймса, которому не было помехой ни расстояние, ни шум воды. — отлично. а для тебя еще задача есть. — воодушевленно отвечает джеймс таким же криком, но с улыбкой на лице, ощутимой только им, ведь сестра по-прежнему зачем-то киснет в коридоре. — что опять? — залезь в тумбочку у входа, пожалуйста. — там клад? — еще лучше. и ли хе пускай без особого энтузиазма открыла первый ящик светлой тумбочки, предназначенной для всякой мелочи по типу ложек для обуви, запасных ключей, приблуд для чистки обуви и прочего. сейчас же как трофей перед взором девушки предстала ее любимая, несравненная плойка с наклейкой у провода, которую она так долго и упорно пыталась найти пол вечера. а тут она вот, собственной персоной явилась незапылилась, хотя нет, запылилась слегка, но это не отменяет того факта, что она нашлась целой и невредимой. естественно после увиденного собственными глазами по квартире разнесся такой оглушающий писк радости, от которого даже мама за здоровое сердце схватилась. а ли хе вообще перестало что-либо волновать кроме вещи в дрожащих тонких пальцах с идеальным маникюром, стучащим по цветному пластику, ведь она сама дрожала от переполняемых эмоций, спешивших вырваться наружу с новой волной. — джеймс!!! — во все горло кричит девушка срываясь на самую высокую ноту, какую только можно взять не профессиональному певцу и уже скачет на крыльях любви в кухню, спотыкаясь об порог. — ты мой спаситель, бог, ангел хранитель.. не знаю, как еще назвать, просто суперский брат. откуда ты вообще знал? — тише ты, поумерь свой пыл, — с легким непринужденным смехом старается успокоить сестру джеймс, на секунду пугаясь ее скачков на месте как у кузнечика. мало ли его случайно заденет своей находкой, еще по голове не хватало получить за свою доброту и руку помощи. — у меня в отличие от одной дамы с соженными волосами проблем с памятью нет. и я вспомнил, пока ты мартина выгоняла, что ты пару дней назад на встречу с джун-и в коридоре собиралась у тумбочки, куда и кинула свою плойку. — точно!! — озарившись ярким светом в своей голове так, что лицо выражало полное осознание собственной глупости, которую вспомнить удалось через время, когда уже вопрос можно было считать закрытым. ли хе наотрез забыла все, что происходило дома до того, как она встретилась с лучшей подругой за чашкой любимого виноградного чая и кучей новых сплетен. — как я могла вообще забыть об этом дне!! — ты все что угодно забудешь, — слабо фыркает джеймс, опять не поворачивая головы в сторону сестры, но боковым зрением улавливая ее сияющий безмерной радостью взгляд, от чего сам непроизвольно улыбается уголком губ. — удивлен, как не забыла свое имя. — иди ты, — быстро махнув в его сторону рукой, ли хе не злиться мелким подколам, приемлемым в их душевном общении близкой семьи. да и вообще у нее другие планы были, зачем тратить иссякаемое время на глупости. — но спасибо за помощь. — беги уже куда ты там собиралась. — бегу-бегу!! и в дверях беспокойной квартиры появился мартин со слегка растрепанными после ветра волосами, застав радостно скачущую в свою комнату ли хе, которая наконец адекватно с ним поздоровалась, умчавшись собираться по своим делам. да так даже же лучше, не найдут снова какого-нибудь срочного дела для него с порога, которое необходимо выполнить здесь и сейчас. потому мартин спокойно разувается в пустом коридоре, где слышен только телевизор из комнаты мамы чжао, как он к ней привык обращаться по ее же просьбе, и шуршание его куртки, уже висящей на крючке. поставив обувь на коврике, мартин не смог пройти мимо не закрытого ящика, от куда ли хе извлекла свое сокровище, потому быстро закрыв его, он неспешно поплелся на поиски джеймса. по пути, конечно же, заглянул в комнату мамы чжао, поздаровался, как культурный гость, бывалый в их доме чаще собственных детей, поинтересовался о сюжете мелодрамы, которую она с таким восторгом смотрит и из искреннего интереса спросил, как обстоят дела у главных героев. — мартин-и, новая серия только вышла, а уже столько сюжетных поворотов случилось! — воодушевленно начала рассказывать женщина, отложив пульт в сторону, с настоящим огоньком в глазах от гордости, будто сама лично учавствовала в создании проекта. — помнишь ту темненькую девушку из офиса? так она