Эффект расфокуса

За окном танцевальной студии замерла глухая ночь, разбавленная лишь изредка проезжающими машинами и смехом компаний, что гуляют в позднее время. Цифры на настенных часах в танцевальной студии расплывались, превращаясь в сплошное размытое пятно. Скорее всего, было около двух ночи. Джейк чувствовал себя так, словно его избила огромная компания хулиганов, да с такой ненавистью, что казалось, что он совершил для каждого такую гадость, что в жизни не простить. Вместо мыслей в голове остался только монотонный гул кондиционера, что работал на полную катушку. Он сидел на полу, уткнувшись затылком в холодное зеркало, и лениво наблюдал за тем, как экран телефона в его руке то гаснет, то снова загорается от случайных прикосновений пальцев. Силы оставались только на то, чтобы дышать и находится в сознании. Ночевать в студии для него не было новым, но мысль о том, что нужно как-то доползти до общежития, все еще слабо теплилась. Джейк разблокировал телефон. В глазах двоилось, буквы на клавиатуре казались китайскими иероглифами. Плюнув на попытки набрать текст, он вслепую открыл первый попавшийся чат, уверенный, что это лидер, и хрипло выдохнул в динамик, начиная свое голосовое.

Сонхун-и

Джеюн-а

Голосовое сообщение

«Чонвон, привет..Пожалуйста, отправь ко мне бедному Джея, или кого-то из менеджеров, но чтобы хоть кто-то из группы был. Только не Сонхуна, я тебя умоляю, я и так как-будто накуренный после этой тренировки, а тут еще и сердце разорвется только от одного его вида. Ты же знаешь, я как он мне…Просто у меня перед глазами до сих пор стоит то, как он смотрел на меня. Вон-а, я до смерти хочу, чтобы он зажал меня где-нибудь в темном углу, залез руками под одежду и наговорил на ухо кучу всякой грязи, от которой у меня колени подкосятся. Я уже просто не вывожу это влечение. Ладно все, много я тебе сболтнул, я уже ничего не соображаю, уж прости, отправь ко мне кого-нибудь, умоляю, я отключаюсь»

02:07

Палец мазнул по кнопке отправки, и Джеюн положил телефон на деревянный паркет, где недавно репетировал танец до состояния лужицы. Он не понял, почему вспомнил Сонхуна прямо сейчас, посреди этой усталости. Стоило закрыть глаза, как темнота перед ними тут же вспыхнула кадрами из жизни, и скрывать глухое, тянущее влечение к Сонхуну стало просто невозможно. В сонной голове крутился только Пак: его слишком широкие плечи, пронзающий до глубины души взгляд и то, как сильно Джейку хотелось почувствовать его чужие, горячие ладони под своей мешковатой футболкой. В фантазиях, лишенных всякого контроля, Сонхун грубо прижимал его к этому самому зеркалу, вжимался всем телом и произносил ему в ухо такие непристойные вещи, что хотелось сразу встать в коленно-локтевую и завести собственные руки назад, полностью отдавая контроль над своим телом. Это животное, почти болезненное желание обладать им и подчиняться горело где-то под ребрами, вытесняя всю остальную реальность. На то, чтобы поднять телефон или хотя бы отвлечься от развратных мыслей, что как-то умудрялись лезть уже в обмякшее тело, сил уже не было. Парень просто уронил голову на согнутые колени и провалился в темный, вязкий сон без сновидения.