оказалась дочкой какого-то губернатора, и теперь решила поставить на места всех, кто ей перешел дорогу. а-а, вот еще, слушай, рыженькая та, молодая такая, станет ее заместителем в новой компании. только сначала они не сойдутся во мнении почему-то.. там дальше интереснее будет!! — мама чжао, вы так интересно рассказываете, дух захватывает!! — с восхищением отозвался на слова женщины мартин, облокотившись на дверной косяк ладонью. сам непроизвольно начал интересоваться этим сериалом для женщин в возрасте, хотя клялся, что такое никогда в жизни не посмотрит. — я зайду к вам обязательно, расскажите, что нового произойдет дальше. — давай, милый, — она всегда ласково называет своих детей, а мартин стал ее третьим сыном, как только начал появляться в квартире чаще раза в неделю. а как только поинтересовался ее сериалом, так женщина готова была его лично усыновить и за родного считать. — нужно будет тебе как-нибудь придти, вместе с тобой посмотрим. — большая честь для меня! — с непривычной для себя широкой улыбкой при разговоре со старшей мартин начал очень эмоционально с ней беседовать. с хорошими людьми сам невольно хорошим станешь, так ведь? — не преувеличивай ты, — отмахивается от него женщина закатив глаза с нежной улыбкой на лице, словно смотрит на своего родного ребенка, с которым ей было так легко найти общий язык. — заговорщик ты мартин-и! — стараюсь, — скромно улыбнувшись, он слегка засмущался от неожиданного комплимента в свою сторону от человека, от которого такого точно не ожидаешь. не каждый день его, конечно, родители друзей нахваливают и приглашают с ними вечерком смотреть сериалы. видно в этой семье что-то необычное считается более чем нормальным и приемлемым, что он успел заметить по выходке ли хе минутами ранее. — тогда, приятного вам просмотра. — спасибо большое. — благодарно улыбается мама чжао с легкими морщинками в уголках глаз и ямочками на щеках. — рада, что ты часто к нам заглядываешь. — я рад видиться с вами! закончив светскую беседу на более чем приятной ноте, мартин продолжил свой путь по изученнному до дыр маршруту, словно находился у себя дома. хотя после любезностей с мамой чжао, которая его считает родный третьим ребенком, можно считать, что это и его дом тоже. с приподнятым до небес настроением он быстро заглянул на кухню, где его поджидала главная жертва его сладкого языка вместе с крепкими объятиями. тот, ради кого мартин и топал через весь квартал был пойман в миг, как только за два шага парень переместился за чужую спину. с тихим хохотом мартин пронесся сзади словно тень ниндзя, захватив джеймса в долгожданные теплые объятия, от которых тепло было не только телу, но и душе. тот же в свою очередь даже не на пугался ни разу, только выдохнул расслабленно, ощутив дыхание себе в затылок и довольно замычал. мартин мысленно сравнил джеймса с мурчащим котом, который дождался хозяина с работы, чтобы тот почесал за ушком и потискал его. так еще и мычание у джеймса было очень похоже на мурчание того самого кота, пусть парень вечно это отрицал. против судьбы не пойдешь, особенно если эта судьба тебе в затылок неровно дышит, беспардонно разместив широкие ладони на талии. мартин настолько соскучился по обнимашкам и заботе о ком-то, что даже на минуту в голове не представил последствия своих действий, мечтая только подольше постоять в обнимку с, вроде как, не сопротивляющимся джеймсом. но счастье длилось не так долго, как хотелось бы. не долго песенка играла, не долго фраер танцевал. — мартин, — специально начал шепотом джеймс во избежание лишнего внимания от любопытной особы в соседней комнате. но не смотря на опасность, шептаться ему нравится, ведь получать ответы таким же глухим, осторожным голосом — рай на земле. — ммм? — почти беззвучно давит мартин, крепче вжимаясь в тело перед собой в объятиях, от которых ребра хрустят только так. и в таком положении не то что разговаривать не хочется, двигаться нежелательно опять-таки во избежание разрушенной связи. — ли хе может зайти, — звучит больше как отговорка, чем реальная угроза быть замеченным, что прекрасно слышно в расслабленном голосе джеймса без капли тревоги. — объяснять ей придется. — объяснять, что ее старший брат нашел себе любвеобильного парня? — шутливо отзывается