***

Из сна его вывело шуршание сумки, в которую кто-то собрал его пустую пластиковую бутылку и толстовку, что он снял во время репетиции одного из танцев. Джейк с трудом оторвал тяжелую голову от коленей, собираясь хрипло пробормотать благодарность Чонвону или Джею, но воздух застрял в легких, стоило ему сфокусировать плывущий взгляд. Прямо перед ним на корточках сидел Сонхун. На нем была та самая объемная уличная куртка, от него пахло ночной прохладой, а его бледные пальцы как раз застегивали молнию на сумке Джеюна. На настенных часах, что во взгляде Джейка перестали выглядеть как размытое пятно, было ровно без десяти три - с момента отправки сообщения прошло всего двадцать минут. Джеюн замер, боясь даже моргнуть — ему искренне хотелось, чтобы это оказалось продолжением его недавних развратных мыслей , но уличная прохлада, исходящая от куртки Пака, была слишком реальной. Сонхун плавно поднялся на ноги, закинул спортивную сумку Джейка себе на плечо и наконец перевел на него взгляд. Его глаза в тусклом свете зала казались неестественно темными. — Ну привет, Джеюн-а, — тихо произнес Сонхун, его голос прозвучал непривычно хрипло в пустой студии. — Менеджеры заняты, Джей уже спал, Чонвон тоже, так что... приехал тот, кого ты так отчаянно умолял не присылать. Идем? Такси ждет. Джейк моргнул раз, другой, чувствуя, как внутри всё окончательно завязывается в тугой узел. Слова Сонхуна никак не хотели укладываться в уставшей голове. — Погоди, погоди, — Джеюн неловко замахал руками, отползая на пару сантиметров назад по паркету. Голос сорвался на совсем не созвучный ситуации писк. — В смысле «Чонвон тоже спал»? Сонхун, ты бредишь. Я лично записал голосовое Чонвону двадцать минут назад. Я просил его отправить мне машину. При чем тут вообще ты? — Потом проверь свой телефон, Шим Джеюн. Пойдем, а то такси может уехать.  Сонхун не стал дожидаться, пока до чужого сонного мозга дойдет весь ужас ситуации. Он шагнул вперед, сокращая и без того жалкое расстояние между ними, перехватил Джейка за запястье и одним уверенным движением потянул на себя, заставляя подняться с паркета. Ладонь Пака была неприлично горячей, и Джейк послушно поплелся следом, чувствуя, как колени предательски подгибаются - и теперь уже точно не от усталости. На улице было довольно прохладно из-за небольшого ветра, что витал по ночному городу. Оставшись без толстовки, Джейк начал мелко дрожать. Стоило им сделать шаг, как Сонхун остановился. Одним плавным движением он скинул с себя уличную куртку и набросил её на плечи Джейка. Ткань еще хранила тепло чужого тела. Сонхун наклонился и сам, придерживая пальцами края, медленно застегнул замок до самого подбородка Джейка, на секунду замерев прямо напротив его лица, шепча прямо в губы. — Что, сон как рукой сняло? Нравится, когда заботятся? Любишь внимание? Джейк судорожно сглотнул, чувствуя, как дыхание Сонхуна обжигает губы, а чужой парфюм, въевшийся в куртку, напрочь лишает возможности нормально соображать. Наглый, уверенный тон Пака выбил из легких остатки воздуха. Джеюн смог только беспомощно кивнуть, не в силах вымолвить ни слова под этим тяжелым, потемневшим взглядом. Сонхун довольно фыркнул, довольный такой реакцией, крепко перехватил Джейка за руку, и наконец повел к дороге, на котором стояла машина такси. На заднем сиденье такси было темно и душно. Салон автомобиля мгновенно превратился в еще одну ловушку, где им приходилось сидеть бедро к бедру. Джейк уставился в окно на мелькающие ночные огни Сеула, отчаянно пытаясь сдержать сумасшедший стук сердца, но когда прохладные пальцы Сонхуна уверенно легли ему на колено, собственнически сжимая ткань штанов, Джеюн понял, что до общежития он просто не доживет. И, наверное, в самом общежитии тоже не выживет.