приглушенный шепот мартина, заглушаемый обстоятельствами, при которых он не спешит отпускать приятно пахнущую макушку парня. запах цитрусов, парфюмерии и травяного чая дурманит голову по лучше любого алкоголя в почти спокойной обстановке кухни. — объяснять, что ее брат нашел парня. — джеймс намеренно акцентирует последнее слово, донося четкую мысль до пустой головешки любимого, но немножко бездумного мартина. для него все просто, когда есть возможность молчать и скрываться без последствий, хотя усложнять тут тоже нечего. — если она зайдет, то объяснять не придется. — кокетливо, как умеет только мартин в нужной ситуации подобрать интонацию между играющим озорником без чувства стыда и серьезным парнем, готовым взять ответственность. и именно этот ответственно-безотвестенный парень лезет целоваться, быстро, с ювелирной осторожностью развернув джеймса к себе лицом. джеймс сам не особо проявляется сопротивление, когда мягкие, но при этом обветренные губы накрывают его влажные от постоянного намазывания их гигиенической помадой, потому что один высокий канадец с щенячими глазками умеет выпрашивать поцелуи везде и всегда. вот приходится выкручиваться, чтобы потом не мучаться от обветренности вместе с неприятной сухостью, которую мартин предпочитает убирать чужими губами, как сейчас, например. он всегда старается не давить в чувствах, осторожничает, нежность слащавую проявляет, как в сериалах про школьную любовь, хотя они и есть школьники. и целуется каждый раз как в первый с тенью еле уловимого страха сделать что-то не так, не смотря на то, что джеймс ведет себя отнюдь по-другому. наперекор робкой натуре в любви мартина, джеймс хочет искусать его губы и зацеловывать их снова и снова, зализывая таким образом незначительные ранки, от чего парень под ним растает мгновенно, по щелчку пальцев. джеймс тоже нежен, но немного по-своему, когда углубляет поцелуй, создавая напор, тем самым позволяет накрыть себя скрытым желанием у мартина. отдается всем, чтобы парень видел его открытость вместе с полным доверием не только в словах, но и в чутких для них двоих действиях. даже руки при себе держать не собирается никогда, намеренно портит прическу мартина, если та не успевает развалиться во время обнимашек, а если успеет, то помнет кофту на плечах и спине, хватаясь за нее длинными, тонкими пальцами, которыми очень удобно марать образ мартина. и тот позволяет «уродовать» себя, ведь джеймс тот же творец со своим вкусом, которому эдвардс доверится на все сто тридцать процентов. что уж греха таить, сам ненароком залезет испортить внешний вид опрятного, всегда собранного джеймса своими большими ладонями по сравнению с обычными человеческими. особенно обожает приподнимать футболку или толстовку холодными руками, выводя незамысловатые узоры на тонкой талии, где кожа преимущественно горячая, даже обжигающая. — джеймс, ты такой теплый, — забвенно мычит мартин тому в плечо, вновь зацепившись в крепких объятиях тепла в смеси с домашним уютом. — я знаю, поэтому не даюсь обниматься вне комнаты. — обнадеживающе для самого себя вздыхает джеймс, поглаживая взлохмаченные блондинистые волосы правой рукой, заботливо перебирая пряди меж пальцев. — сейчас даешься. — довольно улыбаясь в плотную согревающую ткань почти неразборчиво шепчет. — ты мне выбора не дал. — не понятно то ли джеймс ругается, то ли просто констатирует как факт произошедшее, хотя у самого от этого же факта в душе что-то греется. — пойдем уже с физикой твоей разбираться. в комнате джеймса оказалось спокойнее всего, не только потому что там можно было спокойно обниматься без страха быть замеченными, но и потому что там было по-настоящему тихо. электронные часы на столе тикали практически беззвучно, окно, через которое наглый ветер наровил пробраться вовнутрь, было плотно закрыто, одно даже прикрыто светлой занавеской. больше раздражителей издавающих противные повторяющиеся звуки не нашлось, если не считать самого джеймса монотонно листающего учебник по физике. но он был не раздражителем, а скорее успокоением в почти мертвой тишине, отрезающей комнату от внешнего мира. в ней было идеально все — стены обвешаны парой плакатов популярных рок-групп и танцоров, хоккейные звезды, фотографии с семьей с отдыха, а еще