***

В коридорах общежития стояла глухая ночная тишина, нарушаемая только их тихими шагами. Джейк шел впереди, кожей ощущая направленный в спину тяжелый взгляд. Они тихо зашли в комнату Шима. Сонхун аккуратно прикрыл дверь и провернул замок - в темноте этот щелчок прозвучал оглушительно громко, как выстрел. Назад дороги не было. Сонхун медленно повернулся, скинул спортивную сумку прямо на пол и сделал шаг к кровати, на которую от усталости и паники опустился Джейк. Пак наклонился к самому его уху, обжигая дыханием, и тихо прошептал: — Ну что, Шим Джеюн, мы на месте. Повторишь теперь всё то, что записал в голосовом? Но сначала словами, хочу это услышать лично. Не один ты любитель грязных словечек. От этого шепота у Джейка предательски скрутился узел возбуждения, хотя казалось бы, куда больше. Он только час назад мечтал лишь о сладком сне в своей комнате после изнурительной тренировки, а теперь был готов скулить лишь от присутствия Пака рядом. Сонхун медленно отстранился, но лишь для того, чтобы поймать испуганный взгляд Джеюна. Пак плавно опустился на колени прямо на кровать, нависая сверху и практически вдавливая Джейка в подушки своим весом. Его длинные пальцы уверенно легли на чужую шею, слегка сжимая её, а большой палец медленно очертил нижнюю губу Джейка, заставляя того судорожно приоткрыть рот. — Что такое, моя детка? — дразняще усмехнулся Сонхун, прижимаясь своим бедром к его бедру. — В голосовом ты был гораздо смелее. Ну же, можешь сказать на ушко, если стесняешься. Детка. Сонхун назвал его своей деткой. Джейку казалось, что это все сон, который стал слишком реальным. Всё, что он смог сделать — это шумно выдохнуть в большой палец Сонхуна, который продолжал дразняще очерчивать его нижнюю губу, а также приятно задыхаться от легкого нажима чужой руки на его шею. Сонхун не стал ждать ответа. Он резко подался еще ниже, накрывая губы парня своими. Его язык бесцеремонно ворвался в приоткрытый рот Джеюна, заставляя того слабо застонать от обрушившейся на него лавины жара. Свободной рукой Сонхун резко дернул замок куртки вниз, избавляя Джейка от лишней плотной ткани, и его горячая ладонь тут же скользнула под футболку, собственнически сминая кожу на талии. Джейк выгнулся навстречу этому прикосновению, шумно втягивая воздух сквозь зубы, когда прохладные пальцы Сонхуна мазнули по его ребрам, поднимаясь всё выше. Поцелуй становился невыносимо глубоким, смазанным от тяжелого дыхания обоих. Оторвавшись от покусанных губ Джеюна, Пак спустился ниже, утыкаясь носом в чувствительную ямку под челюстью. Он с силой прижался губами к горячей коже, оставляя первый влажный засос, а затем ощутимо прикусил зубами нежную плоть, заставляя Джейка судорожно вцепиться пальцами в его плечи и громко, не сдерживаясь, застонать на всю комнату. От этого громкого стона Сонхун лишь тихо фыркнул прямо в покусанную шею Джейка, наслаждаясь происходящим. Он скользнул ладонями ниже, собственнически сжимая бедра Джеюна сквозь ткань штанов, а затем прижался губами к самому его уху. — Ты ведь говорил, что хочешь, чтобы я наговорил тебе на ухо кучу всякой грязи? Чтобы у тебя колени подкосились? — Сонхун специально понизил голос до хриплого шепота, от которого по спине Джейка побежали мурашки. — Колени у тебя уже не подкосятся, ты и так под моим весом. Так какую именно грязь ты хочешь услышать, детка? Расскажи мне, пока я не снял с тебя эти чертовы штаны. Джеюн не смог выдавить из себя ни единого слова - язык словно прирос к нёбу, а в ушах шумел собственный бешеный пульс. Он только судорожно сглотнул, зажмуривая глаза. Сонхун, заметив эту беспомощность, прикусил мочку его уха и хрипло, интимно рассмеялся. — Что, язык проглотил, Джеюн-а? — прошептал Пак, и его ладонь нагло скользнула по внутренней стороне бедра Джейка вверх, сминая ткань штанов в районе паха. — А в голосовом ты так уверенно рассказывал, как у тебя колени подкашиваются от одного моего вида. Хочешь, чтобы я залез руками под одежду? Смотри, я уже здесь. Мне продолжить? Хочешь почувствовать мои пальцы в себе, шлюшка? Умоляй меня, я жду, иначе я не продолжу. От этого оскорбления, прозвучавшего из уст Сонхуна неприлично ласково, у Джейка внутри всё окончательно вспыхнуло. Он судорожно выдохнул, чувствуя, как ладонь рядом с пахом сжимается сильнее, лишая возможности нормально дышать. Джеюн открыл глаза, сталкиваясь с замершим в ожидании, темным взглядом Пака, и едва слышно, срываясь на хриплый шепот, умоляюще выдавил: — Сонхун-а... пожалуйста. Продолжи. Я хочу... хочу твои пальцы. Трахни меня, умоляю. Пак довольно, низко фыркнул прямо в чужую шею, чувствуя, как Джеюн под ним мелко дрожит от запредельного возбуждения. Он плавно выпрямился, нависая над кроватью и всем своим весом придавливая чужие бедра к матрасу. Сонхун медленно запустил свободную руку в свои растрепанные волосы, убирая челку со лба, и уставился на Джейка сверху вниз - как хищник, который наконец поймал добычу и теперь медленно смакует ее беспомощность. — Ты ведь так отчаянно хотел, чтобы я зажал тебя в темном углу. Так вот, Шим Джеюн, сейчас я сниму с тебя эти чертовы штаны и буду трахать тебя так долго и грязно, пока ты не начнешь умолять меня остановиться. А еще лучше, пока не проснется кто-либо из мемберов от твоих жалких стонов. Как думаешь, что они подумают о тебе? От этих слов у Джейка по спине пробрал ледяной пот пополам с чистым, концентрированным жаром. Представив, что в комнату реально может кто-то зайти, он инстинктивно дернулся и попытался зажать себе рот ладонью, но Сонхун среагировал мгновенно. Пак перехватил его запястье, с силой вжимая руку Джейка в матрас над головой, а свободной ладонью резко потянул вниз его штаны вместе с боксерами, оставляя его в одной широкой футболке. Мешающая ткань вместе с бельем безжалостно спустилась к бедрам, оставляя Джеюна полностью беззащитным. Сонхун медленно потянулся свободной рукой к прикроватной тумбочке, безошибочно находя в темноте тюбик со смазкой. Щелчок крышки прозвучал в тишине спальни предупреждающим выстрелом. Джейк судорожно зажмурился, чувствуя, как Пак распределяет прохладный гель по своим пальцам, а затем шумно, рвано вздохнул, когда первая подушечка пальца Сонхуна мягко, но настойчиво коснулась его самого интимного места. Джеюн до крови прикусил собственную губу, отчаянно борясь с желанием выгнуться и закричать от этой невыносимой, тягучей ласки. Внезапно по его ягодице прошелся удар. — Я разрешал заглушать себя, грязная блядь? Я хочу слышать тебя всего, ну же, — первый палец зашел полностью, и Джеюн свободной рукой притянул Сонхуна за шею, начиная стонать ему на ухо. — Вот так вот, умница. Наслаждайся, пока я нежный. От этого интимного шепота «умница» Джейка прошиб очередной разряд тока. Сонхун не терял времени: внутри Джеюна плавно задвигался уже второй палец, заставляя того то и дело выгибаться в пояснице и судорожно ловить ртом воздух. — Вот так, раскрывайся для меня, — хрипло приказал Пак, нагло толкаясь пальцами глубже и задевая самую чувствительную точку. Джейк громко, звонко вскрикнул, окончательно забыв про мемберов за стеной. — Хорошо ведь, да? Расскажи мне, как сильно ты этого хотел, пока я не добавил третий. От вопроса Пака у Джейка внутри все скрутилось в тугой, горящий узел. Он прижался лбом к чужому плечу, отчаянно и шумно дыша, пока чужая рука продолжала методично доводить его до безумия. — Я... я играл с собой, — сорвавшись на жалобный всхлип, признался Джеюн, полностью отдавшись моменту. — Думал о том, как твои руки будут под моей футболкой... как ты назовешь меня своим…я не знаю кем, я готов быть кем угодно для тебя..