детский рисунок ли хе, который занимал отдельное место в маленькой рамочке. эта деталь всегда умиляла, как только глаз падал на серьезную стену обычного среднестатистического подростка, у которого висит рисунок десятилетней давности, но он многое значил для самого джеймса. вообще все в помещении для него что-то значит — клюшка в углу комнаты напоминает о когда-то успешных играх в детстве, а вместе с этим плакаты ассоциируются с хорошими, светлыми временами. электронные часы нужны, чтобы удобно, самое главное точно устанавливать время во время подготовки к экзаменам. цветы на подоконнике принесла мама, сказав, что они поживут там не больше месяца, пока в ее комнате не наведут небольшой ремонт. но ремонт в ее комнате прошел, а три одиноких цветка так и остались жить в комнате джеймса. да и пусть живут себе на здоровье, у них полное взаимопонимание. еще была отдельная полка над столом гле лежала всякая мелочь — заколки всякие, чтобы челка в глаза не лезла, резинки, которые любезно притащила сюда ли хе и забыла в скором времени, несколько браслетов, один из которых парный с мартином, но на время уборки покоится на полке со всем остальным. именно в домашней обстановке, когда ты лично знаешь предназначение каждой вещи в своем уголке становится легче дышать. чувство это словами объяснить сложно, его необходимо чувствовать на прямую душой, разделяя ее с тем, кто живет в этом помещении. есть же ощущение дома в каком-то ином месте, может даже в дали от родного края, но это место можно назвать домом. вот таким домом мартин считает дом семьи чжао, где ему рады каждый день как по расписанию. ли хе обожает зависать вместе с ним в зале совмещенном с кухней за игрой в приставку, где с крахом проигрывает, но не сдается. мама чжао лелеет мартина как своего ребенка, зовет вместе ужинать и смотреть мелодрамы, ведь это является ее высшей степенью доверия человеку. и джеймс, с которым можно молча сидеть в его комнате, разглядывать потолок по разным углам, но оставаться рядом до поздней ночи. с которым можно разговаривать до утра за чашкой травяного чай об учебе, о друзьях, о увлечениях, о жизни, о поступлении, о работе, о будущем, о настоящем, обо всем на свете. с которым хочется решать не понятную и необъяснимую простым смертным физику, почти внимательно слушая его рассказ о каком-то там законе. и мартин правда пытается внимательно вслушиваться в объяснения джеймса формулы, с помощью которой можно будет решить трудную задачу простым способом. но когда он сидит на полу прислонившись спиной к собственной кровати, увлеченно записывая что-то на полях тетради, вчитываясь в теоремы в учебнике прошлого века, учиться что-то не получается. у него то получается, бубнит себе под нос решения новых и новых задач, зачеркивает, пишет красивым ровным почерком даже на коленке, доводит все до точного идеала. а мартин валяется сзади на его кровати, разглядывая вместо дряхлого школьного учебника мягкие волосы парня, к которым, так и тянется рука. при виде шелковистых каштановых волос, он не может, сдерживать нарастающее желание прикоснуться, потому начинает бездумно перебирать прядки разной длины от затылка к челке. но и непременно слушает что-то на научном языке разбирая только приятное мурчание джеймса, а не то, что он распинаясь рассказывает. это несомненно важно, полезно, пригодится на экзамене, в будущем, возможно, но мартин живет в настоящем, в моменте, когда джеймс только для него старается быть чутким и внимательным. — так, вот смотри.. — терпеливо проговаривает каждое слово четко и ясно, чтобы уж точно был понятен посыл, стараясь разобраться на человеческом языке, а не заумно научном. — подставляем вот этот символ, можешь не запоминать, как называется, вряд-ли на письменно экзамене приходится, в формулу «связь скорости, ускорения и перемещения».. — ага-а, — мартин честно честно слушал до момента, как дело зашло к реальному написанию формул перед его лицом, когда проще было спрятаться за макушкой джеймса, чем начать хотя бы вчитываться в написаное от его руки понятными словами. — ты меня даже не слушаешь. — с легким разочарованием и усталостью выдохнул джеймс, но поворачиваться не стал, так чувствуя дыхание себе в затылок. — честное слово, я слушаю тебя очень внимательно. — в глаза врет и не краснеет, потому что хочет подольше послушать разговоры джеймса о чем угодно, лишь бы его тихим, бархатистым голосом. — ты говорил про «связь скорости, ускорения..» и еще чего-то. — и перемещения. — точно. получив хоть какой-то внятный ответ от мартина без того зная, что тот ничего не слушает толком, джеймс продолжил бубнить задачки с теорией себе под нос. все равно ведь потом заставит выучить все от корки до корки, иначе пока экзамены не сдадут никаких обнимашек и нежностей. а за это мартин хоть весь учебник вызубрит и лично учителю перескажет без запинки, лишь бы джеймс потом его в щечку чмокнул как вознаграждение. сейчас же есть возможность филонить и играться с волосами парня, а пока возможность есть за нее нужно держаться. потому мартин одним ухом слушая увлекательную лекцию по невнятной физике, а вторым наслаждаясь одним лишь голосом юйфаня — нашел себе занятие. просто так валяться и чухать чужую голову было скучновато, нужно было занять как-то свободные руки, ранее лежащие под головой, как подставка. теперь же пальцы опять полезли перебирать шелковистые волосы на затылке, бережно двигаясь к макушке, а после и к раскинутой по обе стороны от лица челке. можно было подумать, что мартин специально мешает смотреть в учебника, но ничего подобного и в мыслях не было. просто решил попробовать себя в роли парикмахера, и получается, честно сказать, не дурно. длинными пальцами старается как можно осторжнее поддевать пряди, чтобы те не мешались перед глазами так еще, чтобы голову не перетягивали, но жертва юного парикмахера пока не жалуется. смирился уже. в следствии чего за несколько минут не замысловатых, не умелых движения волосы от лба до виска превратились в маленькую, аккуратную косичку. — ты чего сотворил? — с произвольным смешком прозвучал риторический вопрос в пустоту, пока джеймс, отложив учебник в сторону, взялся рассмотреть поближе свою новую прическу. — может ну ее, эту физику, — в полне логично для своих познаний в предмете рассуждал мартин, теребя свободные волосы, не дождавшиеся своей очереди. — парикмахером буду. — если только детским, девочек в садик заплетать будешь. — с исключительно светлым умыслом отшучивался джеймс, разглядывая свои волосы в непривычном преобразовании, словно вообще впервые их видит. — а мне нравится, вон еще как получается. — слабо улыбаясь лепечет мартин, заговаривая зубы парню, дабы он отвлекся от учебников баловствоу, оценив детское баловство. — а физика тебе не нравится, я погляжу. — мне ты нравишься. спускаясь руками по неприкрытой воротом кофты шее, мартин с архитектурной точностью оглаживал выступающие вены и дергающийся от мимолетного волнения кадык. пальцы нащупали ворот, слабо сжав за него, лишь создавая иллюзию контроля, на самом деле ища опору для самого мартина. он готов был кубарем скатиться с кровати, вновь встретившись губами с джеймсом, словно не делал этого уже сотню раз. каждый поцелуй для них был особенным, незабываемым со своими ощущениями и воспоминаниями. сейчас они больше ни куда не торопились, могли осторожничать сколько влезет, медлить, но без опаски, просто не имея чувства времени. джеймс потянулся в ответ, запрокинув голову назад на мягкое одеяло служащие покрывалом на кровати, чтобы мартину было удобнее и не пришлось тянуться. чувственная близость оказывалась куда слаще, чем она представлялась перед самим смыканием губ с нежной лаской. теперь уже руки джеймса привычно полезли в волосы мартина, поглаживая его макушку, будто в знак похвалы за что-то. скорее всего это даже не похвала, а благодарность за близость и тепло, которым мартин готов делиться ежеминутно, не смотря на часы. и все бы ничего, момент продолжил бы течь своим чередом, тишину нарушало бы только их совместное дыхание одними губами, если бы не тихие шаги за дверью комнаты. беда подбирается незаметно даже для самой себя, ведь такую хорошую сестру, как ли хе сложно назвать проблемой. но она оказывается ей не по своей воле, при открывая дверь в спальню брата без стука, ведь маленькая щелочка в проходе дала зеленый свет на движение. зеленый свет для младшей сестры с срочным посланием от мамы и красный свет для двух парней, явно не ожидающих чьего-то визита в их момент уединения. — ой.. — резко, сама