и личной шлюшкой, и послушным питомцем... Я кончал, просто представляя, как твой голос шепчет мне на ухо. Хуни, пожалуйста, мне мало пальцев... Сними свои штаны, я сейчас сдохну, умоляю. И тебе тоже тяжело. Ну же, пожалуйста! От этого жалкого, но дерзкого вызова Сонхун окончательно слетел с катушек. Он низко, по-животному рыкнул прямо в чужие губы, резко выдергивая пальцы из разгоряченного тела Джеюна. Тот жалобно всхлипнул от внезапной пустоты внутри, но Пак не дал ему времени опомниться. Одним рваным движением он стянул с себя давно мешающие и давящие на возбуждение штаны вместе с боксерами, отбрасывая их в темноту комнаты. Нависая над Джейком массивной, тяжелой скалой, Сонхун без всякого предупреждения, одним мощным толчком вошел в него на всю длину. Джейк громко, звонко вскрикнул, выгибаясь дугой в пояснице, пока чужие ладони намертво фиксировали его бедра на матрасе. — Раз тебе мало пальцев, детка, терпи, — хрипло прошептал Сонхун, наклоняясь к самому уху плавящегося Джеюна. — Ты сам просил. Попробуй теперь не разбудить Чонвона, когда я буду тебя трахать. Пак снова до упора толкнулся вперед, заставляя Джейка судорожно задохнуться от запредельного, разрывающего изнутри удовольствия. Каждый новый толчок Сонхуна вышибал из Джейка рваные, скулящие звуки. Пак двигался уверенно и мощно, собственнически сминая ладонями бедра Джеюна и заставляя его принимать каждый удар до самого конца. Наклонившись к самому лицу плавящегося парня, Сонхун поймал его затуманенный взгляд и хрипло выдохнул прямо в губы: — Ну и где твоя смелость, м? Смотри на меня, Шим. Смотри, как я тебя трахаю. Джейк только всхлипнул, полностью теряя связь с реальностью, когда Сонхун в очередной раз задел простату, заставляя его тело судорожно выгнуться и крупно задрожать от подступающего оргазма. На самом пике, когда перед глазами Джейка уже были маленькие белые звездочки, Сонхун резко замедлился, сводя мощные толчки к ленивым, дразнящим покачиваниям бедер. Джейк всхлипнул, обламываясь на полувздохе, и попытался сам насадиться глубже, но Пак жестко зафиксировал его поясницу. Одновременно с этим его ладони рванули ткань свободной футболки вверх. Сонхун накрыл ладонями его грудь, начиная безжалостно крутить и оттягивать соски, вышибая из Джеюна новую лавину скулящих звуков. — Даже не думай кончать без моего разрешения, — приказал Сонхун, обжигая ухо Джейка своим рваным дыханием. — Хочешь, чтобы я продолжил тебя трахать? Хочешь кончить? Умоляй меня, Джеюн-а. Скажи, как сильно тебе это нужно. От этой пытки у Джейка перед глазами все поплыло. Понимая, что Пак реально не сдвинется, он рвано задышал, теряя остатки рассудка от стимуляции груди, и зашептал прямо в чужие губы: — Пожалуйста, Сонхун-а...я тебя прошу, трахай меня очень грубо, как и обещал. Сильнее, хён, я умоляю тебя. Я хочу кончить от твоего члена... ну же! Дважды повторять Паку не пришлось. От этих слов он полностью потерял контроль. Сонхун перехватил Джейка под бедра, приподнимая и жестко, безжалостно возобновил толчки, выбивая из Джеюна оглушительные, жалкие стоны, на которые уже было плевать. Оргазм накрыл их одновременно, ослепляюще-болезненной волной. Джейк судорожно задрожал, кончая на собственную футболку, пока Сонхун с коротким стоном изливался внутрь, пульсируя и намертво прижимая его к себе. В комнате снова воцарилась тишина, прерываемая лишь их тяжелым, восстанавливающимся дыханием. Сонхун аккуратно отстранился, но лишь для того, чтобы улечься рядом и тут же собственнически притянуть обмякшего, абсолютно обессиленного Джейка к своей груди. Его ладонь лениво зарылась в растрепанные волосы Джеюна, нежно поглаживая макушку. Джейк уткнулся носом в чужую шею, чувствуя, как сознание окончательно уплывает в долгожданный сон. Закрывая глаза, он лениво подумал, что его сонный промах с чатами в три часа ночи определенно стал лучшей ошибкой в его жизни.

***

Спустя пару недель Джейк снова сидел на полу репетиционной, но уже не в такое позднее время и не такой уставший. В этот раз он не стал слепо тыкать в экран, а целенаправленно набрал знакомый номер. Сонхун ответил на втором гудке - его голос в трубке прозвучал хрипло, но максимально собранно: — Джеюн? Ты ещё в студии? Что-то случилось, мне приехать? — Да, — выдохнул Джейк, дразняще понижая голос и откидывая затылок на холодное зеркало. Ему нравилась забота Сонхуна. — Ужасно затекла спина. Приедешь забрать меня, а потом размять мне мышцы в общежитии, м? Или я могу набрать Чонвону? В ответ раздался тихий, опасно-довольный смех Пака и шорох уличной куртки: — Жди. Буду через пятнадцать минут. Что ж, эффект усталости и расфокусированного зрения не так уж и плох.