того не ожидая вскликнула ли хе от увиденного, чего явно не должна была застать, как минимум именно сейчас. глаза ее распахнулись моментально, становясь похожими на две большие тарелки, пусть она и имела узкий разрез глаз. брови поползли вверх, а рот наоборот начал плавно раскрываться ниже. этого прилично громкого «ой» в их тихой комнате было достаточно, чтобы мартин тут же пришел в себя, отстраняясь от джеймса со скоростью света. пока джеймс не сразу понял, что собственно произошло, потерявшись в пространстве, как каждый раз, когда оказывается рядом со своим парнем. что даже присутствие младшей сестры в дверном проеме, заставшей их за нежностями во время поцелуя. у него самого глаза на лоб готовы были полезть от шока и не понимания, что собственно нужно делать в такой ситуации. но джеймс, следуя своему образу серьезного (почти) человека, постарался сдержать серьезное выражение лица, насколько это только было возможно. — ли хе.. — попытался он нормализовать голос до уверенного, но тот предательски дрогнул в тревожном знаке, пропустив хрипотцу. — да, я, — на автомате ответила сестра, бездумно хлопая глазами, как кукла без движений, пока оставалась в попытке прийти в себя и переварить увиденное. — то есть, чего?.. — мы.. физикой занимались. — более уверенно выдавил из себя чистую правду походившую на ложь, если бы не лежащие рядом записи и раскрытые учебники. и пока джеймс соображал алиби перед сестрой не в самом удобном положении, мартин принял позицию страуса, зарывшись головой в песок, а в его случае в одеяло, скрывшись за макушкой парня. лицо у него стало хуже помидора, щеки покраснели за считанные секунды, а краска разлившаяся по лицу благодаря особенностям организма дошла, кажется, и до корней блондинистых волос. — физикой, — ли хе лично для себя повторила фразу за старшим братом, словно пыталась убедиться в правоте его слов. но оглядевшись по сторонам, она все-таки увидела доказательства в виде исписанной конспектами тетрадью и учебником старших классов. — ам, хорошо. а какой закон изучаете? — не могла она воздержаться от шутки в такой подходящий момент, тут же опомнившись в неловкости. — ты не разбираешься в физике, ли хе. — пытаясь разрядить обстановку, джеймс издал нервный смешок, подходящий на жалобный всхлип или мольбу, чтобы они могли провалиться под землю прямо сейчас. — просто поинтересовалась. может в будущем пригодится. — беззаботно пожимая плечами, сестра наконец пришла в норму, стабилизировав внешнее состояние, пока перед глазами все еще была та картина. — так, чего я зашла то. мама сказала вас позвать на ужин, у нее мелодрама закончится успела, пока вы физику изучали. она с мартином обсудить хочет новую серию. — хорошо, мы выйдем минут через десять. — так же спокойно отвечает джеймс, словно не был в неловкой ситуации минутой ранее со своим парнем, который и слова не вымолвил после. но мартина он прекрасно понимает, потому не осуждает и не дергает, чтобы тот поговорил с сестрой, такое нужно еще месяц переживать, не меньше. — мартин, не бойся, — ласково позвала его ли хе, слабо наклонившись вперед, чтобы ее голос было лучше слышно, но тем не мне говорила негромко. позвала она его с той же интонацией, что и ее мама ранее, чем вызвала у мартина одновременное спокойствие и больший стыд. — я не кусаюсь, а уж тем более не осуждаю вас. простите меня, что без стука вошла.. — прощаю, — буркнул в сложенные руки мартин, не поднимая головы, все еще чего-то опасаясь. вероятнее опасался собственного краснющего от спущения лица, потому оставив одну руку под головой, второй слабо обнял джеймса за шею, вновь найдя в нем поддержку. — тогда, я пойду маме помогу. — слегка виноватым тоном девушка постаралась сгладить углы в ситуации, тоже понимая их положение, не радуясь и своему то. правда ведь не хотела смущать или еще что-то намеренно делать, чистая случайность и стечение обстоятельств. — я не выйду отсюда никогда. — крепче прижимая руку к шее джеймса, чтобы тот остался рядом, продолжал неразборчиво мямлить мартин в свое запястье. — придется выйти к маме, она очень тебя ждет. — убаюкивающе успокаивает как может в своем положении джеймс, буквально мурча своим голосом на ухо парню, от чего тот на малую часть, но расслабляется. — с тобой выйду.